WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 42 |

г. Оно более чем удвоилось в течение века, потому чтопромышленной гений Европы

создал особенно благоприятные для этого экономическиеусловия. Если бы применить

ретроспективно ту же быстроту удвоения населения к еговозрастанию в прошлые

века, то пришлось бы придти к тому абсурдному выводу, чтов 1300 году в Европе

имелось не более 6.000.000 жителей. Приходитсяследовательно не доверять

гипотетическим вычислениям этого рода. К концу XVIстолетия в Англии не

насчитывалось 5 миллионов жителей; к концу XVII века еенаселение возросло лишь

на один миллион (16--17%). Английский народ составлял дотех пор преимущественно

земледельческое население, состоял из мелких фермеров иремесленников, умеренно

плодовитых и очень осторожных в заключении браков. Начинаяс 1760 г., как это

доказывает английский экономист Маршаль, были примененынаучные открытия к

созданию крупной промышленности; мануфактуры привлекают ксебе мужчин, женщин и

детей, предлагая последним плату, которая могла обеспечитьих содержание, а по

достижении ими десяти или двенадцати лет уже давалаизлишек. Быстрое расширение

рынков вызвало тогда необычайную плодовитость. Если бы кконцу XVII столетия

какой-либо статистик захотел определить заранее населениеАнглии к концу 1900

года или только к концу XVIII века, то он, как этопоказывает Поль Леруа Больё,

определил бы его лишь в 9 или 10 миллионов. Так же и дляФранции через известное

время могут возникнуть обстоятельства, которых мы непредвидим. Все,

следовательно, условно в данном случае. Но сделав этиоговорки, вызываемые нашим

неведением будущего, мы можем рассуждать лишь по аналогиис настоящим, которое

одно известно нам. Настоящее же неблагоприятно для нас.

Во-первых, являются неудобства международного характера. Вконце XVII века в

Европе существовало только три великих державы, так какИспания уже потеряла

тогда свое значение. Во Франции было тогда 20 миллионовжителей; в

Великобритании и Ирландии -- от 8 до 10 миллионов; вГерманской империи -- 19

миллионов; в Австрии от 12 до 13 миллионов; в Пруссии -- 2миллиона.

Следовательно во всей Западной Европе насчитывалось около50 миллионов, и

население Франции составляло 40% всего населения великихевропейских держав. В

1789 г. во Франции было 26 миллионов жителей; вВеликобритании и Ирландии -- 12

миллионов; в России -- 25 миллионов; в Германской империи-- 28 миллионов; в

Австрии -- 18 миллионов; в Пруссии -- 5 миллионов. В общемитоге в 96 миллионов

население Франции уже составляло только 27% (а уже не 40%,как при Людовике

XIV). Население Германии возросло, и Россия заняла местосреди великих держав. В

настоящее время во Франции 38 миллионов жителей; вВеликобритании и Ирландии --

39 миллионов; в Австро-Венгрии -- 50; в Германской империи-- 53; в Италии --

30; в Европейской России -- 130. Всего -- 340 миллионов.Население Франции

составляет лишь 11% этого числа вместо прежних 40%.Следует еще прибавить, что

англичане, живущие в колониях, много содействуютбританскому могуществу и что

Соединенные Штаты мало-помалу вмешиваются в европейскуюполитику.

Мы испытываем на себе в настоящее время последствия нашихморальных и

политических ошибок; связав себя с несправедливойполитикой обоих Бонапартов,

Франция сама подготовила ослабление своего могущества.Республика дала нам

рейнскую и альпийскую границы; цезаризм заставил наспотерять их. Первая Империя

оставила Францию с меньшей территорией, чем при старомпорядке; вторая сначала

своими победами создала Франции нового противника исоперника, шестую великую

державу, Италию, а затем своими поражениями искалечилаФранцию. Таковы

результаты 18 брюмера и 2 декабря. Но если относительноеослабление Франции

объясняется отчасти политическими причинами, то онозависит также, и главным

образом, от недостаточности нашего народонаселения. К 1850году Германия и

Франция (предполагая у них их настоящие границы) имелипочти равное число

жителей; в настоящее время разница в пользу Германиисоставляет 15 миллионов.

Германия каждые три года выигрывает "эквивалентЭльзаса-Лотарингии". На

протяжении сорока пяти лет Франция, если поставить ее сГерманией, потеряла, так

сказать, девять раз население Эльзаса-Лотарингии! Франция,еще почти равняющаяся

по размерам Германии и более богатая, могла бы и должнабыла бы пропитывать

столько же жителей; между тем в каждые три года в Германиирождается 2.000.000

человек, а во Франции -- 900.000. В то время как рождаетсяодин француз,

является на свет более двух немцев. "Французы каждый деньтеряют одно сражение",

-- сказал маршал Мольтке; и действительно, Германияприобретает ежедневно

полутора тысячами более жителей, чем Франция.

Без сомнения существует предел для приращения населенияГермании; но этот предел

еще далеко не достигнут. Государства с быстро возрастающимнародонаселением без

сомнения еще долго будут сохранять процент приращения вышефранцузского.

Соединенное Королевство еще приобретает ежегодно 400.000душ, благодаря

превышению в нем рождаемости над смертностью; притеперешнем понижении в нем

смертности оно дойдет до неподвижного состояния не ранеекак через шестьдесят

лет и будет иметь тогда более 50 миллионов жителей; Италиянесомненно будет

иметь тогда от 42 до 43 миллиона; Россия, если еенаселение будет по прежнему

увеличиваться в размере 1,4% в год, достигнет через столет 800 миллионов душ;

это предположение впрочем неправдоподобно, но статистикидопускают, что оно

достигнет 390 миллионов жителей. Можно думать, что втечение ближайшего

полустолетия все германское население возрастет по крайнеймере на 25 миллионов

душ. Следовательно, через пятьдесят лет будетнасчитываться 76 миллионов немцев

и 38 миллионов французов, т. е. на каждого француза будетприходиться два немца.

Если в течение этого ближайшего пятидесятилетнего периодабыстрота приращения

народонаселения останется неизменной и если карта Европыне потерпит новых

территориальных перераспределений, то к середине будущеговека население Франции

будет составлять лишь 7% всего европейского населения, иФранция, в этом

отношении, перейдет из первого ряда в двадцатый.

Немцы охотно утверждают, что когда они сделаются вдвоемногочисленнее нас, они

завладеют нашей страной. Они забывают, что по этой милойлогике они сами должны

были бы оказаться добычей русской империи, населениекоторой более превышает

население Германии, чем последнее -- население Франции."Политика рас неумолима,

-- пишет галлофоб доктор Роммель. -- Приближается момент,когда пять бедных

сыновей германской семьи, привлеченные богатством иплодородием Франции, легко

покончат с единственным сыном французской семьи. Когдавозрастающая нация

примыкает к более разреженной, являющейся вследствие этогоцентром низкого

атмосферного давления, образуется воздушный ток,называемый вульгарно

нашествием, -- явление, во время которого закон и моральоткладываются временно

в сторону". Но не образуется ли также "воздушных течений"и со стороны России

Прекрасная французская территория создана не для того,говорит тот же доктор

Реммель, "чтобы на ней обитала французская раса, а длятого, чтобы иметь в 1890

г. столько-то жителей на квадратный километр, в 1900 г. --столько-то, в 1910 г.

-- столько-то, сообразно с ресурсами страны; если самастрана не в состоянии

заполнить своих квадратных километров в размерах,предписанных естественными

законами, они будут заполнены иностранцами, и самыйвеликий полководец в мире не

в силах помешать этому. Придется волей неволей сомкнутьсятеснее и предоставить

поглотить себя. Сомнительно, чтобы было достаточноинфильтрации иностранцев и их

потомства для уравновешения европейского давления; надодумать, что процесс,

происходящий в недрах этой великой нации, будет ускоренвторжением лавин,

подобных лавинам 1870 г.".

Не преувеличивая значения этих угроз, исходящих быть можетдаже не от настоящего

немца, а родившегося в Швейцарии, несомненно, однако, чтомы никогда не должны

упускать из вида Германии. Италия, наш другой сосед, такжестановится все более

и более опасной для нас, так как она защищена от тех двухвеликих зол, которые

подрывают наши силы: систематического бесплодия иалкоголизма. Население Италии

быстро возрастает и стремится перерасти наше; кроме того,этому населению еще не

грозит алкоголизм. Благодаря климату и своим хорошимпривычкам Италия -- самая

трезвая из больших наций. Прибавьте сюда преимуществаживого и гибкого ума,

терпеливой и настойчивой воли, быстро развивающейсяпромышленности, торговли,

стремящейся вытеснить нашу, удивительно искусной политики,не отступающей ни

перед чем, добивающейся всего, пользующейся всем,находящей способы заключать

одновременно союзы с Англией и Германией, и вы поймете,что мы должны

заглядывать не только за Вогезы, но также и за Альпы.Всякий успех наших соседей

должен служить для нас предостережением. Пусть нашсчастливый союз с Россией не

ослепляет нас насчет грозящей нам опасности и не усиливаетнашей апатии. Будут

ли обращать на нас внимание, когда мы сделаемсясравнительно небольшим народом

по отношению к значительно возросшим России и Германии ипереполненной жителями

Италии Будут ли дорожить нашей дружбой, которой ищут внастоящее время Прочную

цену союзу с нами может придать только наша сила. Никакоенравственное

обязательство не может заставить Россию отречься от себяради Франции. Великий

славянский народ с очень положительным и реалистическимскладом ума не будет

держаться политики чувства и великодушия по отношению кнам, так же как ученая

Германия не держалась ее недавно по отношению к Греции. Мыдолжны следовательно

рассчитывать прежде всего на самих себя: недостойноФранции оказаться в один

прекрасный день вассалом другой нации, какова бы она нибыла. Всякая страна,

население которой, вследствие роковых обстоятельств или поее собственным ложным

расчетам, будет уменьшаться, в то время как населениесоседних стран будет

увеличиваться, приблизится естественным или искусственнымпутем к тем же

условиям, в которые превратности истории поставили Грецию,так слабо населенную

в настоящее время. Французы не должны были бы забыватьэтого.

Кроме внешней опасности, систематическое бесплодиевызывает внутри страны

естественный подбор в обратную сторону, в пользу низшихтипов, которыми

пополняется население. Семьи, достигнувшие, благодаря умуи усиленному труду,

известного благосостояния, и обнаружившие по этому самому,в среднем, известное

превосходство ума и воли, сами, своим добровольнымбесплодием, устраняют себя с

арены жизни. Напротив того, непредусмотрительность, слабыеумственные

способности, леность, пьянство, умственная и материальнаянищета почти одни

оказываются плодовитыми и берут на себя главную роль вделе пополнения

населения. Если бы коннозаводчик или гуртовщик поступалитаким же образом, то

что сталось бы с их лошадьми или быками40

Без сомнения, наше относительное бесплодие является оченьдеятельной причиной

нашего обогащения. Если бы в 1876 г. процент немецкойрождаемости понизился с 40

на 1000 до процента французской, то число рождений упалобы в Германии с

1.600.000 до 1.040.000; 540.000 взрослых лиц, издержкивоспитания которых,

считая по 400 франков на человека, составляют для Германии1.400 миллионов.

Следовательно, Франция, уменьшая свое народонаселение,экономит ежегодно около

полутора миллиардов. Экономия разорительная, еслисправедливы слова Фридриха

Великого, что "число жителей составляет богатствогосударства".

В 1815 г. барон Гагерн писал: "Внутренние ресурсы Франциив виде людей, денег,

естественных продуктов и предметов обмена, необходимых дляее соседей, таковы,

что вся соединенная против нее Европа едва ли представляетдля нее серьезного

противника. Чтобы ослабить ее, надо было бы истощить еересурсы". Так ли

благоприятно во всех отношениях наше настоящееположение41 Даже наше богатство

в конце концов подрывается неподвижным состоянием нашегонародонаселения. В

1867--76 г. наш вывоз достигал, в среднем, 3.306миллионов; в 1895 г. он

определялся 3.374 миллионами, т. е. возрос лишь на 68миллионов. Между тем, за

это время германский вывоз с 2.974 миллионов франков(средняя цифра за 1872--76

годы) поднялся до 4.540 миллионов франков (приблизительнаяцифра за 1896 г.,

ниже действительной), т. е. возрос на полтора миллиарда.Согласно некоторым

экономистам, это объясняется тем, что число нашихработников не увеличивается;

вследствие этого они не могут произвести более, чемпрежде. В Германии, напротив

того, число рабочих возросло с 41 до 53 миллионов, т. е. унее прибавилось 12

миллионов пар рабочих рук; отсюда -- неизбежное увеличениепроизводства. Быть

может скажут, что оно объясняется отчасти политическимположением Германии В

ответ на это указывают на другой пример. Экономическоеразвитие Австрии, так же

как и в Германии, идет параллельно с ростом еенародонаселения; между тем

невозможно утверждать, что она обязана первым славе своегооружия. В 1869--1873

гг. Австрия вывозила, в среднем, на 1.055 миллионовфранков товару (по

номинальной цене); в 1894 г. эта цифра почти удвоилась(1.988 миллионов). Это

легко объясняется тем, что она приобрела 9 миллионов новыхработников (ее

население, равнявшееся в 1870 г. 37 миллионам, в настоящеевремя почти достигло

50 миллионов). Народонаселение -- один из великихисточников всякого богатства,

потому что, по справедливому замечанию Бертильона, ивсякое богатство имеет

своим источником труд, а труд доставляется головой ируками. Население не только

производит богатства, но оно и истребляет их, вызывая этимпотребность в новом

производстве.

При равном уровне цивилизации самый умственный труд можнорассматривать как

функцию числа. При других равных условиях многочисленнаянация, если только она

не подавлена невежеством и бедностью, даст болеевыдающихся, деятельных и

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.