WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 47 |

Нормы, требующие от мужчин ограниченияэмоциональности, также создают массу проблем, увеличивая психологическоенапряжение, ухудшая интимность в паре и снижая чувствительность мужчин к боли,которую они причиняют окружающим. По данным Левант (Levant, 1992), среди мужчиночень часто встречаются легкие формы алекситимии.Согласно Килмартину (1994), алекситимия возникает,когда человек, который постоянно ведет себя так, как будто у него вообще нетчувств, в конечном счете теряет способность распознавать и выражать чувства. Ксожалению, мы не располагаем точными данными относительно того, сколькопроцентов мужчин и в какой степени затронуты этим расстройством.

Левант (1992) считает, что в настоящее времямужская роль переживает глубокий кризис, спровоцированный переменами вобществе. Традиционные мужские способы проявления заботы (например, финансовоеобеспечение семьи) не ценятся так высоко, как прежде, а вместо этого от мужчиножидается забота о детях, выражение нежных чувств — поведение, выходящее за границытрадиционной мужской роли и требующее навыков, которыми мужчины не обладают.Следовательно, мужественность необходимо подвергнуть реконструкции, целькоторой в том, чтобы сохранить все хорошие аспекты, относящиеся к роли, иисключить устаревшие и нефункционирующие части. «Новый» мужчинабудет:

"...сильным, уверенным в себе и надежным. Онбудет демонстрировать заботу, стремясь к людям, делая для них что-то и решая ихпроблемы. Он будет умело решать проблемы, в чем ему поможет настойчивость. Онбудет логичен, а в жизни будет руководствоваться моралью. Но ему не будут чуждыи эмоции. Он будет придавать большое значение своей эмоциональной жизни иценить способность выражать свои чувства словами... Он будет понимать эмоциидругих и научится читать их малейшие нюансы. Он будет великолепно совмещатьработу и любовь. Он станет лучше как муж и любовник, потому что сможетиспытывать настоящую радость от близости и предпочтет ее однобокому влечению.Он будет таким отцом, о каком когда-то сам мечтал" (Levant, 1992, р.387).

Пока остается неясным, есть ли ужекакой-нибудь прогресс в движении к этой новой мужской роли. Отклонение отженской роли воспринимается обществом относительно более спокойно, чемотклонение от мужской. Например, Мартин обнаружил, что люди гораздо сильнеебеспокоятся по поводу мальчиков, играющих в девчоночьи игры, чем по поводудевочек-«сорванцов» (Martin, 1990). Или, как писал Майерс, женщине проще статьдоктором, чем мужчине —нянькой; замужняя женщина может выбирать, работать ей или нет, тогда какмужчину, решившего стать «домохозяином», считают просто лентяем, отлынивающимот работы (Myers, 1990). Принимая во внимание то, что мужские роли обычно имеютболее высокий статус, вполне возможно, как считает Фейнман, что попытки женщинприблизиться к более ценным мужским ролям легче понять и принять, чемстремление мужчин к менее ценным женским ролям (Feinman, 1981).

Есть основания полагать, что люди хотятизменений в традиционных мужских нормах. Томпсон и Плек (Thompson & Pleck,1986) обнаружили, что молодые мужчины признавали существование традиционныхмужских норм, но не высказывали радикального согласия или несогласия с ними.Мужчины от 16 до 88 лет, обследованные Бурн и Лэвер (Burn & Laver, 1994),также продемонстрировали довольно слабое одобрение норм, составляющихтрадиционную мужскую роль. Авторы обнаружили, что наибольшую поддержку как состороны мужчин, так и со стороны женщин получили нормы, касающиесяпрофессиональной успешности, больших заработков и мужественного внешнего вида.Наименьшую поддержку получили нормы, не позволяющие мужчинам выражать чувства,и нормы, защищающие традиционную модель разделения работы по дому. Взгляды,пользовавшиеся одобрением со стороны мужчин, касались того, что решения в семьедолжен принимать мужчина, что мужчина должен справляться со своими проблемамибез чьей-либо помощи, что он должен быть физически сильным и уметь драться, чтоон не обязан готовить и делать уборку, как, впрочем, и посвящать свое свободноевремя заботе о детях. Тем не менее как мужчины, так и женщины в равной степениодобряли нормы, исходя из которых мужчина должен зарабатывать много денег, бытьнацеленным прежде всего на профессиональный успех, выглядеть мужественно,избирать традиционно мужские профессии, всегда действовать так, как будто онточно знает, что делает, и избегать обсуждения своих чувств. Возрастныеразличия были связаны только с одним компонентом традиционной мужской роли—эмоциональной/умственной твердостью, которая получила большее одобрение устаршего поколения.

Крамер и его коллеги (Cramer et al., 1991)провели исследование студенток колледжа, в котором просили их описатьидеального мужчину или партнера. Исследователи обнаружили, что частовстречаются описания желанного мужчины скорее андрогинного, нежели традиционномужественного типа. Такие исследования, подтверждающие слабую поддержкутрадиционных мужских норм, наводят на мысль, что зарождается новый набор норм.Озадачивает, однако, тот факт, что, хотя традиционная мужская роль получаетнастолько слабую поддержку, стремление соответствовать этой роли остаетсяскорее правилом, чем исключением. Возможные причины этого приведеныниже.

Одним из препятствий, стоящих на пути перемен,может быть ощущение, что все вокруг поддерживают традиционные мужские нормы.Даже если мужчины активно не поддерживают эти нормы, то это не значит, что ониим не подчиняются. Мы помним, что эта реакция — уступчивость — имеет место в том случае, когда мыподчиняемся, чтобы избежать социального неодобрения. О'Лири и Донахью (O'Leary& Donoghue, 1978) отметили, что мужчины продолжают считать, что отклонениеот половой роли повлечет за собой негативные социальные последствия. Как ужеговорилось в первой главе, по результатам целого ряда исследований можно суверенностью сделать вывод о существовании социальных наказаний для мужчин,нарушающих традиционные роли, а особенно ярко гендерно-несоответствующееповедение отражается на популярности у мальчиков (Berndt & Heller, 1986;Costrich et al., 1975; Huston, 1983; Martin, 1990; Seyfried & Hendrick,1973; Steriker & Kurdek, 1982). Мужчины в исследовании Бурн и Лэвер (Burn& Laver, 1994) заявляли, что их друзья сильнее поддерживают традиционныемужские нормы, чем они сами. Например, мужчины и женщины были единодушныотносительно того, что мужчинам не следует подавлять свои чувства, однакомужчины при этом считали, что друзья ожидают от них именно подавлениячувств.

Айзлер и его коллеги (Eisler et al., 1988) необнаружили значимой корреляции между MGRS (мужским гендерно-ролевым стрессом) иодобрением типичных атрибутов мужественности. Другими словами, даже те мужчины,которые не соответствовали традиционным стереотипам мужественности, все равноиспытывали стресс в ситуациях, условно оцениваемых как женские и/или угрожающихмужскому контролю или компетентности. Возможно, это происходит из-за того, чтомужчины считают, что окружающие ожидают от них соответствия традиционноймужской роли. Восприятие этих социальных ожиданий и вера в то, чтонесоответствие им повлечет за собой недовольство общества, могут отчастиобъяснить такое интенсивное стремление соответствовать традиционным мужскимролям. В качестве иллюстрации позволю себе привести отрывок из сочинения одногоиз моих студентов, состоявшего в университетской спортивнойкоманде:

"У меня замечательно получается ладитьпрактически со всеми членами команды, когда я нахожусь с каждым из них один наодин. Но когда они собираются вместе, во всем великолепии своих мужскихстереотипов, то картина их поведения радикально меняется. В их личностяхпоявляется больше мужского экстремизма. Один из них непременно сделаетчто-нибудь очень мужское (например, пустит газы, выругается, рыгнет, оскорбитдругого или отпустит сексуальный комментарий по поводу проходящей миможенщины), и внезапно этот настрой подхватывается всей группой. Я мог быподчиниться общему духу, но тогда бы я чувствовал, что изменяю себе. Я не хочуоскорблять людей и нечестно поступать с женщинами из нашей команды. Я мог быбыть самим собой, но это повлекло бы за собой боль, чувство стеснения иотверженности. Таким образом, мой путь лежит где-то посередине. Я решил пойтина компромисс."

Еще одна причина отставания перемен вповедении от изменений в аттитюдах, быть может, кроется в том, что ранние,более строгие нормы ограничили для многих мужчин возможности усвоения навыковвзаимоотношений и самораскрытия, а также работы по дому и ухода за детьми.Из-за этого уровень соответствия аттитюдов поведению может быть невысоким.Килмартин (Kilmartin, 1994) рекомендует организовывать для мужчин группы,мастерские или специальную терапию по приобретению экспрессивных навыков, аЛевант (Levant, 1992) даже описывает несколько удачных проектов подобногорода.

К сожалению, отсутствие официальноутвержденных диагностических единиц является серьезной помехой для опознания илечения проблем, порождаемых мужской ролью. В справочнике DSM-IV (Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders),выпущенном Американской психиатрической ассоциацией в1994 г., не существует диагностических единиц, соответствующих мужскомугендерно-ролевому стрессу, мужскому гендерно-ролевому конфликту, компенсаторноймужественности, алекситимии. Каплан (Caplan, 1991) предложила ввести для мужчинотдельную категорию, которую назвала «личностнымрасстройством с доминированием иллюзий» (delusional dominating personalitydisorder). Помимо всего прочего, эта категориявключает в себя неспособность устанавливать и поддерживать межличностныевзаимоотношения, неспособность распознавать определенные чувства других людей ивыражать свои чувства.

В предложении Каплан включить в DSM категорию«delusional dominating personality disorder»была определенная доля сарказма (создатели очереднойверсии справочника настаивали на включении в него ряда малоизученныхспецифически женских расстройств, но категорически отказывались от рассмотрениясоответствующих «мужских» расстройств). Так или иначе, клиническим психологам ипсихиатрам необходимо обращать больше внимания на проблемы, создаваемыетрадиционными гендерными ролями, и тем самым помочь мужчинам развить новые дляних навыки и, возможно, оспорить старые роли. Гуд и его коллеги (Good et al.,1990) доказывают важность применения «осознающегогендер» подхода (gender-aware) при работе со всемипациентами. Этот подход включает в себя понимание того, как на пациентаповлияли социализация и сексизм. Левант (Levant, 1992) добавляет, чтогендерно-осознающая терапия требует от терапевта понимания того, что в процесселечения может возникнуть необходимость применения навыков или моделейповедения, не соответствующих аспектам традиционной мужской роли, таким, какидентификация и открытое выражение чувств. О'Нил и Иган (O'Neil & Egan,1992) предложили терапевтам вместе с клиентами предпринимать «гендерно-ролевое путешествие», в ходекоторого они разберутся в том, каким образом гендерные роли и стереотипыпривели к негативным последствиям у них самих и у окружающих, добьются вконечном счете изменений в себе и раскроют другим глаза на опасности сексизма.О'Нил и его коллега разработали и оценили план работы мастерских, которыедолжны облегчить это гендерно-ролевое путешествие (O'Neil & RobertsCarroll, 1987, 1988 а, 1988 b). Однако большинству клинических психологов, ксожалению, не удается по разным причинам сконцентрироваться на традиционныхгендерных ролях как источнике проблем клиента (Kupers, 1993).

Для того чтобы приспособиться к переменам вмужской роли, мужчинам может понадобиться не только помощь в развитииопределенных навыков, но и реорганизация социальных институтов. Другимисловами, отставание перемен в поведении от изменений в аттитюдах можетпроисходить еще и потому, что нормы и политика организаций продолжают опиратьсяна традиционные понятия о разделении работы по дому и поэтому не способствуютролевым изменениям. Плек (Pleck, 1985) писал, что хотя в последнее время многоговорится о большем вовлечении мужчин в семейную жизнь и создается впечатлениесдвигов в этой области, но в учреждениях, где работают мужчины, никакойреальной поддержки им не оказывается (существует очень мало льгот, дающих правоуходить в отпуск после рождения ребенка, использовать гибкий график, отлучатьсяна школьные мероприятия и т.д.). Хиггинс и Дагсбери сетовали на устаревшую, новсе еще действующую в большинстве организаций политику, основывающуюся надопущении, что у мужчины есть супруга-домохозяйка. Они обнаружили, что мужчиныс двойной жизнью (имеющие детей и работающих жен) переживают конфликт междуработой и семьей гораздо в больших масштабах, чем мужчины, у которых жены— домохозяйки. Авторыпредположили, что рабочая среда не обеспечивает гибкости, необходимой мужчинамс двойной жизнью для того, чтобы совладать с непрерывно возрастающимитребованиями роли, обусловленными их стилем жизни. По результатам целого рядаисследований сделан вывод, что конфликт между работой и семьей у мужчин сдвойной жизнью усложняется еще и осознанием того, что их стиль жизни являетсягрубым нарушением социальных норм, устанавливающих для мужчин приоритет роли«добытчика» (Higgins & Duxbury, 1992). Еще одна проблема заключается в том,что общепринятая модель карьерного роста предполагает и вознаграждает такоеповедение, когда работник полностью посвящает себя делу фирмы в течение первых5-10 лет после поступления на службу, что как раз совпадает с возрастом, когдау мужчины подрастают маленькие дети (Powell, 1990).

Не исключено, что мужчины изменились больше,чем мы думаем, но стереотипы о них не дают увидеть реальную картинупроисходящего, так как мы выделяем именно тех индивидуумов и те элементыповедения, которые подтверждают традиционные стереотипы. В главе 5 мы будемговорить о процессе социального познания гендераи увидим, что как только у человека появляютсястереотипы о мужчинах и женщинах, он начинает перерабатывать информацию такимобразом, чтобы эти стереотипы подтверждались. Важность этого положения состоитв выводе, который из него следует: даже когда мужчины и женщины меняются, внашем восприятии они могут оставаться неизменными.

Резюме

Один из компонентов мужской роли — это нормауспешности/статуса. Она означает, что ценность мужчиныопределяется величиной его заработка и успешностью на работе. Эта норма можетоказывать отрицательное влияние на процесс самоактуализации, самооценку мужчиныи проявление его отцовских качеств. Если мужчины неспособны жить в соответствиис нормой успешности/статуса, у них может проявиться компенсаторная мужественность — крайнийи деструктивный вариант мужественности.

Норма умственной твердости подразумевает, что мужчина должен быть знающим, компетентным ивсегда контролировать ситуацию. Эта норма может мешать восприятию новойинформации, быть причиной серьезных ошибок и создавать проблемы в сферевзаимоотношений.

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.