WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 30 |

К тому моменту, когда дело дошло доперемещения уже четырех предметов на письменном столе, Энни решила, что этобыла самая интересная игра, в которую она когда-либо играла. Энни хотелосьиграть и играть, но крестной уже пора было уходить.

“Я должна улетать, — сказала она. — Но завтра я вернусь. А тебе я быпредложила оставить утром один предмет не на своем месте. Посмотрим, смогу ли яего опознать, когда я появлюсь у тебя завтра вечером”.

“Хорошо, — сказала Энни. — Перед уходом в школу я оставлюодин предмет не на своем обычном месте”.

Когда крестная пришла к Энни на следующийвечер, ей потребовалось минуты две, чтобы определить, что лежит не на своемобычном месте.

“Да, ты действительно здорово играешь в этуигру, — похвалила онаЭнни. — Что тыскажешь: может быть, завтра утром попробуешь оставить уже два предмета не насвоих местах”1

37

“Договорились”, — не раздумывая согласилась Энни.Она была довольна собой.

К концу недели Энни оставляла уже шестьпредметов в беспорядке, и крестной требовалось все больше и больше времени,чтобы угадать, в каком именно месте они должны находиться. Энни была довольна.Ей доставляло удовольствие класть предметы не на свои места.

В последний вечер той недели крестнаязаявила: “Сдаюсь. Ты так наловчилась перетасовывать все эти штучки, что я никакне могу догадаться, где их настоящее место”.

Энни была в восторге. Она безудержнохохотала в ответ на гримасы, которые крестная строила, пытаясь вспомнить, чтогде должно находиться.

“Ну, это просто здорово!” — восторгалась Энни. А потом онавдруг о чем-то задумалась.

“Странно, — сказала она. — Я так увлеклась этой игрой, чтосовсем перестала беспокоиться о письменном столе. Когда я играла утром, япросто перемешала все эти предметы на столе и ушла в школу. И меня совсем неволновало то, что они лежали не на своих обычных местах”.

“Это потрясающе! — воскликнула крестная.— Я в самом делегоржусь тобой”.

“Я тоже”, — сказала Энни в ответ и расплыласьв улыбке.

Вторая история про Энни

Энни была маленькой девочкой, которая жила вкоричневом кирпичном доме вместе с мамой, папой и большой чернойсобакой.1

38

Дом Энни был построен в виде большогоквадрата, с дорожками, ведущими к нему со всех сторон. Первая дорожкавела прямо к парадной двери коричневого цвета с маленькой коричневой кнопкойдля звонка.

Другая дорожка вела в комнатуведьмы.

Ведьмина комната имела крохотное окошечко,смотревшее с левой стороны дома на кусты и деревья. Одна часть Энни знала, чтоэто было просто окошко в ванной комнате; другая же знала, что это было место, где обитала ведьма. Энни ведьму никогда не видела, но знала, что ОНА — там.

Энни думала, что самый верный способизбежать встреч с ведьмами — делать все очень-очень аккуратно и тщательно. Она знала, чтоведьмы терпеть не могут аккуратности, четных чисел, вежливости, что они простоне переносят, когда люди стараются обойти трещины или перешагнуть через них,вместо того, чтобы на них наступать. Так что Энни была уверена: если она будетнеукоснительно соблюдать все это — ведьме до нее не добраться. Целый день она упражнялась ваккуратности и примерном поведении. Она была вежлива со всеми и всегда говорила“спасибо”. Даже если она была страшно сердита на кого-нибудь, она никогда незабывала сказать это слово, потому что знала, что ведьмы просто обожали злыепоступки, беспорядок и несчастья, а кто знает, к чему может привести нежеланиесказать “спасибо”

Когда Энни шла пешком, она считала своишаги, стараясь, чтобы последний шаг приходился на четное число. Если для этогоне хватало одного шага, она обычно прибавляла крохотный шажочек, чтобы в итогеколичество шагов получилось четным. Она никогда не наступала на трещины, потомучто от других детей слышала, что, если кто-то наступит на трещину, его или еемать сломает спину, а ведьма только этого и ждет.

Конечно, когда ты считаешь шаги и обходишьтрещины, на это уходит масса времени, но зато от этого Энни чувствовала себя вбезопасности или, по крайней мере, в меньшей опасности. Она все время думала,как сделать так, чтобы чувствовать себя еще в большей безопасности. Она знала,что ведьмы не переносят безупречных людей: для них это — нож по сердцу, и если человек вседелает правильно, они его не схватят. Вот почему Энни изо всех сил стараласьбыть правильной во всех отношениях. Это требовало массы энергии и усилий,потому что если она не будет безупречна и совершенна хотя бы в самой малости,ведьма подкрадется и схватит ее. Так что все должно быть как надо.

Таким образом Энни была постоянно при деле,считая шаги, обходя трещины и стараясь изо всех сил быть безупречной— и наверное, выдумаете, что, выполняя все это, она чувствовала себя в полной безопасности. Ноиногда, когда Энни шла в дом по одной дорожке, она косилась налево на другуюдорожку, где она (ведьма, конечно) обычно ковыляла под розовыми кустами, имелкая дрожь страха пробегала вниз по спине; Энни казалось, что ее волосырастаяли и превратились в ледяной дождь.

Однажды Энни проснулась какой-то не такой. Вголове творилось что-то странное. Казалось, что кто-то забрался туда ночью исейчас там мечется и дубасит по стенкам и вообще устроил в голове какой-тонемыслимый шабаш. Лоб у Энни был горячий-прегорячий, а лицо — красное, как после долгогобега.

“Боже мой! Что с тобой — воскликнула мама, войдя в еекомнату. — У тебя явнонездоровый вид. Я думаю, барышня, что сегодня тебе нужно полежать впостели и не выходить из дома”.

“Нет, нет! Постель — это такая скука”, — запротестовала Энни. Она слегкаприподнялась, чтобы встать с постели, но комната вдруг завертелась изакружилась, как стиральная машина, и ей пришлось снова лечь.

“По крайней мере, я не какая-нибудь теннискаили футболка”, —подумала она. —“Должно быть, у них жизнь — не сахар. Не позавидуешь”. И она стала думать о своей тенниске, отом, как она без конца прокручивается в стиральной машине, и думала об этом дотех пор, пока вся комната не поплыла перед ее глазами от сильногоголовокружения, и она снова погрузилась в глубокий сон.

Проснувшись, она увидела свою мать, стоявшуювозле нее с огромным стаканом апельсинового сока.

“Вот выпей, мой зайчик, — сказала она. — Больным нужно большепить”.

“Я бы лучше порисовала, — сказала Энни. — Принеси мне, пожалуйста, моикарандаш и бумагу”.

Мама пошла за карандашами и бумагой. Уболезни тоже есть свои плюсы и преимущества, например, когда ты болен, можноотдавать приказания маме.

Энни заточила карандаш — он был черного цвета стреугольной резиночкой на конце — и подумала: чтобы ей такое нарисовать

Она решила, что нарисует играющих детей. Этобыли две девочки, приблизительно такого же возраста, как Энни. На них быликрасивые платья, украшенные бесчисленными ленточками и бантиками.

Энни рисовала очень и очень аккуратно,потому что все должно быть совершенным, безупречным. Каждый раз, когда она хотьчуточку ошибалась, она тщательно стирала все резинкой и начинала все сначала.Скоро ее девочки были само совершенство, тщательно вырисованные допоследней реснички. Потом она нарисовала столь же безупречный домик, в которомони будут спать, и безупречную лужайку, на которой они будут играть, ибезупречное озеро, где они будут купаться. Когда она стала рисовать тропинку,ведущую от лужайки к озеру, у нее получился маленький “конфуз”. Энни хотела,чтобы тропинка была похожа на ровные, аккуратные кирпичики, а она получиласькакой-то ухабистой и неаккуратной. Она попыталась ее стереть, но тропинка всяразмазалась и стала еще непригляднее. Энни очень рассердилась на себя.Она все терла и терла рисунок, и чем больше она работала резинкой, тем хуже игрязнее становилась тропинка. Слезы досады выступили на глазах Энни. Еепрекрасный, рисунок был окончательно испорчен. Она положила карандаш на бумагуи расплакалась. Энни плакала и плакала и, наконец, заснула.

Проснувшись, она увидела себя вкакой-то незнакомой стране. Все казалось чужим и, как ни странно, в то же времяочень знакомым. Вокруг нее простирался ковер зеленой травы. Каждая травинкабыла одинакового ярко-зеленого цвета; все они стояли прямо, как солдатики,абсолютно одинакового роста, как будто кто-то прошелся по ним с маникюрныминожницами и подстриг каждую травинку. В двух-трех шагах от Энни было озероярко-голубого цвета. Оно так блестело и было таким спокойным, что казалось,будто кто-то вылил в него голубое желе вместо воды. Оно лежало подсолнцем и сияло. Энни боялась, что оно растает.

На противоположном берегу высились деревья.Это были самые красивые деревья из всех, которые Энни когда-либо видела. Каждоебыло правильной формы; такое можно увидеть только на почтовой открытке. Кора надеревьях напоминала ворсистый бархат; листья были ярко-зеленого цвета иблестели, как отполированные. У каждого дерева ветви-руки подняты вверх,и каждое из них старательно позировало, как будто безумно желалосфотографироваться, чтобы потом попасть на обложку дорогого журнала мод. Эннизатаила дыхание от восторга. Ничего подобного она никогда не видела. Это былочудесно! Это было само совершенство.

Она подошла поближе, чтобы рассмотреть всеполучше, и вдруг, буквально у нее под ногами раздался взрыв. Затем послышалсяжалкий, тоненький писк. Энни внимательно посмотрела вниз, на землю. Чтослучилось Кто попал в беду Никого не было видно.

“Помогите! Помогите!” — попискивал жалкий голос.

“А, гаденыш, попался!” — резанул мерзкий, острый какхорошо наточенный нож, тоненький голосок.

“Ты думаешь, что можешь вот так запросто,без приглашения, к нам прийти и делать что угодно Шалишь,голубок!!!”

Энни услышала какой-то ужасно неприятныйзвук, как будто что-то разрывали на части.

Писк прекратился.

Энни присела, чтобы лучше видеть, чтопроисходило у нее под ногами.

“Ха-ха-ха!!! — злорадствовал хор пронзительныхголосов. —Попался, гаденыш! Думал, что можно легко пролезть между нами Держи карманшире!!!”

Энни вскочила. Это злорадствовала трава.Несколько тоненьких зеленых травинок злобно колыхались, сжимая маленькийфиолетовый сорняк. Его корни беспомощно свисали между острых, как колья,стеблей жестоких зеленых травинок. Энни подняла сорняк.

“Где он Что случилось” — пронзительно завопилатрава.

Энни думала, что ее сейчас обнаружат. Ноничего такого не случилось.

“Может быть, трава меня не видит— подумала Энни.— Может быть, я длянее слишком высока Она, наверно, может видеть только то, что маленькое инизенькое, как она сама, а что побольше ростом — исчезает из ее полязрения”

Сорняк бессильно шевелился у Энни наладони.

“Спасибо, — сказал он слабеньким голоском.— Если ты меняпосадишь в землю, я вырасту и подарю тебе красивые фиолетовыецветы”.

“Я в этом не сомневаюсь, — сказала Энни. — Но я сейчас не вижу, где можнопосадить тебя. Я положу тебя пока в карман. Там темно и безопасно, и ты можешьтам поспать до тех пор, пока я не найду для тебя подходящее место”.

“Спасибо”, — сказал сорняк, подобрав корешки всимпатичный круглый клубочек, чтобы можно было уютно поместиться в карманЭнни.

“Может быть, те деревья укроют мой маленькийсорнячок” — подумалаЭнни и направилась к ним.

Небо было голубым, как мамина кофточка, асолнце становилось нестерпимо жарким. Какая-то птица летела по направлению кдеревьям, лениво махая крыльями, напоминая пловца в море.

“Наверное, у нее гнездо на дереве”,— подумала Энни,заметив, что птица собирается сесть на ветку.

Вдруг послышался сильный удар, за нимпоследовал пронзительный крик и разъяренный вопль.

“Прочь отсюда, с моих листьев, пернатаяобразина, — закричалодерево. — Ты, балда накрылышках, что ты сделала с моей прической Ах ты, безмозглаятетеря!”

Птица полетела обратно. Ее глаза выражалииспуг, потому что ее сильно ушибло веткой, которая сначала согнулась, а затемрезко выпрямилась и ударила по птице, как стрела, выпущенная из лука иликамень, запущенный из пращи.

Дерево еще трясло листвой и сердито ворчало:“Подумать только! Какое нахальство!!! Ведь я только что из парикмахерской”,— когда послышалсявнезапный всплеск. Птица опустилась на озеро.

“Ааарх”, — донеслось сердитое бульканье.Вода в озере поднялась испуганными и подпрыгивающими волнами. “Из-за тебя уменя начинается зыбь! — послышался резкий голос. — Убирайся!” От удара волн птицавзмыла вверх, как будто огромная рука схватила и подбросила ее в небо. С минутуона неуверенно парила в воздухе, а затем, бросив испуганный взгляд на озеро,быстро повернула назад и поспешила к горизонту.

Энни с облегчением вздохнула: “Боже мой,какой странный и опасный мир!”

“Что же мне теперь делать” — подумала она и посмотрела вокруг.Слева от себя она увидела дом — вполне современный, с кирпичными стенами и милымзеленым садом. “Может быть, хозяин этого дома мне поможет” — подумала Энни и направилась прямок нему. Дорога к дому проходила по берегу озера. Оно снова стало гладким иблестящим. Энни осторожно шла по краешку. Ей страшно было даже представить, чтомогло произойти, если бы она вдруг оступилась и упала в воду.

Сзади до нее донеслось какое-то кряканье.Энни обернулась и увидела утиный выводок — маму и пять утят, деловитошествующих за ней. Один утенок жалобно лепетал: “Я просто ненавижу этупротивную воду: она выталкивает меня”.

Мама-утка повернулась в сторону Энни исказала страдальческим голосом: “Дети есть дети. Что с ними поделаешь Всегдажди какую-нибудь беду или неприятность. Последний, например, взял да ипревратился в лебедя! А каково матери” И она устало заковыляла дальше.Доковыляв почти до поворота, утка вдруг остановилась и повернулась назад. “Атебе не холодно, крошка” — крикнула она странным голосом, напоминающим звук автомобильногорожка.

Энни кивнула головой, так как онадействительно озябла. Ведь на ней была только ночная пижама.

“Немножко подальше, на дороге есть плащик,— крикнула ейутка. — Его оставилатам утром маленькая девочка. Я думаю, она не будет против, если ты имвоспользуешься”. После этого утка скрылась за поворотом, в сопровождении пятипушистых желтеньких шариков.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 30 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.