WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 52 |

Выполнение любого задания, в том числе иэкспериментального, предполагает понимание того, какое значение имеетвыполняемая работа в данной конкретной ситуации. Выполнение действияпредполагает и знание средств для работы, но, самое главное, человек долженуметь оценить, насколько его собственные действия соответствуют поставленнойзадаче. И, чтобы такая оценка могла осуществиться, необходимо, чтобы человекпонимал свои цели и возможности, чтобы он действовал из осознанных мотивов. Обэтом хорошо сказал уже И. М. Сеченов: "Когда человек что-нибудь придумывает илисилится что-нибудь вспомнить (все это фигурное выражение), значит, мысль,которую он ищет, нужна ему для какого-нибудь дела, иначе он был бы сумасшедший;дело и есть, стало быть, мотив, определяющий те темные процессы, которыефигурно называются поисками или стараниями придумать, припомнить" [171, 167]. Таким образом, И. М. Сеченовсчитает, что мысль и действия здорового человека должны быть направлены делом,мотивом.

У описываемой группы больных отсутствовалмотив, ради которого они выполняли то или иное задание.

Их действия были в равной степени какбездумными, так и немотивированными. Их поведение не было обусловлено ниадекватным отношением к окружающему, ни к себе. Они не осознавали ни своихпоступков, ни своих суждений. У них была анозогнозия не только по отношению ксвоей болезни, но и по отношению к своему поведению.

Утеря возможности оценивать себя и другихразрушала самым гротескным образом деятельность больных; она являласьиндикатором их грубого личностного нарушения.

В заключение анализа аспонтанности намхотелось бы остановиться на одном, казалось бы, парадоксальном явлении. Нередковышеописанная сверхоткликаемость сочеталась у больных с тенденцией кперсеверациям. Симптом персеверации был описан А. Р. Лурия еще в 1943 г. убольных с нарушениями премоторной зоны мозга. Выполнив какой-нибудь компонентсложного движения, больные не могли переключиться на другой его компонент. А.Р. Лурия описывает явления персеверации (в двигательной и речевой сферах) такжеу больных с массивными поражениями лобных долей мозга. Он пишет, что "удержаниеизбирательных следов словесной инструкции оказывается в подобных заданияхнастолько трудным, а влияние инертных действий, вызванных предшествующейинструкцией, настолько сильным, что правильное выполнение заданий заменяетсяфрагментами прежних действий" [126, 207].

Нами исследовался совместно с Ю. Б.Розинским больной, который, проводя движением пальца по направлению реки нагеографической карте, продолжал это до тех пор, пока на карте образовываетсядыра; начав чертить круг, он продолжает это круговое движение, пока его неостановят. Меняя задание, чертить то круг, то дом, мы получали неоформленнуюсмесь того и другого —дом закругляется, а в круг привносятся детали прямых сторон.

Если больной рисовал подряднесколько– кружков, тоему трудно было переключаться на рисунок дома; после того как он нарисовалнесколько раз дом, он не может нарисовать круг, а приделывает к нему крышу.

Эти персеверации выступали в письме.Больному предлагается написать: "Сегодня хорошая погода". Вместо этого онпишет: "Сегого гохоророшая я погодада".

Наряду с персеверациями у этого больногорезко выступает откликаемость: экспериментатор просит его передать спичкудругому больному; больной берет коробку, вынимает спичку и зажигает ее.Требуемое от него действие он не выполняет. Когда больного просят подать стаканводы, он сам начинает пить из него воду. Увидев лежащие на столе ножницы,больной начинает резать покрывающую стол бумагу.

Казалось бы, что ситуационное поведение иперсеверативная тенденция являются феноменами, противоречащими друг другу, таккак механизмом персевераций является инертность, ситуационное же поведениесодержит в себе тенденцию к чрезмерно быстрой смене реакций. В действительностиже оба этих противоречащих друг другу феномена — застойность персевераций исверхпереключаемость ситуационного поведения — смыкаются.

Противоречивость здесь мнимая: симптомперсеверации, так же как и откликаемость, является лишь по-разному оформленнымпроявлением аспонтанности. Иными словами, оба этих явления являютсяиндикаторами того, что деятельность больного лишена смысловой характеристики изамещается действиями, за которыми не стоит смыслообразующий мотив. Доведеннаядо своего апогея аспонтанность разрушает в корне строение деятельности, лишаетее основного человеческого качества личностного отношения и осмысленнойнаправленности, критичности и подконтрольности. Сочетание откликаемости иперсевераций мы наблюдали не только с "лобным синдромом". Так, исследуя вместес С. Я. Рубинштейн больных гипертонической болезнью, мы могли в некоторыхслучаях и у них отметить это парадоксальное явление.* Сверхбыстраяоткликаемость подобного рода больных на внешние случайные моменты приводила кнарушению их ориентировки. Например, сосед по палате оказался слесарем, больнойсчитает, что он в мастерской; через минуту он услышал чтение газеты,откликнувшись на него, он считает, что он в клубе. Тут же больной услышал пениев соседней палате и быстро решил, что он в театре. Каждый отдельныйраздражитель определяет ориентацию больного, и, таким образом, у больногосоздается какое-то своеобразное прерывистое восприятие окружающего.

* Следует отметить, что впсихиатрической клинике нередко встречается подобное сосуществование, казалосьбы, противоречивых симптомов, например при так называемом кататоническомсиндроме наблюдают обездвиженность и возбуждение.

Откликаемость этих больных, сочетаясь сперсеверациями, нарушала и строение речи. Последняя изобиловала парафазиями,персеверациями. Например, больному Г. (гипертоническая болезнь) была показанакарточка с изображением петуха; больной отвечал, что это яблоко. Вслед за этим,когда ему предъявляли очки, он отвечал: "Это ножка от яблока". "Яблоко"застряло персеверативно, а слово "ножка" возникло при взгляде на ручку очков.

Г. В. Биренбаум наблюдала подобнуюоткликаемость и склонность к персеверациям у больных с органическими психозамии в некоторых случаях острого шизофренического процесса.

Исследования, проведенные мною вместе с С.Я. Рубинштейн, показали, что эти нарушения динамичны и преходящи. Мынеоднократно имели возможность убедиться в том, как больные, ответы и поведениекоторых были предельно нелепы вследствие своей откликаемости с персеверацией,тут же адекватно реагировали на окружающее. Речь их становилась правильной,действия разумны. Персеверации и откликаемость исчезали.

Все эти данные заставляют предположить, чтомеханизмом парадоксального сочетания откликаемости и персеверации являетсяснижение бодрственного состояния мозга. Резкое сочетание откликаемости и грубыхперсевераций при лобном синдроме обусловлено не одним лишь поражением лобныхдолей мозга, а что и в этих случаях речь идет об измененном состояниибодрственности коры. Об этом свидетельствует тот факт, что у больных, у которыхописанное парадоксальное сочетание было бы особенно выражено, локальный процессбыл осложнен органическими процессами диффузного характера (менингоэнцефалит,абсцесс, хронические сепсис).

Следует, однако, отметить, что симптомоткликаемости сам по себе носит у больных с "лобным" симптомом иной характер,чем у больных с другими органическими поражениями мозга. Больные с диффузнымпоражением мозга выявляют какое-то, пусть смутное, отношение к откликаемости;они сами ее отмечают; иногда даже пытаются противостоять ей. "Лобные" жебольные никогда не замечают неадекватности своих поступков.

Несмотря на то что откликаемость больных пригипертонии носит тоже нелепый характер, за ней скрыта часто попытка ответить напредлагаемый вопрос, она возникает нередко при трудных задачах и является частоследствием чрезмерного интеллектуального напряжения больного. Откликаемость же"лобного" больного не вызывается напряжением.

Откликаемость больного с диффузнымпоражением мозга тоже дезорганизует его поведение, но она не являетсядоминирующей; у "лобного" больного поведение может внешне казаться недезорганизованным, однако именно откликаемость по существу определяет егоповедение.

Сопоставление откликаемости больных обеихгрупп дает некоторые опорные пункты для дифференциально диагностическихвопросов. Но кроме этого практического значения постановка и выяснение этоговопроса имеют еще и теоретическое значение. Это сопоставление показывает, чтооткликаемость может стать доминирующей линией поведения, определяющей поступкии действия больного только в том случае, когда у больного изменено отношение ксебе и к окружающему, когда он не может отнестись к своим поступкам критически,когда у него нет их оценки. Следовательно, только при наличии грубоголичностного распада откликаемость, которая является характеристикой сниженногободрствования, дезорганизует поведение больного. И у больного с диффузнымиорганическими поражениями может появиться готовность к недифференцированнойреакции, но лишь благодаря изменению строения сознания больного, выступающему ввиде аспонтанности, эта готовность превращается в стойкий распадцеленаправленной деятельности. Для того чтобы оказалось нарушенным стольсложное социальное образование, каким является человеческое поведение, для тогочтобы перестали действовать высшие, социальные мотивы, чтобы человек пересталсуществовать как сознательная и созидательная личность и подчинялсякалейдоскопу впечатлений, необходимо грубое изменение в сфере человеческихпотребностей, мотивов, сознания. Только при нарушении критическогоподконтрольного отношения к себе и к окружающему возникает невозможностьосознать этот калейдоскоп впечатлений, теряется способность противостоять ему[87].

Это подтверждают и данные Е. Д. Хомской[191], изучавшей роль лобныхдолей мозга в регуляции процессов активации с помощью методики вызванныхпотенциалов. Оказалось, что у здоровых испытуемых во время исполнениякакого-нибудь интеллектуального действия возникают изменения биоэлектрическойактивности в лобных отделах мозга, так называемые "волны ожидания", которыеисчезают при переходе человека к спокойному состоянию. Эти данные соответствуюти результатам, полученным Грей Уолтер (1966) и М. Н. Ливановым (1966).

У больных же с поражением лобных долей мозгаподобные "волны ожидания" не вызывались. Е. Д. Хомская отмечает, что поражениялобных долей мозга сопровождаются нарушениями всей системы регуляции процессаактивации, особенно тех форм, которые осуществляются с помощью речи[191].

8. НАРУШЕНИЕ ФОРМИРОВАНИЯ
ХАРАКТЕРОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ ЛИЧНОСТИ

Для анализа того, как формируетсяпатологическое изменение личности, можно привести также некоторые данные,касающиеся формирования патологических черт характера.

Из психиатрической практики известно, что убольных эпилепсией (если эта болезнь началась в детском возрасте) происходитизменение личности, которое характеризуется обычно как сочетание брутальности,угодливости и педантичности. Стало традиционным описывать в учебникахпсихиатрии образную характеристику больных эпилепсией, данную классикомнемецкой психиатрии Э. Крепелином: "С библией в руках и камнем за пазухой". Этиособенности обычно ставят в связь с самой болезнью, припадками, и нигде неанализируется вопрос об условиях формирования такой личностной особенности.

Между тем прослеживание жизни ребенка, укоторого вследствие органического поражения мозга появились припадки,прослеживание реакций других детей на эти припадки, прослеживание реакцииучителя на трудности в учебе, которые возникают у подобного ребенка в школе,могли бы объяснить многое. Такой ребенок пытается компенсировать своюнеполноценность, вызвать хорошее отношение к себе со стороны сверстников невсегда удачным способом: угодливостью, приспособлением к другим детям. Из-заинертности, присущей таким больным, данные способы фиксируются в дальнейшем,становятся методом поведения.

В этой связи интересно рассмотретьстановление еще одной характерной черты эпилептика — его педантичности и аккуратности.

В начальной стадии болезни названныекачества появляются как способ компенсации первичных дефектов. Экспериментальнопоказано, что только при помощи тщательного, последовательного выполнения всехэлементов стоящего перед ним задания больной может правильно его выполнить[34; 65; 122].

Тщательное выполнение отдельных звеньевзадания требует от больного эпилепсией в ходе болезни все большего внимания,пока, наконец, не становится главным в его работе.

Происходит перенесение мотива из широкойдеятельности на исполнение вспомогательного действия. Это было показаноэкспериментально Н. К. Калитой [79], которая исследовала уровень притязаний больных эпилепсией спомощью оригинальной методики: больным предъявлялись картинки, которыеразличались друг от друга количеством элементов изображения. Требовалось заопределенное время найти эти различия. В данном исследовании уровень притязанийне вырабатывался у большинства больных эпилепсией. Они застревали на каждомконкретном задании и с удовольствием начинали искать различия в картинках,находя при этом самые малозначительные, которые не отмечали здоровыеиспытуемые.

Полученные результаты не означают, что уданных больных вообще нет уровня притязаний, но если данный набор заданий былдля здоровых лишь предлогом для выявления уровня их притязаний, то у больныхсамо исполнение заданий становится смыслом работы.

Таким образом, при эпилепсии происходиткомпенсация первичных дефектов, приводящая нередко к нарушениюопосредованности.

Известно, что, для того чтобы компенсироватьдефект, надо прежде всего выработать адекватные способы и средства егопреодоления. Мало того, надо не только найти способы преодоления дефекта, но иовладеть ими до известной степени свернутости и автоматизации. Навыкосвобождает субъекта от контроля за исполнением действия и тем самым даетвозможность перенесения ориентировки в более широкое поле деятельности[54].

Вследствие нарастания инертности способыкомпенсации у больных эпилепсией не становятся свернутыми иавтоматизированными, а, наоборот, больной "застревает" на стадии контроля заисполнением вспомогательного действия, и мотив из широкой деятельности всеболее смещается на выполнение узкой.

Вместе со смещением мотива соответственносмещается и смысл деятельности. Сложная опосредованная деятельность теряетсмысл для больного, главным становится исполнение отдельных операций, которые внорме выполняют роль технического средства.

Особо присущая эпилептику аффективностьнасыщает этот смысл, делая его не просто отношением, а отношением активным.Больные не терпят малейших нарушений заведенного порядка. В ходе болезниаккуратность, педантичность становятся не просто неудачной компенсацией, апривычным способом действия, определенным отношением к окружающему миру,определенной социальной позицией, т.е. чертой характера.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.