WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В начале XIX века предпринимается хотя и не первая, но наиболее серьезная и успешная попытка создать (по меткому выражению Клаузевица) «теорию абсолютной войны» и раскрыть ее истинную природу. Именно в это время Карл фон Клаузевиц пишет свой главный труд, емко озаглавленный «О войне». В этом фундаментальном исследовании Клаузевиц пытается вскрыть диалектику войны, выявить основные законы и принципы реализации ее процессов. Особенно трудно переоценить значение ставшей уже классической «формулы войны», в которой Клаузевиц впервые определяет войну как инструмент политики, как особую форму проявления общественных отношений. «… Война есть не что иное, как продолжение государственной политики иными средствами»5 – пишет он в пояснении (предисловии) к книге, не раз возвращаясь к этому определению. В него Клаузевиц закладывает только самые общие, но принципиально важные понятия (война, продолжение политики, иные средства), связывая их в единую формулу, признанную впоследствии вершиной военной теоретической мысли.

Мировоззрение и жизненный опыт Клаузевица (1780 – 1831) формируются в переломное время, на рубеже двух столетий. В 1793 году тринадцатилетним мальчиком (!) он принимает участие в Рейнской кампании против революционной Франции. С 1806 года Клаузевиц участвует в войнах против Наполеона. В 1812 году он покидает прусскую армию и переходит на службу к Александру I. На службе в русской армии он остается до 1815 года, участвуя в Бородинском сражении, а также в операциях на Нижней Эльбе и в Нидерландах. Вернувшись в Пруссию, Клаузевиц назначается генерал — квартирмейстером корпуса прусско-саксонской армии под командованием генерал — фельдмаршала Гебхарда Блюхера и в этом качестве участвует в сражениях при Линьи и Ватерлоо. Вместе со всеми участниками революционных и наполеоновских войн Клаузевиц переживает жестокое крушение всех, считавшихся незыблемыми и вечными, норм и положений военного искусства. Последние 12 лет своей жизни, будучи директором Берлинской военной школы (академии), он посвящает разработке своего главного теоретического труда «О войне». К сожалению, этот труд остался незаконченным и был издан, как впрочем, и многие другие труды Клаузевица, посмертно.

Но Клаузевиц был не только боевым генералом, не только блестящим теоретиком и историком военного искусства. Его книга также принесла автору заслуженную славу философа, но философа особого рода – философа войны. Воспитанный на трудах Канта, Монтескье и Макиавелли, специально прослушавший курс лекций по философии кантианца Кизеветтера, Клаузевиц работал над своим основным трудом в период, когда над просвещенными умами Германии безраздельно властвовал Гегель. Благодаря этому Клаузевицу удалось не только успешно применить диалектический метод познания, исследуя феномен войны, но и создать философию войны, вскрывающую и обосновывающую наиболее общие принципы развития этого феномена.

Философский подход к коренным проблемам войны пронизывает все произведение Клаузевица. Потрясает своей философской глубиной и другое определение войны, которое он приводит в заголовке одного из параграфов книги. «Война, — отмечает Клаузевиц, — есть акт человеческого общения». И далее пишет: «… Война … относится к области общественной жизни. Война есть столкновение значительных интересов, которое разрешается кровопролитием, — и только этим она отличается от других общественных конфликтов»6. И все же Клаузевиц не считал кровопролитие и применение вооруженной силы обязательными признаками войны. Справедливо полагая, что «раз война есть часть политики, то, следовательно, она будет принимать и ее свойства»7, Клаузевиц допускал, что «придется волей-неволей дойти и до таких войн, которые заключаются только в угрозе противнику»8, ведение которых предполагает использование только политических и других невоенных средств.

В России отношение к Клаузевицу и его трудам претерпело достаточно сложную эволюцию. В 1915 году в работах Ленина «Социализм и война» и «Крах II Интернационала» впервые появляется видоизмененное определение войны, которую он трактует как «продолжение политики иными» (именно: насильственными) «средствами»9 (выделено мною – В.А.). Ленин называет Клаузевица одним из «самых глубоких писателей по военным вопросам» и уточняет «формулу войны», имея ввиду и вооруженное и невооруженное насилие: идет Первая мировая война, в которой также впервые активно используется весь спектр иных, в т.ч. невоенных средств. В преддверии Второй мировой войны отношение к Клаузевицу и его трудам начинает меняться. Поворотным моментом явилось специальное идеологическое совещание в ЦК ВКП(б), проведенное в 1944 году под руководством Георгия Маленкова, на котором фактически было пересмотрено отношение ко всей немецкой классической философии. На совещании было принято решение «О недостатках и ошибках в освещении истории немецкой философии конца XYIII – начала XIX веков». Совещание резко осудило некритическое изложение философии Гегеля в целом, имевшееся в третьем томе «Истории философии». Было принято решение сохранить присужденную ранее Сталинскую премию только за первыми двумя томами и изъять третий том. Рикошетом досталось и Клаузевицу, признанному апологетом прусской монархии и душителем французской революции (что, кстати, соответствовало истине, но нисколько не умаляло заслуг Клаузевица — ученого), чья «военная доктрина в значительной мере помогла созданию фашистской теории «молниеносной войны». А дальше последовал «Ответ тов. Сталина на письмо тов. Разина» (1947), труд Клаузевица «О войне» был объявлен «настольной книгой немецких милитаристов» и имя Клаузевица в России стало постепенно забываться.

В последние годы были опубликованы две крупные работы — генерала армии В.Самсонова10 и генерала армии М.Гареева11, посвященные анализу влияния средств противоборства на характер и формы современной войны. Эти работы служат хорошим стимулом для дальнейшей разработки новых подходов к изучению природы войны с учетом теоретического наследия Клаузевица.

Одним из таких подходов, вероятно, можно считать исследование феномена войны как составной части политического процесса, представляющего собой совокупность взаимосвязанных временных интервалов — фаз, развивающихся в определенном геополитическом масштабе (глобальном, региональном, локальном) и характеризующихся использованием необходимого спектра средств для достижения тех или иных политических целей. В результате использования этих средств происходит трансформация (преобразование), деформация (поражение) или деструкция (разрушение) СОЧ. Достижение (или недостижение) поставленных политических целей свидетельствует о разрешении социальных противоречий, окончании фазы и переходе социума на иной общественно-исторический уровень. Схематично развитие этого условного (и специально упрощенного) политического процесса можно представить в виде вектора (см. схему 2).

Точкой отсчета политического процесса является нулевая фаза (мирное сотрудничество) – наиболее благоприятная фаза развития общества, во время которой социальные противоречия разрешаются исключительно невоенными средствами, при этом осуществляется позитивное изменение СОЧ. Важно подчеркнуть, что действие политических и других невоенных средств на стадии мирного сотрудничества исключает насилие и поэтому должно обязательно согласовываться со следующими мирными принципами их применения:

  1. Невоенные средства должны применяться законно, т.е. в полном соответствии с нормами внутригосударственного и международного права при приоритете последнего;
  2. Использование невоенных средств должно осуществляться добровольно и на взаимовыгодной основе;
  3. Применение невоенных средств не должно нести угрозу безопасности и наносить ущерб другим участникам политического процесса.

Эти принципы взаимоувязаны и должны соблюдаться в пакете. (Исключение составляют асоциальные средства, т.е. такие средства как организованная преступность, международный терроризм, контрабанда оружия, торговля наркотиками и т.п. Возможность их использования в рамках нулевой фазы определяется, в основном, масштабом применения этих средств). Только в этом случае речь может идти о мирном достижении поставленных политических целей, наиболее общими из которых, по-видимому, следует признать перераспределение зон геополитического влияния и ресурсов (или права их контролировать). Таким путем происходит ненасильственная трансформация социума, других компонентов СОЧ и мирное протекание политического процесса в рамках конкретного исторического периода.

Однако не все политические цели могут быть достигнуты при помощи «мягких» невоенных средств. Наступает момент, когда для достижения цели необходимо продолжить политику иными средствами. Своеобразно, но весьма точно описывал начало этого процесса Мао Дзедун. «Когда политика, — отмечал он, — достигнув определенной стадии развития, больше не в состоянии развиваться по-прежнему, возникает война – для того, чтобы смести препятствия на пути политики»12. По этой причине происходит перерастание периода мирного сотрудничества в качественно новое состояние — невооруженное противоборство, свидетельствующее о наступлении первой (низшей) фазы войны. Именно в это время начинается «продолжение политики иными средствами». Действительно, важнейшей характеристикой этой фазы является применение «жестких» невоенных средств, при котором «пакет мирных принципов» категорически не соблюдается. Объективно такие средства становятся (и в этом проявляется их двойственная природа) принципиально другими, иными, поскольку их действие превращает политический процесс из мирного, добровольного в акт принуждения, насилия, хотя и насилия невооруженного. Такое определение этой фазы политического процесса отвечает главным критериям не только «формулы войны», но и другого, не менее известного положения Клаузевица. «Война, – писал он, — это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю»13. То, что это насилие генерируется невооруженным путем, без кровопролития не имеет значения, если в результате деформации СОЧ одна из сторон терпит поражение, а другая достигает политической цели, т.е. навязывает свою волю. Военные средства на этой стадии могут выступать только как фактор гипотетической угрозы («демонстрация силы») или иметь краткосрочное и ограниченное использование («акции возмездия»). Активное применение «жестких» невоенных средств в сочетании с «мягкими» нетрадиционными средствами (в первую очередь информационными) составляет главную особенность протекания первой фазы войны в современных условиях. Невооруженное насилие, деформация СОЧ и достижение политической цели вследствие принудительного изменения состояния социума составляют существенные признаки этой фазы войны, но войны не как политической реальности, а как категории военной философии. Такое состояние политического процесса Лев Троцкий метко характеризовал как «ни мира, ни войны». Выход из него завершается к моменту либо восстановления «пакета мирных принципов», либо реального применения военных средств.

Невозможность разрешить противоречия без применения в качестве ultima ratio военных средств знаменует переход политического процесса во вторую (высшую) фазу войны. Использование военных средств приводит к вооруженному противоборству, участвующие в котором стороны преследуют уже военно-политические цели. По существу именно эта фаза является собственно войной, поскольку именно здесь применяется вооруженное насилие, проливается кровь и происходит разрушение СОЧ. Комплекс традиционных и «жестких» нетрадиционных (ОГП) средств здесь может быть использован в полном объеме и без каких-либо ограничений. В качестве доминирующей силы выступают военные средства. Завершение второй фазы обусловливается достижением военно-политических целей и предполагает начало мирного периода или переход в первую фазу войны, в которой продолжается политика иными, но уже не разрушающими среду обитания человека средствами.

Очевидно, что война имманентна политике, внутренне присуща ей. В то же время в рамках политического процесса война проявляется как самодостаточное явление, характерной особенностью которого является достижение политических целей насильственным путем. С началом войны и в ходе ее противоборствующие стороны нередко бывают вынуждены пересмотреть свою политику, приспособить ее к новым условиям и задачам, возникающим в ходе противоборства, для того, чтобы по иному, другими способами, в другой последовательности, но бороться за свои политические цели. Война, генерируемая политикой, становится не только продолжением политики, но и ее движущей силой, фактором, преобразующим сам политический процесс, ускоряющим динамику его развития при помощи иных средств. При этом определяющую роль в развитии всего политического процесса играет первая фаза войны. В ней наиболее явственно проглядывается то «лоно», в котором, как писал Клаузевиц, «развивается война», в котором «в скрытом виде уже намечены контуры войны, как свойства живых существ в их зародышах»14. Она является переходной стадией, буфером, препятствующим перерастанию политического процесса из нулевой фазы в собственно войну. Поэтому разрешение общественно-политических противоречий на этой стадии предоставляет социуму возможность перейти на иной уровень развития хотя и посредством деформирования СОЧ, но бескровно, без применения военных средств. Однако последствия даже такого перехода могут оказаться исключительно тяжелыми.

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.