WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 59 |

Мотивы, скрывающиеся за кулисами подобногосамодеструктивного поведения, сложны. Быть может, Диана и Рейчел, позволяяунижать себя и злоупотреблять собой, попросту проявляли свои скрытыемазохистские наклонности Увы, мазохистское поведение само по себе представляетвесьма сложное явление, поскольку подлинный мазохист утверждает, что извлекаетудовольствие из собственного унижения, и я верю этому. В свое время ВильгельмРайх провел тщательный анализ этой мнимой аномалии. Рассматривая клиническийслучай одного пациента мужского пола, который мог получать наслаждение от сексатолько после того, как его основательно отстегали по ягодицам, Райх убедительнопоказал, что указанная экзекуция снимала у данного пациента страх передкастрацией, что позволяло ему беспрекословно капитулировать перед своимисексуальными чувствами. В мозгу этого пациента могла циркулировать примернотакая мысль: «Ты бьешь меня за то, что я — плохой мальчик, но зато теперьты не станешь кастрировать меня». Поскольку эдипова проблема имеет эндемическую[Эндемический —буквально: местный, свойственный данной местности; в данном контексте— присущий нашейкультуре, нашей цивилизации. — Прим. перев.] природу, страх перед кастрацией существует в нашейкультуре почти у всех мужчин. Боязнь оказаться кастрированным ассоциируется свиной, испытываемой данным лицом применительно к сексуальности, но лишь внемногочисленных случаях указанное чувство вины оказывается настолько сильным,что приводит человека в положение мазохиста.

Однако, хотя приведенный анализ вполнеобоснован и прекрасно аргументирован, он не принимает в расчет чувства любви,выражаемого и Дианой, и Рейчел по отношению к тем унижающим и оскорбляющим ихмужчинам, с которыми они связали свою жизнь. У меня сложилось убеждение, чтоэти любовные чувства были неподдельными и что без их наличия обе упомянутыеженщины не могли бы подчиниться унижающему и оскорбляющему их отношению. Мысльо том, что человек может любить своего палача, покажется вовсе не столь ужстранной, если мы вспомним и поймем, что в детстве палач являлся одновременномальчиком, любящим своих родителей. Отец Рейчел любил ее, невзирая на тот факт,что вел себя с ней развратным или, по крайней мере, соблазняющим образом и былк тому же не в состоянии защитить ее от нападок своей жены. Да и для маленькойДианы отец был источником подлинной радости, и она любила его всей своей чистойдетской душой. Как любящий родитель, он неявно обещал дочери всегда бытьнаготове и немедленно оказать помощь, как. только она почувствует нужду в нем.Его промах состоял в том, что он не выстроил свою жизнь в соответствии с этимподразумеваемым обещанием, и в этом же состояло его предательство. В следующейглаве мы увидим, что подобное верно и применительно к такому отцу, которыйсексуально злоупотреблял своей дочерью.

Для ребенка подобное предательствооказывается западней, поскольку он воспринимает измену со стороны родителя вбольшей мере как результат слабости, нежели как выражение враждебности. Ребенокс присущей ему утонченной сверхчувствительностью может ощущать родительскуюлюбовь даже в тот момент, когда его наказывают или как-то иначе причиняют боль.Ребенок воспринимает чувства, лежащие намного глубже их внешних, поверхностныхпроявлений, и верит им. Все выглядит так, словно ребенок верит, что унижение,исходящее со стороны родителей, представляет собой выражение их любви. Рейчелдо сих пор убеждена, что мать любила ее, хотя и извращенным образом, и чторегулярные побои служили проявлением этой ее садистской любви. У детейсуществует сильное убеждение в том, что люди, которым они безразличны, нестанут их обижать. Ребенок вполне мог бы сказать: «Если то, что ты меня любишь,на самом деле правда, то почему бы нам вместе не подтвердить это на деле Яготов сделать все возможное, чтобы помочь в этом». В действительности такоезаявление свидетельствует, что данный ребенок готов капитулировать и принестисебя в жертву, чтобы обрести столь нужную ему любовь.

Если мы вспомним, что ребенок — невинное создание, то сумеемпонять, что он не в состоянии ни охватить и постигнуть зло как понятие, нииметь с ним дело. Однако с нашей стороны было бы весьма наивным не признаватьфакта существования зла в мире людей. Зло действительно отсутствует вестественном мире живой природы, поскольку его обитатели не вкушали плод сдрева познания и не отличают добра от зла. Они совершают только то, чтоестественно для их биологического вида. Человек отведал запретный плод и был заэто проклят тем, что познал наличие зла, против которого он стал бороться. Внекоторых людях зло настолько сильно, что его можно прочесть в их глазах. Многолет назад нам с женой довелось ехать в поезде метрополитена, и мы случайновзглянули в зрачки женщины, сидевшей напротив. Оба мы были прямо-такизаворожены злом, которое таилось в этих глазах. Поскольку каждый из нас виделодно и то же, невозможно сомневаться в подлинности наших впечатлений. Такойпропитанный злом взгляд мне приходилось видеть у других людей крайне редко, ноеще один случай запал мне в память и в свое время сильно потряс меня. Мать идочь консультировались у меня по поводу состояния дочери. Моя оценкасимптоматики дочери подтверждала диагноз, пограничный с шизофренией. В процессебеседы-интервью, на котором присутствовали они обе, дочь сделала какое-тонегативное замечание по поводу матери. Та в ответ бросила на девочку взгляд,напитанный такой черной ненавистью, что я был просто шокирован. Этот взгляд былполон не гнева и даже не ярости, а чистейшей ненависти. Если бы взгляд могубивать, этот вполне мог бы привести к подобному исходу — настолько он был разрушительным,деструктивным. Но ведь эта мамаша только что провозглашала любовь к своемуребенку, хотя на самом деле это было полной противоположностью ее истиннымчувствам. Никакой ребенок не в силах совладать с двумя столь противоречащимипосланиями, исходящими от родителя, и сохранить при этом душевное здоровье. Вличности этой матери имелась весомая часть, состоящая из стопроцентного зла,которое она маскировала словами о любви и заботе. Истоки зла в ее натуресостояли в отрицании той ненависти, которую она питала.

Ненависть не является злом точно в такой жемере, как любовь не есть добро. И то, и другое представляет собой естественнуюэмоцию, которая в определенных ситуациях вполне адекватна. Мы любим правду иненавидим лицемерие. Мы любим то, что доставляет нам удовольствие, мы ненавидимто, что заставляет нас испытывать боль. Между двумя указанными эмоциямисуществует такое же полярное взаимоотношение, как между гневом и страхом. Мы неможем быть в одно и то же время и разгневаны, и испуганы, хотя, если ситуациятребует этого, мы можем быстро чередовать эти чувства. Так, в какой-то моментмы испытываем гнев и готовность напасть на противника, но затем этот импульсулетучивается, и мы чувствуем в себе страх и желание отступить. Точно так же мыможем любить и ненавидеть, но не одновременно. Предвкушение удовольствиявозбуждает нас и словно делает выше ростом. Мы как бы расширяемся и удлиняемсяпод воздействием нарождающегося внутреннего тепла. Если возбуждение нарастает,мы ощущаем себя любящими и восприимчивыми к любви. Но если в этом состояниичто-то ранит нас, то все тело сразу сожмется и как бы укоротится. Если ранасерьезна, то указанное сжатие породит в теле ощущение холода и стылости. Чтобывозбудить подобные сильные последствия, рану должен нанести тот, кого мы любим.Таким образом, ненависть можно понимать как застывшую от холода, закоченевшуюлюбовь. Помнится, в одном из совместных сеансов с участием и родителей, иребенка я слышал, как ребенок несколько раз истошно визжал на кого-то изродителей: «Я ненавижу тебя, ненавижу!» Выразив таким образом свою ненависть,ребенок тут же разражался исступленными рыданиями и бросался в родительскиеобъятия. Если ненависть представляет собой заледеневшую любовь, то этообъясняет присущую каждому из этих чувств способность обратиться в другое— достаточновспомнить известную пословицу: «От любви до ненависти — один шаг».

Когда тот, кого мы любим, причиняет намболь, то первой реакцией становится плач. Как мы успели ранее убедиться, этосугубо инфантильный отклик на боль или дистресс. Для ребенка постарше болееестественной реакцией явился бы гнев, устремленный на ликвидацию причинывозникшего дистресса или дискомфорта и на восстановление в теле позитивныхощущений. Цель обеих этих детских реакций состоит в том, чтобы возродитьоснованную на любви связь с теми, кто играет в жизни ребенка важную роль,— с родителями, сдругими людьми, проявляющими о нем заботу, с товарищами по играм. Если такаясвязь не может быть воссоздана, то ребенок застывает в состоянии зажатости,будучи неспособным раскрыться и проявить себя во всей полноте. Его любовьоказывается замороженной; она превращается в ненависть. Как только такуюненависть удается выразить, как это было с упоминавшейся ранее маленькойдевочкой по отношению к ее матери, лед немедля тает, и снова в теле начинаюттечь теплые, положительные чувства. Однако точно так же, как лишь немногиеродители терпимо воспринимают проявления гнева со стороны ребенка, еще меньшееих число снесло бы от него выражение ненависти. Оказавшись не в состояниивыразить нахлынувшую ненависть, ребенок начинает чувствовать себя плохо и, хужетого, воспринимает себя самого как плохого — не как гадкого и злого, а простокак нехорошего. Родитель, ставший причиной всех этих трудностей ребенка,видится ему, напротив, хорошим и вполне правым человеком, которого он долженслушаться и которому он обязан подчиняться. Такое подчинение становитсязаменителем любви. Ребенок будет вслух заявлять «я люблю свою маму», но нателесном уровне будет наблюдаться полное отсутствие каких-либо проявлений этогогорячего чувства —никакой теплоты, никакого радостного возбуждения, никакой открытости поведения.Подобная любовь берет свое начало в чувстве вины, а вовсе не в радости. Авиновным такой ребенок чувствует себя в том, что на самом деле он ненавидитсвою мать.

В последующих терапевтических сеансахРейчел выразила нежелание видеться с матерью, с которой ей по-прежнемуприходилось иметь дело. Она чувствовала, что мать все еще располагает над нейкакой-то властью и что сама она в отношениях с ней продолжает оставатьсянесвободной, больше напоминая марионетку, чем независимую личность. Однако,невзирая на все это, Рейчел была не в состоянии мобилизовать в себе хотькакой-то гнев против матери — она была слишком переполнена чувством вины и слишком заледенела,чтобы противостоять матери. На определенном уровне она воспринимала свою матькак ведьму и мегеру. Несомненно, что поведение той по отношению к Рейчел былобесчеловечным. По моему убеждению, в этой женщине имелась какая-то доза любви ксобственной дочери, но при нападках на девочку в нее, казалось, вселялсякакой-то злой дух. В эти моменты она страстно ненавидела свою дочь и была всостоянии причинить ей даже физический урон. Нет сомнений, что давным-давно кней самой относились сходным образом, и ненависть, которую она питала к своейдочери, являлась проекцией скопившейся в ней ненависти против тех, кто когда-тоунижал и оскорблял ее саму. Ее ненависть против собственных родителей, не найдявыхода, стала чем-то автономным и превратилась в дурную, зловредную силу,которая внутри нее и превратилась в злой дух.

Ненавидела ли Рейчел свою мать Мой ответ— недвусмысленное«да». Однако и она тоже как бы отделилась от ненависти к матери, котораявпоследствии, как и ненависть Рейчел к самой себе, оказалась загнанной внутрь.Если помните, она ведь говорила: «Я ненавижу себя за это» (за неумение стоятьна собственных ногах). Но как бы она смогла стоять на ногах, если они были всамом буквальном смысле отрезаны от нее А как индивид может выразитьсколько-нибудь сильный гнев против матери при отсутствии ног, на которые можнобыло бы опереться Рейчел оказалась обездвиженной и замороженной своим страхом,а также чувствами вины и ненависти, которые безраздельно владелиею.

Я попросту не верю, что человек можетполностью капитулировать перед любовью, если он не умеет признать и выразитьсвою ненависть. Последняя становится злой силой только в том случае, если онаотрицается или проецируется на невинное лицо. Выступать с проповедями противненависти, на мой взгляд, тщетно. Это все равно что уговаривать айсберг истаятьот горячей любви. Если мы намереваемся помочь людям освободиться от сил,которые создают отрицательные эмоции, то, как минимум, нуждаемся в пониманииэтих сил. Чтобы добиться этого, нужно первым делом согласиться с реальностьюсуществования указанных чувств, а не огульно осуждать их.

Во всех моих пациентах имеется зарядненависти, и она должна быть выражена. Но сначала ее следует прочувствовать ираспознать как естественную реакцию на измену какой-то любви. Человек долженощутить, насколько глубоко и тяжко он был ранен — психологически и физически,— чтобы почувствоватьсебя вправе выражать охватившую его ненависть. Когда пациент начинает глубокоощущать причиненную ему рану и осознает меру предательства, я вручаю емуполотенце, которое он должен скручивать, лежа в кабинете на терапевтическойкровати. При этом я рекомендую, чтобы, крутя и плотно свивая полотенце, они несводили с него глаз и произносили: «Ты ведь меня на самом деле ненавидишь,верно я говорю» После того как пациенты окажутся в состоянии выразить эточувство, им станет вовсе не трудно продолжить указанную фразу, сказав: «И ятебя тоже ненавижу». Во многих случаях это будет получаться совершенноспонтанно. Испытывая должную ненависть, человек сможет при выполненииупражнения по нанесению ударов мобилизовать более сильный гнев. Однако никакоеединичное выражение чувств, даже самое интенсивное, само по себе не можетпривести к трансформации личности. Принимать как должное весь спектрсобственных чувств, выражать их и наращивать самообладание — вот верстовые столбы,расставленные вдоль дороги, по которой человек продвигается в своем длинномстранствии в страну, где ему предстоит открыть собственное Я.

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.