WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 30 |

“Понятно, почему она потеряла равновесие”,— подумала Энни ивдруг ахнула, увидев, что сквозь коричневое шерстяное пальто, котороенапоминало медведя, на спине леди выросла пара тоненьких, серебристых крылышек.“Вот это да!” —подумала Энни, усаживаясь поудобнее в кровати.

Перед ней была особа, которую вы меньшевсего ожидаете встретить в своей комнате. Даже в двенадцать часовночи.

Дама приземлилась у кроваткиЭнни.

“Ничего, если я присяду!” — спросила она основательноусаживаясь на кровать прежде, чем Энни успела ответить. Она все времябеспокойно ерзала.

Наконец Энни отважилась и робко спросила:“Не могли бы вы посидеть в одном положении А то из-за вас у меня начинаеткружиться голова”.

“О! — произнесла дама, с такимвыражение на лице, как будто она услышала от Энни самую невозможную просьбу.— Хорошо, хорошо.Постараюсь”. И она постаралась, хотя это и стоило ей огромных усилий. Можнобыло видеть, как временами подергивались ее руки и ноги при попытке изменитьположение.

“Кто вы” — спросила Энни. Теперь, когда дамасидела спокойно, Энни увидела, что у ее гостьи было очень милое лицо ияркие голубые глаза, хотя они и казались странными в очках.

“Ведь ты хотела меня видеть, — сказала дама. — Я пришла почти сразу, как толькоуслышала тебя. Я пришла бы раньше, но не могла сразу решить надевать пальто илинет”, — добавила онаизвиняющимся тоном.

Энни пыталась вспомнить, чего она на самомделе хотела и как давно это было.

“Я фея по имени Если бы, — представилась дама. — Я заведую всеми желаниями “Еслибы”, высказанными на этом свете. И, поверь мне, дорогая — их тьма-тьмущая”, — добавила она мрачнымголосом.

“О, — сказала Энни, вдруг вспомнив, очем она думала перед сном. — Вы хотите сказать, что делаете так, чтобы эти желания “если бы”сбывались”

“Я пришла показать тебе, что было бы, еслибы они сбывались”, —сказала дама, улыбаясь и кивая головой, откинув со лба краснуюкудряшку.

“А почему у вас такие волосы” — спросила Энни и сразу жеприкусила губу, потому что этот вопрос прозвучал довольногрубо.

Но фея Если бы, по-видимому, не обиделась.“Во-первых, я обожаю красный цвет”, — ответила она, поправляя красныекудряшки, — и всегдахотела, чтобы волосы вились. Но иногда я думаю: “Ах, если бы они были гладкими,белыми и забранными назад, я бы тогда выглядела более мудрой и элегантной”. Также и с обувью, —сказала она, вытягивая ноги так, чтобы их можно было лучше разглядеть.— Мне нравятся этинарядные туфельки на высоких каблучках, но когда натираешь мозоль, то думаешь:вот если бы я носила обычную удобную обувь...” И вот — пожалуйте: и то, и другое сразу.Так что мне не нужно делать выбор”. Она повернулась к Энни лицом: “Неплохоерешение, не так ли”

Энни хотела выглядеть вежливой девочкой.Где-то в глубине души она думала, что решение дамы не лучшее. Помимо того, чтоона выглядит глупо, ей еще, наверное, и ходить трудно.

“Ну, вот что, давай-ка поговорим о твоих“если бы””, — сказаладама, устраиваясь поудобнее на кровати.

“Вы хотите сказать, что можете сделать так,чтобы все мои “если бы” исполнились” — спросила Энни.

“Я покажу тебе, как это делается”,— сказала дама,прищелкнув пальцами и доставая огромный альбом для рисования и шестьцветных карандашей из ниоткуда.

“Вот это фокус! — сказала Энни. — Как это у васполучилось”

“Совсем легко”, — сказала фея, но ее глаза ужесмотрели в альбом, а губы бормотали: “Тот ли это формат Может быть, побольшеЕсли бы...”

“Нет, нет, — сказала Энни, которой нетерпелось узнать, что будет дальше. — Это как раз то, что надо”. Она нехотела, чтобы фея еще целый час доставала альбомы разных размеров изниоткуда.

“Ну, хорошо, — сказала фея. Она была несколькоразочарована. — А тыуверена, что это действительно тот формат, который тебе нужен”

“Да, да, — сказала Энни. — А теперь скажите, пожалуйста, чтоя должна делать”.

“Так вот, слушай, — ответила фея. — Нарисуй в этом волшебном альбомесвое “если бы”, трижды подуй на рисунок и наблюдай за тем, что будетпроисходить. Вот и все, что от тебя требуется”.

“Значит, я могу нарисовать любое “еслибы”” — спросила Энни,так как в ее голове внезапно возникла потрясающая идея — она задумала превратить Джоша вжабу!

“Да, — ответила Фея, — любое”.

Энни взяла карандаш и принялась рисовать.Сначала она нарисовала большую безобразную жабу, снабдив ее маленькимворотничком, помеченным буквой “Д”, чтобы было ясно, что это был Джош. Потомона нарисовала свою мать, отпрыгивающую подальше от жабы и, наконец, себя сулыбкой до ушей.

“А что мне нужно делать теперь”— спросила онафею.

“Подуй на это три раза и каждый раз говорипро себя: “исполняйся, исполняйся — я тебе приказываю”.

“Хорошо”, — сказала Энни, и, страшноволнуясь, сделала так, как ей было сказано.

Случилось что-то невероятное. Как толькоона дунула в третий раз, фигурки, которые она нарисовала, начали двигаться.Послышался резкий хлопок, напоминающий “выстрел” бутылочной пробки. Эннивзвизгнула от испуга, так как вдруг почувствовала, что ее резко потянуловперед. Она вытянула руки перед собой, чтобы не упасть, но вместо стеныее ладони коснулись чего-то большого, холодного и скользкого — ЖАБА!

“Фу, какая гадость!” — взвизгнула Энни от отвращения.Она просто не выносила жаб. Особенно противны ей были жабы, покрытые грязью ислизью, когда они только что выползли из пруда. Жаба смотрела на нее с каким-тосмешным выражением на “лице”, как будто собиралась что-то сказать, но внезапнозабыла слова. Она сделала прыжок по направлению к Энни и уселась ей наногу.

“Помогите”, — завизжала Энни. Вдруг раздалсядругой резкий хлопок, и она очутилась снова в своей кровати. Фея Если быпристально смотрела на нее с довольно озабоченным видом.

“Похоже, все вышло не совсем так, как тебехотелось”, — сказалаона.

“Да, совсем не так” — Энни задумалась.

“А можно я попробую по-другому”— попросила она феючерез минутку. У нее возникла другая отличная идея: на этот раз она сделаеттак, чтобы Джош исчез.

Энни старательно нарисовала комнату в своемдоме. Потом изобразила в ней себя. Около себя она поместила свою мать с улыбкойна лице. Джоша поблизости не было. Его вообще не было нигде.

“А что я должна сделать сейчас: то жесамое” — обратиласьона к ФЕБ. (Так она решила теперь называть странную гостью, по крайне мере длясебя).

“Да”, — сказала ФЕБ, в глазах которойЭнни прочла полное понимание.

На этот раз она была подготовлена к резкомухлопку и толчку вперед, но выражение лица ее матери, которая стояла рядом сней, было для нее неожиданным. Улыбка, которую Энни изобразила на своемрисунке, превратилась в выражение усталости и печали.

“Что случилось” — спросила Энни, оченьвзволнованная грустным видом своей матери.

“Ничего, моя милая, — ответила мама. — Просто иногда мне бывает как-тоодиноко и становится немножко грустно”.

“А почему бы тебе не позвонить Джошу”— сказала Энни и тутже прикусила губу. Что она, спятила, что ли; надо же сказать такуючушь

“Джошу — переспросила мама с оттенкомнедоумения. — Ктотакой Джош” Она села напротив телевизора и стала смотреть сквозь него куда-тов пространство.

“Помогите!” — закричала Энни, обращаясь кФЕБ.

“Что-то не получается, дорогая— спросила фея.— Иногда могут бытьнепредвиденные осложнения”.

“Конечно, могут”, — сказала Энни, обеспокоеннаяпроисходившим, и все-таки надеясь найти какой-то выход.

“Я знаю! — воскликнула Энни голосомтриумфатора. — Я знаю,что теперь нужно делать!”

Ее внезапно осенила гениальная мысль: ведьможно нарисовать маму и папу снова вместе. С невероятным усердием иприлежанием, шевеля языком между зубами, что, по ее мнению, помогало ейсосредоточиться, она нарисовала своих родителей рядом, улыбающимися друг другу.Рядом с ними она поместила свое, тоже улыбающееся, изображение. Потом онатрижды дунула на рисунок и стала ждать.

Раздался хлопок. После странноготолчка она очутилась в самом рисунке. Мать высвободила свою руку из руки отца— это было первое, чтозаметила Энни.

“Как ты можешь так говорить!” — сказала мать обиженным тоном,обращаясь к отцу. Улыбка исчезла с ее лица.

“Если бы ты была хоть чуточкуорганизованней, я не увидел бы такого беспорядка, вернувшись домой!”— сказал ее отец, и скаждым словом его голос становился все громче и громче. Он тоже больше неулыбался.

“Если бы ты хоть пальцем шевельнул, чтобыкак-то помочь мне, такого беспорядка не было бы”, — сказала ему в ответ мать, лицокоторой стало жестким и злым.

“Шевельнул пальцем! — возмутился отец.— Я целый деньвкалываю на работе, как негр, и ты хочешь, чтобы, придя домой, я вкалывал еще издесь!”

“А как же я Ты обо мне подумал— почти кричала еемать, готовая разразиться слезами. — А я что — не работаю Почему за все должнаотвечать только я”

Энни съежилась от страха. Она забыла, какэто все было, когда ее мама и папа жили вместе. Подавленная тем, что онаувидела и услышала, Энни позвала ФЕБ.

“Это не честно, — сказала она ФЕБ. — Хоть вы и говорите, что я могусделать так, чтобы мои “если бы” исполнялись, на самом же деле я ничегоизменить не могу”.

“Ах! — сказала Фея. — Это оттого, что ты все это не такделаешь”.

“Почему вы так думаете”

“Ты пытаешься что-то изменить, заставитьдругих измениться. Это — дело нелегкое. У других людей есть своя голова на плечах. Чтобычто-то изменить —обычно бывает недостаточно пожелать, чтобы другие люди сталииными”.

“А что же тогда нужно сделать — спросила Энни дрожащим голосом.— Каким образом можночто-то изменить” Она была очень расстроена. Энни действительно хотела всеизменить, а теперь выходит, что это невозможно.

“Я сейчас тебе покажу, что нужно сделать,— сказала ФЕБучастливым голосом, и похлопала Энни по плечу. — Я знаю, что ты расстроена,огорчена, но есть способ помочь тебе”, — добавила фея и протянула Энницветные карандаши. “Теперь, — сказала она, — нарисуй свою семью, изобразив каждого таким, какой он естьна самом деле”.

Энни задумалась на несколько минут. Потомона нарисовала свою мать и Джоша, за обеденным столом. Они улыбались иоживленно беседовали. Энни подрисовала себя по другую сторону стола с оченьхмурым лицом, обращенным в сторону Джоша. Она выглядела злюкой и вреднятиной, вобщем, такой, какой она обычно была в присутствии Джоша.

“Теперь, — сказала ФЕБ, — вспомни, что и как ты изобразилана первом рисунке: ты нарисовала Джоша другим и пыталась его изменить. Но этоне получилось. Ведь так”

“Нет, не получилось”, — ответила Энни.

“Потом, — продолжала ФЕБ, — в третьем рисунке ты пыталасьизменить свою мать, изобразив ее другой — вместе с твоимотцом”.

“Из этого тоже ничего не вышло”,— призналасьЭнни.

“Правильно, — сказала ФЕБ. — Теперь на этом рисунке ты можешьизменить того, от кого в действительности зависят перемены”.

“Кого же” — удивилась Энни. Ей казалось, чтоизменять больше уже было некого.

“Ну, конечно, себя, — сказала фея. — Изменив себя, можно изменитьмногое”.1

100

Энни почему-то об этом неподумала.

“Как же это можно сделать” — спросила она.

Энни была несколько озадачена, ночувствовала, что какая-то надежда все-таки оставалась.

“Просто сделай еще один рисунок,— сказала ФЕБ,— только на этот разпусть твое лицо будет приятным, а не хмурым”.

“Хорошо”, — согласилась Энни, и сделала так,как ей посоветовали. Потом она трижды подула на рисунок и после обычногогромкого хлопка снова вошла в картинку.

Прежде всего она почувствовала, как хорошоей там было. Она улыбалась и была в отличном настроении.

“Тебе добавить немножко картошки, Энни”— спросилДжош.

“Да”, — ответила Энни. Картошка былаочень вкусной. Потом она вспомнила, что ей нужно сказать “спасибо”, иулыбнулась Джошу.

Поначалу Джош был немножко ошарашен, потомпришел в себя и улыбнулся в ответ. Впервые Энни заметила, что у Джоша оченьмилая улыбка. Она повернулась в сторону матери и увидела, что та тожеулыбается. Казалось, что она гордится Энни, и ей приятно, что ее дочь хорошоотносится к Джошу.

“Можно мне съездить к Эмме после завтракаНа велосипеде”, —спросила Энни.

“Конечно”, — ответила мама.

“Ох, — сказала Энни. (Она только сейчасвспомнила, что у ее велосипеда спустилась шина). — Я не смогу поехать, потому чтопередняя шина проколота”.

“Я заклею”, — сказал Джош.

“Спасибо! — сказала Энни. — Это было бы здорово!”

По лицу Джоша было видно, что он былдоволен.

Энни снова улыбнулась ему. Это казалось ейстранным — она непривыкла улыбаться Джошу. Но это не было противно. На самом деле это было дажеприятно.

Энни посмотрела на Джоша. Он улыбнулся.Быть может, он не так уж плох на самом деле. Как бы там ни было, думалаона, он молодец, что предложил залатать ей шину.

Джош пошел за инструментами, а мама Энниподошла к ней и крепко ее обняла.

“Энни, — сказала она. — Я так рада, что ты хорошоотносишься к Джошу. Я просто счастлива”.

Энни улыбнулась.

“Для Джоша это тоже очень много значит,— продолжала мама.— Он думал, что ты егоненавидишь и очень страдал от этого”.

Энни не знала, как ей ответить.

“Знаешь, — сказала мама, — я собиралась поговорить с тобойоб этом, но ты всегда была такой злой, что с тобой трудно было разговариватьвообще. Я знаю, что ты была недовольна тем, что мы с Джошем поженились. Ядопускала, что тебе могло быть неприятно, что место твоего папы теперь займетДжош”.

“Так и было”, — ответила Энни сгрустью.

“Но, доченька моя, Джош знает, что онникогда не сможет заменить тебе отца, и не надеется на это. Он не отец, но всеравно он готов помочь мне заботиться о тебе”.1

101

Энни смягчилась от этих слов. “Знаешь,— сказала она,— когда вы с Джошемпоженились, я действительно чувствовала себя ужасно, потому что вы уже никогдабольше не могли снова пожениться с папой”. Сказав это, она вдруг подумала, чтоэто было немножко глупо. Но что поделаешь, — она в самом деле такдумала.

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.