WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

Мышление человека древнего мира, в связи с возникновением понятий о времени и ритме, неизбежно приводило его к представлению о том, что «лучшие времена», связанные со стабильностью, и уже не несущие в себе проблем и угрозы, относятся к времени прошлому. Перемены, чреватые риском нарушения гармонии самовоспроизводящегося Космоса и являющие собой угрозу окончательной смерти индивида, связываются с будущим временем. Так, например, в мифах древнего Египта говорится о катастрофическом ухудшении положения дел во Вселенной, которую человек своими делами превращает в непригодную для жизни. Индивидуализация человека, проявляющаяся через несолидарное поведение, выпадение его из общего для всех ритма, есть прегрешение против принципа гармонии Маат, приносящего всем полноту существования и изобилие, объединяющего всех живущих в единый социальный организм. Процесс индивидуализации человека, выводящий его из общего для семьи, рода и племени ритма жизни, воспринимается в древнем мире как угроза для всех и каждого, или даже как преступление против главного принципа жизни. Так как Я в эпоху древнего мира синонимично Мы, является жестко встроенным в общественную жизнь Мы элементом, то понятным становится и то, что болезнь индивида, его «выпадение» из гармонии общего для Мы ритма, считается чем-то аналогичным потере человеком какого-либо из органов или частичному параличу. Через это выпадение в мир прорывается Хаос, несущий угрозу гибели всему ослабленному общему социальному организму Мы. Поэтому основные принципы терапии в мире древности основывались на попытках вернуть заболевшего в общий ритм жизни через общий для всех ритуал, понятие однокоренное с понятием ритма, означающее систему действий, основанных на принципе синхронизации индивидуальных ритмов (Торчинов Е.А., [40]; Элиаде М. [45], [46]).

Идеогенез основных мифогенных концепций объяснения мира действительности завершается и наиболее полным и подходящим для современной науки образом фиксируется в античной философии. Мифопоэтические по своей сути произведения античных авторов считаются сегодня соответствующими канону научности, философскими, а содержащиеся в них мифогенные идеи широко используются в объяснительных концепциях и теориях современной науки (см. [26], [36]). В античной философии Космос так же рассматривается как единое живое существо, включающее в себя всех живущих и объединяющее их на основе принципа гармонии. Философия Греции не знала господства материалистической или идеалистической тенденций, такая интерпретация была сделана гораздо позже. Платон никогда не отвергал материю, указывая лишь на недостаточность только её для построения целостной картины мира. Демокрит называл свои атомы идеями и даже богами, а Платон называл свои идеи атомами. Парменид определил, что ум познающего, подобно естественному ритмическому ходу светил, обречен неоднократно возвращаться к исходной точке своего познания. Гераклит из Эфеса писал, что Космос один для всего существующего и не создан ни богами, ни человеком. Основной формой его жизни является циклическая пульсация, подобная пульсации то возгорающегося, то вновь затухающего огня. Однако каждая пульсация, каждый цикл внутри общего ритма, по его мнению, обладает своими индивидуальными особенностями, поэтому «нельзя дважды войти в одну реку». Гармония в Космосе, по его мнению, рождается в результате столкновения противоположных стремлений и усилий; все в мире состоит из противоположностей. Вся жизнь есть изменение, изменение же всегда есть результат борьбы.

В школе Пифагора разрабатывалась философская система, основанная на идее ритма как общего основания для математической теории, музыки и мироздания. Монада, означавшая в открытой части учения единицу или математическую «точку отправления», для «посвященных» имела, помимо того, значение первичного и единого принципа всего сущего, символизировала неизъяснимое единство, из которого все истекает в непостижимой эманации, и к которому все стремится обратно, завершая таинственный «круг бытия», и образуя мистическую Полноту или Плерому. Пифагорейцы считали сферу самой совершенной из форм, поэтому считалось, что и небо и земля должны быть идеально сферическими. Пифагореец Филолай считал, что движение небесных сфер сопровождается согласованными между собой звуками, не слышной человеку мелодией («гармонией мира»), а все сферы расположены по отношению к центру мира так, что расстояния от каждой из сфер до центра подчиняются простым числовым соотношениям. Поэтому арифметика, не знающая дробей, символизирует центральную идею упорядоченности Космоса. Пифагорейцы, а вслед за ними и основные школы античной философии считают, что именно через число происходит упорядочение Хаоса в Космос [24].

Философская система Платона была основана на представлении об изменчивой материи как слабом отражении вечных и совершенных идей. В этом плане весь мир действительности есть лишь бледная тень, несовершенная и текучая копия с совершенного оригинала. Мир создан путем упорядочения первичной материи, время и небо появились одновременно, Солнце обусловило чередование дней и ночей, что позволило исчислять время и составить понятие о нем. Только благодаря наличию времени и понятия о нем стала возможной философия («Тимей»). Наиболее близка к совершенству гармония чисел, отражающая вечную гармонию движения небесных тел, и гармония музыки. Поэтому в школе Платона говорится о том, что самое важное для человеческой души – это подражание движению небесных тел, вращающихся всегда одинаково ритмично, симметрично, гармонично, без всякого нарушения извечного порядка и принуждения.

В «Законах» Платон пишет, что причиной дисгармонии в мире являются лишенные внутренней гармонии люди, раздираемые противоречивыми желаниями. Он приходит к выводу, что война всех против всех относится к самой природе общества, для которого характерны обнаженный и озлобленный инстинкт жизни и коренные противоречия как в отношениях одного человека к другому, так и в отношении его к самому себе: «то, что большинство людей называют миром, есть только имя, на деле же от природы существует вечная непримиримая война между всеми государствами <…> Все находятся в войне со всеми как в общественной, так и в частной жизни, и каждый (находится в войне) с самим собой» (Платон, Законы, I, 626а-с). Не только Бог управляет миром, «а вместе с Богом случайность и благовремение правят всеми человеческими делами. Впрочем, во избежании резкости надо уступить и сказать, что за ними следует и нечто третье, именно искусство» (IV, 709d). Платон подчеркивает возможность управления поведением людей через искусство, через общий ритм культуры. Он пишет: «Каждый человек, взрослый или ребенок, свободный или раб, мужчина или женщина — словом все целиком государство должны беспрестанно петь самому себе очаровывающие песни, чтобы поющие испытывали наслаждение и ненасытную какую-то страсть к песнопениям» (II 665с); «…пусть всякий мужчина и всякая женщина проводит свою жизнь, играя в прекраснейшие игры <…> Надо жить играя. Что же это за игра Жертвоприношения, песнопения, пляски, цель которых — снискать себе милость богов, а врагов отразить и победить в битвах» (VII, 803). А пока эта модель жизни в общем для всех завораживающем ритме искусства является только идеальной, - в обществе царят всеобщая развращенность и тирания: тиранам нужна развращенность для того, чтобы легче было держать страну «в оковах деспотизма». Но и тирания выгодна для всеобщего разврата, так как в условиях тирании важна только политическая покорность тирану [29].

Аристотель, в трактате «О небе», утверждает, что Космос сам никуда не двигается, потому что он занимает все пространство, и ничего кроме и помимо Космоса в пространстве не существует. Космос свободен, и все, что в нем происходит, есть результат абсолютной необходимости, проявляющейся в законах и закономерностях. Согласно Аристотелю, пространство представляет собой материю, организованную по законам искусства. Причем форма (или сущность) внутренне присуща каждой вещи и содержит в себе ее потенциальности, реализующие себя во имя конечной причины, цели. Все движение в космосе направлено к состоянию равновесия и определяется результатом – равновесием системы. Поэтому и человек в своей жизни должен во всем воздерживаться от крайностей. Земля имеет сферическую форму, потому что она наиболее совершенна, и окружена сферами небесных светил. Движение всего осуществляется перводвигателем – Душой Вселенной.

Проблема видится Аристотелю в том, что «внутри» этого структурированного пространства гармония есть лишь в высших сферах (выше сферы Луны), где тончайшая огненная или эфирная материя насквозь пронизана смыслом, где происходит ритмическое вращение самосозерцающего Ума, устремленного к самому себе, любящего самого себя, и пребывающего в нарциссическом блаженстве. Здесь все совершенно и неизменно. По мере же «спуска» в более низкие слои действительности, ниже сферы Луны, - быстро нарастают явления дисгармонии, и в подлунной сфере и на Земле находится царство необходимости, где обнаруживается неправильность в движении тел, все претерпевает разложение и распад и отсутствует ровное в своем спокойствии сияние умных сущностей. В мире необходимости, поэтому, всегда творится преступление, и вечно совершается порыв к искуплению и преодолению вины, и трагедия жизни отдельного человека есть лишь наиболее показательный случай трагизма мировой истории.

Платон и Аристотель не только сформировали исходный для философского мышления и психологии круг вопросов и идей, но и сформулировали общий принцип описания процессов в мире и судьбе человека. По их мнению, и восприятие и описание развития Космоса и жизни каждого человека во времени неизбежно происходит в соответствии с законами трагедии, развивающейся по строго определенному в своей последовательности сюжету. Аристотель пишет: «трагедия есть подражание действию законченному и целому, имеющему известный объем, так как ведь существует целое и без всякого объема. А целое есть то, что имеет начало, середину и конец. Начало – то, что само не следует по необходимости за другим, а, напротив, за ним существует или происходит, по закону природы, нечто другое; наоборот, конец – то, что само по необходимости или по обыкновению следует непременно за другим, после же него нет ничего другого; а середина – то, что и само следует за другим, и за ним другое» (цит. по [24], с.749.). Каждый миф или трагедия есть описание действительности, и этапы развития сюжета отражают этапы развития реальных событий. В этом плане Аристотель выделяет шесть основных этапов развития любого сюжета во времени, характеризующих жизненный цикл, подобный полету бумеранга. Первые три этапа, перипетия (цепь событий, вытекающих одно из другого, приводящих к отпадению и пребывание в отпадении), узрение (распознание того, что отпадение свершилось), и пафос (переживание потрясения в переживании осознания себя как отпавшего), отражают отрыв от блаженной жизни Ума. Следующие три этапа, страх, сострадание и очищение, означающие понимание трудностей пути назад, сострадание к миру необходимости, не осознающему своего истинного положения и его оценку с высшей точки, живописуют возвращение отпавшего к самому себе. Итак, наилучшее, идеальное состояние и мира и человека находятся в прошлом времени, и, одновременно, в высших слоях пространства. Жизненный путь человека неизбежно начинается с отпадения, и максимум возможного для него заключается в попытке достичь идеала, утерянного в прошлом, путем осуществления героических попыток возвращения*.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

* Такого рода общий канон описания событий лежит в основании некоторых проблем в современной исторической науке. В последние годы появилась группа скептиков, которые считают ныне существующую в мировой культуре классическую версию истории фальсифицированной. Так, А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский пишут, что в действительности средневековая Русь и Великая «Монгольская» орда – это одно и то же, что события античной истории придуманы некоторыми историками по аналогии с событиями эпохи Возрождения и т.д. Аналогичную попытку совершает американский ученый И. Великовский по отношению к истории Египта, и стран средиземноморья в цикле исследований «Века в хаосе». По существу дела, из наличия феномена концептуальной схожести в описаниях некоторых происходивших в разные времена и в разных странах событий, что действительно обнаруживается в текстах, признанных большинством историков классическими, А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский делают вывод о том, что по крайней мере в некоторых случаях эти тексты вполне могут быть не более, чем различными описаниями одних и тех же событий, происходивших в одном месте и времени. Это позволяет им на следующем этапе рассуждений допустить, что мы живем в очень молодом мире, история которого реально насчитывает не более полутора тысяч лет, а классическая версия истории есть не что иное, как нравоучительный исторический роман (см. [27], [43]). При внимательном прочтении можно заметить, что в основе гипотезы А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского лежит попытка применения ими математического метода к анализу описаний событий истории, что требует различения действительного хода событий и множества их описаний в текстах. Такой анализ всегда сталкивается с методологической трудностью, содержащейся в диалектике повторяемости – изменчивости, отмеченной еще С. Керкегором [20], и тщательно проработанной в философии Ж. Делезом (см. [14], [15]).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.