WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 21 |

Иногда эта метода не срабатывает. У жертвы оказываются высокие понятия о нравственности, или здоровый уравновешенный характер, или он достаточно проницателен, чтобы разобраться в кознях крючколова. Тогда последний просто обставляет все дело таким образом, словно удар нанес ¦везунчик¦, успешно убедив в этом начальника.

В таком случае Оператор в основном обрабатывает начальника, а не кандидата на повышение. Работа тонкая и обычно требует много времени.

Для начала крючколов применяет тоненькую иголочку критического высказывания, якобы сделанного жертвой. Потом иголочки следуют одна за другой, создавая у начальника полную уверенность, что они исходят от ¦этого выскачки¦. Оператор любуется результатами своей работы, иногда слегка подправляя то форму, то длину иглы. У начальника все плотнее сжимаются губы, когда он слышит о новом ¦выпаде¦, он уже не скрывает своего раздражения при виде жертвы и начинает исподтишка к ней приглядываться.

Наконец наступает время для более серьезного оружия: ножа, кинжала или топора. Вот оно уже погрузилось в больное место, полилась кровь, и жертва приговорена. Многообещающему сотруднику, возможно, цены нет, он может быть отличным работником, но в глазах начальника он только тот тип, что ужалил его в самое больное место, куда сам начальник не осмеливается заглядывать. И теперь это место кровоточит.

Если жертва попалась на крючок таким способом, она мечется вслепую, пытаясь выяснить, почему так резко переменился ветер. Иногда доведенный до бешенства начальник выпаливает предполагаемому обидчику все, что нажужжал ему Оператор. Но обычно, затаив обиду, начальник воздерживается от разговоров о своем уязвимом месте. Но каждая встреча с обидчиком теперь для него что ложка уксуса. Дело неизбежно кончается увольнением ¦провинившегося¦, либо начальник делает из него козла отпущения и отводит на нем свою уязвленную душу.

Именно таким способом Гордон разделался с Кеном. Услышав от разъяренного Нокса обвинения в вероломстве, Кен сначала вытаращил глаза от изумления, затем возмутился и, наконец, разозлился. Внешне сдержанный и немногословный Кен привык таить в себе свои огорчения. Тут его словно прорвало и в считанные минуты два взбешенных человека излили друг на друга поток оскорблений. Зло свершилось, и исправить дело было некому. Думаю, что Кена было легко сломать. Гордону не пришлось долго трудиться над осуществлением своего плана, тщательно продуманного во время бесконечных перекуров.

Если у вас есть склонность к крючколовству, учтите, что это очень трудное дело. Вам понадобятся отточенное искусство, актерский талант, проницательность, умение просчитывать свои ходы, хитроумие, трезвый расчет. Умные Операторы-крючколовы – профессионалы высшего класса. Иначе нельзя. Это их источник существования. Осознав в самом начале игры, что им далеко не уйти со своими деловыми качествами и подытожив свои ресурсы, они обнаруживают в себе таланты ничуть не хуже тех, что нужны для занимаемой должности. А дальше дело только за тем, чтобы оттачивать эти таланты.

Конечно, даже самый виртуозный Оператор не продвинется далеко, если ¦эго¦ начальника без изъянов. Но предприятие Ноксов было для Операторов просто находкой. Это была семейная фирма, которую возглавлял Нокс-старший, весьма толковый, смекалистый, хотя и малообразованный старикан. В правление также входили шесть его сыновей, получивших должное образование и удивительно тупоголовых, но однако соображавших, что в любой другой организации им бы не подняться выше курьера. Это и было уязвимым местом каждого из младших Ноксов. А шестикратно умноженная тупость сыновей безмерно удручала старшего Нокса и была его больным местом.

Помню, впервые познакомившись с Операторами-крючколовами, я оценивала их вполне объективно, думая про себя: ¦Кошмарные люди, но как умны. То, что они делают, очень непросто, здесь нужно искусство и талант. Употребить бы их на благое дело¦. Но когда на сцене появился Мак-Дермот, меня охватил страх, и я уже не могла относиться к Операторам беспристрастно. Со страху можно натворить Бог знает что, и в результате с вами может приключиться что угодно. Вы можете пуститься наутек, или завопить что есть мочи, или заработать язву желудка. Но хуже всего, если вы загоните страх вглубь, запрете его на замочек и будете делать вид, что источника страха как бы не существует. Именно так поступила я, когда испугалась Мак-Дермота.

Через год Гордона снова повысили в должности, и возглавлять конструкторский отдел стал один из сотрудников фирмы по имени Босвел. А на его место был принят Мак-Дермот. Приглядываясь к нему, я сразу обратила внимание на то, что Мак-Дермот проводит изрядное количество времени у автомата с газировкой и в буфете. Похоже, наши девушки восприняли его как еще одного дамского угодника, но вскоре стало очевидно, что его интересуют их начальники. Мне он задал наводящий вопрос о Джиме Ноксе, в чьем отделе я работала, но я тут же пресекла его любознательность, ответив, что ничего не знаю. Вопрос был безобидный, но я догадывалась, что за ним последуют другие, поэтому предпочла закончить разговор, прежде чем он выйдет за рамки простой беседы. Вид у меня при этом был вполне дружелюбный, без всякой настороженности, однако мне не забыть то каменное выражение, которое появилось на лице Мак-Дермота. Он впился в меня немигающими глазами и после продолжительной паузы вдруг приветливо и широко улыбнулся и ушел, не задав мне ни тогда, ни потом ни одного вопроса. Однако вскоре мне пришлось два битых часа объясняться с Джимом Ноксом по поводу неприятности, которую подстроил мне Мак-Дермот.

Когда я впервые пришла в компанию Ноксов, меня предупредили, что даже обладая необходимыми деловыми качествами, каждый сотрудник должен в первую очередь заслужить доверие семьи Ноксов. То есть, согласно моему пониманию, если Ноксы доверили тебе какое-то дело, то они должны быть спокойны за его результат, а также за то, что секреты производства не попадут к конкурентам. Мне казалось, что я заслужила доверие Джима Нокса в том смысле, как я его понимала. Но оказалось, что в понятие ¦доверие¦ входит ряд вещей, о которых в течение долгого времени я не подозревала. Доверие Джима Нокса подразумевало, что он может не скрывать передо мной своего полного невежества относительно той части дела, которой он руководил, и должен быть абсолютно уверен, что я буду об этом молчать. Подразумевалось также, что, выслушивая Джима, я никогда и виду не подам, что понимаю всю его тупоголовость и полное несоответствие занимаемому месту. Именно это особенно ценилось в доверенном сотруднике. Ибо после каждого разговора со мной, в котором всплывала вся его блистательная дурь, Джиму полагалось оставаться в неведении относительно собственной глупости.

Все это не представляло для меня трудности, хотя я и не понимала, насколько это важно. Просто для меня было ясно как Божий день, что отпрыски Нокса унаследуют все богатство своего папаши, останутся на своих денежных постах, а поэтому в их руках и власть. Я признавала это без всякого возмущения. Возможно, женщинам это дается легче, чем мужчинам. Женщинами скорее движет желание заработать, чем прорваться к власти и высоким постам. Чего не скажешь о мужчинах, которые, как правило, считают, что у них гораздо больше данных занять кресло соперника.

Мак-Дермот не отличался льстивой вкрадчивостью Гордона, но был намного умнее. У него был блестящий ум, жаль, что он не удовлетворился меньшим, но предпочел стать крючколовом. Ум Оператора-крючколова работает со скоростью, невиданной для обычного человека, но Мак-Дермот, казалось, работал на предельных скоростях. Помню, когда он появился, мне подумалось: ¦Какой-то он весь извилистый, в нем ни одной прямой линии нет, поэтому он и действовать прямо не может¦. Говоря такое, вы подходите к человеку типа Мак-Дермота со своей меркой, которая вам кажется единственно верной, потому что она выработана вашим воспитанием и окружением и стала для вас единственным мерилом человеческих взаимоотношений.

Но мерки – вещи производные. Не вы создаете их, вы их просто принимаете. Теперь я вижу, как много таких извилистых людей, как Гордон и Мак-Дермот. В каком-то смысле они великолепно приспособились к определенному типу деловых отношений.

Такие люди идут к намеченной цели кратчайшим путем и не испытывают ни малейших угрызений совести, если позади остаются трупы. ¦Какие безнравственные личности!¦ – возмущаются обыватели по адресу крючколовов. Что верно, то верно. Они строят свою жизнь отнюдь не по христианским принципам. И хотя это столь заметно со стороны, сами Операторы редко осознают этот факт. Самое удивительное, что и Гордон и Мак-Дермот были чрезвычайно набожными людьми. Многие даже посмеивались, что у Гордона крыша не совсем в порядке на почве религии. В каком-то смысле эти люди стараются оправдаться перед собой. Если у них достаточно мозгов, чтобы обманывать других, то можно постараться и заморочить мозги самому себе там, где тебе хочется обмануться.

Еще до того, как он занял место Гордона, Босвел проявил кое-какие задатки крючколова, его главным достоинством была дотошность в работе. Проработав немного в конструкторском отделе, он сообразил, что мозгов у него побольше, чем у Гордона и уж если тому удалось продвинуться вверх, то Босвелу и все карты в руки. И он подцепил на крючок Гордона.

Босвел воспользовался выигрышным положением преемника Гордона, от которого он унаследовал дела в полнейшем беспорядке. Работа была ювелирная: с наивным простодушием и несколько озадаченным видом он доложил о состоянии дел Леонарду Ноксу, словно сам не веря тому, что говорит. Подготовительный период занял около месяца. Можно было, конечно, выложить все свои претензии к Гордону за полчаса. Но, как говорится, капля камень точит, и Босвел регулярно капал Леонарду на Гордона, представляя каждый его промах в форме, рассчитанной именно на ум Леонарда.

Он убедил Леонарда в том, что человек с умом Гордона не мог создать неразбериху в делах просто так, по глупости, а что это скрытый саботаж. При этом Босвел бесхистростно добавил: ¦Невозможно поверить, но кто знает, может, в этом что-то есть¦ – имея в виду шурина Гордона, одного из исполнительных директоров в компании, являвшейся одним из крупнейших конкурентов Нокса.

Леонард был прекрасно осведомлен о том, что Гордон уже лет двадцать не общается со своим родственником, да и конкурирующая фирма находилась совсем в другом городе, но у него был ¦пунктик¦ по поводу промышленного шпионажа, и поэтому идея о подрывной деятельности Гордона засела у него в голове. С огромным трудом Гордону удалось доказать, что он вовсе не замышлял никакого саботажа, но пока он оправдывался, наружу во всей красе вылезла дурость начальства, чего последнее простить не могло. Гордона отправили рядовым клерком в отдел делопроизводства, а Мак-Дермоту, к всеобщему удивлению, поручили курировать конструкторский отдел. Особенно беспредельным было изумление Босвела, который теперь оказался в непосредственном подчинении у Мак-Дермота.

Босвелу и в голову не могло прийти, что разыгранное им наивное простодушие, с которым он копал под Гордона, сыграет с ним злую шутку и его сочтут недостаточно опытным для серьезной должности. Зато такой расклад пришел в голову Мак-Дермоту. Не прошло и двух лет, как последний убедил Леонарда в том, что Босвел слишком простоват для своей работы. Здесь требуется умудренный опытом человек, ¦вроде тебя, Леонард¦, чтобы толково вести дело. Леонард, не долго думая, назначает Мак-Дермота единственным руководителем конструкторского отдела. Больше всего в этой истории меня поразил тот факт, что Леонард и Джим Нокс с умным видом обсуждали все перестановки, ничуть не догадываясь о манипуляциях Мак-Дермота и Босвела.

Возможно, требуется особый вид мышления, чтобы определить крючколова. Ноксы, например, не имели о них ни малейшего представления, зато у Кармоди, управляющего по сбыту, был отличный нюх на крючколовов. Да и наш юный курьер, Сэм Джексон, сходу определял их под любым обличием и видел насквозь. Помню, в тот день, когда Мак-Дермота снова повысили и он стал личным советником Леонарда, я подумала, что с такими людьми невозможно справиться, и мне стало страшно. Хорошо, что я не стою на пути у Мак-Дермота, подумала я с чувством облегчения. Но это чувство исчезло, когда Мак-Дермот всадил свой крюк в Кармоди. Теперь меня обуял настоящий страх.

Кармоди проработал у Ноксов двадцать лет и отлично организовал сбыт. Да и своим настоящим процветанием дело Ноксов во многом было обязано Кармоди. До нас доходили слухи, что на заседаниях правления Мак-Дермот постоянно придирался к Кармоди, который отличался вспыльчивостью, самостоятельностью в решениях и нетерпимостью ко всякому постороннему вмешательству в дело сбыта, что свидетельствовало о его пренебрежении к семейству Ноксов. Невзирая на последнее обстоятельство, в течение двадцати лет Кармоди пользовался доверием Ноксов, поскольку его ценность для фирмы перевешивала все прочие соображения. Тонны денег были заработаны для фирмы его руками.

Надо полагать, старшему Ноксу не очень-то нравилось ощущать себя эдаким суетливым придурком в глазах Кармоди, да еще и улыбаться при этом. И все же не думаю, что Нокс захотел бы расстаться с ним, если бы его не убедили, что Кармоди не такой уж незаменимый. Когда Джим Нокс как-то заметил, что Мак-Дермот весьма лестно отзывается о способностях Сори Сандресона, заместителя Кармоди, я поняла, что Мак-Дермот намерен снять с него скальп.

Неожиданно Мак-Дермот предложил новую систему сбыта, которая, как он заранее рассчитал, вызовет протест Кармоди, так как она шла вразрез с его собственной схемой. В один прекрасный день противостояние закончилось тем, что Кармоди взорвался и заявил, что он скорее подаст в отставку, чем согласится с планом Мак-Дермонта, добавив несколько выразительных слов в адрес ¦старого осла Нокса¦, который еще прислушивается к таким бредовым идеям. Месяц спустя Кармоди ушел, а его место занял Сори.

К этому времени я уже семь лет проработала у Ноксов, получала очень хорошую зарплату и имела все шансы на повышение в недалеком будущем. Все это в определенном смысле держит вас на крючке. Меня зацепило настолько прочно, что я постаралась убедить себя, что, уйдя от Ноксов в другую фирму, я попаду точно в такое же окружение. Хоть это и была чистая правда, все же я поступила неразумно, оставшись. К тому времени обстановка, в которой я так хорошо разбиралась, наполняла меня постоянным и нарастающим страхом. Как я только не пыталась избавиться от этого чувства, но выхода не было. Если бы я перешла в другую фирму, мне удалось бы сменить обстановку и избавиться от ужаса, охватывавшего меня каждое утро при входе в контору Ноксов. Но слишком многое удерживало меня там и не хотелось терять заработанное.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.