WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 33 |

Таким образом, если бы под внушением мыпонимали всякое вообще непосредственное влияние на человека помимо его «я» илиличного сознания, то мы могли бы отождествить эту форму воздействия на насокружающих условий с формой пассивного восприятия, происходящего без всякогоучастия «я» субъекта. Но под внушением обыкновенно принято понимать воздействиеодного лица на другое, которое, очевидно, происходит при посредстве пассивноговосприятия, то есть помимо участия личного сознания, или «я», субъекта вотличие от воздействия иного рода, происходящего всегда при посредствеактивного внимания, с участием личного сознания и состоящего в логическимубеждении, приводящем к выработке тех или других взглядов. Внушение иубеждение, таким образом, являются двумя основными формами воздействия одноголица на другое, хотя в числе способов психического воздействия одних лиц надругих кроме убеждения и внушения мы можем различать еще приказание кактребование, предполагающее за собой силу, способную заставить выполнятьприказываемое, и пример, возбуждающий подражание, а также советы, надежды,желания и пр. Но эти формы воздействия одних лиц на других, кроме чистоавтоматического подражания, по моему мнению, не могут быть причисляемы косновным, так как при анализе нетрудно убедиться, что как приказание, так ипример действуют частью путем того же убеждения, частью путем внушения.Несомненно, что в известной мере и приказание, и пример действуют совершенноподобно внушению и даже не могут быть от него отличаемы; в остальном же какприказание, так и пример, действуя на разум человека, могут быть вполнеуподоблены логическому убеждению.

Так, приказ действует прежде всего силойстраха за возможные последствия непослушания через сознание необходимостивыполнения в силу разумности подчинения вообще и т. п. В этом отношенииприказание действует совершенно подобно убеждению. Но независимо от тогоприказание действует, по крайней мере в известных случаях, и непосредственно напсихическую сферу как внушение. Как известно, термин «внушение» до введения егов психологию предпочтительно употреблялся публикой для выражения властноговлияния одного лица на другое. Лучшим примером влияния приказа как внушенияможет служить команда, которая действует, как известно, не только путем страхаперед последствиями за непослушание, но и путем прямого внушения, не даваявозможности здраво обсудить предмет команды. Точно так же и пример, с однойстороны, действует, несомненно, на разум путем убеждения в полезности того, чточеловек видит и слышит; с другой стороны, пример может действовать и наподобиепсихической заразы, иначе говоря, путем прямого внушения как совершенноневольное и безотчетное подражание.

В этом отношении мы напомним озаразительном влиянии публичных казней, о самоубийствах из подражания, опередаче путем подражания судорожных болезненных форм и т. п.

Что касается других форм воздействия однихлиц на других, как требование, советы, выражение надежды или желания, то всущности они не имеют в виду ничего более, как представить материал длясуждения другому лицу, а следовательно, имеют в виду поддержать или укрепить внем определенное убеждение, хотя в известных случаях и эти формы воздействиямогут влиять непосредственно на сознание наподобие внушения.

Таким образом, как приказание, так ипример, а равно и другие формы психического воздействия одних лиц на другихдействуют в одних случаях путем убеждения, в других случаях путем внушения,чаще же они действуют одновременно и как убеждение, и как внушение и потому немогут быть рассматриваемы как самостоятельные способы воздействия одних лиц надругих, подобно убеждению и внушению.

Lowenfeld, между прочим, настаивает наразличии в определениях самого процесса внушения (suggeriren) от результатаего, известного под названием собственно внушения (suggestion). Само собоюразумеется, что это два различных процесса, которые не должны быть смешиваемыдруг с другом. Но, по нашему убеждению, только такое определение и может бытьпризнано наиболее подходящим и более правильным, которое обнимает и самыйспособ воздействия, характерный для процесса внушения, и результат этоговоздействия. Дело в том, что для последнего характерен не только результат, нои самый способ, каким он достигнут, равно как для процесса внушения характеренне только самый процесс или способ воздействия на психическую сферу, но ирезультат этого воздействия. Поэтому-то и в слове «внушать» мы подразумеваем нетолько способ воздействия на то или другое лицо, но и возможный результат этоговоздействия и, с другой стороны, в слове «внушение» мы подразумеваем не толькодостигнутый результат в психической сфере данного лица, но и в известной меретот способ, который привел к этому результату.

По нашему мнению, в понятии внушения преждевсего содержится элемент непосредственности воздействия. Будет ли внушениепроизводиться посторонним лицом при посредстве слова, или воздействияпроизводится при посредстве какого-либо явления или действия, то есть имеем лимы словесное или конкретное внушение, оно всегда влияет не путем логическогоубеждения, а непосредственно воздействует на психическую сферу, помимо сферыличного сознания или по крайней мере без переработки со стороны «я» субъекта,благодаря чему происходит настоящее прививание того или иного психофизическогосостояния.

Равным образом и те состояния, которыеизвестны под названием самовнушения и которые не требуют постороннихвоздействий, возникают обычно непосредственно в психической сфере, когда,например, то или другое представление проникло в сознание как нечто готовое вформе внезапно явившейся и поразившей сознание мысли, в форме того или иногосновидения, в форме виденного примера и т. д. Во всех этих случаях психическиевоздействия, возникающие помимо постороннего вмешательства, прививаются кпсихической сфере также непосредственно в обход критикующего и самосознающего«я» или того, что мы называем личным сознанием.

Таким образом, внушать — значит более или менеенепосредственно прививать к психической сфере другого лица идеи, чувства,эмоции и другие психофизические состояния, иначе говоря, воздействовать так,чтобы по возможности не было места критике и суждению; под внушением же следуетпонимать непосредственное прививание к психической сфере данного лица идеи,чувства, эмоции и других психофизических состояний помимо его «я», то есть вобход его самосознающей и критикующей личности.

Если внушение есть нечто иное, каквоздействие одного лица на другое путем непосредственного прививания идеи,чувства, эмоции и других психофизических состояний без участия личного сознанияданного лица, которому производится внушение, то очевидно, что оно можетпроявляться легче всего в том случае, когда проникает в психическую сферу илинезаметно, вкрадчиво, при отсутствии особого сопротивления со стороны «я»субъекта, или по крайней мере при пассивном отношении последнего к предметувнушения, или же, когда оно сразу подавляет психическое «я», устраняя всякоесопротивление со стороны последнего.

Опыт действительно подтверждает это, таккак внушение может быть вводимо в психическую сферу или мало-помалу, путемпостоянных заявлений одного и того же рода, или же сразу наподобиеповелительного приказа.

Но без сомнения, внушение легче всегоудается в гипнозе, при котором личное сознание утрачивается в большей илименьшей степени и на сцену выступает сфера общего, или безличного, сознания.Когда личное сознание ослабело или утрачено, как в гипнозе, то естественно, чтовнушение входит непосредственно в сферу общего сознания, минуя «я» субъекта ине встречая с его стороны какого-либо противодействия, по крайней мере в болееглубоких степенях гипноза.

Если в некоторых случаях гипнозапротиводействие внушениям и существует, то степень этого противодействия, вовсяком случае, находится в известной зависимости от глубины гипноза. Чемпоследний глубже, тем и внушение встречает меньше сопротивления. Не подлежит,впрочем, сомнению, что и характер внушения влияет на сопротивляемость субъекта,так как только внушения, противоречащие всему складу данного лица, и особенноего нравственным воззрениям, встречают обыкновенно то или другоепротиводействие со стороны гипнотизируемого лица. Но это противодействие далеконе такого рода, чтобы опытный гипнотизатор не мог его обойти ипреодолеть.

Только что указанный факт объясняется,очевидно, тем, что в менее глубоком гипнозе «я» субъекта, то есть его личноесознание, если и остается, то в общем далеко не отличается такой стойкостью,как в нормальном состоянии, благодаря чему и противодействие его не может бытьстоль полным и совершенным, как при нормальных условиях.

1898

Мысленное внушение илифокус

(Печатается по: Обозрение психиатрии,неврологии и экспериментальной психологии, 1904, № 8).

Вопросы мысленного внушения не могут неинтересовать человечество до тех пор, пока существование этого внушения небудет окончательно решено в том или другом смысле на основании достоверныхданных. Ввиду этого собрание фактического материала, относящегося к данномувопросу, должно быть на первом плане, так как соответственная оценка этогоматериала и должна послужить к окончательному выяснению этого крайне важного ив то же время в высшей степени деликатного вопроса.

Руководясь этим, мы не можем не обратитьвнимание читателей на опыты мысленного внушения, произведенные д-ром Котиком ид-ром Певницким в соучастии с другими врачами над Софьей Штаркер, делавшейпредставления в одном из одесских балаганов.

Надо заметить, что подобные представления внародных театрах, по-видимому, не составляют исключительной редкости, и еще недалее как в апреле 1903 г. мне самому удалось наблюдать подобную жедемонстрацию мысленного внушения в одном из народных театров Вены, где самаядемонстрация явлений производилась при следующих условиях.

Молодая особа садилась на стул посредисцены перед публикой, и ей плотно завязывались глаза большим платком. Затемпредлагалось кому-либо из публики участвовать в опыте и задумать то или другоеслово — безразлично какое бы то ни было.Участник опыта садился вблизи отгадывательницы, которая клала ему на лоб своюруку и после небольшого промежутка времени говорила вслух те слова, которые онзадумывал. Так проделывалось с несколькими лицами, причем самое отгадывание какконкретных, так и отвлеченных слов производилось с видимою легкостью ибезошибочно. Затем проделывались опыты с отгадыванием предметов, находящихся вкарманах присутствующей публики при посредстве пожилого человека-индуктора, скоторым обыкновенно производились опыты этого рода. Для этой цели последнийобходит публику, нащупывает вещи в кармане и в случае, если он их не узнает наощупь, просит их вынуть, чтобы он мог убедиться, что именно пред ним имеется;затем, думая о них и не произнося ни одного слова, он спрашивает отгадчицу: чтоздесь или что это такое Все вопросы ставились вполне однообразно, вещи вбольшинстве случаев оставались в карманах зрителей и лишь в случае, если небыли узнаны на ощупь, показывались индуктору, но так, что их мог знать толькоон сам, их собственник и ближайшие соседи; отгадчица же при этих опытахнаходилась на расстоянии по крайней мере 15-40 шагов и все время оставалась сзавязанными глазами; следовательно, видеть предметы не могла ни в какомслучае.

Никакого условного общения между индуктороми отгадчицей также не могло быть, так как вопросы первого всегда былиоднообразны и без каких-либо особых изменений в интонации голоса, а окаком-либо механическом общении не могло быть и речи. Ответы для огромногобольшинства предметов давались отгадчицей верные, причем простые предметы, какапельсин, лимон, гребенка, веревка, ножик, зубочистка и пр., давались быстро иуверенно, предметы же менее обычные отгадывались хотя также в огромномбольшинстве случаев точно, но менее скоро. Отгадывание некоторых предметовтребовало даже порядочного промежутка времени. Изредка при этом делалисьошибки; но ошибки эти почти тотчас же исправлялись после указания нанеправильность ответа со стороны индуктора. Иногда ошибки указывали на предметлишь приблизительно, например вместо «записная книжка» был дан ответ «билет»,когда затем индуктор указал на ее ошибку и потребовал, чтобы отгадчица думаладальше, она после некоторого времени сказала верно: «Книжка»; на вопрос:«Какая» — ответила:«Записная». Далее следовали вопросы о том, что в книжке записано, и индукторпоследовательно заставил отгадчицу сказать по крайней мере десятка два записей,которые были сделаны в этой книжке, причем все эти записи прочитывалисьотносительно быстро и с пунктуальной точностью без всяких даже малейших знаковсо стороны индуктора.

По общей постановке дела с отгадываниеммыслей здесь, очевидно, было много сходства с тем, как проделывала свои опытыСофья Штаркер. К сожалению, я лишен был возможности проделать целый ряд опытовс отгадчицей при иных условиях, могу лишь сказать, что, будучи сам ближайшимнаблюдателем тех демонстраций, о которых шла речь выше, я не нашел в нихрешительно ничего такого, чтобы можно было признать за обман или фокус. Тем неменее для решения вопроса о мысленном внушении крайне желательно не одно толькоконстатирование факта, но и всестороннее изучение тех условий, при которыхпроизводятся самые опыты.

Если подтвердится, что в случаях такогорода мы имеем дело с настоящим мысленным внушением, то объяснение самих явленийс помощью передачи энергии от одного лица другому навязывается само собою. Какбы то ни было, мы не должны упускать из виду, что вопрос о мысленном внушениипостепенно выходит из области загадочного и неведомого, так как с развитиемучения о психике как проявлении энергии и с открытиями Blondlot и Charpentierоб исходящих из нервной ткани во время ее деятельности лучах самая возможностьмысленного внушения становится явлением, ничуть не противоречащим нашимосновным научным воззрениям.30

Ввиду этого крайне желательно, чтобы кизучению явлений мысленного внушения серьезные научные деятели пересталиотноситься с тем пренебрежением, которое, за малыми и всем хорошо известнымиисключениями, проявлялось в их среде до позднейшего времени.

1906 г.

Внушение и воспитание.

(Доклад, читанный на 1-м Международномпедологическом конгрессе в Брюсселе 13-18 авг. 1911 г. Печатается по: БехтеревВ. М. Внушение и воспитание, СПб., 1912).

Вряд ли нужно доказывать, что развитиечеловеческой личности нуждается в самом старательном воспитании, а между темкак мало внимания в жизни уделяется этому делу. Мы воспитываем старательнокаждое плодовое деревцо и даже простой цветок, мы воспитываем всякое домашнееживотное и в то же время мало заботимся о воспитании будущего потомства и, чтоеще хуже, при незнании основ воспитания нередко уродуем будущую личностьчеловека, воображая, что делам нечто особо полезное.

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.