WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 32 |
Академик Н.Моисеев пишет:«не будет большой ошибкой сказать, что человечество ходит по острию бритвы:только величайшая согласованность мировых постоянных, чрезвычайно тонкая ихнастройка обеспечила такое развитие эволюционного процесса, благодаря которомуВселенная обрела, с помощью человека возможность познать саму себя» (Моисеев,1998, с.129). Более жестко антропный принцип формулирует Хоакинг: мир такой,потому что в нем существует человек. Тогда и принцип Декарта подлежит несколькоиному истолкованию: Человек появился во Вселеннойпотому что она такова, какая она есть; «Я мыслю, потому что мир таков, каков онесть». Следовательно, как минимум для того, чтобы предотвратить переходВселенной в состояние, неприемлемое для существования наблюдателя, человечестводолжно ответственно подходить к траектории развития системы «Человечество» ипрепятствовать действиям отдельных лиц, направленным на повышение вероятностибифуркации. Осознание каждым человеком такой ответственности снимает проблемупринуждения, которое ставится одним из факторов воспитания наряду со свободой.Свобода не факт, а цель, не данность, а задание воспитания. И цель неабсолютная, а относительная, не выходящая за пределы траектории системы«Человечество».

§ 8. Самоактуализация в контексте гуманистической психологии иконтр-культуры

Д.Леонтьев (1997 – II) отмечает, что американская«гуманистическая психология» сложилась в 50-60 гг. в связи «с бурным ростомкульта личной свободы и личного успеха, характерного для послевоенногозападного общества. В наши дни проблематика самореализации стала «неотъемлемойчастью интеллектуального ландшафта Запада» (с.157). Он считает, что в основестремления человека к самореализации лежит подспудное стремление к бессмертию,которое проявляется, осознается во многих формах: как стремление продвинутьзнание, улучшить условия жизни людей, передать другим знание и опыт, раскрытьлюдям смысл. Леонтьев полагает, что рассчитывать на бессмертие души рискованно,значительно перспективнее «создать за свою жизнь и оставить потомкамматериальные и духовные ценности», в которые стоит «вложить часть себя». Онсчитает, что «выход за пределы индивидуального бытия» для отдельного индивидавозможен лишь в путем приобщения к чему-то большему, что не прекращает своегосуществования с физической смертью индивида» (там же, с.157).

В.Каган (1997) проводит разграничение между«гуманистической» и «гуманитарной» психологией. «Гуманистическая (от лат.humanus —человеческий) психология — с акцентом на человечности, человеколюбии, уважении к человеку ичеловеческому достоинству. Гуманитарная ( от лат. humanitas — человеческая природа;образованность, духовная культура) психология — как снимающая конфликт природногои духовно-культурного, сохраняя креативность их противоречий, и ликвидирующаяконцептуальный провал между материей и разумом» (Каган, 1997, с.117). Каганпредполагает, что родившись из гуманистического посыла, эта «третья ветвьпсихологии» была на самом деле гуманитарной, по крайней мере в работах ееоснователей. Но со временем акценты сместились, и произошла «редукциягуманитарной методологии к ее гуманистическим предпосылкам. Каган считает, что«российской психологии с ее очень глубокими и гуманистическими и гуманитарнымитрадициями предстоит выработка своей позиции и смыслового наполнения метафоры«психологии с человеческим лицом» (там же).

Д.Леонтьев (1997 — I) отмечает, что путь образованиянаучной платформы гуманистической психологии «не типичен для становлениянаучных школ и направлений, до сих пор неясным остается вопрос как о границахГ.П., так и о том, является ли она частью основного потока развитияпсихологической науки или же особым путем, ведущим в ином направлении(Graumann). Ряд представителей Г.П. подчеркивает, что Г.П. не является научнойшколой наравне с другими. «Г.П. — это цель, а не доктрина» (Jourard). Это «ориентация размышлений очеловеке и всей научной деятельности, которая изменяет наш образ человека иосвобождает психологию от искусственных ограничений, положенных на нее темитеориями, которые сейчас уже, похоже, устарели (Severin)» (Леонтьев,1997—I,с.19–20).

И.Ялом (1999) сообщает, что «личностныхтеоретиков (например Гордона Олпорта, Генри Мюррея и Гарднера Мерфи, а позднееДжорджа Колли, Абрахама Маслоу, Карла Роджерса и Ролла Мэя) постепенно началитяготить рамки как бихевиоральной, так и аналитической школ. Они полагали, чтооба этих идеологических подхода к человеку исключают из рассмотрения некоторыеважнейшие свойства, которые, собственно, и делают человека человеком,— такие, как выбор,ценности, любовь, креативность, самосознавание, человеческий потенциал» (Ялом,1999, с.23). Заявив о себе в 1950 году, в 1961 ассоциация гуманистическойпсихологии основала «Журнал гуманистической психологии», в редколлегию котороговошли К.Гольдштейн, Ш.Бюлер, О.Хаксли, Д.Бьюдженталь, А.Маслоу, К.Роджерс. В1963 г. президент ассоциации Г.П. Д.Бьюдженталь выдвинул пять основныхпостулатов:

1. Человек как целостное существо превосходитсумму своих составляющих (иначе говоря, человек не может быть объяснен врезультате научного изучения его частичных функций);

2. Человеческое бытие развертывается вконтексте человеческих отношений (иначе говоря, человек не может быть объясненсвоими частичными функциями, в которых не принимается в расчет межличностныйопыт);

3. Человек сознает себя (и не может бытьпонят психологией, не учитывающей его непрерывное, многоуровневоесамосознавание);

4. Человек имеет выбор (человек не являетсяпассивным наблюдателем процесса своего существования: он творит свойсобственный опыт);

5. Человек интенциален (человек обращен вбудущее, в его жизни есть цель, ценности и смысл).

Американская ассоциация Г.П. выдвинуласледующее самоопределение: «Г.П. можно определить как третью основную ветвьпсихологического исследования… которая занимается прежде всего темичеловеческими способностями и потенциями, которые не нашли своего места ни впозитивистской или бихевиоральной теории, ни в классической психоаналитическойтеории, например, креативность, любовь, самость, развитие, организм,удовлетворение базовых потребностей, самоактуализация, высшие ценности, бытие,становление, спонтанность, игра, юмор, привязанность, естественность, теплота,трансценденция, эго, объективность, автономия, ответственность, психологическоездоровье и родственные понятия. Этот подход может быть так же представленработами К.Гольдштейна, Э.Фромма, К.Хорни, К.Роджерса, А.Маслоу, Г.Олпорта,А.Ангъяла, Ш.Бюлер, К.Мустапаса и т.д., а так же некоторыми аспектами работК.Юнга, А.Адлера, эго-психологов психоаналитического направления,экзистенциальных и феноменологических психологов» (цит. по Леонтьев, 1997 - I,с.20).

Д.Леонтьев отмечает, что эти общиеформулировки «позволяют представить себе идеологию и пафос Г.П., направленностьпротив господства в психологии сциентистского, механистического подхода кчеловеку, который, будучи перенесен из естественных наук, занимал в нейдоминирующее положение. Представители Г.П. стремятся построить новую,принципиально отличную от естественнонаучной, методологию познания человека.Вместе с тем неясность перспектив решения этой задачи обусловлена прежде всеготеоретической разноголосицей внутри самого течения: расхождения между позициямиразных авторов-гуманистов оказываются не меньше, чем расхождения разделяющиеГ.П. и бихевиористский или психоаналитический лагерь» (там же,с.20–21). Д.Шульц иС.Шульц (1998) отмечают, что особый акцент в Г.П. падал на «реализациюличности, веру в возможность совершенствования человека, подчеркиваниеориентации на настоящий момент в жизни, гедонизм (стремление к чувственнымудовольствиям как главному содержанию жизни) и тенденция к максимальномусамораскрытию человека (свободное выражение внутреннего мира и переживаний)»(с.472).

И.Ялом пишет (1999, с.25), что «СоединеннымШтатам (и возникшей там гуманистической психологии) свойствен Zeitgeistэкспансии, оптимизма, бесконечных дистанций и оптимизма». Это привело к тому,что «гуманистические психологи больше говорят о развитии потенциала, чем обограничениях и игре случая; больше о сознавании, чем о принятии; больше опиковых переживаниях и глубинном единстве, чем о тревоге; больше осамореализации, чем о смысле жизни; больше о Я—Ты отношениях и встрече, нежели ототчуждении и базовой изоляции».

На первом этапе развития Г.П. единственнымобщим основанием была готовность действовать исходя из неудовлетворенностидоминирующим положением бихевиоризма и психоанализа. Эта неудовлетворенностьносила во-первых формуэстетического неприятия объяснительных принципов бихевиоризма и психоанализа.Гуманистов не могло удовлетворить объяснение З.Фрейдом научной любознательностив связи с сексуальной любознательностью в раннем детстве (З.Фрейд. «Леонардо даВинчи», Мн., 1996), не могли вызвать радости у феминисток гипотезы овозникновении ткачества в связи с женской мастурбацией, а у культурологовутверждения о том, что миф о лабиринте есть символическое выражение анальногорождения (запутанные ходы — кишки, нить Ариадны — пуповина).

«Следуя этим идеям, нам нужно предположить,что все великие ученые прошлого, идет ли речь о Демокрите, Авиценне, Ньютонеили Эйнштейне обладали схожей любознательностью по поводу собственных гениталийили в возрасте двух—трех лет строили гипотезы относительно рождения своих братьев исестер. К сожалению или к счастью для истории науки, современная психологиядетства в основном противоречит этим смелым утверждениям Фрейда» (Руткевич А.,1997. С.41).

Столь же неудовлетворительными являютсяописательные схемы бихевиоризма. «Поведение — все, внутренняя жизнь— ничто!» ипредставления о том, что путем правильного использования подкрепления притотальном контроле из человека можно сделать все что угодно («Дайте мне десятьздоровых младенцев…»). Отношение к детям в духе Уотсона: «Никогда не обнимайте и не целуйте детей,не сажайте их на колени. Если необходимо, целуйте их один раз в день, в лоб,укладывая их спать. Утром пожимайте им руку» (Д.Уотсон. Цит. по Фейдиген, 1996.С. 404-405), и отношение Скиннера к ценностям гуманизма, таким как «автономныйчеловек», «свобода», «достоинство», «творчество», как «объяснительным фикциям»,так же вполне заслуживают серьезной и не только эстетической критики. К.Холлписал, что «Скиннер полагает, что это весьма вредоносное объяснение, потому чтотакое объяснение создает ложное чувство удовлетворенности и делает якобыненужным исследование объективных переменных, которые могли бы осуществитьподлинный контроль поведения» (Цит. по Фейдиген, 1996. С.409).

Во-вторых, триветви психологии апеллировали к различным методологическимоснованиям.

Д.Уотсон, первый психолог открыто объявившийсебя бихевиористом, определил бихевиоризм следующим образом: «Психология сточки зрения бихевиориста — это чисто объективный раздел естественных наук. Ее теоретическаяцель — предсказаниеповедения и управление поведением. Интроспекция не принадлежит по существу к ееметодам… Бихевиорист в своих попытках прийти к одной схеме реагирования, неделает различия между человеком и животным» (цит. по Фейдимен, 1996. С.404).Радикальные бихевиористы утверждали, что не существует такой вещи как сознание,что все научение зависит только от внешней среды; вся человеческая деятельностьобусловлена и обусловливаема и независима от генетических различий. Этуметодическую парадигму бихевиоризма можно именовать механистическимматериализмом.

Собственно практически все естествоиспытателиконца XIX—начала XXвека считали себя «механицистами». З.Фрейд боготворил науку и неоднократноотмечал в своих работах, что позитивная наука должна сменить религиозную иметафизическую картины мира. Возврат К.Юнга к «донаучной» картине мира иувлечение «тайным знанием» он считал регрессией к давно ушедшим эпохам имировоззрениям. Фрейд писал, что «аналитики являются, по сути, неисправимымиматериалистами и механистами» (цит. по Руткевич А., 1997. С.50), подразумеваяпод этим принятие той картины мира, которую дают «естественные» науки. СамФрейд соединял в себе эмпирика-наблюдателя и способного к смелым гипотезамтеоретика. Слабым же звеном в его исследованиях было использование метода«элиминационной индукции», разработанного Ф.Бэконом и Дж. Ст. Миллем. С точкизрения логики этот метод приводит к «ошибкам поспешного обобщения». Типичныйпример — работа 1898г. «Сексуальность в этиологии неврозов». Здесь сам Фрейд указывает числопациентов, к которым он к тому времени успел применить свой метод — около 200 человек. Далеко не всеони были носителями того, что он назвал «психоневрозом». Но буквально черезстраницу он утверждал, что все психоневрозы имеют сексуальную этиологию.

«Именно здесь обнаруживается самое слабоеместо в аргументации Фрейда, общий недостаток его научного мышления. Он слишкомчасто выдает вероятностные аргументы за строгие и окончательные доказательства.Его смелые аналогии между затруднениями невротиков, детскими переживаниями истадиями филогенеза требуют от него признания таких сомнительных предпосылоккак ламаркистский тезис о наследуемости благоприобретенных признаков. Типичнойдля Фрейда оказывается следующая ситуация: на основе сравнительно небольшогоматериала наблюдений он делает предельно универсальный вывод, формулируетзакон, а затем с помощью этого закона объясняет другие явления, по аналогиипереносит его на другие процессы, исходя из того, что этот закон уже доказан»(Руткевич А., 1997. С. 54). По мнению Ортега-и-Гассета, Фрейд мыслил какфилософствующий естествоиспытатель, склонный принимать наличную картинудействительности, данную совокупностью наук, за саму действительность. То естьтретий мир абсолютно тождественно отражает первый. Ортега замечает, что вокругФрейда собираются не ученики, а фанатичные единоверцы, а сам Фрейд со своим«наивным» видением мира уподобляется Робинзону, считая что всех его«метафизических» предшественников можно отбросить во имя новой «физики»,которая способна все объяснить, исходя только из своих собственных принципов.«Но лишь немногие проблемы являются плодами непорочного зачатия в глубине духа.За проблемами стоит долгая история борьбы различных решений, которая неоставляет проблемы нетронутыми» (Ортега-и-Гассет, цит. по Руткевич, 1997.С.56).

Итак Фрейд и его последователи придерживаютсяматериалистической метафизики и пытаются объяснить все психические явлениябиологическими причинами, сами того не желая исповедают неорганическоемировоззрение и даже не осознают этого. Отсюда, по мнению Ортега-и-Гассета, ипроисходит проблематичность психоанализа как «науки», а «потому мы выходим в«чудесный лес сновидений».

В целом же методическая основа бихевиоризма ипсихоанализа может быть отнесена к «экспериментальной парадигме» в методологиинауки.

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 32 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.