WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 34 |

СПЕЦИАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ, ПРОВЕДЕННОЕСОВМЕСТНО С ОЛДОСОМ ХАКСЛИ,ПРИРОДЫ И ХАРАКТЕРА РАЗЛИЧНЫХ СОСТОЯНИЙ СОЗНАНИЯ, С КОММЕНТАРИЯМИ

Поведение пациента суть часть его проблемы,с которой он приходит в кабинет врача; оно составляет лично его среду, внутрикоторой терапия и должна произвести эффект; оно может составлять главную силу в конкретных отношенияхпациент-врач. Так как, с чем бы ни пришел пациент в кабинет врача, это, внекотором смысле, и часть его, и часть его проблемы, пациента надооценивать с симпатией, рассматривая всюцелостность, находящуюся перед терапевтом.

Милтон X.Эриксон. Использованиесимптомов как интегральнаячасть гипнотерапии.

Общепризнанно, что Милтон Эриксон являетсяведущим практиком медицинского гипноза и использует гипноз впсихотерапевтическом контексте. Он настойчиво убеждает в течение всех лет егопродолжающихся исследований природы гипноза и работы человеческого мозга визмененных состояниях сознания, что гипнотизеры, психотерапевты, медики истоматологи проявляют утонченную способность распознавать и

4S

удовлетворять специальные нужды итребования, с которыми клиенты приходят к ним в связи с их ситуацией. Эриксоносознает, что полная коммуникация между двумя людьми одновременно и насознательном, и на бессознательном уровнях может происходить, когда существуетвосприимчивость к модели мира другого человека. В терапевтическом контексте,например, терапевт берет на себя ответственность и за вхождение в контакт, и заосуществлении помощи клиенту в приобретении навыков коммуникации, необходимыхдля возможности любого желаемого изменения в поведении. Часто это можеттребовать от терапевта умения обучить клиента выработке нового способапредставления собственного опыта - буквально обучить клиента приобретать новыевозможности выбора в поведенческом плане (сознательно, бессознательно илиобоими путями одновременно) относительно своего способа представления мира.Применяя гипноз в медицинских или зубоврачебных контекстах, врач должен помочькаждому клиенту достичь измененного состояния сознания, которое позволитвоспринимать мир способом, радикально отличным от способа восприятия нормальнымсознанием для того, что бы могли быть осуществлены другие сложные хирургическиепроцедуры, к которым пациент был бы правильно подготовлен. Обычной для любой изэтих ситуаций является возросшая способность клиента контролировать части егоопыта, привычно воспринимаемые как неподконтрольные ему (например, способностьвызывать воспоминания о событиях отдаленного прошлого, отключаться от жгучейболи и т.д.) Клиент, с помощью гипнотизера, буквально достигает власти надчастями своей нервной системы, обычно считающимися находящимися внесознательного контроля, - он может добиться успеха, добиваясь поразительногоуправления над продолжающимися процессами своего прямого общения с миром, надсвоим процессом моделирования его.

Одна из наиболее высоко ценимых взападно-европейской культуре способностей - опыт, называемый нами творчество или творческий акт. Несмотря на почти полное отсутствие согласия касательно природытакого рода опыта, исследователи творчества обычно характеризуют его каксостояние измененного состояния сознания. При изучении, к примеру, многихнаиболее знаменитых математиков мира комментаторы, как и сами математики,замечают, что их открытия и изобретения часто приходят в форме снов, внезапныхинтуитивных решений проблемы, над которой они не работали в то время насознательном уровне.

В этой первой статье Эриксон работаетвместо с Олдлсом Хаксли,исследуя “различные состояния психологического сознания”. Хаксли, безусловно,известен как одна из наиболее творческих индивидуальностей в современнойистории Западной Европы. В связи с этим мы рассматриваем систему поведения каксистему, помогающую Хакслив достижении измененных состояний вкупе с восприимчивостью к его мощнымтворческим ресурсам. Принципы коммуникации, позволяющие Эриксону

4-99249

действовать настолько эффективно впсихотерапевтическом столкновении, выявляются с очевидностью в этой ситуации,где впечатляющие ресурсы высокой творческой личности оказываются исследованнымиею же самой. И именно здесь, в этой статье, возможно, присутствует мысль, чтотот потенциал, которыйпредлагается гипнотическими средствами как инструмент для изучения измененныхсостояний сознания и для исследования максимального расширения пределовчеловеческого опыта, выявляется сам по себе наиболее наглядно. И эти средствапригодны не только для обладающей сильным воздействием методики Эриксона как средства помощи и изменениячастей привычной индивидуальной модели мира способом, узко применимым в терапииили полезным в медицине и стоматологии, но они также обеспечивают цельныйподход к нанесению на карту частей человеческого потенциала, обычно непроявляемых - тех его частей, которые мы можем назвать творческими актами.

СПЕЦИАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ,

ПРОВЕДЕННОЕ СОВМЕСТНО С ОЛДОСОМ ХАКСЛИ, ПРИРОДЫ И ХАРАКТЕРАРАЗЛИЧНЫХ СОСТОЯНИЙ СОЗНАНИЯ ВВЕДЕНИЕ

За период около года Олдосом Хаксли и актором много времени было потрачено нато, чтобы отдельно друг от друга спланировать совместное исследование различныхсостояний психологического сознания. Специальные справки, возможные методыэкспериментального подхода и исследований и различные вопросы, которыеследовало предложить кобсуждению, вносились каждым из нас в свои соответствующие отрывные записныекнижки. Цель была - подготовить общую базу для предполагаемогосовместного исследования, где эта общая база отражала бы ход мыслей каждого изнас независимо от другого.Этим способом мы надеялисьобеспечить возможно более широкий охват идей при таких различных схемах,приведенных из заметно различных базисов восприятия, которыми мы обаобладали.

В начале 1950 г. мы встретились в домеХаксли в Лос-Анджелесе для того, чтобы провести день в интенсивном оцениванииидей, записанных в наши записные книжки, и заняться экспериментальнымиисследованиями, которые показались бы нам осуществимыми. Мне был особенно интересен подход Хаксли кпсихологическим проблемам, его метод мышления и его собственного уникальногоиспользования своего подсознания, которые мы обсуждали только конспективнонесколько раньше. Хаксли был особенно заинтересован гипнозом, и предыдущаячрезвычайно короткая работа с ним продемонстрировала его исключительнуюкомпетентность как способного к глубокому сомнабулизму субъекта.

Было осознано, что эта встреча должна бытьпредварительным или

50

“лоцманским” исследованием, и это было обсуждено намиобоими. Тем не менее мыпланировали сделать ее настолько всесторонней и содержательной, насколько возможно безизлишнего акцентирования внимания на степени полноты каждого отдельногопункта. Когда работа днябыла оценена, смогли бытьвыработаны планы будущихвстреч и специфических изысканий. В дополнение каждый из наспреследовал своииндивидуальные цели. Олдосимел в виду дальнейшую литературную деятельность, тогда как мой интересотносился к будущей психологической экспериментальной деятельности в областигипноза.

Работа эта началась в восемь часов утра ипродолжалась без перерыва до шести часов вечери, с некоторым существеннымобзором наших записныхкнижек ни следующий день, чтобы установить их общую согласованность, исключить любой недостатокясности смысла, возникающийв результате сокращенности записей, внесенных в них в течение предыдущегодня, и с цельюскорректировать какие-либо оплошности. В целом мы обнаружили, что наши записные книжкипринципиально находились в согласии, но что, естественно, направленностьзаписей отражает наши специальные интересы и факт того, что каждый из нас,вследствие характера ситуации, делал отдельные замечания, которые относились кобоим участникам. Мы планировали оставить эти записные книжки Хаксли, так какего феноменальная память, часто оказывающаяся способной вызватьвсеохватывающеевоспоминание, и его экстраординарные литературные способности позволили быосуществить более удовлетворительное написание совместной статьи, основанной нанаших дискуссиях и экспериментах того дня. Однако, я все-таки вырвал из моей записной книжки страницы сописанием поведения Хаксли, когда он, будучи экспериментальным субъектом,оказывался неспособнымделать исчерпывающие записи о себе, несмотря на то, что после эксперимента онмог делать это и действительно делал, впрочем, менее полно, чем я. Было внесенопредложение, что я, исходя из этих определенных страниц, должен попытатьсянаписать статью, которая могла бы быть включена впоследствии в более объемноеисследование, которое должен был написать Хаксли. Соответственно я вырвалнекоторое количество страниц, намереваясь затем охватить и больше. Страницы,которые я забрал, Хаксли немедленно переписал в свой журнал, чтобы бытьуверенным в полноте своих собственных данных. К несчастью, землетрясение вКалифорнии некоторое время спустя разрушили дом Хаксли, его обширную библиотеку, содержащуюмного редких изданий и рукописей, помимо прочих бесчисленных сокровищ, неговоря уж о рукописях самого Хаксли, над которыми он тогда работал, так же как и о соответствующихзаписных книжках от совместного исследования. В результате чисто субъективная сущность нашегопроекта была оставлена как темаслишком болезненная, чтобы ее еще обсуждать, однако недавняя смерть Хакслиподтолкнула меня к внимательному прочтению этого относительно

51

малого числа страниц, которые я вырвал изсвоей записной книжки. Их изучение давало возможность представить читателю малую, ноинформативную частьэкспериментов того дня. В этом отношении читатель должен помнить, что цитаты,принадлежащие Хаксли, не обязательно дословны, так как во время экспериментаавтор записывал их в сокращенной форме. Тем не менее, в смысле их содержания,они корректны и показательны для Хаксли, насколько я знал его. Также должноиметь в виду, что Хаксли прочел мои записи относительно нашего совместногоисследования и одобрил их.

ПРЕДПОСЫЛКИ ПРОЕКТА

Проект начался с обзора Хаксли концепций идефиниций, в основном его и частично других, работающего сознания, за которымпоследовало обсуждение со мной его понимания гипнотических состояний сознания.Целью было убедиться, что мы совпадаем в своих концепциях или различаем наши расхождения в понимании,таким образом создавая возможность более достоверного исследования предметанаших интересов.

Затем последовал обзор его психоделических опытов с мескалином, которые будут отражены ниже в настоящей книге.

Хаксли затем выступил с детальным описаниемего весьма специальной практики того, что он в поисках лучшего и менеенеуклюжего обозначения, ранее им не вводившегося, назвал _глубокой рефлексией.Он описал это состояние (описание автора не является полным, так как емуказалось, что, кроме личного интереса, не было никакой разумной причины длятого, чтобы сделать всесторонние записи явления) глубокой рефлексии какхарактеризующееся физической релаксацией с опущенной головой и зарытымиглазами, глубокой прогрессивной психологической отстраненностью от внешнихобстоятельств, но без какой-либо действительной потери физических реальностей,без какой-либо амнезии или потери ориентации; “нахождением в стороне” от всегонесущественного, и затем состоянием полной погруженности мозга, являющейсяпредметом интереса Хаксли. Более того, Хаксли постулировал, что в этомсостоянии полного отстранения и погруженности он свободно мог взять новыйкарандаш вместо затупившегося для того, чтобы “автоматически” сделать пометкиотносительно своих мыслей и проделать все это без фиксируемого осознания, чтоза телесный акт он производит, с его стороны. Это было, как если бы физическийакт не являлся “интегральной частью моего мышления”. Казалось, что никоимобразом такая физическаяактивность не нарушала,замедляя или затрудняя, “ход мысли, так избирательно занимавший мою сферуинтересов... Она ассоциируется как почти полностью периферическая активность...Я мог бы сказать, как активность, едва соприкасающаяся с периферией”. Хакслиссылается на

52

присутствие другого типа физическойактивности. Он вспомнил пребывание в состоянии глубокой рефлексии в течениепервого дня, когда его жена занималась покупками. Он не восстановил, какимимыслями или какими идеями он был занят, но вспомнил, что, когда его женавернулась, она спросила его. записал ли он специальное сообщение, которая онапродиктовала ему по телефону. Он был ошарашен ее вопросом, не мог вспомнитьчто-либо о собственном ответе по телефону, который, однако, был, как убеждалаего жена, но вместе они нашли то самое сообщение, воспроизведенное в блокнотерядом с телефоном, который находился на расстоянии большем, чем следовало бы,чтобы достать его без затруднений из кресла, в котором Хаксли погружалсяобыкновенно в глубокуюрефлексию. И он, и его жена пришли к заключению, что он находился в состоянии глубокой рефлексии вовремя телефонного звонка, поднял трубку и сказал ей, как обычно: “Я слушаю,алло”, выслушал сообщение, записал его, и все это без каких-либо последующихвоспоминаний о происшедшем. Он вспомнил только то, что работал в этот день надрукописью такого рода, что она заполняла всю его сферу интересов. Он объяснил,что это было вполне обычно для него, начинать свою дневную работу вхождением всостояние глубокой рефлексии как предварительного процесса выстраивания своихмыслей и приведения в стройный порядок размышлений, которые должны были бы войти вего предполагаемые записи этого дня несколько позднее.

Как другую иллюстрацию, Хаксли приводилинцидент, когда его жена вернулась домой после глубокого отсутствия, обнаружиладверь запертой, как обычно, открыла дверь и обнаружила на журнальном столике,предназначенном для почты, специальных сообщений и т. п., срочноеписьмо. Она нашла Хаксли тихо сидящем в его особомкресле, очевидно, в состоянии глубокой задумчивости. Позднее в этот день онаосведомилась о времени прибытия срочной почты только для того, чтобы убедиться,что он не имеет никаких воспоминаний об этом письме. В то же время мы обазнали, что почтальон, несомненно, позвонил в дверной звонок, что Хаксли услышалзвонок, прервал свои занятия, пошел к дверям, открыл их, получил письмо, закрылдверь, положил письмо на нужное место и вернулся в кресло, где жена и нашла его.

Оба рода таких событий происходили весьмаредко. Он привел их только как случаи с ним, описанные его женой, но безкакого-либо своегоощущения, что такие сообщения содержат описания действительно осмысленного физического поведения с его стороны. По егомнению, он мог только заключить, что в моменты подобных происшествий он долженбыл находиться в состоянии глубокой рефлексии.

Его жена впоследствии высказала заключение,что его поведение было полностью “автоматическим”, как у машины, движущейся и точно истрого. “Это изысканное удовольствие - видеть его достающего книгу из шкафа,снова садящегося, медленно открывающего книгу, надевающего очки,

53

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 34 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.