WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

   Анализ наших материалов, характеризующих моральную сферу «бесконфликтных» правонарушителей, показал отсутствие или крайнюю слабость моральных переживаний и моральных взглядов как у младших, так и у старших подростков этой группы. 93% «бесконфликтных» оправдывают кражу и высказывают готовность ее совершить в таких ситуациях, какие описаны в экспериментальных рассказах. При этом они лишь оговаривают необходимость некоторых условий, а именно: кража оправдывается, если так или иначе обеспечена ее удача ( «украсть можно, если нет свидетелей»; «когда один только знаешь»; «если никто не узнает» ) или если «игра стоит свеч» ( «если богатая добыча»; «если будет прибыль»;"чтобы прожить хоть несколько дней в роскоши").

Согласно нашим данным и данным других исследователей, все несовершеннолетние правонарушители, в том числе и подростки изучаемой категории, знают нормы морали, но эти нормы не в должной мере мотивируют их поведение. Об этом говорят сами подростки. На вопрос: «Стоит ли красть, если уверен, что не попадешься» — воспитанник колонии М. (17 лет) ответил: «Если разобраться с положительной стороны, то красть нельзя, но все же каждый, кто знает, что он не попадется, обязательно стащит, потому что ему не будет никакого наказания. Значит, и я стащу».

Как мы уже видели при характеристике мотивационной сферы правонарушителей, подавляющее большинство (98%) «бесконфликтных» следует асоциальным или утилитарным мотивам — они или склонны нарушить нормы морали, или следовать им, но именно по утилитарным мотивам, т. е. они не пойдут на кражу лишь потому, что грозит наказание или мала добыча. Некоторые правонарушители руководствуются определенными, выработанными для себя «принципами», своеобразными «моральными нормами»: «Я из карманов не ворую». «Я не люблю у людей красть, лучше я магазин взломаю» (Н., 15 лет). Иногда подростки выражают отрицательное отношение к поступку персонажа рассказа (ларек), но осуждают не самый поступок, а то, как он был выполнен:"Нет, не стоит. Идя на дело, надо заранее все продумать, а сделав дело, не уходить, не посмотрев, не оставил ли следов" (Н., 17 лет).

Анализ асоциальных и аморальных мотивов «бесконфликтных» правонарушителей показывает наличие у них сильных примитивных потребностей:"Я бы поступил так же. Лучше один раз страху натерпеться, а потом гулять, сколько твоей душе угодно. Но воровать — так большую сумму и чтобы не попадаться" (Ж., 17 лет). «Стоило, только надо делать без шума. Человек захотел погулять, выпить, а денег нет, тогда и приходится идти в ларек» (К., 17 лет). «Правильно, зачем теряться, когда деньги лежат. Я любил деньги и водку также» (П., 17 лет). Среди подростков типа «бесконфликтных» нравственную мотивацию обнаружили только 4 человека в рассказе о стекле. Наличие сильных примитивных потребностей и отсутствие противодействия им со стороны нравственных мотивов объясняет то, что подростков этого типа легко склонить на любое бесчестное дело. Как правило, вначале это выпивка, затем мелкие кражи ради нее, а затем и более серьезные преступления.

Приведем несколько выдержек из сочинений на тему «Как я стал на преступный путь». В них поражает легкость и бездумность поведения правонарушителей. «Мои друзья все чаще стали выпивать, и я не отказывался. Я же не исключение и с каждой получки стал с ними пить» (А„ 17 лет)."Мой товарищ предложил мне пойти вместе с ним ночью к магазину, взломать дверь и проникнуть внутрь. Эта идея, не знаю почему, мне здорово понравилась, и я вместе с ним отправился к магазину" (М., 17 лет). «Ко мне пришли друзья, они сказали, что надо найти денег, и вечером мы пошли к магазину, открыли двери и украли 172 рубля. И так каждый день мы ходили, искали деньги. Так я стал увлекаться этим воровством» (П., 16 лет). «Мы выпили бутылку вина, потом еще одну, после чего мой товарищ Славик предложил чего-нибудь сделать и сказал, что инструмент у него есть. После долгих колебаний я согласился» (К., 16,5 лет).
Итак, одному сразу понравилась «идея» грабежа, другому якобы «после долгих колебаний», но для всех правонарушителей группы «бесконфликтных» характерно отсутствие твердой нравственной позиции, имея которую человек способен противостоять натиску зла.

Как уже было видно из общей характеристики нравственной сферы правонарушителей этого типа, значительной части из них не свойственно переживание стыда. Об этом говорят также данные об их отношении к огласке факта кражи в рассказе о шоколаде. Большинство подростков этой группы безразличны к тому, что в классе узнают о краже шоколада. В ответах на вопрос, перед кем из родных, знакомых, учителей, товарищей им было стыдно за свои плохие поступки, половина всех «бесконфликтных» ответили — «ни перед кем». У этих подростков нет и раскаяния. Хотя многие из них говорят, что раскаиваются, дальнейшийанализ показывает что они не раскаиваются, а жалеют о сделанном, так как это привело к неприятным последствиям: «Я раскаиваюсь в воровстве, так как из-за этого я попал в колонию» (П., 13 лет). «Раскаиваюсь, что украл и сюда попал». Экспериментатор: «А если бы не попал, раскаивался бы» —"Э, нет! Что вы!" (И., 14 лет). «Раскаиваюсь в тех поступках, которые раскрыты» (Д., 14 лет).
Охарактеризуем несколько подробнее одного из правонарушителей этой группы: Т. (13 лет) жил с родителями и старшим братом. В школе учился и вел себя плохо. За систематические нарушения дисциплины, или, как он сам выразился, «за хорошие дела», из VI класса был исключен. Полгода учился в РУ. В спецшколу с особым режимом попал за ограбление магазина, в котором участвовало несколько подростков его возраста. Раньше с другими ребятами он неоднократно обворовывал торговые палатки, откуда они брали сладости, колбасу, вино, водку. Говоря о своем преступном прошлом, Т. не испытывает смущения. У него нет внутренней нравственной оценки своих поступков. На вопрос: «Были ли в твоей жизни поступки, в которых ты раскаиваешься» — он ответил: «Был последний поступок» (имеет в виду ограбление магазина). Экспериментатор: «Но ведь это не первая кража А о других, прежних ты не жалеешь и не раскаиваешься в них» — «Нет. О том ведь никто не знал». — «Но ты-то понимал, что нехорошо поступаешь Тебя совесть не мучила» — «Понимал, конечно, что нехорошо, но не было стыдно. А перед кем стыдно Ведь никто не знал». Сожаление этого подростка вызвано не самоосуждением, не переживанием моральной вины за совершенное, а последствием кражи—общественным осуждением и наказанием.
Ответы о такого рода «раскаянии» дали 26 человек (38%). Остальные 42 человека (62%) ответили, что не раскаиваются ни в чем.

Что касается самооценки подростков этой группы и их отношения к наказанию, то их характеризуют следующие данные. На вопрос, как они себя оценивают по сравнению с другими людьми, которых они знают, 36 (53%) подростков ответили, что считают себя хорошими или средними — «как все»: «Я, как и другие. Люди живут, и я живу. Люди в тюрьмах сидят, и я сижу». «Не хуже других — они тоже могут ошибаться раз в жизни, притом в несовершеннолетнем возрасте». «Я ни лучше, ни хуже. Есть такие люди, которые в 10 раз хуже меня».

Как видно из таких высказываний, эти правонарушители ориентируются на людей, которые по уровню нравственного развития стоят наравне с ними или даже ниже. Но все же, даже из числа «бесконфликтных», 24 человека (35%) дали себе отрицательную оценку. «Был бы хорошим, здесь бы не сидел» (К., 16 лет)."Плохой. Они честные, а я ворую" (Н., 14 лет). «Как украду, считаю себя плохим. Кто не вор, тот лучше, а кто ворует — еще хуже меня» (Ж., 15 лет).
С этими данными находятся в соответствии и материалы об идеале, т. е. ответы на вопрос: «Назови человека, на которого ты хотел бы походить». У 13 человек (20%"бесконфликтных") идеал воплощает положительные моральные качества и достоинства интеллектуального характера. Это обнадеживающие факты. Однако у 80% «бесконфликтных» правонарушителей идеал воплощает или нейтральные в моральном отношении качества (26%), или отрицательные (12%), или вовсе отсутствует (42%).

С самооценкой «бесконфликтных» связано и их отношение к наказанию. 44% из них считают, что они наказаны неправильно, наказание расценивают как слишком строгое. При этом при сравнении себя с другими людьми они ориентируются на примеры еще худшего поведения, на фоне которого воспринимают свои поступки как незначительные. Например, они говорят так: «Неправильно меня наказали по сравнению с одним. Он шел за паровоз» (т. е. его судили как зачинщика), а мне дали такой же срок, как и ему" (16,5 лет). «Нет, неправильно, потому что другим дали условно, а среди них есть такие, которые больше делали, чем я. Меня посадили, а им дали условно. Я отбываю срок, а они гуляют» (16 лет). «Неправильно, много дали — 3 года. Другим за более тяжелые статьи дали меньше» (17 лет, осужден за квартирную кражу).
Следует сказать, что снисходительное отношение к себе, к своему преступлению, как и отсутствие раскаяния, характерны даже для таких подростков, которые совершили особо опасные преступления: убийство, насилие.

Вот несколько примеров: правонарушитель Н. (17 лет) осужден за убийство в драке. На вопрос о том, как он расценивает свое пребывание в колонии — как наказание или как средство исправления, Н. ответил: «Меня хотели наказать. Если бы меня не поместили в колонию, а дали исправительный срок на воле, то я бы показал себя с лучшей стороны. А теперь, когда я вернусь на волю, то я буду думать не о хорошем, а о плохом. Суд не исправляет, а наказывает». Правонарушитель В. (17 лет) осужден за нанесение тяжелых телесных повреждений. С группой подростков он систематически занимался хищениями из сараев, дач. Нередко крали голубей и продавали их. Во время очередной кражи вышла хозяйка, и В., который стоял с ружьем «на карауле», выстрелил в нее, ранив в грудь и в глаз. Совершив такое тяжелое преступление, В., однако, считает, что наказали его «не совсем правильно». «Я 1948 года рождения, — говорит он, — а со мной были ребята старше. Они и до этого совершали преступления, а меня сочли главным, им дали меньше, чем мне». В."забыл", что именно он сделал человека инвалидом.

Сравнивая наше мнение о «бесконфликтных» подростках-правонарушителях с мнением о них работников колонии, мы обнаружили встречающееся здесь иногда несовпадение, (Это, как правило, не имело места в характеристиках, даваемых «раскаивающимся» и «циникам». По-видимому, это объясняется тем, что некоторые «бесконфликтные» правонарушителя, принимая и разделяя моральные требования окружающих, стыдятся перед другими их нарушения. Вместе с тем эти моральные требования не стали для них подлинно своими, внутренними: нарушая эти требования, они еще не научились стыдиться самих себя. Такой уровень морального развития этих подростков обусловливает значительное расхождение между их словами, поведением и подлинными мотивами. Между тем именно мотивы определяют в первую очередь моральный облик человека. Поэтому понять внутренний мир отдельных «бесконфликтных» правонарушителей можно лишь путем их углубленного изучения этих мотивов.

В качестве примера одного из наиболее трудных «бесконфликтных» правонарушителей, мнение о котором полностью совпало у нас и у работников колонии, приведем характеристику Ю.
Ю. (15 лет) за (неоднократные кражи и хулиганские выходки решением комиссии по делам несовершеннолетних был определен в спецшколу особого режима. Мать Ю. работает на швейной фабрике. С 1 класса Ю. был «трудным» ребенком. Не справляясь с воспитанием сына, мать после окончания им VI класса отдала его в школу-интернат. Здесь Ю. и совершил свою первую крупную кражу — взял из стола завуча 260 рублей и часы. Деньги он, по его словам, «проел и пропил». За это Ю. был исключен из интерната, где пробыл всего 1 год и 3 месяца.
В общеобразовательной школе, куда его определили после интерната, он продолжал вести себя плохо — воровал в раздевалке шапки, обувь, мелочь из карманов, отбирал у школьников деньги. Кроме того, Ю. крал из витрин магазинов вино и сладости.
О том, что он пристрастился к спиртному, говорят данные, полученные от Ю. по нашей методике: для него самым приятным событием были «все праздники: складывались с пацанами по 2 рубля и выпивали». Любимое занятие дома было «выпивать, воровать, в карты играть, гулять». Если бы имел большую сумму денег, «пропил бы; сколько у меня денег было — все пропивал», — говорит Ю. Товарищу он купил бы «яблоки, торт и бутылку». «Волшебную власть» использовал бы на приобретение «виллы и богатства», а также «всех сделал бы равными но материальному состоянию».
Занимаясь кражами на протяжении двух лет, Ю. превратился в беззастенчивого вора. Его ничуть не беспокоило, что о его кражах знали в классе. Товарищей он не стыдился (исключение, по его словам, составляла девочка, Лена, которая ему нравилась тем, что она хорошо училась и была красивая). На вопрос по поводу рассказа о шоколаде Ю. ответил: «Я бы съел. Пусть в классе узнают. Я на риск шел и отнести! Нет!» В преступлениях Ю. не раскаивается. О том, насколько низок уровень нравственного развития Ю., говорят его ответы на вопросы всех наших рассказов: рассказ о папиросах — «взял бы, если курить хотелось»; рассказ о пляже — «стоило стащить кошелек» ; рассказ о ларьке — «не стоило так. Надо было по-умному: посыпать пол табаком, чтобы собака след не взяла»; рассказ о стекле — «сознался бы — лучше сказать правду. Здесь стал так думать, а там врал». Надо полагать, что это высказывание — лучше сказать правду — основывается не на нравственных мотивах: ведь на вопросы, касающиеся кражи, в том числе и на прямой вопрос, стоит ли красть, если ты уверен, что не попадешься, Ю. отвечает:"Конечно, стоит".
В спецшколе с особым режимом Ю. уже 2 года, но изменений в лучшую сторону в его поведении за этот период не произошло. За первое полугодие пребывания в спецшколе он получил 33 замечания за плохое поведение. Только за январь их было 14. Замечания касаются его дисциплины, отношения к учению, труду. Об этом говорят следующие записи в дневнике: «Самовольно ушел с подготовки уроков. В тот же день дрался палкой с Ч.». «Обругал уборщицу нецензурными словами». «Опоздал на урок, ушел без разрешения с урока — вылез в форточку». «На уроках не занимался, играл в карты». «Очень плохо относится к вещам и имуществу, все портит. Потерял куртку (или продал) и шапку».
По словам воспитателя, очень трудно заставить Ю. что-либо делать. Он выполняет только ту работу, которая ему нравится, например, он охотно белил стены во время ремонта школы. Если группа, в которой числится Ю., выходит за зону для работы в огороде или на прогулку, то он все время ищет окурки или стремится сбежать, залезть в чей-нибудь сарай или дом и украсть, что попадет.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.