WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 59 |

Немецкий и русский государственный аппаратвозникли на основе деспотизма. Поэтому в Германии и России раболепный характерпсихологии масс проявился наиболее отчетливо. Таким образом, в обоих случаяхиррациональная логика революции привела к установлению нового деспотизма. Вотличие от государственных аппаратов Германии и России, американскийгосударственный аппарат был создан группами лиц, бежавших от европейского иазиатского деспотизма в незаселенный край, который был свободен отнепосредственного влияния существующих традиций. Этим объясняется, почему досих пор в Америке не возник тоталитарно-государственный аппарат — в то время как в Европе каждоесвержение правительства под лозунгом свободы неизбежно приводило к деспотизму.Это утверждение справедливо не только для Робеспьера, но и для Гитлера,Муссолини и Сталина. Для непредвзятой оценки этих явлений необходимо отметить,что европейские диктаторы, чья власть опиралась на миллионы людей, всегда быливыходцами из угнетенных сословий. Я убежден, что этот факт, при всей еготрагичности, содержит больше материала для социальных исследований, чем факты,связанные с деспотизмом какого-нибудь царя или кайзера Вильгельма. В отличие отфакта происхождения диктаторов, эти факты нетрудно понять. Основоположникамамериканской революции приходилось строить демократию практически на голомместе. Те, кто выполнял эту задачу, были противниками английского деспотизма. Сдругой стороны, русским революционерам пришлось унаследовать уже существующий,весьма жесткий государственный аппарат. Если американцы смогли начать на голомместе, то русские, сколько они ни противились, вынуждены были тащить за собойстарый государственный аппарат. Этим, вероятно, объясняется и тот факт, чтоамериканцы, в сознании которых были еще свежи воспоминания о своем бегстве отдеспотизма, заняли по отношению к беженцам 1940 года совершенно иную, болееоткрытую позицию, чем Советская Россия, закрывшая перед ними свои двери. Этимобъясняется также и то, почему стремление к сохранению старого демократическогоидеала и развитию подлинного самоуправления в Соединенных Штатах былозначительно сильнее, чем в других странах. Мы не упускаем из виду многиенеудачи и задержки, вызванные традицией, и тем не менее возрождение подлиннодемократической деятельности произошло именно в Америке, а не в России. Можнолишь надеяться, что американская демократия осознает (пока еще не поздно) одинважный момент: фашизм не ограничивается какой-либо нацией или партией. Мынадеемся, что ей удастся преодолеть склонность к диктаторским формам в самихлюдях. Время покажет, смогут ли американцы устоять под нажимомиррациональности.

Я хотел бы подчеркнуть, что мырассматриваем не проблему вины или злой воли, а некоторые явления, вызванныеопределенными, уже существующими условиями.

Теперь мы вкратце рассмотрим связи,существующие между психологией масс и формой государства.

При определении формы государства важнаяроль отводится влиянию структуры характера масс, независимо от активности илипассивности ее проявлений. Благодаря этой структуре массы не только терпимоотносятся к империализму, но и оказывают ему активную поддержку. В то же время,хотя эта структура позволяет массам свергнуть деспотизм, тем не менее она неспособна предотвратить возникновение нового деспотизма. В своей подлиннодемократической деятельности государство опирается на эту структуру. Когдаподлинно демократическое интернациональное движение за свободу терпит неудачу,эта структура приводит к возникновению национально-революционных движений. Онанаходит убежище в иллюзорном единстве семьи, народа, нации и государства, еслидемократия терпит неудачу. Но эта же структура способствует развитию процессалюбви, труда и познания. Поэтому только эта структура способна ассимилироватьподлинно демократические стремления государственной администрации, постепенноперенимая «высшие» административные функции и обучаясь выполнять их посредствомсвоих рабочих организаций. При этом не имеет существенного значения,осуществляется переход от государственного управления к самоуправлению быстроили медленно. Для всех будет лучше, если этот переход будет осуществлятьсяорганически и без кровопролития. Но это возможно только тогда, когдапредставители возвышающегося над обществом государства вполне понимают, что ониуполномочены трудящимися выполнять функции исполнительных органов,существование которых обусловлено невежеством и нищетой миллионов людей. Строгоговоря, исполнительные органы должны выступать в роли хороших воспитателей, т.е. воспитывать вверенных их попечению детей так, чтобы они сталисамостоятельными взрослыми. Стремящееся к подлинной демократии общество никогдане должно терять из вида принцип, согласно которому государство должнопостепенно самоупраздняться, аналогично тому, как самоупраздняется воспитательпосле выполнения своих обязанностей по отношению к ребенку. Можно избежатькровопролития, если помнить об этом принципе. Рабочая демократия можеторганически развиваться лишь в той мере, в какой государство ясно и определенносамоупраздняется. Напротив, общество вынуждено напоминать государству о том,что оно возникло в силу необходимости и должно прекратить свое существованиетакже в силу необходимости, когда государство стремится увековечить своесуществование и забывает о своей воспитательной задаче. Таким образом,государство и народные массы в равной мере несут ответственность в хорошемсмысле этого слова. Государство обязано не только поощрять страстное стремлениенародных масс к свободе, но и делать все возможное для воспитания способностинародных масс к свободе. Если государство не выполняет эту задачу, если оноподавляет стремление к свободе или даже злоупотребляет им и становится на путиразвития самоуправления, тогда, очевидно мы имеем дело с фашистскимгосударством. В этом случае необходимо потребовать от государства отчета о томвреде и опасности, которые оно причинило в силу нарушения своегодолга.

Глава X. Биосоциальная функция труда.

Проблема «добровольной трудовойдисциплины».

В каждой социальной теории подчеркивается,что труд составляет основу социальной жизни человека. Но проблема заключаетсяне в том, что труд составляет основу человеческой жизни, а в характере труда,т. е. соответствует или не соответствует труд биологическим потребностямнародных масс. Экономическая теория Маркса показала, что все экономическиеценности возникают благодаря затратам живой рабочей силы, а не благодарязатратам мертвых материалов.

Таким образом, рабочая сила, какединственная сила, способная производить ценности, заслуживает величайшеговнимания. В обществе, которое вынуждено жить в условиях рыночной экономики (ане натурального хозяйства), не может быть и речи о внимательном отношении крабочей силе. Рабочая сила, подобно любому другому товару, покупается ииспользуется владельцами средств производства (государством или индивидуальнымикапиталистами). Получаемая трудящимся «заработная плата» приблизительносоответствует тому минимуму, который ему необходим для восстановления своейрабочей силы. Экономика, которая ставит своей целью извлечение прибыли, незаинтересована в сбережении рабочей силы. Рост механизации труда приводит ктакому избытку рабочей силы, что для затраченной рабочей силы всегда можнонайти замену.

Советский Союз упразднил частнуюэкономику, оставив в неприкосновенности государственную, основанную наизвлечении прибыли экономику. Его первоначальная задача заключалась в том,чтобы превратить капиталистическую «экономизацию» труда в социалистическую«экономизацию» труда. Советский Союз освободил производительные силы страны и вобщем сократил продолжительность работы. Таким образом, ему удалось избежатьбезработицы и успешно преодолеть период острого экономического кризиса1929—1932 годов.Несомненно, меры по рациональному ведению хозяйства, которые вначале носилисоциалистический характер, позволили Советскому Союзу удовлетворить потребностиобщества в целом. И все же основная проблема подлинно рабочей демократиисоставляет нечто большее, чем простую экономию рабочей силы. Прежде всегопроблема заключается в таком изменении характера труда, чтобы он превратился изтягостной обязанности в приятное удовлетворение потребности.

Характерологический анализ человеческогоаспекта труда (исследование, далекое от завершения) дает нам ряд подходов кпрактическому решению проблемы отчуждения труда. С удовлетворительной точностьюразличают два вида человеческого труда: принудительный, не доставляющийудовольствия труд и естественный, приятный труд51.

Для понимания этого различия нам в первуюочередь необходимо освободиться от механистических «научных» взглядов на трудчеловека. Экспериментальная психология рассматривает только проблемы методов,обеспечивающих максимальное использование рабочей силы. При этом под властьютруда понимается та радость, которую испытывает независимый ученый или художникот своих достижений. Даже психоаналитическая теория труда допускает ошибку,ориентируясь только на модель интеллектуальных достижений. Исследование труда сточки зрения массовой психологии правильно исходит из отношения трудящегося кпродукту своего труда. Это отношение имеет социально-экономическую основу исвязано с получением удовольствия от своего труда. Труд составляет основнуюбиологическую деятельность, в основе которой, как и всей жизни, лежит приятнаяпульсация.

Удовольствие, получаемое «независимым»исследователем от своей работы, не может служить критерием труда вообще. Ссоциальной точки зрения (любая другая точка зрения не имеет отношения ксоциологии) труд в XX столетии определяется долгом и необходимостьюзарабатывать средства к существованию. Труд миллионов наемных работников вовсем мире не доставляет им ни удовольствия, ни биологического удовлетворения. Вего основе лежит модель принудительного труда. Для него характернопротиводействие биологической потребности трудящегося в удовольствии. Трудпроистекает из чувства долга и совести и обычно выполняется для других.Трудящийся не заинтересован в продукте своего труда, поэтому труд тягостен илишен удовольствия. Труд, основанный не на удовольствии, а на принуждении,неудовлетворителен с биологической точки зрения и не очень продуктивен вэкономическом отношении.

Эта важная проблема мало изучена. Преждевсего нам необходимо составить общее представление. Ясно, что механический,биологически неудовлетворительный труд является следствием широкораспространенного механического мировоззрения и машинной цивилизации. Можно липримирить биологический и социальный аспекты труда Такое примирение можноосуществить, но для этого в первую очередь необходимо радикально изменитьукоренившиеся идеи и институты.

Ремесленник XIX столетия еще сохранялсвязь с продуктом своего труда. Но теперь, когда рабочий вынужден из года в годвыполнять одну и ту же операцию (как, например, на заводе Форда) и работать содной деталью, а не с изделием в целом, не может быть и речи о труде, способномдоставлять удовольствие. Наряду с системой платного труда, механизация испециализация труда приводят к тому, что рабочий утрачивает связь с машиной.Здесь можно возразить, указав, что в действительности существует потребностьтрудиться, «естественное» удовлетворение от труда присуще самому акту труда.Действительно, существует биологическое удовлетворение от деятельности, норыночная экономика придает этой деятельности формы, которые уничтожаютудовольствие от труда и стремление трудиться, блокируя их проявления.Несомненно, одна из неотложных задач рабочей демократии заключается вобеспечении соответствия между условиями и формами труда, с одной стороны, ипотребностью трудиться и удовольствием от труда, с другой. Другими словами,необходимо устранить противоречие между удовольствием и трудом. Здесьоткрывается широкое поле для человеческой мысли. Каким образом можно сохранитьэкономизацию и механизацию труда и не уничтожить удовольствие, доставляемоетрудом Рабочий может установить связь с законченным изделием, в изготовлениикоторого он принимает участие, без устранения разделения труда. Радость жизни,получаемая от трудовой деятельности, составляет существенный компонентперестройки личности, когда человек превращается из раба в хозяинапроизводства. Если бы человек имел непосредственное отношение к продукту своеготруда, он был бы рад взять на себя ответственность за свой труд. В настоящеевремя он этого не делает.

Можно было бы сослаться на Советский Союзи сказать: «Хотя вы, рабочие-демократы, гордитесь своим несентиментальнымподходом к реальности, тем не менее вы остаетесь утопистами и фантазерами.Разве в Советском Союзе, в этом раю рабочих, отменяли разделение труда Разветам испытывают удовольствие от труда Разве там упразднена система наемноготруда и рыночная экономика Разве результаты рабочей революции несвидетельствуют о невозможности и иллюзорности ваших эпикурейских взглядов натруд»

На эти доводы можно ответить следующимобразом. Несмотря на развитие естественной науки в 1944 году мистицизм укрепилсвои позиции в среде народных масс. Это бесспорно; но если кому-нибудь неудается достичь цели (в данном случае целью является рациональность народныхмасс), это не означает, что ее невозможно достичь. Основной вопрос стоит так:является ли приятный труд реальной или утопической целью Если такой трудсоставляет реальную цель и если все к нему стремятся, тогда что мешает егореализации Этот вопрос относится как к технике, так и к науке. Если до сих порникому не удавалось подняться на вершину Эвереста, это не означает, что на неевообще невозможно подняться. Проблема заключается в том, чтобы преодолетьпоследние восемьсот метров.

Здесь ясно раскрывается противоположностьрабочей демократии и политики. Наши газеты заполнены политическими дискуссиями,в которых не рассматриваются трудности трудового процесса народных масс. Этовполне понятно, так как политиканы ничего не знают о труде. Теперь представимсебе, что рабоче-демократическое общество решило изгнать иррационализм из своихгазет и заняться обсуждением условий труда, способного доставлять удовольствие.Трудящиеся массы тотчас выступят с множеством рекомендаций и предложений итаким образом навсегда покончат с политизацией. Подумайте только, как приятнобудет какому-нибудь начальнику, инженеру или специалисту обсуждать различныеаспекты и этапы трудового процесса и выдвигать предложения и рекомендации поего совершенствованию. Они будут спорить и состязаться друг с другом. Спорыбудут жаркими. Как замечательно! Прошло много времени, пока не возникла мысльстроить заводы, похожие на дома отдыха, а не на тюрьмы, с хорошим освещением ивентиляцией, с душевыми и кухнями. Под нажимом военной экономики на заводахстали по радио транслировать музыку. Трудно сказать, как далеко мог бы зайтиэтот процесс, если бы прессой распоряжались трудящиеся, а неполитиканы.

Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.