WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 50 |

* Заметим для полноты, что мысль онеобходимости постоян­ной, ежедневной внутренней борьбы за «человека в человеке» былавсегда чрезвычайно близка представителям русской классической литературы Ф МДостоевский писал, например, что «все дело-то человеческое, кажется,действительно в том только и состоит, чтоб человек поминутно доказывал себе,что он человек, а не штифтик*» Эта традиция с честью продолжена в современнойотечественной литературе Она ярко обосновывается и у ряда современныхфило­софов Приведем,например, следующие слова М К Мамардашвили, в которых речь идет о краткости техмгновений, когда «молнией, на одну секунду» нам открывается ощущение устройствамира, его лада «И если,— пишет философ,— мы упустили эту секунду и не расширили работой этот открывшийсяинтервал, то ничему не быть, ибо, по метафизическому закону, все необратимо ине сделанное нами никогда не будет сделано То, что ты оказался здесь, этотолько ты оказался здесь,только ты мог понять в том,что только тебе посветило Тыни на кого другого не можешь положиться, никто другой тебе не может помочь, иты не можешь положиться ни на будущее, ни на вчерашнее, ни на разделение труда,что мы, мол, вместе сплотимся и разберемся Не разберемся И лишь упустим частьмира в полное небытие» 70

57

не просто продолжает с той же точкиостановившуюся на время сна активную жизнь, словно кем-то заведен­ный механизм, но выбирает,оправдывает, намечает свои пути осуществления, «заячьи» и «львиные» в том числе*. Это самостроительство в себе человека, спо­собность и возможность такогосамостроительства подразумевают наличие некоего психологическогоору­дия, «органа»,постоянно и ежечасно координирующе­го и направляющего этот невиданный, не имеющий аналогов в живойприроде процесс Этим «органом» и является личность человека.

Таким образом, личность как специфическая, несводимая к другим измерениям (темпераменту, инди­видным свойствам и т. п.)конструкция не является самодостаточной, в себе самой несущей конечный смыслсвоего существования. Смысл этот обретается в зависимости от складывающихсяотношений, связей с сущностными характеристиками человеческого бытия. Иначеговоря, сущность личности и сущность человека отделены друг от друга тем, чтопервое есть способ, инструмент, средство организации достижения второго, и,значит, первое получает смысл и оправдание во вто­ром, тогда как второе в самом себенесет свое высшее оправдание. Действует, любит, ненавидит, борется не личность,а человек, обладающий личностью, через нее, особым, только ему присущим образоморгани­зующий своюдеятельность, любовь, ненависть и борь­бу. Отсюда и характеристикаличности, ее «нормаль­ность» или «аномальность» зависят от того, как слу­жит она человеку, способствуют лиее позиция, конкрет­наяорганизация и направленность приобщению к ро-

* Приведем, справедливости ради, по-видимомуне согласное с нашим, мнение американского философа А Грюнбаума «Я никогда непросыпаюсь совершенно свободным от каких либо мыслей и не спрашиваю своечистое сознание «Какимимотивами я наполню свое сознание в это утро Будут ли это устремления типа АльКаноне или Альберта Швейцера^»» 7' С психологической точки зрения ни о какой «чистоте сознания»речи, конечно, быть не может — оно полно прежде накатанных мотивов и установок Мы говорим лишь отом, что при всей важности и несомненной силе этого инерционного мо­мента сам по себе он не можетединственно объяснить и оправдать поведение, ибо за каждым актом последнеголежит принципиаль ная возможность, а часто необходимость жизненного выбора,поэто му, даже когда поведение предстает как сугубо преемственное иреак­тивное, за ним наделе скрываются разные формы и степени актив­ного (т е содержащего выбор)отстаивания именно такого, а не иного пути

58

повой человеческой сущности или, напротив,разоб­щают с этойсущностью, запутывают и усложняют свя­зи с ней. Итак, к преждесформулированному представ­лению о нормальном развитии как пути обретения чело­веческой сущности нам остаетсядобавить представле­ниео личности как инструменте, способе конкретной организации этогопути.

А поскольку центральным, системообразующимяв­ляется здесьотношение к другому человеку, к другим людям, то, не претендуя на строгое ивсеобъемлющее определение, но выделяя, подчеркивая один, хотя и чрезвычайноважный, на наш взгляд, аспект — под­ход кпроблеме личности,—сформулируем теперь сле­дующее исходное положение. Стать личностью— зна­чит, во-первых, занять определенную жизненную,преж­де всегомежлюдскую нравственную, позицию; во-вто­рых, в достаточной степени осознаватьее и нести за нее ответственность; в-третьих,утверждать ее своими поступками, делами, всей своей жизнью. И хотя эта жизненная позиция выработанасамим субъектом, при­надлежит ему и глубоко пристрастна (если не ска­зать — выстрадана им), тем не менее посвоему объек­тивномузначению она есть принадлежность челове­ческого общества, продукт иодновременно причина общественных межлюдских связей и отношений.Поэто­му истокиличности, ее ценность, наконец, добрая или дурная о ней слава в конечном итогеопределяются тем общественным, нравственным значением, которое онадействительно являет (или являла) своей жизнью.

Из предложенного рассмотрения вытекает целыйряд выводов и следствий. Кратко обозначим лишь два из них — наиболее важные и непосредственноотнося­щиеся к темеданной книги

Первое. Понимание личности не должно иметьзна­чение лишь идеала;личность — рабочийинструмент человеческого развития, хотя, разумеется, инструмент этот может быть«плохим», «очень плохим» и даже «никудышным», равно как «хорошим», «оченьхоро­шим» и даже«идеальным» — взависимости от того, как он служит своему назначению. Поэтому, когдаго­ворят, что личностьюявляется далеко не каждый, а лишь некоторые, наиболее продвинутые ивыдающие­ся, за этимлежит подмена сущносги личности сущ­ностью человека. Да, человек, скажем мы, должен сде­латься Человеком,- и этодействительно удается пока

59

далеко не каждому, и одна из причин тому— недо­статки, аномалии личности какинструмента и способа организации этого движения. Поэтому надобно не«ли­шать» человекаличности, не рассматривать ее как доступный лишь избранным приз за успешноеразви­тие, а понять,что в присущей данному человеку орга­низации личности мешает выделке егов Человека.

Второе. Понимание человека как самоценности,как способного к развитию вне любых «заранее установ­ленных масштабов» — великая заслуга философскоймысли. Но психология, как правило, не может прямо и непосредственно приступитьк изучению этих и других умопостигаемых сущностных свойств. Хотя нельзяска­зать, что здесь нети определенных достижений. Как справедливо отмечает И. С. Кон, целый рядкатегорий, которые еще недавно считались отвлеченно-философ­скими и чуть ли не идеалистическими(эмпатия, напри­мер),сегодня прочно вошли в арсенал психологии. Даже такое, казалось бы,«мистическое явление», как трансцендирование, нашло в известной степенинауч­ный эквивалент впонятии «надситуативная актив­ность» 72.

Совершенно ясно, однако, что мы пока находимсялишь в самом начале пути психологического освоения богатства философской мысли.Сложностей на этом пути, конечно, немало, но едва ли не главная, на наш взгляд,кроется в следующем. Психология как позитив­ная наука прилагает себя лишь к темпроявлениям человека, которые можно представить как относитель­но постоянные и устойчивые в своиххарактеристиках и доступные тем самым объективному, научному, т. е.фиксируемому, конечному (пусть с той или иной долей приближения), описанию ианализу. Однако такое опи­сание, т. е. попытка мерой измерить безмерное, устано­вить масштаб явлениябезмасштабного, заранее проти­воречит человеческой сущности. Предложенное пони­мание позволяет подойти к решениюэтого противо­речия иувидеть взаимосвязь и взаимозависимость об­щефилософского иконкретно-психологического подхо­дов. Объектом психологического изучения в этом слу­чае становится личность человека,которая, будучи способом организации достижения человеческой сущ­ности, приобщения, овладениясущностными силами, сама по себе не является безмасштабной — ее масштаб и границы определенытем вышележащим уровнем, к

60

достижению которого она направлена.Психология, та­кимобразом, нуждается в философском анализе, ибо без него теряется пониманиеобщего смысла и назна­чения тех механизмов и процессов, которые она изу­чает. Поэтому глубоко заблуждаютсяте, кто полагает, что психолог не должен отвлекаться от своихэкспери­ментов,практики, клиники и делать экскурсы в другие области знания, выходить за рамкисвоих (благо их всегда в избытке) специальных задач. Должен, ибо это совершеннонеобходимо ему для осмысленного про­движения в решении тех же специальных, узкопро­фессиональных задач. При этомпсихологу не надо те­шить себя надеждой, что он сразу найдет в готовом виде то, чтоищет, все без исключения нужные «секреты» и объяснения. Он найдет положения,которые, несмотря на всю их ценность, надо еще уметь приладить, при­менить в своей области. Ни философ,ни этик, ни мето­дологнауки не могут сделать это за психолога, по­скольку они не обладаютпрофессиональным понима­нием специфики психологического исследования.

И пусть одобрением на этом пути послужатследую­щие словавыдающегося французского психолога Пье­ра Жане: «Ограниченность разума иузость специали­зацииникогда не являются достоинствами, и это при­водит к плачевным результатамособенно тогда, когда занимаются психологией... В психологическихисследо­ваниях,напротив, необходимы универсальный харак­тер исследователя, его способностьк обобщениям...» 73 Философия в свою очередь нуждается в данных психо­логии, ибо без них ее общиепредставления могут утра­тить связь, оказаться несообразующимися с реаль­ностью психической жизни, еезакономерностями. Фи­лософия и психология, видим мы, необходимо взаимо­связаны в изучении человека, и еслипсихологические данные обретают через философию смысл, то данные философскиеобретают через психологию почву.

Теперь, когда в самых общих чертах выясненыфилософские основания и смысл проблемы нормы, на­стало время приблизиться кпсихологической почве — перейти к изложению исходных предпосылок и гипотез исследования и,далее, к описанию его конкретных ме­тодов. Иначе говоря, от уровня общефилософского перейти к уровнюконкретно-научному, т. е. следовать принятой логике восхождения от абстрактногок кон­кретному.

61

ГЛАВА II

ИСХОДНЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ

ПРЕДПОСЫЛКИ И ГИПОТЕЗЫ

1. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Знакомство с современным состоянием психологииличности обнаруживает отсутствие какой-либо одно­значности, элементарнойсогласованности в понимании самого термина «личность». Мы уже обращаливнима­ние в прошлойглаве на частое смешение понятия «лич­ность» с понятиями «индивид»,«человек», «индивиду­альность», «темперамент», «характер», «субъект» и т. п., причемкаждый исследователь привносит в это смеше­ние свой особый акцент, долю своегопонимания (или непонимания), что еще более увеличивает пестроту взглядов.Понятие «личность» как бы разбрелось по всем разделам психологической науки,стало расхожим, часто повторяемым. Любопытно заметить в этом плане, чтообсуждение проблем личности даже в профес­сиональном кругу психологов(например, на кафедре общей психологии факультета психологии Московскогоуниверситета, где работает автор) резко отличается от обсуждения проблемпсихофизиологии, восприятия или памяти. Если во втором случае спор обычнолокализует­ся междунепосредственными специалистами в данной узкой области, тогда как остальные, ипрежде всего «личностники», занимают позицию сторонних наблюда­телей, не решающихся высказать своемнение в силу его заведомой некомпетентности, то в первом случаебук­вально каждый— специалист ли он вобласти исследо­ванияличности или нет —активно вступает в обсужде­ние и считает себя вполне компетентным для спора и утверждения(часто категорического) своего мнения.

Истоки такого отношения к проблеме личности вобщем вполне понятны и объяснимы. В отличие, скажем, от исследования движенийглаз или оператив­нойпамяти проблема личности интересует всех, но в то же время являетсянеобыкновенно широкой, сложной и многомерной. Эта многомерность отражена уже вса-

62

мом богатстве языковых возможностей описаниялич­ности. Олпорт иОдберг обнаружили, например, в английском языке 17 тыс. слов, с помощью которыхможно охарактеризовать поведение, относящееся к лич­ности, из них 4505 являютсяназванием черт как тако­вых; Клагес насчитал 4 тыс. таких слов в немецком языке, аБаумгартен, выбравший более строгие крите­рии,— 1093.' К. К. Платонов считает,что только в «Сло­варерусского языка» С. И. Ожегова среди 52 тыс. вклю­ченных в него слов 1548 определяютсвойства личности;

по его же данным, в грузинском языке такихслов еще больше —около 4 тыс.

Как же возможно учесть все это обилие красок,их смешение, оттенки, полутона и найти то, что существен­но для конкретного пониманияличности, для выявления предмета ее психологического изучения Наиболееоче­видным и едва ли неединственным путем поиска ответа часто считается путь исследования тех или иныхотдель­ных чертличности и их последующего соотнесения между собой. Согласно этому направлению,надо вни­мательноизучить и описать все детали, а затем уже составлять общее представление оконструкции в целом.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 50 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.