WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 59 |
Дело заключается не в словах, а в сути:сформировалось различие между существенно важной для общества обязанностью иобязанностью, ограничивающей свободу. С этого момента произвол вступает в своиправа. Например, иезуиты могут использовать почтовую цензуру в своих целях.Полиция безопасности может использовать существующую почтовую цензуру дляусиления своей власти.

Этот упрощенный пример вполне применим ксложному механизму современного общества. Он относится к нашей банковскойсистеме, полиции, системе образования, распределению продуктов и, разумеется,отношению общества к другим народам. Мы начинаем разбираться в хаосе, когда приоценке какой-либо деятельности государства мы постоянно спрашиваем себя, какаячасть этой деятельности относится к первоначальному выполнению социальных задачи какая часть относится к впоследствии приобретенной функции подавления свободычленов общества. Первоначальная задача полиции Нью-Йорка, Берлина или любогодругого города заключалась в защите общества от убийств и краж. Посколькуполицейские выполняют эту задачу, они осуществляют полезную для обществадеятельность. Но полиция превращается в орган тиранической,авторитарно-государственной власти, возвышающейся над обществом и выступающейпротив него, когда полиция считает себя вправе запрещать невинные игры вчастных домах, давать или не давать разрешение мужчине или женщине принимать всвоей квартире представителя противоположного пола, определять, когда людидолжны ложиться спать и вставать.

Одна из задач рабочей демократиизаключается в устранении тех функций социальной администрации, благодарякоторым она возвышается над обществом и выступает против него. Естественныйпроцесс развития рабочей демократии допускает только те административныефункции, которые способствуют объединению общества и облегчают существенныевиды его деятельности. Отсюда видна недопустимость механического «одобрения»или «осуждения» «государства». Необходимо проводить различие междупервоначальными и репрессивными функциями государства. Очевидно, чтогосударственный аппарат превратится в исполнительный орган общества, когда привыполнении своих естественных обязанностей он будет действовать в интересахвсего общества. Когда это произойдет, он перестанет быть «государственнымаппаратом». Государственный аппарат освободится от тех особенностей, которыеобособляют его от общества, ставят его над обществом, побуждают выступатьпротив общества и внедряют в него зародыш авторитарной диктатуры. В результатепроисходит подлинное отмирание государства, т. е. отмирание его иррациональныхфункций. При этом необходимые рациональные функции остаются существеннонеобходимыми и продолжают существовать.

Это различие позволяет рассматриватькаждую существенно важную деятельность администрации с целью определить, нестремится ли она возвыситься над обществом и выступить против общества, непревращается ли та или иная административная функция в новое орудиеавторитарной власти государства. До тех пор, пока деятельность администрацииосуществляется в интересах общества, администрация составляет часть общества.Она необходима, и ее деятельность относится к существенно важной сфере. Если жегосударственный аппарат претендует на роль хозяина общества и требует для себянезависимых полномочий, тогда он превращается в злейшего врага общества и с нимследует обращаться соответствующим образом.

Очевидно, что сложный современныйсоциальный организм не мог бы существовать без административного аппарата. Неменее очевидно и то, что нелегко устранить стремление административногоаппарата к превращению в «государственный аппарат». Для социологов и социальныхпсихологов здесь заключена огромная область исследований. После ликвидацииавторитарного государства необходимо принять меры по предотвращению возможностиповторного превращения административных функций в независимые силы. Тем неменее, поскольку авторитарная независимость проистекает непосредственно изнеспособности трудящихся масс самостоятельно регулировать, контролировать ивести свои дела, проблему авторитарного государства невозможно рассматривать ирешать независимо от структуры личности и наоборот.

Это приводит нас непосредственно кпроблеме так называемого «государственного капитализма», которая не былаизвестна в XIX столетии и стала приобретать зримые очертания лишь после первоймировой войны (1914—1918 гг.).

Социальная функция государственногокапитализма.

До конца первой мировой войны в России идо начала мирового экономического кризиса (1930г.) в Соединенных Штатах междусистемой частного капитализма и государственной системой существовало простоеотношение. Для Ленина и его современников «капиталистическое государство» былопросто орудием власти «класса частных капиталистов». В русских революционныхфильмах простота этого отношения изображалась приблизительно следующимобразом.

Владелец завода стремится снизитьзаработную плату; рабочие требуют повышения заработной платы. Капиталистотказывается удовлетворить это требование, после чего рабочие объявляютзабастовку. Капиталист звонит по телефону комиссару полиции и поручает ему«восстановить порядок». В этом случае комиссар полиции выступает в качествеорудия капиталиста и в качестве такового свидетельствует о том, что данноегосударство является «капиталистическим государством». Комиссар полициинаправляет полицейских на завод и арестовывает «зачинщиков». В результате этогорабочие остаются без руководителей. Спустя некоторое время рабочие начинаютголодать и вольно или невольно возвращаются к работе. Капиталист одержалпобеду. Это означает, что рабочим нужна более совершенная организация. Помнению социологов, симпатизировавших рабочим, такой фильм отражает взаимосвязьмежду государством и капитализмом в Америке. Но в последние двадцать летсущественная перестройка социальной структуры вызвала изменения, которые несоответствуют этому простому представлению. На основе частнокапиталистическойсистемы возникло множество корпораций, которые можно охарактеризовать как«государственно-капиталистические». Российское общество заменило частныйкапитализм безграничной властью государства. Как бы это ни называлось, но встрого марксистском смысле государственный капитализм занял место частногокапитализма. Как уже отмечалось, концепция капитализма определяетсясуществованием не отдельных капиталистов, а рыночной экономики и наемноготруда.

Мировой экономический кризис1929—1933 годоввызвал в Германии и Америке социальные процессы, ориентированные наустановление государственного капитализма. В качестве структуры, возвышающейсянад обществом, государство также занимает независимую позицию по отношению ксистеме частного капитализма. Оно отчасти берет на себя функции, которые преждевыполнялись частными капиталистами. Например, место филантропии занимаетсоциальное обеспечение. Кроме того, для частного капитализма в некоторыхобластях государство вводит регулирование ставок заработной платы. Все этопроисходило под нажимом масс наемных работников. При этом организациитрудящихся не брали на себя административно-социальные функции. Они оказывалисоциальное влияние совершенно иным путем, а именно посредством необходимогодавления на государственный аппарат с целью побудить его ограничить интересычастного капитализма и защитить права рабочих и служащих.

Другими словами, революционные события вСоветском Союзе и экономический спад в других крупных обществах привели кострому кризису, а вместе с ним и к необходимости использовать существующийгосударственный аппарат для предотвращения распада. В качестве независимойсоциальной силы «государство» вновь выдвинуло на первый план своюпервоначальную задачу — предотвращение распада общества любой ценой.

В Германии этот процесс проявился наиболееярко. В годы острого кризиса 1929—1939 годов потребность в сохранении единства была настолькосильна, что идея авторитарно-тоталитарного государства без труда получилаширокое признание. Если удается предотвратить распад общества, тогда все равноостаются нерешенными проблемы, которые ускорили социальный кризис. Это нетруднопонять, так как идеология государства неспособна обеспечить фактическое ипрактическое разрешение конфликтующих интересов. Этот процесс позволяет понятьмногие из принятых фашистами антикапиталистических мер, которые настолько ввелив заблуждение некоторых социологов, что они стали рассматривать фашизм какобщественно-революционное движение. Но фашизм был чем угодно, только нереволюционным движением. Он знаменовал лишь стремительный переход от автократиичастного капитализма к государственному капитализму. Слияние государственного ичастного капитализма произошло на предприятиях Геринга. Поскольку в средерабочих и служащих всегда были сильны антикапиталистические тенденции, этотпереход можно было осуществить только с помощью антикапиталистическойпропаганды. Благодаря этому противоречию победоносная борьба фашизма сталаобразцом социального иррационализма. Поэтому так трудно понять победу фашизма.Действия фашистов следует считать противоречивыми, непостижимыми и бесплодными,потому что, обещая осуществить революцию против частного капитализма, фашистыодновременно обещали капиталистам спасти их от революции. В значительной мереэто позволяет понять и те факторы, которые привели государственный аппаратГермании к участию в империалистической войне. В немецком обществеотсутствовала возможность объективного регулирования условий жизни. Применениеполицейских дубинок и пистолетов для создания видимости порядка вряд ли можноназвать «решением социальных проблем». «Объединение нации» носило иллюзорныйхарактер. Мы научились приписывать процессам, опирающимся на иллюзии, такую же(если не большую) эффективность, как и процессам, опирающимся на суровуюдействительность. Бесспорным доказательством этому служит тысячелетнее влияниецерковной иерархии. Даже при отсутствии практического решения реальных проблемобщественной жизни иллюзорное объединение государства произвело такоевпечатление, будто это было фашистским достижением. Время показалонесостоятельность такого решения. Несмотря на дальнейшее усиление общественныхразногласий, иллюзорное единство государства позволило в течение десяти летпредотвращать распад немецкого общества. Право на фактическое разрешениесуществующих разногласий было оставлено за другими, более фундаментальнымипроцессами.

Задача приведения к некоему единствуобщественных разногласий остается неизменной как в капиталистическом, так и впролетарском государстве. В то же время необходимо учитывать различие висходной постановке цели. При фашизме авторитарное государство превращается впрототип идеи государства, причем народным массам постоянно отводится рольподданных. Пролетарское государство ленинского типа ставило своей цельюпостепенное самоуничтожение государства и установление самоуправления. В обоихслучаях, однако, суть остается одинаковой — «государственный контроль надпотреблением и производством»

Вернемся к нашему общему знаменателю, т.е. неспособности трудящихся масс к самостоятельному ведению своих общественныхдел. Тогда мы лучше поймем логичность превращения частного капитализма вгосударственный капитализм, которое произошло в течение последних двадцати пятилет. Трудящиеся массы в России смогли свергнуть царский государственный аппарати заменить его государственным аппаратом, руководители которого были выходцамииз рабочей среды. Но они не смогли перейти к самоуправлению и взять на себяответственность за управление государством.

Трудящиеся других стран имели крепкиеорганизации и все же не смогли осуществить на практике самоуправление, котороевходило в состав идеологии их организаций. Поэтому государственный аппарат былвынужден брать на себя функции, фактически возложенные на массы. Так, например,в Скандинавии и Соединенных Штатах государство фактически заняло место народныхмасс.

Историческое развитие России, Германии,Скандинавии и Соединенных Штатов обусловило основные различия в государственномконтроле над общественным производством и потреблением. И тем не менее в этихстранах оставался один общий знаменатель — неспособность народных масс кобщественному самоуправлению. Опасность возникновения авторитарных диктатурлогически и непосредственно проистекает из этой общей основы перехода кгосударственному капитализму. В данном случае представляется несущественным,какой ориентации придерживается государственный чиновник — демократической илиавторитарной. С точки зрения психологии и идеологии трудящихся масс вдействительности не существует никакой гарантии от возникновения диктатуры наоснове государственного капитализма. Поэтому в борьбе за подлинную демократию иобщественное самоуправление необходимо выделять и подчеркивать роль личностнойструктуры в переносе ответственности личности в область процессов любви, трудаи познания.

Сколь бы тягостным и неприятным это нибыло, мы должны признать, что здесь мы имеем дело со структурой личности,которая формировалась в течение тысячелетий на основе механической цивилизациии проявляется в форме социальной беспомощности и сильного стремленияподчиняться фюреру.

Pages:     | 1 |   ...   | 41 | 42 || 44 | 45 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.