WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 26 |

[ Прибавление. Кстати, нигде так явно не проявляется связь столь знаменитых философских категорий — эстетическое и этическое, — как в гомосексуальной своей сниженности. Достаточно будет указать лишь на творения великого Микеланджело, точнее, на те из них, в которых этот знаменитейший гомик пририсовывал к откровенно по-мужски мускулистым телам женские груди, и получал таким патологическим образом своих псевдоженщин — совершенно неотличимых от современных уродин, которых делают из себя путем "бодибилдинга" (культуризма) некоторые женщины. Подобное наращивание мышц женщинами — это такое же отвратительное занятие, как и женский бокс, борьба (в мазуте или в грязи), как и вообще весь этот неприемлемый — ни этически, ни эстетически — спектр: от женщин-гладиаторов в цирках Древнего Рима и до позавчерашней пьяной драки проституток на Казанском вокзале в Москве. ] О второсортности эстетического восприятия у женщин и их одновременной этической сниженности совершенно объективно говорит еще и то, что все эти "сердцееды", "бонвиваны", "дамские угодники", "донжуаны", "половые разбойники" и т.д., пользующиеся у наших милых дам неограниченным успехом, — все они, как на подбор, представляют собой, во всех мыслимых отношениях, немыслимо мерзкую публику.

Кроме того, эти потаскуны, а как правило, большинство из них — суггесторы, вырабатывают и сообразные своей подлой сущности неимоверно похабные ритуалы ухаживания, становящиеся по необходимости затем и общепринятыми, что разлагающе воздействует на культуру общества. (К счастью, не все женщины "падки на подлецов и мерзавцев", есть и "счастливые исключения", и к тому же — достаточно многочисленные, как, например, до недавнего времени в России. ) Ко всему еще нужно учесть и то, что именно такими вот павианообразными паскудцами наводнены все творческие сферы культуры и искусства. Вот, как-то совсем недавно, довелось услышать по радио рассказ о некоем отечественном кинорежиссере (имя им сейчас легион!), который лепит такую "порнуху-чернуху", что даже его "творческие" коллеги чувствуют себя смущенными, вплоть до того, что пытаются как-то его урезонить! Тот же им "объясняет": "Ну, дайте же мне, наконец-то, выплеснуться, перегореть!" А сам он, рассказывают дальше, весь из себя старый, лысый, остатки волос седые... Ну куда и когда такому-то уже выплеснуться! Когда он сам по себе и есть помойка!! Только так вот — вместе с помоями! Похоть, до конца жизни — похоть, в самых мерзких своих формах...

В дополнение к отмеченным этико-эстетическим категориям, нужно сказать, что инверсное (извращенное) половое влечение еще ко всему и "портит погоду" в общей, нормативной области взаимоотношений полов, созданием некой "атмосферы подозрительности" как бы замарывает всех мужчин. Единственным до некоторой степени возможным оправданием пассивных гомосексуалистов (педерастов) является их психо-либидозный движитель: сексуальная мечта о женщине с фаллосом. Все-таки женщина, даже и здесь справедливо: "ищите женщину" и найдете! Примечательно, что подобная, позорящая весь "прекрасный пол", прослойка — это продажные женщины, проститутки, а отнюдь не лесбиянки и бисексуалки.

[ Прибавление. В связи с этим возникает одно весьма примечательное, чисто местное обстоятельство. Россия, как уже указывалось, характеризуется феминной социальной направленностью (не Дядя Сэм, не Джон Буль, а — Россия-Матушка). И здесь все делается "побабьи": то есть, орут, надрываются, а толку мало, точнее, от этих сверхусилий почти всегда выходит один вред. Поэтому-то и приходится по большей части заниматься поисками виновных (точнее, хотя бы номинальных козлов отпущения, ибо виновных как таковых нет) — " кто виноват", и к тому же всегда с опаской подходить и очень нерешительно браться за чтолибо новое — "что делать".

Ко всему еще присутствует одновременная социальная придавленность, ущемленность мужской составляющей российского общества (контрастный пример в этом являют латиноамериканские страны, в которых существует довольно-таки "крутой" культ "настоящего мужчины"). В результате всего этого создается парадоксальная ситуация, еще одно "русское чудо", и следует печальный, хотя до какой-то степени и забавный вывод: наиболее мужественными — в традиционном, классическом определении — здесь могут быть признаны единственно именно педерасты, как презревшие, несмотря на опасность (уголовную ответственность), некие социально-этические нормы и правила. Правда, сейчас — после опрометчивой отмены 121-ой статьи УК -и эти противоестественные "герои" сошли со сцены.

Действительно, честных, бескорыстных борцов за какое-либо "правое дело" в России практически нет: буквально единицы на всю такую огромную страну! Взять хотя бы нынешнюю политическую оппозицию. Несмотря на всю тысячепроцентную справедливость своих призывов и обвинений, "непримиримые" до сих пор не имеют приемлемого лидера русской национальности! Правда, в этом плане нельзя не отметить появление на политическом горизонте знаменитого генерала Александра Лебедя! Но и он "частично в пушку", — имея в виду его недальновидную (!) позицию в августе 1991 года.

Так что здесь могут существовать и существовали немало разрозненных борцов-одиночек, но все они обычно являются либо шизофрениками, либо нацменами, т. е. нерусскими, к тому же — всегда преследующими свои локальные цели. Точно так же нельзя считать мужественными — даже потенциально — пьяных хулиганов, террористов и бандитов, которые в одиночку или группами нападают на цепенеющие при этом толпы безоружных людей. Ибо то, что такие небольшие "компании" или даже одиночки способны терроризировать и психически подавлять большие группы, не имея какой бы то ни было подлинной смелости, является простым законом социальной психологии.

Достаточно будет вспомнить все те столь многочисленные ныне захваты террористами самолетов, зданий, заложников, — как, например, трагедия в надолго теперь памятном Буденновске, и вот еще — в Кизляре и Первомайском. Наиболее же крупномасштабная "операция" подобного рода — это "великий перелом", когда Сталин руками местной деревенской сволоты (алкогольных деградантов) провел изуверскую "сплошную коллективизацию" — полное закрепощение российского крестьянства.

Поэтому встречающиеся время от времени в нашей прессе призывы правоохранительных органов бороться с хулиганами и грабителями силами самих граждан ("всем миром") при помощи газовых баллончиков и пистолетиков являются, мягко говоря, безграмотными, если не сказать подлыми. Ведь даже в той же Америке — уже вооруженной до зубов, в стране, где практически у любого жителя могут быть средства реальной индивидуальной защиты, где в любой аптеке помимо аспирина UPSA можно прикупить и ручной пулемет, — даже там некий инженер Гетц стал поистине национальным героем за то, что удачно и эффектно "отмахнулся" от приставших к нему с "невежливыми" просьбами дать им денег четырех хулиганов-негров, ответив им четырьмя выстрелами в упор. И это — в Америке, в США, в полностью охищненной стране, в которой каждый житель потенциально, психологически способен стать гангстером, и за "хорошие деньги" мать родную пришибет, как нечего делать! Что же в таком случае говорить о неагрессивной, обесхищенной России! Особенно ярко все это проявилось сейчас: в условиях псевдодемократии и извращенной либерализации общества (правильнее говорить — его духовного растления), с полнейшей распоясанностью уголовной шпаны и безнаказанностью преступных элементов, когда полезла изо всех щелей хищная социальная нечисть, у общества не оказалось на нее никакой управы. Но, по-видимому, это всего лишь самое начало охищнения нашего общества, и этот процесс, возможно, уже необратим. Как газовые пистолеты сменились уже настоящим оружием, так и масштабы насилия будут возрастать, что закончится либо гражданской войной (или еще какой, — не менее страшной), либо военной диктатурой. Правда, одно никак не исключает другого.

И можно быть уверенными в том, что русское общество в своем подавляющем большинстве воспримет диктатуру положительно, ведь даже бутафорский псевдопутч августа 1991 года люди одобряли, невзирая на очевидную несусветицу: ну не с этими же явно подставленными, "опереточными вождями" идти на такое святое дело, как наведение порядка на Руси! Косвенным подтверждением отмеченной чуть выше противоестественной властноофициальной социальной направленности России является тот факт, что все интегрированные полностью в административную деятельность начальники (от мастеров до министров, а сейчас и президентов) в каких-либо конфликтных или спорных ситуациях, как правило, получают от народа в первую очередь определение "пидарасы", и не иначе. Не сволочи, не жулье, не гады — все это чуть позже, после спокойного анализа, но сначала — всегда именно "пидарасы"! Кстати, это искаженное русским просторечием древнегреческое слово "педераст", как и другие подобные искажения, фонетические опрощения, вообще необычайно характерны для русского разговорного языка. Они являются проявлением ущербного, облегченного, сниженного заимствования. "Наверное, ни один язык так не открыт для иностранных заимствований, как наш. Отсюда — терпимость русского человека к иностранному, доброжелательность, переходящая порой в подобострастность, сопряженную с самоуничижением. "[17]. Конечно же, это не то, чтобы создание некоего "пиджин-рашен", но тем не менее, все такие заимствования — неравноправны и имеют свои социальные корни, что в общем случае можно именовать, как "тенденция к пиджинизации не только в русском языке, но и в обществе".

Как раз именно такого порядка феноменом является широко распространенное охаивание всего русского, отечественного, и пресмыкательство перед Западом, или по меткому выражению Н. Я. Данилевского: "европейничанье", (сейчас — это уже "американничанье"). Единственно же правильной, объективной позицией в этом "международном вопросе" является та, при которой видно, что хаять здесь есть чего, и много, но чтобы пресмыкаться при этом — это попросту недопустимо, ибо позорно! России, кстати, уже никогда не стать Западом, мы исторически уже "засветились" в другом качестве. Мы — как бы некие неприкаянные дворняги, ну а те -по большей части, все из себя породистые, холеные: бульдоги королевские, болонки-фокстерьеры разные, да левретки с пуделями... Ну и шут бы с ними всеми! Точно так же, по такой же "схеме", за иным человеком всю жизнь тянется память о какомнибудь неблаговидном или глупом поступке, совершенном им прилюдно в детстве, что проявляется в виде насмешливой клички и несерьезного или настороженного отношения к нему окружающих. В общем, наверное, зря варягов призывали, но открещиваться-то не следует: ну, призывали и призывали! Так что тщетны потуги наших "западников" стать вполне европейцами: статус социально-эстетической "второсортности" России обеспечен ей навсегда. Правда, — с одновременной боязнью ее непредсказуемости и потенциальной мощи. И таким образом, выходит, что все эти "западники" — воистину, позор России: у этих Плохишей не получилось ничего самобытного создать здесь, так они туда лезут позориться со своими свинячье-суконными рылами! Но черно-белая (она же и "красно-белая" некогда!) оценочность всего и вся — есть следствие доминирующей диффузности русского общества, его имманентного и потому неистребимого свойства (и могучий язык русский — тому свидетель!), что и приводит к его всегдашнему полярному разделению. Отсюда следует неприятный, но, к сожалению, справедливый вывод. В России невозможно обустроить приемлемое общежитие, здесь всегда все так и будет — "через экспериментальную пень-колоду"! Некоторая, малость утешительная, аналогия всему этому состоит в том, что русский народ, бедолага, подобен талантливому человеку, но — непрактичному и бесшабашному. Поэтому и живет он, несмотря на все свои замечательные слова и мысли, впроголодь, да в антисанитарных условиях. К тому же он еще и постоянно обманываем своими более ловкими и бессовестными дружками-приятелями, ко всему прочему подбивающими его на всякую дурость, но всегда — с пользой для самих себя. ( Это к тому, что, похоже, действительно "у России не может быть друзей"!) Спасти положение могло бы лишь наличие в России в течение не менее ста лет (примерно около пяти поколений) честного русского националистического, но и достаточно благоразумного правительства. Но честность правительства, да еще в пяти поколениях, да без дури... — все это, естественно, полная утопия...

Но хотя бы одно такое правительство будет наверняка, уже потому, что такого еще не было никогда, и создание прецедента очень заманчиво! К тому же, для этого существует и бесспорное идеологическое обоснование [28]: "Построение национального государства в России — единственная возможность выжить для России и дать пример выживания для всего мира... Национально мыслящая власть способна в одночасье решить все текущие проблемы России. "]... Здесь следует остановиться, и как бы возвести некое "потолочное перекрытие" в том теоретическом умозрительном многоэтажном сооружении, строительством которого мы так настойчиво, хотя и достаточно бессистемно, занимаемся. (Тут требуется развернутое изложение предмета, чего никак не позволяет объем данной книги. ) Речь пойдет о "женском потолке" хищных индивидов в нравственном "пространстве". О том, что хищные мужчины вкупе с женщинами (как с хищными, так и с чрезвычайно многочисленными хищноориентированными особами) занимают нижнюю этическую позицию, "полуподвальный этаж". Причем, моральная позиция практически любой женщины всегда хрупка, неустойчива, и женщины могут всегда быть с нее легко сбиты, и это падение для них гораздо тяжелее и на порядок болезненнее, нежели для мужчин.

Но у женщин имеются весьма серьезные не то, чтобы оправдания или "смягчающие вину обстоятельства", правильнее будет говорить об "оправдательных документах", попросту снимающих с них всякую вину. Ибо в целом, во всем, что касается женщин, необходимо учитывать их основную функцию — это продолжение рода человеческого и воспитание детей. Еще правильнее будет говорить, не боясь высоких слов, даже — о предназначении женщины. И поэтому невозможно не признать патологией любое (не оправданное жестокими обстоятельствами, несчастьями) уклонение от этого необычайно трудного и столь необходимого "дела". Или другими словами, "биологические, психологические и этические обязательства женщины заключаются в проявлении заботы о будущем человечества — детях". А сохранение при этом еще и женской привлекательности необходимо уже признать пределом ее возможностей, ибо "трудное развитие, ведущее к женственности, исчерпывает все возможности индивида — женщины", говоря еще короче, всему есть предел.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 26 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.