WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 50 |

" * Когда мы говорим о воспитателе, тоневольно подразумеваем нравственное, облагораживающее начало, но нелишнезаметить в контексте данной книги, что помимо воспитания позитивного,поло­жительногосуществует и воспитание негативное. Так, мы увидим ни­же, что в случаях аномальногоразвития человек, например, не просто привыкает к алкоголю, регулярномупьянству, но часто ак­тивно к нему кем-то приобщается (в данном случае — «негативными воспитателями»),вовлекаясь в так называемую алкогольную ком­панию, усваивая через ее лидеровценностные установки и особое, «алкогольное» смысловое видениемира.

128

все новые и новые аспекты и уровни смысловыхотноше­ний кдействительности.

Причем, разумеется, жизнь не есть лишьсплошное формирование все новых и новых качеств и образова­ний. Будучи раз сформированными,войдя в целостную структуру смысловой сферы, они начинают свою само­стоятельную жизнь, приобретаютсобственную инерцию (смысловую установку, по А. Г. Асмолову), порождаютсобственные требования, т. е. становятся полноценными чертами личности,нравственного сознания, не просто отражающими действительность, но и творящимиее. Поэтому необходимо различать и стимулировать не только активность присвоения, формирования,завоевы-вания тех или иных позиций и смысловых содержаний, но и активность отдачи, активностьпроникновения, влияния на ценностно-смысловые уровни другого чело­века, других людей. Важные аспектыактивности пос­леднегорода были разработаны в «концепции вкладов». Центральным для этой концепцииявляется введенное В. А. Петровским понятие отраженной субъектности, которое«воплощает в себе представление о личностном аспекте бытия человека в мире какформы активного «идеального» присутствия человека в жизни других лю­дей, «продолженности человека вчеловеке»»82. Эта концепциясправедливо останавливает внимание на том постоянно действующем личностном,смысловом влия­нии,которое оказывается всяким человеком на окру­жающий его мир. Отсюда личностьвыступает как иде­альная представленность индивида в других людях, как его «инобытие»в них. Для пояснения этого хода мыслей А. В. Петровский приводит метафорическоесравнение подлинной личности с источником некоего мощного из­лучения, радиации, способнойизменять, преобразовы­вать других людей (радиация, как известно, может быть полезной ивредоносной, может лечить и калечить, уско­рять и замедлять развитие,становиться причиной раз­личных мутаций и т. д.). Тогда индивида, обделенного личностнымихарактеристиками, можно уподобить нейт­рино — гипотетической частице, котораяпронизывает любую, сколько угодно плотную среду, не производя в ней никаких— ни полезных, нивредных — изменений.««Безличность»,—продолжает автор,— этохарактери­стикаиндивида, безразличного длядругих людей, чело­века, от которого «не жарко.и не холодно», чье присут­ствие или отсутствие ничего неменяет в их жизни, не

5 Б С Братусь

129

преобразует их поведение, не обогащает и необездоли­вает их и темсамым лишает его самого личности» 83.

Таким образом, человеческую активность можноподразделить на активность присвоения и активность отдачи. Причем ихнесомненная и тесная связь не оз­начает, однако, их идентичности. Если первая своей энергетикой,мобилизующим действием способствует образованию, структурированию определеннойпозиции, присвоению и завоевыванию новых свойств и рубежей, то накал,энергетический потенциал второй обнаружи­вает себя через проникающее,«радиационное» влияние на других. Соотношения этих двух видов личностнойэнергии, личностной активности могут быть существен­но разными. В известной мере ихможно уподобить двум каналам, двум руслам, по которым способнараспреде­ляться энергияактивности. Личность может выявлять себя в какие-то моменты как той, так идругой формой активности, поэтому, в частности, вряд ли стоит гово­рить о «лишении» личности того, ктона рассматривае­мыйпериод «не обогащает и не обездоливает» других, поскольку личностная активностьможет быть устремле­напросто по другому каналу — каналу присвоения. Несомненна связь активности и с содержательнымна­полнениеммотивационных устремлений: эгоцентри­ческие ориентации в большей степенипереключают, ориентируют активность человека на приобретение, на использование,на превращение окружающего в средст­во достижения своих целей, тогда как алоцентрические, просоциальныеустремления по самой сути своей пере­ключают активность на процессыотдачи себя, преобра­зования мира в пользу других. Мир и люди становятся не средствами,но целью. Понятно отсюда, что актив­ность такого рода есть несомненный признак личностно­го здоровья.

Сказанное не означает, конечно, что человекэгоцен­трическойориентации, будучи занят собой, мало влияет на окружающих, не проявляет вовненаправленную активность. Напротив, он, как мы упоминали, часто рас­сматривает свои ценности какдостойные и должные быть присущими всем и порой не просто в активной, но даже вагрессивной форме пытается навязать, привить их другим. В этом плане следуетговорить как бы о смы­словом силовом поле, возникающем вокруг каждого человека, егодеятельности и миропонимания. Всякий случай нормального, в нашем понимании,полноценного,

130

ведущего к приобщению к родовой сущностиразвития создает мощное силовое поле благотворного влияния на других людей,благотворных «вкладов» и возвышающих смысловых преобразований, тогда как всякийслучай извращенного, аномального развития создает свое сило­вое поле, на этот разотрицательного по отношению к задачам достижения человеческой сущностисвойства, направленного на низведение помыслов, задач и смы­словых устремлений других до уровняэгоцентризма, а следовательно, в конце концов межлюдской разобщен­ности, психологической войны всехпротив всех и внут­реннего одиночества каждого из участников этой войны. Вот почемувсякая удача воспитания, всякая удача психокоррекции аномального развития естьне просто удача индивидуальной судьбы отдельного человека, счастливоепреобразование свойств и структуры его личности, но реальный фактороздоровления, облагора­живания среды.

Разумеется, речь идет не просто о прямом ибеспре­пятственномрадиировании смысловых влияний. Чело­век не пассивный восприниматель,экран проекции «ино­бытия», бытия-другого-в-нем, но если продолжить ана­логию с радиацией, может быть либов разной степени открыт ее проникающим влияниям, либо, напротив, на­глухо закрыт, иметьтруднопробиваемую психологи­ческую защиту, подчас капсулирующую его в себе са­мом, отторгающую внешнее влияниекак чуждое, заве­домоинородное. Поэтому всякое влияние, чтобы быть действенным, усвоенным, требует вкачестве необходи­могоусловия ответное усилие, ответную активность принятия, присвоения *. В этомакте должны соединить­ся два вида активности, направленные, настроенные на одну смысловуюволну, чтобы в дальнейшем образо­вать, замкнуть, генерировать собой единое смысловое поле. Дажеискусство, призванное, казалось бы, прямо, непосредственно транслироватьличностные смыслы другим людям, на деле лишено этой способности. Онодо­стигает своихрезультатов лишь тогда, когда активно

* Отметим, что периоды преимущественногопринятия или от­торжения тесно связаны с вышеобозначенными цикламидеятель­ности: впереходных потребностно-мотивационных, поисковых состоя-ниях проницаемость длявлияния других быстро возрастает, в перио­ды же стабильного развитиядеятельности, относительного равнове­сия операционально-технической имотивационно-смысловой сфер сте­пень этой проницаемости всегда заметно меньше.

^*131

вовлекает воспринимающего его человека в своюсферу и образует не просто вербальное или чисто эмоциональ­ное воздействие, но особую, всегдасовместную, друг к другу идущую деятельностную активность, призван­ную соединить в общем смысловомполе исполнителя и слушателя, актера и зрителя. Недаром говорят нетоль­ко о хорошем илиплохом исполнителе и актере, но и о хорошем или плохом зрителе, о хорошей илиплохой ау­дитории,которая может зажечь и поддержать или пога­сить и затормозить творчествоартиста: в первом слу­чае —чутким реагированием, точнее, сопереживанием, а во втором — отчуждением и равнодушием, т. е.раз­общенностью сисполнителем, отсутствием единой сов­местной деятельности *.

Таким образом, мы вновь приходим к утверждениюважности идеи деятельностного опосредствования: для того чтобы сформироватьустойчивые смысловые струк­туры, необходимо вовлечение человека в такого рода деятельности, втакого рода жизненные проблемы, где бы он мог реально осуществить, отстоять,испытать свои принципы и устремления, где бы они срослись, сплавились с егопоступками и деяниями, стали личност­ными ценностями, т. е. осознаннымисмысловыми обра­зованиями, направляющими и оправдывающими весь конкретный ход егожизни. Такое деятельностное опос-редствование важно и для воспитания, и длякоррекции отклонений личности, с той, однако, существенной раз­ницей, что в первом случае мыисходим из представле­ния о еще не сформированной личности, достаточно от-

* Заметим, однако, что и в случае образованиятакой сов­местнойдеятельности, возникшего общего смыслового поля воспи­тательное, преобразующее личностьвоздействие искусства имеет из­вестные пределы и ограничения. Пределы эти обнаруживаются уже задверью театра, когда зритель возвращается в привычный ему мир жизни, в мир егосубъективных деятельностей, их иерархии, накатанных смысловых отношений иустановок. И тот, кто только что сочувствовал Гамлету (а в театре это делаютпрактически все), ведет себя как Полоний или даже Розенкранц. Искусстворастормо­зило,всколыхнуло, показало возможность нового видения мира, пусть даже — по Аристотелю — очистило (катарсис) человека, ноесли все это не будет подкреплено его дальнейшей конкретной дея­тельностью, его жизнью, трудом иподвигом его бытия, эффект окажется временным, собственные смысловыеобразования останут­сяпочти не затронутыми. Еще В. Джеймс приводил в пример ба-рыньку, котораяпроливает в театре слезы над страданиями просто­людина, в то время как ее кучерстынет на морозе у театрального подъезда.

крытой нашим влияниям, а во втором— о личности ужесформировавшейся, и, следовательно, если в первом случае мы готовимся личностьстроить, то во втором — нам предстоит ее перестраивать. В обоих случаях про­движение возможно лишь тогда, когдаработа и воспи­тателя,и коррекциониста основана на знании внутренних законов развития личности,знании того, что есть норма этого развития, к чему в итоге следует направлятьстре­млениячеловеческой личности. В этой и предыдущей главах мы пытались обосноватьнекоторые ответы на эти вопросы и наметить ряд самых общих положений,гипо­тез о нормальном ианомальном развитии личности. Ра­зумеется, за рамками раздела осталось значительно больше проблем,нежели вошло в него, что объясняется не только нежеланием говоритьскороговоркой о важ­ныхвещах, но и тем, что в нашу задачу входило не отыс­кание как можно большего количествадетерминант, частей, свойств личности, а попытка определить неко­торые стержневые, главные проблемыи ракурсы, ис­ходя изкоторых возможно в дальнейшем проникнове­ние и в более частныеобласти.

...Однако любые теоретические рассуждения,сколь бы полны, искусны, изощренны они ни были, не в силах до конца разрешитьими же вскрываемые проблемы и противоречия. Для разрешения теоретических спорово личности необходимо вернуться на землю, к предме­ту, их порождающему,— самой реальной жизни. Но как психологу подойти к объективномуисследованию жизни личности и возможно ли это в принципе

ГЛАВА 111

МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ (ВЗАИМООТНОШЕНИЕ«ОБЪЯСНЕНИЯ» И «ПОНИМАНИЯ» В ПСИХОЛОГИИ)

Достаточно часто психологу приходится слышатьот специалистов других областей, прежде всего естествен-нотехнических, чтопсихология вовсе не наука, посколь­ку не располагает строгими объективными методами ис­следования. Когда же психологиястремится к формали­зации методов и достигает известного уровня этой фор­мализации, то сразу же появляютсяобвинения — на этотраз со стороны представителей гуманитарных об­ластей,— которые говорят о принципиальнойневозмож­ностиоднозначного определения человеческой личнос­ти. Но дело не ограничиваетсякритикой извне, по сути та же борьба, борьба двух подходов: одного — стре­мящегося к формализации, другого— выступающегопринципиально против таковой, происходит и в самой психологии. Л. С. Выготский,характеризуя кризис пси­хологии начала века, писал, что он вообще привел «к понятию о двухпсихологиях». Мысль о разделении этих «двух психологии» была особенно ясновысказана не­мецкимпсихологом Э. Шпрангером, который резко от­делил друг от друга психологию какнауку естественную, занимающуюся по преимуществу элементарными про­цессами, и психологию как науку одухе. Последняя, по его мнению, не может пользоваться какими-либо инымиметодами, нежели целостное постижение, вчувст-вование, сопереживание, понимание(отсюда и наиболее распространенное название такого подхода — «пони­мающая психология»). Было бы весьмапоучительно проследить, как развивались и трансформировались эти два подхода вистории психологии, но, поскольку такая задача выходит за рамки содержанияданной кни­ги,ограничимся лишь констатацией, что в западной психологии наиболеепоследовательным выражением первого подхода стал бихевиоризм, сводящий всек

134

фиксируемым поведенческим реакциям, а второгоэкзистенциальная психология, ставящая во главу угла акты понимания ивчувствования. Общая критика этих направлений достаточно полно представлена вотечест­венной науке,поэтому нет нужды повторять ее здесь. Следует отметить, однако, что эта критикавыглядит пока сугубо негативной: она отвергает аргументы чужих школ, но непредлагает своих решений действительно острого, принципиального вопроса о том,может ли пси­хологиянаучно, т. е. строго и объективно, определять, измерять, исследовать то, что посути своей не имеет меры, границ, то, что трансцендирует, преодолевая в своемразвитии любые «заранее установленные масшта­бы».

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.