WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 47 |

James F.T. Bugental

THE SEARCH

FOR EXISTENTIAL

INDENTITY

Patient-Therapist Dialogues

in Humanistic Psychotherapy

Jossey-Bass Publishers

SanFrancisco

Джеймс Бьюженталь

НАУКА БЫТЬ ЖИВЫМ

Диалоги между терапевтом

и пациентами

в гуманистической терапии

Перевод с английского А.Б. Фенько

Рекомендовано Профессиональнойпсихотерапевтической лигой

в качестве учебного пособия по специальности“Психотерапия”

Москва

Независимая фирма “Класс”

1998

УДК 615.851

ББК 53.57

Б 87

Бьюдженталь Д.

Б 87 Наука бытьживым: Диалоги между терапевтом и пациентами вгуманистической те­рапии/Пер. с англ. А.Б. Фенько. — М.: Не­зави­симая фир­ма “Класс”, 1998. — 336 с. — (Библиотека психологии ипсихотерапии).

ISBN 5-86375-097-9 (РФ)

Книга, написанная доктором философии ипрезидентом Ассоциации гуманистической психологии, — плод его размышлений о наукебыть живым, которой терапевт и его пациенты учат друг друга. В живых диалогахречь идет о том, что значит по-настоящему быть самим собой, слышать свойвнутренний голос, уметь управлять собственной жизнью, понимать своюуникальность...

Эта книга о нашем утраченном “шестомчувстве”, которое является ключом к более полной, насыщенной жизни. Онаадресована психологам, психотерапевтам, студентам, а также всем мыслящим людям,которые берут на себя смелость задуматься “о смысле собственногобытия”.

Главный редактор и издательсерии Л.М. Кроль

Научный консультант серии Е.М. Михайлова

ISBN 0-87589-273-6 (USA)

ISBN 5-86375-097-9 (РФ)

© 1976, James F.T.Bugental

© 1976, JosseyBass Publishers

© 1998,Независимая фирма “Класс”,издание, оформление

© 1998, А.Б.Фенько, перевод на русскийязык

© 1998, О.И.Генисаретский, предисловие

© 1998, В.Э.Королев, обложка

Исключительное право публикации на русскомязыке принадлежит издательству “Независимая фирма “Класс”. Выпускпроизведения или его фрагментов без разрешения издательства считаетсяпротивоправным и преследуется по закону.

Неисчислимое чувство,

или помощь для самопомощи

Предлагаемая вниманию читателя книга ДжеймсаБьюдженталя принадлежит к достаточно обширному уже кругу психотерапевтическойсловесности, в своюочередь, входящей в еще более широкое поле гуманитарной литературы и заметнораздвинувшей в нашем веке его границы.

В этом качестве книга могла бы бытьвстречена с интересом не только теми, кто посвятил себя психотерапии илипсихологии, но и всеми, кто не уверовал до конца в нигилистический припев оконце “человеческого, слишком человеческого” в человеке. Да вот беда, тексты,выходящие под рубрикой “психотерапия”, не очень-то воспринимаются унас — критикой ичитателями — именнокак словесность, как родлитературы, по своим намерениям обращенной не только к специалистам или “лицамс психологическими проблемами”, но и к гуманитарному люду любыхпрофессиональных цехов и регионов культуры. Странным в этом бесчувствии кценностям литературного жанра является, собственно, то, что — наряду с самыми “крутыми”философскими и богословскими текстами — мало-мальски оригинальные книгипо психотерапии, психологической культуре, психофантастике исчезают с прилавковс завидной скоростью. Стало быть, читаются, но в критическом сознании остаютсякак бы за пределами литературности!

А зря, отменное чтиво!

Во-первых, потому, что значительный пластего — этоистории встреч и опыта перемен, причем во многих разных смыслах слова “история”. Истории, случившиеся, состоявшиеся счеловеком в ходе его жизни и приведшие его к потребности что-либо в ней (и всебе) изменить; истории, рассказанные, показанные, разыгранные в ходетерапевтической сессии (один на одни с терапевтом или в присутствиитерапевтической группы); истории, поведанные нам, читателям,автором-психотерапевтом, преследовавшим свои научные, творческие и гуманитарныецели. Истории, в которых — как всегда с историями и бывает — поэзия и правда, вымысел иреальность, намерение и безыскусность сплетаются столь же по обыкновениямжизни, сколь и по законам литературного жанра.

Во-вторых, это истории, увиденные ипоказанные всегда в очень определенной, заранее оговоренной концептуальной ипроцедурной оптике, благодаря которой самые заурядные события, переживания,отношения повседневной жизни становятся настолько выпуклыми и стереоскопичными,что могут быть еще раз пере-пережиты и пере-проверены, опытно исследованы и вопыте же изменены, получив при этом достоинство сознанности и ничего не потерявв своей жизненной конкретности.

Присущие терапевтическому процессу качестваконцептуальности, процедурности и сознаваемости (рефлексивности), а также то,что он протекает как серия событий “здесь” и “сейчас”, в значительной мереинсценированных и подвергающихся анализу, сближают психотерапевтическуюсловесность с самыми радикальными формами художественного и социокультурногоавангарда. При желании можно было бы даже сказать, что современная психотерапияточно так же соотносится с традиционной и классической психологией, какавангард соотносится с народным и классическим искусством. Может быть, это и некомплимент психотерапии, но уж точно констатация ее со-природностиискусству.

В-третьих, современное искусство ипсихотерапию объединяет также и общий вектор их движения от “сильных”,требовательных форм авангарда, характерных для культуры 20-х и 60-хгодов, — к “слабым”его формам, иначе говоря, к “поставагардизму”, с присущим ему выравниваем вправах самых разных культур, духовных традиций, исторических эпох, стилейжизни, а также вниманием к разнообразию свойственных им образовчеловечности.

Психотерапия опознается при этом скорее какдитя антропологической революции1, лежащей в основе современнойкультуры, как одна из самых показательных ее гуманитарных практик, чем какнаследница феноменологии, экзистенциализма, структурализма или иных направленийфилософской мысли, с которыми она действительно разделяет некоторые общиеконцептуальные схемы.

У психотерапии свой путь в околесицегуманитарных проблем современности, свой голос и своя интеллектуальная стать.И, в частности, своя система экзистенциальных и культурных ценно­стей, иногда — не слишкомобязательно —называемых “внутренними”, “личностными”, “субъектными”, “архетипическими” илипросто “психическими”, но определенно составляющими автономное и легкоопознаваемое ценностное ядро. Вокруг него постепенно кристаллизуется тасвоеобразная экзистенциальная прагматика психотерапии, то присущее еймногообразие мотивов и целей обращения к психотерапевтическомупраксису — ксамореализации, личностному росту, душевно-телесной цельности, человеческойподлинности и совершенству, которое А. Маслоу удачно окрестил“евпсихией”2, что по-русски могло бы звучать как “благодушие”.

Нет ничего удивительного в том,что — по молодостисвоего профессионализма (в его современном виде) — психотерапия выражаетсамосознавание своего пути и этой своей стати чаще всего проектно исимволически, обращаясь к той или иной базовой метафоре (как делает и нашавтор, не обинуясь говорящий о “шестом чувстве”). Впрочем, как раз в случаепсихотерапии опора на метафору не может служить упреком в методологическойнекорректности, ибо метафора проработана здесь как вполне правомочный элементпрофессиональной коммуникации всех участников психотерапевтического процесса(от “человека с улицы” — до супервизора-концептуалиста).

Итак, шестое чувство, под которым автор,следуя складывающейся на наших глазах психотерапевтической концептуалистике,подразумевает внутреннее сознавание. Чувство, современным человеком то ли уже потерянное, то ли еще ненайденное. И непременно вожделеемое.

Работу, связанную с пониманием того, в чемсостоит смысл гипотетической потребности в этом чувстве для современногочеловека, равно как и объяснение того, что за механизм производствасубъективности в нашем мире заставляет ученого-психолога ипрактика-психотерапевта считать эту потребность объективной, автор возлагает нанас с Вами, уважаемый читатель. Не станем роптать на непомерность этой задачи ибудем благодарны за предоставленную нам возможность задуматься о вещах стользначительных.

Последуем в этом за автором, не забывшимподчеркнуть “важность нашего утраченного чувства, внутреннего осознавания,которое позволяет каждому из нас жить с более истинным пониманием своейуникальной природы” и напомнившим нам, что “это утраченное чувство есть прямойпуть к наиболее глубокому постижению смысла бытия и вселенной”. Отнесемся такжес доверием к “неслабому” суждению практикующего психотерапевта (а не философа,скажем) о том, что “когда я полностью сознаю свое бытие — включая свои чувстваотносительно своего способа существования и того, как я в действительности хочужить, — настоящаяработа заканчивается”.

Но в тот момент, когда на страницах этойкниги автор обратится к нам не как к интересующимся профессиональнымипроблемами психотерапии, а как к “интеллигентным читателям”, то есть обратитсяпрямо к нашему внутреннему сознаванию (чувствованию и пониманию), заметим: тутречь начинает идти уже не о психотерапии как помогающей профессии, а о тойвозможной самопомощи, которую мы только сами могли бы себе оказать; и не о тойили иной профессиональной роли психотерапевта, а о нем как о новоявленномкультурном герое, поверх цеховых барьеров обращающемся к каждому из “людейдоброй воли”. И к этому голосу в хоре современной культуры, по моему ощущениювремени, стоит прислушаться отнюдь не первым слухом.

Покуда мы соглашаемся с тем, что“психотерапия на самом деле, — как пишет наш автор, — есть ускоренный образовательныйпроцесс, направленный на то, чтобы достичь зрелости, задержавшейся на двадцать,тридцать или более лет из-за попыток жить с детским отношением к жизни”, мыостаемся в пределах вполне понятного для молодой профессии просветительскогопафоса. А вот когда нам говорят, что “сознавание является фундаментальнойприродой человеческой жизни”, то мы, именно как “интеллигентные читатели”,вправе прибегнуть к своей онтологической интуиции (убеждениям и вере) изадаться вопросом о правомерности подобной гуманитарной интервенции в кругжизни и самопонимание каждого из нас.

И тут приоткрывается одно скрытое до тех пордопущение, которое стоило бы сформулировать явно.

Среди профессиональных, культурных иэкзистенциальных ролей, с которыми мы имеем дело в психотерапевтическом поле,есть три позиции: супервизора, имеющего опыт нуждающегося в помощи клиента и помогающеготерапевта, концептуалиста,владеющего теоретическими средствами наблюдения и анализа психотерапевтическогопроцесса, и того не имеющего пока устойчивого имени персонажа, который вкосвенной речи обычно именуется словами с приставкой “само” (тот “сам”, ктосчитается носителем и предметом самосознавания, самопонимания, самоотношения,самодействия, саморазвития и … самопомощи в этом далеко не простом и не легкомделе). Эти три позиции объединяет то, что они, по сути, являются автопозициями,между которыми разворачивается процесс рефлексивной автокоммуникации и обменкакими-то странными энергиями и символическими продуктами, причем происходитвсе это непосредственно в пространстве культуры, на ее сценах и экранах, а нена площадках профессионального психотерапевтического цеха.

Далее, когда один из этих персонажей,психотерапевт — ввидуособой психической одаренности и/или большого профессиональногоопыта — получаетпреимущество перформативности, когда все его поведенческие жесты (по всем психическиммодальностям и функциям, включая концептуальные) начинают удовлетворятьпринятым в психотерапевтическом сообществе критериям экзистенциальнойпрагматики, он вступает на поле автопсихопоэзиса и получает (илизахватывает) роль не просто выдающегося представителя профессионального цеха,но и культурного героя, претендующего на своеобразное антропологическое авторство, натворчество (или возрождение) новых фигур человечности3.

Эта новая роль психотерапевта на театрекультуры является условием и своеобразия психотерапевтической словесности, инарастающего интереса к ней. Случаи из повседневной профессиональной практикипревращаются тут в экзистенциальные истории, в сопровождающее их сознаваниепривходит совокупный опыт антропологического воображения.

Непомерные претензии Или одна из реалийнаблюдаемой психологической культуры Еще одна форма психофантастики илипсихологически реалистическое упование Духовная провокация, как выражался всходных обстоятельствах начала века С.Н. Булгаков, или искренние показаниявнутреннего сознавания

И на эти вопросы предоставлено отвечать намсамим. Даже самая замечательная психотерапевтическая словесность тут только“помощь для самопомощи”!

О.И. Генисаретский

Я посвящаю эту книгу человеку, которыйдействительно сделал ее возможной, — Элизабет Кебер Бьюдженталь.Только благодаря ее любви и поддержке я нашел способ поверить в то, что я имеюправо говорить столь просто, как я говорю на страницах, следующих ниже. То, чтоотражено на этих страницах, хотя и неполно, выражает то, что я испытываю всвоей жизни как постоянно новую и волнующую возможность.

Предисловие

Я обнаружил, что одним из преимуществ (атакже опасностей), связанных с написанием книги о человеческом опыте, являютсяотклики, которые она вызывает. Когда в 1965 г. была опубликована книга “Впоисках подлинности”, я не предполагал получить столько трогательных личныхпосланий от мужчин и женщин, услышавших то, что я сказал. Но теперь эти откликистали для меня одним из главных источников творческого удовлетворения, и я снетерпением жду таких писем.

Несколько лет назад один молодой человек,живущий на другом конце континента, написал мне о том воздействии, котороеоказала на него моя книга, и о своих надеждах на изменение и рост. Мыобменялись несколькими письмами, а затем он прислал мне письмо, где сообщил,что собирается в Лос-Анжелес и хочет встретиться со мной. Мы договорились овремени его визита в мой офис.

Войдя ко мне, молодой человек прямо с порогасказал, что предполагает бросить работу и переехать, чтобы проходить у менятерапию. Но уже через пятнадцать минут он расплакался. Он плакал от того, чторазочаровался во мне. Я имею в виду, что он разочаровался во мне как вчеловеке.

Испытав наслаждение от того, что был стольвысоко оценен другим человеком, я был повергнут в глубокое уныние. Молодойчеловек сообщил, что нашел меня значительно менее подлинным и в гораздо меньшейстепени воплощающим его ожидания, чем можно было предположить при чтении моейкниги. И, конечно, он был прав. Сказать по правде, я и сам не раз плакал надэтим несоответствием.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.