WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

(2) никто не является свидетелем собственной смерти, - каждый индивид узнает рано или поздно о том, что его ждет встреча со смертью, которую невозможно себе представить иначе, как смерть Другого или смерть тела; любая попытка представить себе собственную смерть неизбежно приводит к обнаружению самого себя незримо присутствующим на похоронах своего тела;

(3) ребенок человека в первые годы своей жизни беспомощен, - он не обладает при рождении силой и инстинктивными паттернами поведения для самостоятельного выживания; и он сам, и его развитие долгие годы полностью зависят от любви и чувства долга родителей, той эмоциональной атмосферы и микрокультурной среды, которую они создают.

Отсюда в жизни каждого человека необходимо возникают:

(1) глобальная проблема соотношения сомнения, веры и доверия по отношению к любым сведениям, получаемым со стороны, помимо собственного опыта;

(2) идея о существовании возможности, так или иначе, в той или иной форме пережить свою смерть; это является субъективной основой существования концепций вечной жизни и мира, в котором смерти нет (идея переселения душ, существования нетелесных, чисто духовных сущностей и т.п.);

(3) осознание неизбежности присутствия в индивидуальной картине мира каждого человека и в образе мира, принадлежащем культуре человечества, принятых на веру и не поддающихся опытной проверке данных.

Образ мира в мировой культуре создается в результате обобщения опыта человечества искусством, наукой и религией, которым предшествовал обыденный опыт повседневной жизни. Именно из этих источников человек обречен выбирать для проверки в своей жизни отдельные элементы и целостные модели, необходимые для обретения индивидуального смысла. Отношение человека к получаемому со стороны знанию складывается при жизни в связи с соотношением веры и доверия, сомнения и разочарования в связи с результатами практического его применения. Исследование и «испытывание мудростию всего, что делается под небом» после изгнания из «рая» мифологического мышления становится основным занятием человека; Библия говорит, что это «тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем» (Екклесиаст 1.13).

В истории человечества первый опыт осмысления жизни принадлежал поэтам-философам (Фалес, Гераклит), которые обладали поэтическим даром видения «знакомого» как «иного». Первые обобщения складывались из несистематизированных частных наблюдений, имевших мифопоэтическую форму. Прежде всего мыслителями древности было замечено, что все живое обладает признаком изменчивости, о чем свидетельствуют индийские тексты Вед и Упанишад, «Книга перемен» в древнем Китае и ранняя античная философия; древнейшие представления о Хаосе были связаны с отсутствием движения и перемен. Изучение феномена изменчивости привело мыслителей древности, к формированию идеи цикличности перемен, нашедшую отражение прежде всего в цикле мифов о «вечном возвращении» (М. Элиаде).

В религиозных учениях древней Индии говорится, что бог Брахма порождает и «развивает» все сотворенное; бог Вишну — поддерживает творение, а бог Шива — завершает цикл, разрушая все сотворенное. Применительно к человеку предполагается, что на первом этапе жизни, который представляет развитие, человек растет и учится (эпоха Брахмы). На втором этапе, поддерживая ранее достигнутое и развитое, - он находится на пике сил и реализует себя предписанным образом (карма: семья, дети, социальные и религиозные обязанности — эпоха Вишну). На третьем этапе, на фоне убывания физических сил человек сосредоточивается на религиозных обязанностях (эпоха Шивы). Цикличность требует единообразных раз и навсегда заданных правил, касающихся как природы, так и человека, отсюда обосновывается кастовая система с жесткими границами. В философских концепциях древнего Китая во всем сущем выделяются два статических состояния: свернутое (непроявленное) и развернутое (проявленное), и два процесса: развития и сворачивания. Разворачиваться может только то, что уже существует в непроявленном, свернутом виде.

Для человека философская идея цикличности не дает смысла: жизнь «одномерна», напоминает бег по замкнутому кругу, и возвращение к первоначальному «свернутому» состоянию неизбежно. Религиозная идея цикличности вносит некоторое разнообразие, обещая человеку в виде вознаграждения за послушание возможность проживания множества жизней, перемещаясь между разными, но замкнутыми циклами. Попытки изменить естественный и закономерный ход событий рассматриваются как преступление. Философский идеал отыскивается в промежутке между полюсами, которые можно обозначить как: (1) гедонизм в сочетании с индивидуализмом (по принципу «после меня хоть потоп»); и (2) «оставление желаний», осознание иллюзорности окружающей действительности, расслабление. В первом варианте человеку требуется проявить максимум изворотливости, чтобы получить максимум удовольствия за отведенный срок. Во втором - необходимо обрести мудрость, стать одновременно и младенцем и стариком, отдаться «потоку жизни» и «плыть по течению, любуясь возникающими пейзажами» (дзен-буддизм, многие формы даосизма). Религиозным идеалом становится идея преданного любовного служения Богу, сотворившему мир как свою «трансцендентную игру» (индуизм, общество сознания Кришны).

В это же время выявляется в драматургии Эврипида, Софокла и Эсхила основной комплекс проблем атеистического мировоззрения, заключающийся в неизбежности трагического представления о закрытости, предрешенности будущего для каждого человека в связи с его беззащитностью перед случаем, болью, роком и смертью. Из мифов, эпосов и литературных памятников древней Греции мы знаем, что не каждая стареющая женщина радуется расцвету красоты своих дочерей и их ровесниц, к которым все чаще притягиваются взгляды мужчин. Далеко не каждому человеку дано радоваться тому, что его дети переживут его и получат в наследство все им заработанное, завоеванное. Не каждый стареющий и теряющий силу мужчина радуется росту своих сыновей и их ровесников, которые будут становиться все более сильными и смогут отомстить за обиды детства, будут жить дольше, переживут его, а может быть, и ускорят неизбежное, и будут самовластно распоряжаться достоянием предков.

Основной спектр возможных решений связывается со стоическим или эпикурейским преодолением «рока», «произвола безжалостных богов», на которых проецирутся собственный жизнерадостный эгоизм и недоверие по отношению к своим детям. Имена Эдипа и Ипполита, Медеи и Федры становятся нарицательными. Именно отсюда рождаются мотивы преступлений против детей, в том числе и собственных.

В жизни каждого отдельного человека этот период истории культуры и его проблематика соответствуют детству. Первые годы жизни ребенок беспомощен: его жизнь и развитие полностью зависят от отношений, чувства долга и той культурной микросреды, которую создают его родители и воспитатели. На веру принимает маленький ребенок все получаемые от них сведения, формируя самый легкий и приятный из способов получения знания. Принятое на веру знание по своей природе мифологично, и воспринимается ребенком как первичная реальность. В этом случае действительно положение Платона о том, что истинное знание определяет правильное поведение, причем определяет непосредственно, так как между имеющимся в памяти знанием о том, как следует поступить, и исполнением, поступком, нет сомнения. Личное положительное, любовное отношение ребенка к родителям, являющимся источником жизни и любви, защитниками и кормильцами, распространяется, переносится без сознательного контроля на всё, так или иначе от них исходящее. Именно эти характеристики детства, оставляющие глубинные следы в памяти каждого человека, способствуют его предрасположенности отыскивать в зрелости концепт всемогущего Бога, «творца всего видимого и невидимого», и верить в него в зрелости так, как своим родителям в детстве. В религиозных концепциях сотворения мира детское, не знающее забот и сомнений «блаженное» состояние символически означается как райское. Эксплуатация воспитателями беспомощности и наивности ребенка, «из благих побуждений» вводящих его в заблуждения относительно мира и жизни, создает предпосылки для последующих сомнений, разочарований и даже драматических событий.

Не боги, а родители и воспитатели Эдипа ввели его в заблуждение относительно его происхождения и поддерживали в этом состоянии долгие годы; боги лишь отвечали через оракула на задаваемые вопросы, предупреждая и родителей, и воспитателей, и самого Эдипа о том, к чему эта «ложь во благо» приведет. Даже трагическая развязка не приводит Эдипа к пониманию истинной причины событийного ряда, даже в последние мгновения своей жизни он говорит о себе как о жертве «подстроивших ему ловушку» богов. Причина манипулирования детским сознанием и эксплуатации детской наивной веры не в последнюю очередь связана с описанной выше атеистической природой их сознания, диктующей родителям неосознанное желание как можно дольше контролировать своих детей. Для охраны «священного права» родителей манипулировать сознанием своих детей «из благих побуждений» создаются интерпретации «эдипова комплекса» в духе З. Фрейда и М. Кляйн. Практика автора показывает, что многим родителям оказывается по тем или иным причинам удобным видеть в своих детях не знающих никаких границ в своих инцестуозных желаниях с первых месяцев жизни сексуальных маньяков, которых только страх перед кастрацией может заставить отступиться от идеи сексуального совращения своих родителей и других взрослых, и взяться за учебу. В этой концепции только систематическое запугивание и ложь могут способствовать принятию ребенком «принципа реальности».

Именно поэтому экзистенциальная психотерапия часто отыскивает в детстве детерминанты экзистенциальных кризисов взрослого человека. Христианский философ В. Зеньковский отмечает, что даже «правильное» религиозное воспитание может принести в будущем негативный результат в виде сомнения и разочарования, если начинается преждевременно. Только в акте веры человек может принять недоступные эмпирической проверке знания о Царствии небесном. В основании этого акта лежит глубокое эмоциональное чувство к личности Иисуса Христа, как доступной человеческому восприятию ипостаси Бога, сотворившего и поддерживающего жизнь в мире, но понимание истины христианства и ее принятие в качестве смысла жизни требует высокого уровня личностной зрелости.

В жизни каждого человека необходимость проверки на истинность получаемых сведений возникает только начиная с того момента, когда нечто непредвиденное нарушает установившийся, привычный порядок. Только «аномальное» событие, выводящее человека за рамки «привычного», обрекает человека на сомнение, вынуждающее к поиску иного пути к знанию, через доверие, которое он может испытывать к тем или иным сведениям в связи и в меру собственного, часто болезненного, опыта. Самыми тяжелыми моментами в жизни человека являются те, когда наивная вера уже тем или иным событием подорвана, а опыт доверия еще мал. Из этой точки начинается полный сомнений мучительный путь поиска человеком новой, истинной веры, ибо зачем нужна человеку дорога, если она «не ведет к храму». Именно в это время человек наиболее уязвим для манипуляций и психотравмирующих факторов.

История человечества свидетельствует, что сомнения не менее редко посещают верующих, чем частный результат личного опыта неверующего, помимо его сознания, может стать объектом его фанатической веры. Не выдерживающие испытания сомнением, требующим регулярных тяжелых интеллектуальных усилий, стойкости к разочарованиям, склонны вернуться в предыдущее «райски блаженное» состояние, к сожалению, часто это происходит путем самообмана: для этого достаточно найти «вождя», объявляющего о наличии у него истины в последней инстанции. Критическая мысль тогда заменяется новой верой, имеющей качество фанатической (что отражает активный процесс вытеснения из памяти воспоминаний о прошлых сомнениях и разочаровании), адепту такой веры требуется не мыслить и искать, а бороться за любовь «вождя» и защищать «единственно верное учение». В связи с этим неизбежен вывод о том, что и весь комплекс человеческого знания, и совокупность знаний каждого индивида представляет собой эволюционирующий вместе со своими носителями «комплекс верознания» (В.В. Соколов).

Уже в первых «циклических» концепциях осмысления мира можно выделить в рамках цикла идею развития и роста, происходящего на первом этапе жизни. Это побудило лучшие умы человечества к поиску путей превращения всей жизни человека в процесс развития и роста, преодоления стагнации, инволюции и «вырождения».

Первый философский по существу и форме ответ был дан Буддой за 5 веков до рождества Христова. Исходя из принципиальной неудовлетворительности для каждого человека страданий и смерти в жизненном цикле, он в личном опыте определил, что человек способен на протяжении своей жизни, исключительно за счет собственных внутренних ресурсов, без опоры на богов, демонов, ангелов, пройти путь развития и роста путем самопреобразования, выводящий за пределы мира страдания и смерти. Его последователями был описан «Благородный восьмеричный путь», ведущий к этому состоянию, Нирване. По сути учение о «Благородном восьмеричном пути» представляет собой первую философско - психологическую систему, включающую не только систему представлений о мире и теорию строения и функционирования психики человека и ее связи с телом, но и систему методов и упражнений, направленную на развитие и качественное преобразование психики. Смысл жизни человека в этой концепции заключается в «истине пути», то есть находится не за пределами данной жизни, а «внутри» ее, и заключается в неукоснительном следовании рекомендованным методам приближения к Нирване. Проблематичность философской концепции Будды для восприятия человеком заключается: (1) в принципиальной непредставимости конечного состояния, Нирваны; (2) в отсутствии каких-либо внешних подкреплений, кроме знания о том, что сам Будда уже «прошел» этим путем (которое может быть лишь результатом веры); (3) в принципиальном «благородном молчании» Будды в ответ на «последние» вопросы. Поэтому вскоре философская идея Будды получила религиозное истолкование и развитие в синтезе с другими религиями древнего Востока, сам Будда многими последователями стал почитаться как Бог или одна из его инкарнаций (в индуизме – инкарнация Вишну).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.