WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 50 |

каких-либо выраженных патологических симптомов. Если учеловека не обнаруживается этих симптомов, значит, он нормален, значит, онздоров. Понятно, что данный подход в лучшем случае очерчивает границы круга, вкотором следует искать специфику нормы, од­нако сам на эту специфику никоимобразом не указы­вает.

Не решает проблемы и подход с позиций культурногорелятивизма, который является по сути вариацией ста­тистически-адаптационного подхода.Согласно этой ва­риации, о норме и патологии можно судить лишь на основаниисоотнесения особенностей культуры опреде­ленных социальных групп, к которымпринадлежат ис­следуемые индивиды: то, что вполне нормально для одной социальнойгруппы, для другой будет выглядеть как патология. Существует целый ряд солидныхиссле­дований, дающихпримеры межкультурных различий, как в макромасштабе (например, между Востоком иЗападом), так и в микромасштабе (например, между различными слоями исоциальными группами одного и того же общества). Однако, по справедливомусуж­дению В. В. Лучковаи В. Р. Рокитянского, при таком подходе по крайней мере два обстоятельстваделают невозможным однозначное определение нормального и патологическогоповедения: множественность социаль­ных общностей, «социумов», к которым принадлежит любой индивид, инеоднородность предъявляемых каж­дым таким «социумом» требований. «В силу этих об­стоятельств поведение индивидарегулируется не еди­нымнабором норм, а множеством требований, хотя и связанных между собой, но несовпадающих и подчас не согласуемых друг с другом (требования семьи,рефе­рентной группы,рабочего коллектива, социальной сре­ды и т. д.; явные и скрытые нормы, юридические и нравственные и т.п.)... Очевидно, что, последовательно придерживаясь этого подхода и переходя ковсе более мелким подразделениям социальной среды, мы для каж­дого индивида получим множествокритериев нормы и патологии, вплоть до представления, что «все нормально поотношению к самому себе».. » 5, или —если восполь­зоватьсястарой русской пословицей — «всяк молодец на свой образец».

Однако такое представление в научном плане есть не чтоиное, как снятие проблемы нормы, капитулирова-ние перед ее сложностью и переходк описанию инди-

10

вида только как особенного, уникального в своем роде.Наиболее последовательно эта точка зрения выражена в экзистенциалистскомподходе к душевной болезни и в так называемом течении антипсихиатрии.Экзистен­циалисты приэтом больше упирали на уникальность внутреннего мира человека, на необходимостьинтуитив­ногопроникновения, творческого сопереживания для его познания. Один из классиковэтого направления, Л. Бинсвангер, например, писал: «Поскольку и в какой-то мередиагностические суждения врача исходят не из наблюдения организма пациента, аиз его понимания как человеческого существа, понимания человеческогосуществования, постольку отношение его к больному — это уже не только отношение«медицинского работника» к своему научному объекту. Здесь уже имеет место егосвязь с пациентом,—связь, основанная на заботе и любви. Следовательно, сущность «бытия психиатра»в том, что он выходит за пределы всякого фактуального знания и соответствующихспособностей, выходит за пределы научного знания, получаемого из психологии,психопатологии и психотерапии» 6. В высказываниях антипсихиатров больше звучали социальные ноты(не­даром, видимо, этодвижение возникло в Англии, США и других западных странах в 60-е годы— годывысо­кого подъемасоциальной активности, бурных общест­венных протестов и манифестаций).Психически боль­ныенередко рассматривались в рамках этого направле­ния как жертвы плохого, патогенногообщества, которое признает сумасшедшим того, кто не соглашается спред­писаниями религиии государства. Движение, лидерами которого стали Д. Купер, Р. Лэинг, Т. Шаш идр., требовало отмены больничных порядков, отмены самих терминов «психиатрия»,«психиатр». Согласно их взгля­дам, психиатрические больницы есть не что иное, как воплощениедегуманизирующего начала в обществе, ибо здесь «каста» врачей беспрепятственнотворит наси­лие надбеззащитной «кастой» больных. Что касается психиатрических понятий, то онирасценивались как сбивчивая наукообразная классификация, цель кото­рой — замаскировать социальные функциипсихиатрии, а именно функции репрессии, изоляции неугодных об­ществу лиц 7.

Затушевывание проблемы критериев нормы (дейст­вительно столь «неудобной» итрудноуловимой) ти­пично, однако, не только для экзистенциальных и анти-

11

психиатрических подходов. Есть область исследования, самобъект которой заставляет усомниться в строгости таких критериев. Это областьтак называемой малой психиатрии, область пограничных между нормальными («как увсех») и патологическими («не как у всех») состояниями психики. Не случайно,что эта колеблю­щаяся,зыбкая область порождала и весьма колеблю­щиеся, зыбкие взгляды наразграничения патологии и нормы. Так, выдающийся отечественныйисследова­тельпограничных психических состояний П. Б. Ганнуш-кин не раз подчеркивалотносительность границ нормы. Вот например, характерные для неговысказывания:

«...в таком, с одной стороны, хрупком и тонком, а с другой— в таком сложномаппарате, каким является человеческая психика, можно у каждого найти те илииные, подчас довольно диффузные, конституционально-психопатические черты»;««гармонические» натуры по большей части есть плод воображения». Этипредстав­ления вомногом определяли для Ганнушкина и гума­нистический смысл преподаванияпсихиатрии врачам. Он писал: «Главная цель и изучения, и преподаванияпсихиатрии должна состоять в том, чтобы научить мо­лодых врачей быть психиатрами ипсихопатологами не только в больнице и клинике, но прежде всего в жизни, т. е.относиться к так называемым душевно здоровым, так называемым нормальным людям стем же пониманием, с той же мягкостью, с той же вдумчи­востью, но и с той же прямотой, какк душевно нездо­ровым;разница между теми и другими, если иметь в виду границы здоровья и болезни,вовсе не так уж ве­лика».

Следует заметить, что приведенные взгляды не есть встрогом смысле полное снятие со счетов проблемы нормы, признание ее несуществующей. Представление о норме здесь остается, правда, по большей частив скрытом, имплицитном виде. Оно в основном заклю­чается в том, что человек здоровнастолько, насколько он избегает крайностей невроза или психопатии,на­сколько он, дажеимея в себе зачатки, признаки, скры­тые процессы, относящиеся к этим страданиям, не дает им разрастисьдальше положенной черты, границы (чаще всего эта граница, с теми или инымиоговорками, усматривается в мере адаптивности, приспособленности к окружающему,т. е. на основании одного из уже разобранных выше критериев нормы). Инымисловами,

12

здоровье определяется через нездоровье, норма — через аномалию, но в отличие отописанных ранее чисто нега­тивных критериев здесь дается и некоторое содержа­тельное представление о здоровье,построенное, однако, на основе терминов и понятий психопатологии.

По такому пути идут многие исследователи зарубе­жом, которые всвоих тестах и опросниках исходят из представлений и категорий, заимствованныхиз психиат­рии (причемне только «малой», но и «большой», зани­мающейся психозами, явными, частонеобратимыми на­рушениями психики), и на их основе строят структуру как больной,так и здоровой личности. Достаточно в качестве примера перечислить все 10основных (базис­ных)шкал, используемых в одном из самых популяр­ных опросников — так называемом Миннесотскоммно­гопрофильномличностном тесте (MMPI). Это шкалы ипохондрии, депрессии, истерии, психопатии,маскулин-ности-фемининности, паранойяльности, психастении, шизоидности,гипомании, социальной интраверсии. Су­губо клиническими являются и многиераспространен­ныеклассификации характера, рассматривающие нор­му сквозь призму представлений об«эпилептоидности», «шизоидности» и т. п.

Как реакцию на такой подход можно рассматривать появлениеописательных критериев психического здо­ровья, в которых взаменпсихиатрической терминологии стали звучать общечеловеческие принципы и понятия.Следует отметить общность взглядов большинства ав­торов, использующих подобныеописательные критерии, по вопросу о том, какими свойствами должна обладатьздоровая личность. Наиболее часто отмечаются такие черты, как интерес квнешнему миру, наличие «жизнен­ной философии», которая упорядочивает, системати­зирует опыт, способностьюмористически окрашивать действительность, способность к установлениюдушев­ных контактов сокружающими, целостность личности, и ряд других.

Как можно оценить такой подход Прежде всего онпредставляется необходимым шагом в изучении проб­лемы нормы. Если негативныекритерии указывают (и то весьма приблизительно) границу между обширнымиоб­ластями нормы ипатологии, если статистические и адап­тационные критерии определяютнормальность как по-хожесть на других и соответствие требованиямокру­жающих, есликультурный релятивизм все сводит к мик-

13

росоциальным установкам и отсутствию патологических сточки зрения рассматриваемой культуры симптомов, то данный подход пытаетсявыделить то позитивное, несводимое к психопатологическим понятиям, что несет всебе нормальная личность. В отличие от узкосимпто-матических критериевпредыдущих подходов здесь ши­роко ставится вопрос о здоровье личности как о неко­тором особом достоянии, полноте, ане об одном отсут­ствиитех или иных ущербов и недугов *. Примечатель­ной деталью, которую стоит еще разотметить, является сходство в описании характерных черт здоровьялич­ности. Такимобразом, мы встречаемся как бы с методом «компетентных судей», которыенезависимо друг от друга сходятся в оценке интересующего насфеномена.

Вместе с тем описательный подход имеет своиоче­видные ограничения.Во-первых, большинство описаний не соотнесено с психологическим категориальнымаппа­ратом и потому неможет быть непосредственно исполь­зовано научной психологией. Во-вторых, как правило, описываетсяконечный продукт —ставшая личность, и ничего или крайне мало говорится о самом главном и ценномдля теории и практики — о том процессе, ко­торый привел к ее появлению, и о тех внутренних зако­номерностях, что лежат в основеэтого процесса. Кроме того, даже самые, казалось бы, распространенные,устоявшиеся описательные критерии при более внима­тельном их анализе частооказываются неоднознач­ными, требующими для своего применения существен­ных оговорок и дополнений. Возьмем,например, такой критерий, как «целостность», на который часто указы­вается как на один из главныхпоказателей нормального развития в противовес «расщеплению личности». Идей­ствительно,целостность — важныйпризнак здорового

* Эта тенденция согласуется с общим определением, данные вУставе Всемирной организации здравоохранения: здоровье есть состояние полногофизического, духовного и социального благополу­чия, а не только отсутствиеболезней или физических дефектов. Такой подход все чаще находит отклик и всовременной отечественной науке. Б. Д. Карвасарский констатирует, что впоследние годы все более распространяется мнение, согласно которому психическоездо­ровье «определяетсяне негативным образом — лишь как отсутствие дезадаптации,— а с точки зрения позитивного ееаспекта как способ­ность к постоянному развитию и обогащению личности за счетповы­шения еесамостоятельности и ответственности в межличностных отношениях, более зрелого иадекватного восприятия действитель­ности, умения оптимально соотнести собственные интересы синте­ресами группы(коллектива)»9.

14

функционирования любой живой системы личности в том числе.К. Г. Юнг указывал (и это не случайно, ви­димо, совпадает в немецком,английском и русском языках), что слова «целостность», «целый» и «целить»,«исцелять» —однокоренные, подчеркивая тем самым связь психического здоровья синтегрированностью лич­ности, а психических аномалий — с личностнойдезин-тегрированностью 10.Напомним также, что «целост­ность», «интегрированность» — центральные категории такоговажного течения, как гештальт-терапия. Однако нельзя не заметить, что«целостность» (как, впрочем, и многие перечисленные выше критерии такого рода)не отделяет однозначно норму от патологии, не яв­ляется специфическим, присущим лишьнорме призна­ком:клинический опыт дает множество примеров внут­ренней цельности явнопатологических натур. Можно сказать больше: целостность должна иметь своиграда­ции и степень,свою меру. Если внутренняя структура слишком монолитна, спаяна, жесткосостыкована, то это может стать не меньшим тормозом для развития, чемотсутствие должного связующего, структурирую­щего начала (с некоторымипсихологическими послед­ствиями жесткого сцепления внутренних целей деятель­ности мы столкнемся в главеIV).

Что касается внутренних закономерностей и меха­низмов нормального и аномальногоразвития личности, то суждения о них «компетентных судей» обнаруживают все тепринципиальные разногласия, которые сущест­вуют между разными психологическимиконцепциями и теориями. Далеко не в каждой из этих концепций специальноставится проблема нормального развития личности. Такая проблема в качествесамостоятельной и требующей сложного анализа по сути вообще не су­ществует для бихевиоризма. Поднормальностью здесь изначально подразумевается приспособляемость,адап­тивность,стремление (по аналогии с биологическими системами) к гомеостатическомуравновесию со средой.

Проблема специфики нормального развития факти­чески не ставилась и в теориипсихоанализа, поскольку не усматривалось отличие невротической личности отнормальной и свойства мотивации «невротика» распро­странялись на здорового индивида.Это прежде всего такие свойства, как генетическая и функциональная связьмотивации с либидозным, сексуальным влечением, бессознательность определяющихмотивов поведения

15

человека, гомеостазис как главный принципфункциони­рованиямотивации, и ряд других.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.