WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |

Барбара O'Брайен.

Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: Операторы и Вещи.

Оглавление

От издателей - вместо предисловия. 2

Вступление. 3

Предисловие. 4

Шизофрения: власть демона. 5

Часть первая. 8

Операторы уходят. 8

До появления Операторов. 10

Часть вторая. 16

Операторы. 16

Часть третья. 40

Иссохший берег и волны. 40

Подпольный умелец. 41

Нечто. 42

Нечто набирает силу. 43

Мой подсознательный друг. 43

Фрейдопоклонник. 44

Тренировочные бои. 46

Картинки. 46

Часть четвертая. 48

Мыслительный аппарат. 48

Учебники. 49

Мустанг. 52

Психиатры и шизофреникию 53

Руководство и план. 55

Крючколовство. 56

Доктора. 57

Это Нечто. 58

Неповторимый компьютер. 59

Человек в процессе мутации. 62

Хинтон: человек с дальней полки. 63

Памятка об учреждениях для душевнобольных. 66

Не на жизнь, а на смерть. 67

Перев. с англ. Т. К. Кругловой.

Душевнобольной пугает. Вызывает желание отвернуться, не знать - и одновременно острое, невыносимое любопытство. И совершенно непонятно: что - вот жил себе человек, жил, и вдруг - сошел с ума Об этом и повествует уникальная книга Барбары О'Брайен. С той разницей, что "это" произошло с ней самой, а после тяжелейшего психотического эпизода она смогла этот опыт описать. Но как!

Блестящий язык, тонкая ирония, яркие зарисовки американской психиатрической системы 50-х годов, интереснейшие размышления о статусе душевнобольных как одного из меньшинств, о психоанализе, о природе шизофрении... Да, и это тоже - с тем же юмором и блеском!

Для психиатра и психолога эта работа должна войти в "обязательную программу" как почти беспрецедентное свидетельство живой и талантливой души, побывавшей на "той стороне Луны" и вернувшейся в мир обычных людей с необычным знанием. Для всех остальных это - первоклассное, захватывающее чтение, которое дает куда более сложное и человечное представление о безумии, чем это свойственно обыденному сознанию.

Эта книга не только о "них", но и о том, чем "они" являются для нас". А еще она о том, что совсем-совсем близко происходят события, перед которыми бледнеют мистика, фантастика и приключенческие романы вместе взятые.

От издателей - вместо предисловия.

"Изумиться (устаревш., церковн.) - сходить с ума,

лишаться рассудка, обезумливать, выживать из ума".

Вл. Даль.

Толковый словарь живого великорусского языка

Странная, странная книга. Что и с чем в ней только не встретилось... Описание атмосферы интриг в американской "конторе" - ядовитая сатира на все конторы мира. "Остросюжетная психопатология" болезни рассказчицы временами заставляет забыть, что это такое, и читать-почитывать, как фантастику. Исповедь борющейся за себя души, которую несет по волнам безумия, заставляет вспомнить и пережить разные чувства - от ужаса до восхищения - как при чтении дневников отважных путешественников-одиночек: "На шестой день на горизонте показался... " Сделанные "путешественницей" ироничные зарисовки ученых мужей-психиатров, психоаналитиков, сидящих со своими нормами да прогнозами на берегу неукротимой стихии, изящны и, пожалуй, сочувственны. Размышления о причинах и механике случившегося тянут на крепкий, сдержанный в оценках "научпоп". И так далее.

Совершенно очевидно - откройте на любой странице - что это хорошая книга. Замечательная ее переводчица, правда, дважды сказала: "Нет, не возьмусь". (Потом была рада, что взялась). Все из-за темы: "про это". Ведь переводчик - это тоже "с берега на берег", не окунуться в ту самую стихию невозможно. Вот и страшно было, хотя потом оказалось, что книга - веселая, как ни странно. (Было еще такое советское словцо "жизнеутверждающая", которое теперь всерьез не употребишь - а так бы подошло!) Право, есть в этой "истории скорбного разума" что-то в высшей степени здравое, ясное и даже озорное. Читателю уже нечего бояться: все по-настоящему страшное рассказчица пережила сама, ему же оставлено только захватывающее повествование с хорошим концом.

Что же касается издателей... Мы понимаем, что как независимое и специализированное издательство принимаем на себя ответственность за этот выбор, за судьбу русского перевода "Операторов и Вещей" и за то, как "странная книга" впишется в основанную нами серию "Библиотека психологии и психотерапии". И считаем, что впишется. "Наши" авторы, в отличие от Барбары О'Брайен, - блестящие профессионалы в сфере заботы о душевном здоровье, и именно они высказывали на сей счет довольно неортодоксальные суждения. Некоторые, страшно сказать, близки к выводам, выстраданным автором этой книги.

Вот мудрецы-патриархи серии - впервые переведенные нами на русский Милтон Эриксон и Дональд Вудс Винникотт. Классики. Ведь, если вдуматься, один учил, что доктор должен каждый раз угадывать, как больному самому себя вылечить. Другой советовал родителям младенцев больше доверять своей интуитивной мудрости и меньше полагаться на науку, светилом коей сам являлся. А одна из первых книг серии (Дж. Грэхэм) вообще называется "Счастливый невротик". И все без исключения авторы согласились бы с тем, что могучие силы "Океана"-бессознательного способны порождать и озарения, и монстров. И ни один бы не заявил, что умеет укрощать эти силы - уж скорее, улавливать и использовать в интересах дела их колебания, пытаться вступить в диалог. И никого из изданных нами профессионалов - мы уверены! - не шокировало бы соседство в одной серии с книгой, написанной пациенткой, - они-то как раз оценили бы и то, что это "голос с другой стороны", и то, что она абсолютно самостоятельна и вневедомственна.

Что вневедомственна, мы поняли, когда думали, кто бы написал к ней предисловие. Психолог: до психологии ли в остром психозе Психиатр: галлюцинации и бред еще и не такие бывают; спонтанные ремиссии при шизофрении - да, случаются, это известно; а зачем и кому это нужно читать (И ведь будет прав...)

Кто еще Антрополог Философ Собиратель курьезов и редкостей Литературовед, специалист по "фэнтэзи" Кому рекомендовать эту книгу как "свою" и кто не скажет "чур меня"

Со времени, когда происходили события "ничьей" книги, прошло много лет. Во всем мире психиатрия изменилась - как и сам мир - а тайна безумия все равно есть. Грозная, мрачная, но не только. Об этом, кстати, Барбара О'Брайен написала через двадцать с лишним лет после "событий" прекрасную статью "Постскриптум", любезно присланную нам литературным агентством "Марк Патерсон энд Ассошиэйтс". Ничего "такого" с ней больше не случалось, а почему - с ней, почему - это, почему - с таким исходом... никто никогда не объяснил. "Такие дела", - как говорили на планете Тральфамадор.

А между тем появление у нас книги Барбары О'Брайен кажется странно логичным. Именно здесь, именно теперь... И "двунадесять языков" смешавшихся в ней жанров, и беспредельное одиночество героини, отчаянно пытающейся все время заново себя определить, вынырнуть, сориентироваться - чтобы в конце концов сказать миру "да", посмотреть ему в глаза и дать ему принять себя обратно... Чем это задевает, что отзывается В каком-то смысле - одном из многих - эта книга о том, как невозможное случилось (к чему никто и никогда не бывает готов), осозналось и было принято. (В рекламе одного психологического тренинга говорится: "Мы раздвигаем Ваши стены". Участница вечерком написала в дневнике: "Когда раздвигаются стены, едет крыша").

... Когда все смешалось в бывшей Стране Советов и многие стали заниматься не своими делами, о которых даже и не догадались бы раньше, - невозможное стало возможным. А одним из наших дел стало издавать книги. Эта - одиннадцатая.

Леонид Кроль, Екатерина Михайлова

Вступление.

"По сути дела, в психологии все зиждется на опыте, - утверждал К. Г. Юнг. - Вся теория, даже когда она воспаряет в самые абстрактные сферы, является прямым результатом чьих-то переживаний".

В этой книге конкретный человек рассказывает о своих фантастических переживаниях, которые с трудом вписываются в абстрактные теории, включая и разработанные мною. Хотя на сознательном уровне мы общаемся на одном языке, выработанном одним социумом и одной общечеловеческой культурой, все же общение с собственным подсознанием - задача не из легких. Для психологии любой личностный опыт представляет интерес, ибо чтобы стать действенной теорией, а не надуманной систематизированной схемой, психология должна постоянно изучать непосредственный опыт.

В идеальном варианте стоило бы попытаться интерпретировать содержание шизофренического мира Барбары с помощью какой-нибудь из моделей подсознательных процессов, независимо от степени ее разработанности.

В этом отношении особый интерес в рассказе Барбары представляют два момента. Первое: ощущение того, что разыгранная ее подсознанием драма задумана с целью спасти ее от чего-то невыносимого, а это подтверждает гипотезу Фрейда, что механизм галлюцинации является не болезнью как таковой, а попыткой вернуться в нормальное, здоровое состояние. В своих галлюцинациях Барбара не перемещается в век богов и демонов, ее преследуют ужасы Человека Организованного. Так она реагирует на действия сил, подавляющих творческое начало в работе, и пытается установить отношения доверия с другими силами, что сделало бы ее жизнь более радостной.

В мире Барбары творческих людей насаживают на крючок, а доверчивых устраняют. Для большинства из нас проблемы творчества и душевного взаимопонимания так же понятны, как разница между содержательной и гармоничной жизнью и затаенным отчаянием. Для Барбары же это вопросы жизни и смерти, и в этом заключается разница в отношении к проблеме нормального человека и шизофреника. Как признает сама Барбара, ее проблемы нельзя считать разрешенными и выздоровление пока еще не является полным. Галлюцинации кончились, и сознание вполне справляется с работой, но все так же невыносимо думать о крючколовах, и вряд ли она сможет доверять людям в такой степени, чтобы человеческое общение приносило ей радость. Мир остается таким же враждебным для Барбары, а ее главной задачей остается выживание. Однако незаурядный ум и стремление к творчеству, подтолкнувшие Барбару к созданию этой книги, вселяют надежду и оптимизм.

Психология мало что может сказать по поводу творчества. На основе своего анализа Фрейд объявил Достоевского невротиком, но добавил: "Сталкиваясь с художником, творцом, анализ, увы, вынужден сложить оружие". Барбара владеет пером, и причем отлично; для нее творчество стало тем терапевтическим средством, которое помогло ей подняться над рутинным миром психиатров с их копанием в чужих душах и однообразным бумагомаранием. Барбара вносит систему и порядок в хаос, облекая язык подсознания в приемлемую для сознания форму, к чему лишь приблизились самые лучшие из лечебных методик.

Второй интересный момент в работе Барбары касается весьма перспективных исследований относительно связи между душевной болезнью и физиологическими расстройствами. Она понимает, что в разыгранной подсознанием драме ей ясно по крайней мере одно: пусть работают адреналиновые железы, надо разозлиться, иначе пропадешь. Согласно новейшим исследованиям, у больных депрессивным психозом и у части шизофреников (а иногда и у обычных невротиков) физиологические реакции на стресс отличаются от физиологических изменений у тех пациентов, которые в стрессовых ситуациях проявляют агрессивность или изворотливость. Например, у поддавшихся страху выделяется меньше норадреналина. Возможно, страх - это физиологический яд, угрожающий жизни человека, потому что пугает его даже самой возможностью испытать состояние гнева.

Вполне вероятно, что реакция гнева вызывает необходимую для психологического равновесия физиологическую перестройку организма. Не исключено, что опасение проявить гнев перерастает в боязнь активных действий и поступков, что в итоге кончается желанием забиться в свою нору. Отчаянный бросок Барбары через всю страну был, по моему мнению, первым шагом к активному излечению, тем более, что раньше нее привычные места покинул ее разум.

И мне, и читателям, видимо, хотелось бы знать больше о Барбаре: как она выглядит, как прошло ее детство, чем она занимается сейчас, кто сыграл важную роль в ее жизни, помимо начальства Но мы знаем лишь, что это творческая и независимая натура, с глубоким интеллектом, сильной нравственной опорой и живым характером.

Именно веселость и юмор больше всего поражают меня в Барбаре. Занятое решением вопроса жизни и смерти, что оказалось не минутным делом, а потребовало месяцы, ее подсознание породило образы, достойные Кафки и Эдварда Дж.Робинсона, и одновременно такое милое и трогательное существо, как Ники. Сама книга напоминает голливудский сценарий, с той разницей, что этот сценарий свидетельствует о бесценном человеческом свойстве: способности перевести внутреннюю тревогу, страхи касательно понятий добра и зла - в отвлеченную пьесу с героями и злодеями, пьесу трогательную и забавную.

Психология, если она хочет быть наукой, а не догмой, должна учиться у таких людей, как Барбара, чтобы понять, что подсознание вряд ли вписывается в те механистические шаблоны человеческого поведения, на которые мы так безусловно полагаемся.

Майкл Маккоби, Гарвардский университет

Предисловие.

В этой книге умная, наблюдательная и талантливая женщина возвращается из мира воображаемых образов к терапевтам и исследователям, чтобы помочь им в их усилиях установить причины шизофрении.

В своем стремлении понять, как она внезапно оказалась в мире галлюцинаций, который покинула полгода спустя, автор раскрывает потрясающе ясную картину современного знания и неведения относительно шизофрении. Ее подробный и систематизированный отчет и толкование болезни и выздоровления служат ценным и богатым источником фактов и гипотез для исследователей душевных болезней. За это они навсегда останутся в долгу у Барбары.

Я уверен, что не только профессионалы, для которых книга является выдающимся вкладом в понимание этиологии, лечения и социальных аспектов душевных заболеваний, но и широкий круг читателей признают появление нового художника и по достоинству оценят это литературное произведение.

Л. Дж. Рейна,

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.