WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |

Как известно, в гипнозе легко удаются самыеразнородные внушения. Впрочем, вопрос, можем ли мы внушить в гипнозе все, чтомы пожелаем, до сих пор еще остается не вполне выясненным. По некоторымавторам, нет вообще никаких границ для внушения, другие, напротив того,держатся взгляда, что в гипнозе может быть внушаемо только то, что отвечаетпсихической природе человека. Практически вопрос сводится главным образом квозможности внушать те или другие преступления, причем одни авторы были склонныутверждать, что гипнотик способен под влиянием внушения выполнить какое угоднопреступление, тогда как другие авторы видели в этих утверждениях лишь простоеувлечение лабораторными преступлениями, совершаемыми в гипнозе, справедливозамечая, что гипнотик не лишен вполне сознания и потому, когда ему внушают тоили другое преступление, то он отлично осознает, что это преступление дело несерьезное, что оно на самом деле есть только воображаемое преступление и чтовсе это делается только для его испытания и потому он выполняет его безбольшого сопротивления, как невинную шутку.

Что касается меня, то, руководствуясь своимопытом, я ничуть не становлюсь на сторону тех авторов, которые приписываютвнушению в гипнозе роль всесильного фактора, могущего из гипнотика сделать все,что угодно. Сила его внушения в этом, как и в других случаях, зависит бесспорноне от одного лишь умения внушить и поддержать внушение, но еще и от той почвы,на которую действует внушение, иначе говоря, от психической натуры лица,подвергаемого внушению. Таким образом, психическое противодействие внушению,производимому в гипнозе, в значительной мере зависит как от большей или меньшейглубины гипноза, так и от того, в какой мере это внушение находится впротиворечии с идеями, склонностями и убеждениями лица, подвергающегосявнушению. При отсутствии такого противоречия внушение действует сильно и верно;напротив того, при встрече в сильной натурой, держащейся противоположныхвзглядов, внушение может оказаться бессильным.

Но умаляется ли отсюда значение внушениякак важного психического фактора Ничуть. Ведь людей с сильным характером истойкими идеями далеко немного. Да и мало ли есть людей настолько нравственноневоспитанных, что они не делают некоторых преступлений, например, противнравственности и имущественной собственности только в силу страха заответственность перед законом. Не достаточно ли поэтому тем или другим способомусыпить в них путем внушения в гипнозе этот страх и вселить веру в возможностьизбегнуть ответственности пред законом, усилив в то же время в их воображениивыгодные последствия преступления, чтобы склонить их на совершение этогопреступления, которого при других условиях они никогда бы несделали

Но мы отвлеклись бы очень далеко, если быподробно стали развивать этот вопрос. Поэтому, не касаясь более чистопрактической стороны вопроса о значении гипнотических преступлений, мы заметимздесь, что гипноз представляет для нас глубокий интерес не с одной толькопрактической стороны, но и в отношении изучения вопроса о наиболееблагоприятных условиях внушения. Чем в самом деле объясняется тообстоятельство, что в гипнозе хорошо удаются внушения Можно думать, что гипнозкак состояние близкое или родственное нормальному сну сам по себе ужесоставляет благоприятное условие для внушения. Но опыт показывает нам, что невсегда степень внушаемости идет рука об руку с глубиною сна. Есть оченьглубокие степени гипноза, как, например, летаргическая фаза Charcot, которыесовершенно недоступны внушению. Напротив того, в других случаях уже слабыестепени гипноза отличаются необычайною внушаемостью.

Известно также, что и обыкновенный сонбольшею частью не составляет благоприятного условия для внушения, хотя внекоторых состояниях естественного сна имеются условия, столь же благоприятныедля внушения, как и в гипнозе.

Отсюда ясно, что степень внушаемостиопределяется не самим гипнозом или сном, а тем особым состоянием сознания илипсихической деятельности, которое мы имеем в гипнозе, а иногда и в обыкновенномсне.

Эти условия, благоприятствующие внушению вгипнозе, заключаются в том, что при изменении нормального сознания,выражающемся большим или меньшим засыпанием «я» и не исключающем общения свнешним миром или, по крайней мере, не исключающем общения с гипнотизером,производимые последним внушения входят в психическую сферу непосредственно инезависимо от личного сознания гипнотизируемого субъекта, иначе говоря, помимоего «я». Закрепляясь в тех глубинах души, которые нередко называли и называютбессознательными или подсознательными и которые правильнее называть сферойобщего сознания, эти внушения впоследствии входят сами собой в сферу личногосознания и, не будучи распознанными, как посторонние внушения, так какпервоисточник их для личного сознания остается скрытым, подчиняют себе личноесознание в более или менее значительной мере.

Таким образом, вся сущность гипнотическихвнушений заключается в том, что у загипнотизированного наступает особоесостояние пассивности, в силу чего внушения и действуют на него стольподавляющим образом.

Не подлежит однако сомнению, что состояниепассивности представляет собою лишь одно из благоприятнейших условий длявведения внушения в бессознательную сферу. Оно составляет лишь подходящуюобстановку для внушения, устраняя в большей или меньшей мере вмешательстволичного сознания. Так как, однако, это состояние пассивности ничуть не идетрука об руку с глубиною сна, а зависит в значительной степени также отиндивидуальных условий, то отсюда очевидно, что и степень восприимчивости квнушениям не стоит в прямом соотношении с глубиною гипноза.

Внушение в бодрственномсостоянии.

Опыт показывает далее, что есть лица, длякоторых бодрственное состояние сознания представляет почти столь жеблагоприятное условие для внушения, как и гипноз. У такого рода лиц удаетсявсякое вообще внушение и в совершенно бодрственном состоянии, следовательно,при наличности воли. Словом, у этих лиц внушения могут быть производимы вбодрственном состоянии так же легко и просто, как у других в состояниигипноза.

Для действительности внушения от такоголица не требуется ничего кроме того, чтобы он слушал и не противодействовал.Если он начинает противодействовать внушению, достаточно усилить последнее, аесли этого недостаточно, то стоит только внушить, что сопротивление невозможно,и внушению открывается полный простор.

Вся особенность этих лиц сводится к тому,что они допускают в свое сознание вторгнуться посторонней идее пассивно, невмешиваясь своим «я» в сущность и в критику этой идеи, иначе говоря, пропускаяее в свое сознание без активного внимания подобно тому, как человеквоспринимает что-либо в рассеянности.

Всякий знает, что, будучи рассеянными иневнимательными, мы можем давать на задаваемые вопросы совершенно не подходящиедля нас ответы; можем признавать то, что мы несомненно отвергнули бы, если быотнеслись к вопросу с вниманием, нередко мы не знаем даже, что данный вопросбыл нам задаваем, иначе говоря, мы имеем настоящую амнезию. С другой стороны,при отвлечении внимания мы не замечаем нередко своих ощущений, можем дажезаглушить резкие болезненные ощущения. В других случаях мы испытываем безвсякой видимой причины безотчетную тоску или душевную боль, или же намнезаметно для нас самих может быть навязан тот или другой мотив, привита та илидругая идея и т. п.

Словом, в состоянии рассеянности, когданаше «я» чем-нибудь занято или отвлечено в известном направлении, мы получаемсостояние, благоприятствующее внушению, вследствие чего, будучи введено впсихическую сферу, оно проникает в него помимо «я» или, по крайней мере, безего активного участия и не может быть подвергнуто соответствующей критике ипереработке.

Таким образом, не подлежит никакомусомнению, что облегченная восприимчивость к внушениям наблюдается иногда и внормальном психическом состоянии. Но суть в том, что в таком случае внушаемыелица по отношению к производимым внушениям, веря в их магическую силу, не всостоянии обнаружить никакого психического противодействия и подчиняются имсовершенно пассивно.

Благодаря этому, внушения легко входят в ихпсихическую сферу помимо их «я», точнее говоря, помимо их личного сознания,следовательно прививаются непосредственно, так сказать, в самые недрапсихической сферы, помимо всякого участия воли и действуют так же неотразимо насубъекта, как и внушения, производимые в гипнозе.

Само собой разумеется, что у такого родалиц внушением в бодрственном состоянии можно пользоваться для лечения так желегко, как и внушениями, производимыми в гипнозе.

Примером действительности подобного родавнушений, производимых в бодрственном состоянии, может свидетельствоватьследующий случай.

Осенью 1896 г. мы приняли в клиникумолодого человека, который страдал тяжелыми судорожными истерическимиприступами и полным параличом нижних конечностей, развившимся в одном изистерических приступов.

Этот паралич длился уже более 1,5 месяцев,не поддаваясь никаким вообще терапевтическим приемам, и грозил таким образомперейти в те хронические параличи, которые длятся годами, не поддаваясьизлечению.

Но во время исследования этого больногосовместно с врачами клиники ему были закрыты глаза и затем путем внушения онбыл тотчас же совершенно излечен от паралича и уже в гипнозе начал ходить.Когда он был разбужен, то к удивлению своему убедился, что он стоит на ногах иможет свободно ходить.

Больной в восторге отправился сам в своюпалату и привел в изумление всех тех, которые за несколько минут перед темвидели его в кресле-коляске в состоянии полного паралича нижнихконечностей.

С этих пор у больного оставались одниистеро-эпилептические припадки, которые случались с больным довольно часто ипродолжались нередко весьма продолжительное время, если они своевременно небыли останавливаемы соответствующими внушениями.

Перед тем, как демонстрировать больного налекции пред студентами, я исследовал его вновь и убедился, что внушения можносвободно производить ему в бодрственном состоянии. Тотчас же ему былопроизведено внушение о прекращении судорожных приступов и о еговыздоровлении.

Внушение подействовало на больного так, чтоон совершенно поправился и припадки прекратились.

На другой день на лекции можно былобольному в совершенно бодрственном состоянии внушать разнообразные судороги,контрактуры, параличи, иллюзии и галлюцинации, словом, все чтоугодно.

Я много раз спрашивал больного, как онможет объяснить себе действие внушения наяву, но он на это выражал толькоудивление вместе с другими присутствовавшими лицами. У этого больного современем, правда, проявились еще два или три слабых истерических припадка подвлиянием особых поводов, но это были лишь изолированные припадки, которые затемпосле новых внушений более уже не повторялись.

В другом случае у наборщика, страдавшегоясными признаками свинцового отравления, имелось наряду с правостороннейгемианестезией и болями левой части головы гемихорея правой же стороны тела,особенно резко выраженная в правой руке. Больной должен был постояннопридерживать эту руку левой рукой, так как она его сильно беспокоилапостоянными судорожными движениями, еще более усиливавшимися при всякомволнении и исследовании. Больной, будучи человеком несостоятельным, уже многомесяцев, оставался без всякой работы, будучи в полном смысле беспомощнымчеловеком. Но достаточно было ему однажды внушить, не прибегая к гипнозу, чтосудороги его прекратились и он снова владеет рукой свободно, и оказалось, чтосудороги сразу исчезли совершенно. С тех пор у больного в любое время можнобыло вызывать судорогу по произволу, благодаря простому внушению, и такжепросто ее уничтожить. То же самое оказалось возможным сделать с его болями и сгемианестезией, которые исчезли по одному слову внушения и могли быть вызываемывновь в бодрственном состоянии любое число раз. Субъект этот по выздоровлениивоспроизвел под влиянием внушения все свои болезненные расстройства, междупрочим, и на лекции студентам и по внушению на той же лекции был от нихизбавлен.

Нет надобности говорить, что мы имели вклинике и в ее амбулатории много и других больных, у которых в бодрственномсостоянии также легко осуществляются разнообразные внушения, как напримериллюзии, галлюцинации и пр., и которые этими внушениями в бодрственномсостоянии легко излечивались от разнообразных нервных припадков. Обыкновенноежегодно на лекциях, читаемых мною о гипнозе, я демонстрирую целый ряд больныхс прекрасной внушаемостью в бодрственном состоянии.

Выше приведенные примеры, подобных которымможно было бы привести многое множество, не оставляют сомнения в том, чтовнушения в бодрственном состоянии в известных случаях могут быть столь жепросто осуществляемы и столь же действительными, как и внушения в состояниигипноза. Но даже и в тех случаях, когда не имеется подобной внушаемости вбодрственном состоянии, для воздействия внушения часто нет существеннойнеобходимости во сне. Нужна лишь вера в силу производимого внушения и возможнополное сосредоточение мысли на содержании этого внушения, иначе говоря, нужно,чтобы субъект отдался действию этого внушения вполне. Когда врач достигнет этихусловий в бодрственном состоянии, тогда он свободно может обходиться прилечении внушением без гипнотического сна, который в некоторых случаях дажемешает внушению, если, например, больной, веря в магическую силу лишь внушений,производимых в гипнозе, не засыпает в достаточной мере глубоко.

Таким образом, для внушения в сущности ненужно сна, не нужно даже никакого подчинения воли внушаемого лица, все можетоставаться, как обыкновенно, и тем не менее внушение, входящее в психическуюсферу помимо личного сознания, или так называемого «я», действует на последнегокак бы магически, подчиняя его внушенной идее.

Для доказательства этой истины нетнадобности даже обращаться к тем или другим патологическим примерам, так какподобные же и притом не менее яркие примеры мы можем почерпнуть и вне клиник.Известно, какую магическую силу имеют в некоторых случаях заговоры знахарей,сразу останавливающие кровотечения, не менее известно и целительное значениетак называемых симпатических средств, к которым так охотно прибегали вособенности в старое время при сильном распространении веры в эти средства. Наэтом внушении в бодрственном состоянии основано известное целебное значениекоролевской руки, магическое действие хлебных пилюль, лечение желтым и краснымэлектричеством Маттея, известное некогда в Петербурге лечение барона В. спомощью простой невской воды и других индифферентных средств, магическое словоаббата Фариа, одним повелением исцелявшего больных, известное в Париже лечениепараличных больных одним зуавом, пользовавшимся для этой цели лишьповелительным внушением и т. п.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.