WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 59 |

Сексуальное злоупотребление в такой же мереявляется выражением власти, которой располагает данный индивид, как ииспытываемого им сексуального влечения. Ощущение наличия власти над другимчеловеком действует как противоядие тому чувству униженности, котороеиспытывает тот, кто злоупотребляет ребенком. Вопрос о власти является составнойчастью сексуальной активности даже в том случае, когда речь идет об отношенияхмежду вполне взрослыми людьми, добровольно согласными на нестандартный половойакт, как это имеет место при садомазохистской практике. Тот, кто совершаетсексуальное злоупотребление, обычно принадлежит к разряду лиц, чувствующих себянеспособными быть мужчиной или женщиной на зрелом уровне. Указанное ощущениеимпотенции или неспособности исчезает, когда жертвой оказывается ребенок,беспомощный взрослый или подчиняющийся партнер. В такой ситуациизлоупотребляющее лицо чувствует себя всемогущим, а это означает, что оноощущает и свою половую потенцию. Когда в сексуальные взаимоотношения вторгаютсявластные чувства, они всегда превращаются в нечто, так или иначе связанное созлоупотреблением. Мужчина, который, чтобы ощутить себя обладающим надлежащейсексуальной потенцией, нуждается в чувстве власти над партнершей, вобязательном порядке будет злоупотреблять женщиной и унижать ее. Часто бываеттак, что женщина, видя мужчину могучим и властным, возбуждается сильнее и вбольшей степени оказывается способной капитулировать перед ним. Разумеется,такого рода утверждение справедливо только применительно к таким женщинам,которым довелось побывать жертвами и которые по этой причине чувствуют себябессильными и импотентными. Диана, историю которой я подробно излагал в однойиз предшествующих глав, как-то заметила, что самый лучший секс, которые ейдовелось испытать, был у нее с мужем, который перед этим унижал ее. Унижающее излоупотребляющее поведение между взрослыми указывает на садомазохистскиевзаимоотношения, которые позволяют человеку капитулировать перед своим половымвозбуждением. Для садистского партнера в этом качестве выступает ощущениевласти над другим человеком, которое манифестируется в действиях, направленныхна то, чтобы ранить или унизить партнера. В случае мазохиста подчинение боли иунижению снимает — нотолько временно —чувство вины, которое в норме блокирует у него сексуальную капитуляцию. Приподобном подчинении вина переносится на того, кто осуществляет сексуальноеунижение, позволяя мнимой жертве претендовать на невинность иневиновность.

На каком-то уровне поведение, связанное ссексуальным злоупотреблением, служит выражением ненависти — иными словами, желания ранитьдругого человека. Однако мы должны признавать и то, что в таком отношении кдругому человеку существует также элемент любви. Райх признавал связь междусадизмом и любовью, поскольку им владело убеждение, что садистский поступокберет свое начало в желании контакта и близости с другим. Все это начинаетсякак импульс любви, рождающийся в сердце, но по мере продвижения указанногоимпульса к поверхности его так и сяк перекореживают существующие в мышечнойсистеме напряжения, связанные с подавленным гневом, в конечном итоге превращаяв болезненный для другого акт. Жертва садиста может почувствовать описаннуюдинамику, особенно когда злоупотребление исходит от родителя, совершающегоманипуляции над собственным ребенком. Я полагаю, что маленький ребенок, которыйисключительно чувствителен к различным эмоциональным нюансам поведения, можетвоспринять, что наказание или унизительное злоупотребление со стороны родителявначале предуготовлялось быть актом проявления любви. Любовь становитсясадистской, когда она не может быть выражена. Такое восприятие происходящегоможет воспрепятствовать ребенку ощутить всю полноту испытываемого им гневапротив того, кто злоупотребляет им. Ребенок ведь, помимо своей боли,воспринимает еще и боль того, кто им злоупотребляет, — боль, которая не позволяет этомучеловеку легко и свободно выразить свою любовь нормальным путем. В результатеобъект злоупотребления испытывает жалость к человеку, который злоупотребляетим, и отождествляет себя с ним.

Маленькие дети мужского пола подвергаютсяфизическому злоупотреблению и унижению со стороны не только отцов, но иматерей. В главе 4 мы уже успели познакомиться с ситуацией, когда физическоеунижение матерью собственного сына носило преднамеренный характер и— сознательно илибессознательно — былонаправлено на то, чтобы сломить его дух и сделать покорным. Никакой ребенок нев состоянии противостоять насилию, исходящему от матери или отца. Любое дитябудет неизбежно сломлено таким испытанием. Однако подобный слом весьма редконосит всеобщий, тотальный характер, поскольку последнее означало бы попростусмерть (впрочем, нам известно, что и такие экстремальные случаи также имеютместо). В глубоких недрах тела ребенка остается существовать ядросопротивления, которое служит для поддержания жизни и для обеспечения хотя быэлементарного чувства самоидентификации. Прочность указанного ядра зависит оттого, как относится к ребенку родитель после того, как он злоупотребил им илиунизил его. Разрядив скопившуюся в ней ярость, мать, к примеру, может испытатьприступ горячей любви к ребенку, которого она только что унижала или которогоиспользовала. Благодаря этому вредоносные последствия причиненного унижения илизлоупотребления частично уменьшаются — в степени, пропорциональной мереощущения ребенком такого рода «компенсаторной» любви. Если же малыш ощущаетперманентно исходящую от матери неподдельную враждебность, которая доходит дохолодного отторжения бедного ребенка, то он может превратиться в настоящегошизофреника. Дети на каком-то уровне осознают, что даже самые жестокие побоиили физическое унижение предпочтительнее холодного отторжения, котороепредставляет собой эмоциональную смерть.

Общее положение, гласящее, что у людейнаблюдается тенденция поступать с другими так же, как обходились с ними самими,помогает понять такое поведение матери по отношению к собственным детям,которое поначалу представляется чем-то иррациональным. Если в детстве,ееунижали за любые сексуальные проявления и формы выражения, то у нее будетнаблюдаться тенденция поступать точно так же со своими детишками. Тенденциюотыгрываться на тех беспомощных созданиях, кто стоит ниже тебя, можно пресечьлишь в том случае, если индивид будет отчетливо осознавать, что именносотворили с ним, и сможет полностью понять деструктивное воздействиеслучившегося на его личность и жизнь. Такого рода осознание предполагает, чточеловек будет в состоянии ощутить свой гнев против родителя за унижение,злоупотребление и насилие. Мать, которую в свое время стыдили за сексуальныечувства, будет стыдить и собственную дочь за любое выражение подобных эмоций.Матери часто отождествляют себя с дочерями и проецируют на них отрицательныестороны собственной личности. Тем самым мать может воспринимать сексуальноеповедение своей дочери как проститутское, поскольку именно так родителиобрисовывали в детстве ее собственное поведение. Критикуя свою дочь за излишнююсексуальность, мать по существу говорит примерно следующее: «Ты плохая игрязная особа. А я —чиста». С другой стороны, она может проецировать на собственную дочь своинесбывшиеся и неудовлетворенные сексуальные желания и подсознательно хотеть,чтобы дочь реализовала их на деле и тем самым дала матери возможность испытатьчувственный трепет если не самой, то хотя бы от поступков своей дочери.Фактически в матери могут одновременно сосуществовать обе эти установки, однаиз которых проявляется в том, что она на сознательном уровне хулит дочь запроявляемую сексуальность, а другая в это же время бессознательно подталкиваетдочь к тому, чтобы та до конца выказала себя сексуально. Указанноебессознательное отождествление на сексуальном уровне матери с собственнойдочерью несет в себе несомненный гомосексуальный аспект. Неспособностьразглядеть указанный аспект в отношениях одного их родителей к пациенту можетявиться серьезным препятствием, мешающим продвижению пациента в направлении кдостижению независимости и удовлетворения.

Тот, кто был объектом сексуальногозлоупотребления, сам начинает злоупотреблять другими, поскольку с давних порбессознательно отождествляет себя с тем, кто когда-то злоупотреблял им самим.Это является оборотной стороной медали, которую пациент должен распознавать ипринимать как данность, если он хочет прийти к полному приятию самого себя.Рейчел рассказала мне о своем сновидении, в котором рядом с ней стояла молодаядевушка, причем одна половина ее лица была такой красной, словно была обочто-то натерта. Тут же во сне Рейчел сообразила, что это она сама терла лицоприснившейся ей девушки о свой собственный лобок. Она была в ужасе от одноймысли, что могла поступить с кем-то подобным образом. Но в том же самомсновидении Рейчел успела побывать и невинной девицей, подвергавшейся насилию.Если в этом сне находил отражение какой-то случай, который мог произойти с нейво времена детства, то почему она хотела отыграться в поступке, направленномпротив кого-то другого Возможное объяснение таково: отыгравшись на другойособе за то злоупотребление над ней самой, от которого она страдала, Рейчелполучала возможность почувствовать, что она не одинока в своем стыде. Но длятакого поведения имеется и другая мотивация. Ведь когда ребенок подвергаетсясексуальному злоупотреблению, то это и пугает, и возбуждает его. Каждыймаленький ребенок заворожен гениталиями собственных родителей. Одна из причинсостоит в том, что именно они послужили источником его жизни. Они же являютсяключами к подземному миру страхов и тайных наслаждений. Но по причине страхафакты сексуального злоупотребления и сопутствующего ему возбужденияподавляются, и от них остается только импринтинг. Такого человека сильно влечетк повторению подобного опыта — часто в качестве того, кто злоупотребляет другими, но порой итого, кем злоупотребляют. Я убежден, что именно таким путем у взрослогочеловека появляется маниакальная тяга к сексу с детьми. Развитие его либидозадержалось, поскольку часть энергии и возбуждения, присущего либидо, оказаласьзакупоренной в подавленных воспоминаниях и связанных с ними чувствах.Перенесение этих происшествий в сознание представляет собой первый шаг ввысвобождении скрытой энергии. Вынесение глубоко захороненных переживаний насвет божий снижает степень стыда, давая человеку возможность прочувствоватьсвою рану и свой страх. Приятие обоих этих чувств — стыда и страха — даст ему возможность горькоплакать и тем самым облегчить владеющую им боль, а также позволит впасть в гневи тем самым восстановить свою цельность. Но для того чтобы этот гнев в самомделе очистил и освободил дух, он должен быть неподдельным иинтенсивным.

Позиция матерей в плане возможностейсексуальных проявлений на детях уникальна, потому что они в гораздо большеймере манипулируют с телом ребенка, нежели отцы. Способы их прикосновения кмаленькому тельцу могут иметь сексуальный подтекст и быть как-то причастны ксексуальности — точнотак же, как причастен к ней страх прикоснуться «не так», то есть страхвозникновения сексуальных чувств в связи с прикосновениями к ребенку. Одна матьвысказалась по поводу своего двухлетнего сыночка так: «У него такая аппетитнаяпипочка, что она прямо просится взять ее в рот». Чувство, таящееся за подобнымизаявлениями, обязательно должно как-то передаваться ребенку, когда егогениталии выставляются на обозрение. Тем самым ребенок, помимо всего, теряетощущение приватной интимности применительно к указанным органам. Материнскиечувства вторгаются в его таз и стремятся завладеть его гениталиями. Отметим,что ребенка ввергает в беспокойство вовсе не всякий посторонний взгляд на егогениталии, но лишь такой взгляд, в котором есть определенный сексуальныйинтерес или хотя бы любопытство. Матерям часто дают совет почаще чистить пенисмаленьких мальчиков во избежание возможной инфекции. Не убежден, что этохорошая идея, и не убежден в необходимости подобных действий вообще. Снезапамятных времен мальчишки чудесно вырастали без необходимости подобныхвмешательств со стороны матерей. Опасность, таящаяся во всяких взаимоотношениях«родитель-ребенок», заключается в сильном сексуальном элементе, который будетприсутствовать в любой такой связи. Указанный элемент будет отрицаться иподавляться как родителем, так и ребенком, но, как это видно из рядапоследующих примеров, его воздействие на последнего носит характер подлинногостихийного бедствия.

Макс был единственным ребенком в семье,причем его отец скончался, когда мальчик был совсем маленьким. Вырастила ивоспитала его мать, которую он сам описывал как женщину могучую, властную иникого не боящуюся. Я познакомился с Максом, когда ему было за тридцать и онбыл довольно преуспевающим психологом, знакомым с биоэнергетическим анализом.Макс признавал тот факт, что в теле у него имелось множество напряжений, непозволявших ему испытывать в своей жизни хоть какое-нибудь удовольствие илирадость. Он интенсивно трудился, но не получал от этого никакого реальногоудовлетворения. Этот мужчина всегда понукал себя, пытаясь добиться такогоположения, которое дало бы ему возможность почувствовать себя в жизни легко инепринужденно, но, увы, ничто у него не получалось ни легко, ни хорошо. У этогопациента было ощущение необходимости сражаться за все, чего бы ему низахотелось, и эта жизненная установка, в частности, втянула его в несколькосудебных исков. Сходные проблемы и трудности возникали и в его взаимоотношенияхс женой. Между ними постоянно происходили маленькие битвы, исход которых ни начто не влиял и ничего не решал, поскольку его проблема была сугубо внутренней,личной. Тот, кто знал Макса получше, описал бы его как человека страдающего,но, хотя сам он и признавал собственные страдания, у него не было ни малейшегопонятия о причине, которая их породила.

С физической точки зрения он выгляделхорошо, казался крепким и энергичным мужчиной, но его тело характеризовалоськакой-то хаотичностью, разбросанностью. Когда он дышал, то дыхательные волнышли толчками, выглядели несколько конвульсивными и распространялись по телу сопределенным трудом. Проблема становилась наиболее заметной в нижней половинеего тела. Таз у него был скован и ни за что не хотел двигаться в такт сдыханием. Ноги, хотя и были снабжены развитой мускулатурой, не давали Максуникакого ощущения поддержки. При выполнении упражнения на заземление они скореетряслись, нежели пульсировали, а временами прямо-таки подгибались под своимвладельцем. Будучи лишенным чувства поддержки со стороны земли, весь ондержался одной головой, вечно что-то обдумывая, вычисляя, комбинируя иманеврируя. Сам Макс воспринимал такой образ жизни как весьма огорчительный ииспытывал из-за этого сплошные разочарования.

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.