WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 52 |

концов, могут служить невротическим намерениям,если они дурно поняты и

ошибочно использованы. Мы должны проводить строгое итщательное различение

между невротической позицией, в которойработа воспринимается настолько

превратно, что в итоге приводит к неврозу, и нормальнойздоровой позицией, в

которой работа выступает естественным средством,придающим полноту смысла

индивидуальному существованию. Ибочеловеческое достоинство не должно

позволять людям самимвыступать средствами осуществлениячего-либо,

становиться простыми орудиямитрудовых процессов, деградироватьдо

выполнения функций средств производства. Способность ивозможность трудиться

сама по себе еще ничего не значит, она не может составитьни достаточной, ни

даже сколько-нибудь существенной основы для осмысленногосуществования. Один

человек может иметьполноценную возможность трудиться,обладать

соответствующими способностями и в то же времяоставаться лишенным полноты

жизненного смысла, а другой - невзирая на потерю такойвозможности и таких

способностей-может полностью сохранить осмысленностьсобственной жизни. В

общих чертах то же самое можно сказать и в отношениинаслаждения. Некоторые

люди ищут смысл жизни преимущественно в какой-то однойобласти, ограничивая

этой областью свой жизненный опыт; в таких случаях важновыяснить, имеет ли

объективные основания подобное ограничение или в нем небыло необходимости.

Невротик без каких-либообъективных оснований отказывается отсвоей

способности получать удовольствия ради способности кработе или же наоборот.

Подобным невротическим больным мы моглибы процитировать проницательное

замечание известной немецкой писательницы Алисы Литткенс:"Где нет любви, ее

заменяет работа; где нет работы, наркотиком становитсялюбовь".

Удовлетворение, которое человек можетполучить от работы, не тождественно

тому созидательному чувству удовлетворения, которое даетжизнь в целом. Тем

не менее невротик нередко пытается "уйти"от жизни вообще- от пугающей

широты ее просторов, находя прибежище вработе, в своей профессиональной

деятельности. Однако действительная пустота ив конечном счете скудость

смысла его существования выступают на передний плансразу же, как только

приостанавливается, хотя бы на время, егопрофессиональная деятельность: к

примеру, в выходные дни. Всем знакомонесчастное выражение лица, которое

трудно скрыть тем, кому в свой единственный свободный деньв неделю, может

быть, не удалось назначить свидание или приобрести билет вкино. Ясно, что

они находятся в полнейшей растерянности.

Воскресенье в любом большом городе-самыйгрустный день недели. Именно в

воскресенье приостанавливается темп рабочейнедели, именно в воскресенье

проявляется вся скудость смысла повседневной городскойжизни. Нам кажется,

что люди, не имеющие цели в жизни, несутся по ней с такойбыстротой, что не

замечают ее бесцельности. В то же самое время онистараются убежать от самих

себя, но тщетно. В воскресенье, когда вбешеной гонке наступает суточная

пауза, вся бесцельность, бессмысленность и пустотаих существования вновь

встают перед ними во весь рост.

И на что только они неидут, чтобы этого избежать. Они мчатсяна

танцы-там громко играет музыка,и шум избавляет отнеобходимости

разговаривать. Им даже не надо напрягаться,чтобы поддерживать во время

танца светскую беседу, как в былые дни. И думать тоже нетнужды-все внимание

можно сосредоточить на танце.

Спорт представляет собой ещеодно "убежище" для страдающих неврозом

"выходного дня". Они могут сделать вид,к примеру, что самое важное в

мире-это какая команда выиграет тот илииной матч. Играют двадцать два

человека, а в тысячи раз большее количестволюдей наблюдает за ними. В

боксерском поединке действуют лишь двое, и именно поэтомуборьба здесь еще

более интенсивна, и в наблюдении болельщиков за поединкомприсутствует даже

элемент садизма.

Из вышесказанного вовсе не следует, что мыпротив по-настоящему здоровых

занятий спортом. Однако нампредставляется важным определить, какую же

ценность имеют такие занятия. Возьмем, к примеру,альпиниста, его отношение

к своему занятию. Восхождение на горы всегда предполагаетактивное участие,

здесь даже и речи быть не может о пассивномнаблюдении. В данном случае

имеет место истинное достижение восходителя;если говорить о физической

доблести, то в определенных ситуациях(например, при крайней опасности)

альпинист вынужден "выкладываться" полностью. Восхождениена горы-это еще и

психологическая победа скалолаза над собой, ибо он учитсяпреодолевать такие

свои психические слабости, как, к примеру, робость илибоязнь высоты. Однако

необходимо помнить, что альпинист не ищет опасностиради опасности; скорее

он "дразнит" ее, как отмечал ЭрвинШтраус. Более того, соперничество,

приводящее в других видах спорта к мании побеждатьдругих и устанавливать

рекорды, находит в альпинизмеболее достойное выражение-это стремление

"преодолеть себя". И наконец,альпинизм вызывает к жизни ещеодин

положительный фактор-социальный: чувство товариществалюдей, объединенных в

одной связке.

Но даже в нездоровой мании устанавливатьрекорды можно выделить поистине

гуманную черту, ибо эта мания представляет собойодну из форм стремления

каждого к выражению своей неповторимойиндивидуальности. Кстати сказать,

подобное стремление лежит в основе другихпроявлений массовой психологии,

таких, как, например, мода. Здесь тоже люди ищут, чембы выделиться, любой

ценой-только неповторимость, которой они добиваются,сводится лишь к внешней

форме.

Страдающие неврозами могутиспользовать искусство, как испорт,

превратно. В то время какнастоящее искусство и истинное наслаждение

художественными ценностями обогащают человека, помогая емуреализовать самые

глубинные пласты своих возможностей, длябольного неврозом искусство-это

лишь возможность убежать от себя. В подобном случаеискусство служит лишь

еще одним способом самоопьянения иодурманивания. К примеру, человеку,

стремящемуся убежатьот себя, от ощущенияпустоты собственного

существования, свойственно выбиратьдля чтения наиболее захватывающие

детективные истории. И если его желание узнать, "чем жевсе кончилось", его

захватывающее дух состояниетревожного ожидания идоставляет ему

удовольствие, то это удовольствие "со знакомминус". Это способ избегать

неприятных переживаний, тот вид удовольствия,который Шопен-гауэр ошибочно

считал единственно возможным.

Для тех, кто жаждет острых ощущений, самымсиль-ным является смерть-как в

жизни, так и в искусстве. Какой-нибудь тупица, читающий зазавтраком газету,

жаждет рассказов о несчастьях и смерти. Нонесчастья и смерти вообще не

могут его удовлетворить; очевидно, они кажутсяему слишком абстрактными.

Поэтому у такого читающего газету вполне можетвозникнуть желание пойти в

кино посмотреть какой-нибудь боевик.Поведение такого человека подобно

поведению наркомана: чтобы удовлетворить свою жаждуощущений ему необходима

встряска, такая нервная встряска порождает еще болеесильную жажду острых

ощущений, и человек вынужден каждый разувеличивать их дозу. Эти чужие

смерти человеку нужны для достижения, так сказать,эффекта контраста: ему

начинает казаться, что если и должен кто-то умереть,то только не он, а

кто-то другой. Такой человек стремится убежатьот того, что более всего

ужасает его, а именно от неизбежности своей собственнойсмерти, саму мысль о

которой пустота его существования делает для негоневыносимой. Неизбежность

смерти может испугать лишьчеловека, у которого не чиста совестьпо

отношению к собственной жизни. Смерти, отмеряющей конецжизни, боится лишь

тот, кто не в полной мере использовал данную ему жизнь.Такой человек совсем

не в состоянии смотреть смерти в лицо. Вместо тогочтобы наполнять смыслом

отмеренную ему жизнь и таким образом выполнять своюжизненную "задачу", он

ищет убежища в какой-то призрачной верев то, что его минует всеобщая

участь. Так, человек, приговоренный к смерти, в свойпоследний час начинает

верить, что ему еще может повезти, чтоего еще могут помиловать. Такой

человек ищет спасения в самообмане,что с ним лично ничего не может

случиться, смерть и несчастье-это удел других.

Невротические больные спасаются бегством вмир романов, отождествляя себя

с вымышленными "героями". Спортсмен, полностью поглощенныйжаждой рекордов,

по крайней мере стремится почить на своихсобственных лаврах, любитель же

дешевных романов довольствуется тем, что за негосовершает подвиги кто-то

другой, пусть даже и вымышленный "герой".

Самая большая ошибка, которую мы можемсовершить в жизни,-это почить на

лаврах. Никогда не следует довольствоваться достигнутым.Жизнь не перестает

задавать нам все новые и новые вопросы, не позволяя намостановиться. Только

самоодурманивание делает нас нечувствительными кпостоянным уколам совести,

которые посылает нам жизнь.Стоящего неподвижно обходят;довольный

собой-потерян. Ни в творчестве, ни впереживаниях нельзя довольствоваться

достигнутым, каждый день, каждый час требуют от нас новыхсвершений.

4. О смысле любви

Мы уже видели, как смыслчеловеческого существования основывается на

неповторимости и своеобразии человека. Мы такжевидели, что созидательные

ценности актуализируются в форме общественно значимыхсвершений. Общество в

свою очередь придает смысл существованиючеловека, его неповторимости и

своеобразию. Но общество может также быть и богатойобластью человеческого

опыта. Это особенно справедливо вотношении "двоих", то есть интимной

общности одного человека с другим. Давайтеотбросим все более или менее

туманные рассуждения о любви и рассмотрим ее всвете смысла человеческого

существования. Если рассматривать любовьс этой точки зрения, то она

оказывается областью, в которойценности "переживания" особенно легко

реализовать. Любовь-это "переживание"другого человека во всемего

своеобразии и неповторимости.

Таким образом, оказывается,что существует два способаутвердить

неповторимостьи своеобразиесобственной личности.Один

способ-активный-путем реализации созидательныхценностей. Другой-пассивный.

В этом случае все, что другим приходится завоевыватьактивными действиями,

человеку предоставляется "как манна небесная". Этотпуть-путь любви, или,

правильнее сказать, путь быть любимым. Без какого-либособственного вклада,

без какого бы то нибыло усилия или труда-по милостибожьей, так

сказать,-человек получает то, чтовозможно лишь при реализацииего

своеобразия и неповторимости. В любвилюбимый человек воспринимается по

самой своей сути как единственное в своем роде инеповторимое существо, он

воспринимается как "Ты", и как таковойвбирается в собственную личность

любящего. Как человеческая личность он становится длятого, кто его любит,

незаменимым существом, без которого невозможнообойтись, причем ничего не

делая для этого со своей стороны. Человек,которого любят, "не может не

быть" своеобразным и неповторимым,то есть ценность еголичности

реализуется. Любовь не заслуживают, любовь-это простомилость.

Но любовь-это не только милость, этоволшебство. Для того, кто любит,

любовь накладывает чары навесь мир, окутывает мирдополнительными

ценностями. Любовь значительно увеличивает полнотувосприятия ценностей.

Врата в мир ценностей как бы распахиваются.Таким образом, отдаваясь во

власть любимого "Ты", любящий переживаетвнутреннее обогащение, которое

выходит далеко за пределы этого "Ты"; для него всявселенная расширяется и

углубляется, озаряется сиянием тех ценностей, которыевидит только тот, кто

любит. Ибо хорошо известно, чтолюбовь делает человека не слепым, а

зрячим-способным видеть ценности.

Кроме счастья быть любимым и восторгадля того, кто любит, в любовь

входит еще и третий фактор:чудо любви. Потому что благодарялюбви

свершается непостижимое-в жизнь входит новый человек, сампо себе уже полный

таинства своеобразия и неповторимости: ребенок!

Мы уже говорили о многоуровневой структуречеловеческой личности. Мы уже

подчеркивали также, чторассматриваем человека как психофизическоеи

духовное единство. На этом был основан наш призывк психотерапии признать

эту целостность как таковую, с тем чтобы приниматьво внимание не только

психическую, но и духовную сущность человека.

Теперь, однако, мы собираемся показать,каким образом любящий человек,

через переживание собственной любви "прикасающийся" кчужому "Я", к личности

любимого, может по-разному восприниматьмногослойную структуру личности

другого человека. Потому что в точности так же, каксуществуют эти три слоя

человеческой личности, существуют и три возможных способаотношения к ней.

Самый примитивный подход относится к самому внешнемуслою: это сексуальное

отношение. Физическая внешность другогочеловека оказывается сексуально

возбуждающей, и это возбуждение вызывает сексуальноевлечение к сексуально

привлекательному партнеру,непосредственно воздействуя нафизическое

существо человека. На ступеньку выше стоит эротическоеотношение. Для целей

нашего анализа мы четко разграничиваем эротику исексуальность. Эротическая

предрасположенность означаетне просто сексуальнуювозбудимость,

подверженность сексуальным влечениям. Это отношениеисходит не только из

сексуального побуждения ипровоцируется не только чистосексуальной

привлекательностью партнера. Если мы считаемфизическую сущность партнера

его внешним слоем, то можносказать, что эротически предрасположенный

человек проникает глубже того,кто озабочен лишь сексуально. Эротика

проникает в следующий, более глубокий слой, входит ужев психическую сферу

другого человека. Такое отношение к партнеру,рассматриваемое как одна из

фаз взаимоотношений с ним, соответствует тому, что обычноназывают "сильным

увлечением". Физические качества партнера возбуждают пассексуально, но в то

же время мы "увлечены" и другими- психическими-егодостоинствами. Увлеченный

человек находится уже не просто в состоянии физическоговозбуждения; скорее

Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.