WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 59 |

Когда я утверждаю, что гнев не являетсядеструктивной эмоцией, то провожу четкое различие между гневом, яростью ибешенством. Ярость представляет собой деструктивное явление. Ее предназначениесостоит в том, чтобы причинить кому-то вред, фактически даже сломить кого-то.Кроме того, ярость слепа, и часто объектом приступа ярости оказываетсясовершенно невинное, беспомощное лицо или ребенок. Потому мы и говорим очеловеке, что он «ослеп от ярости» или «впал в слепую ярость».

Ярость носит также взрывной характер, а этоозначает, что, раз вспыхнув, она выходит из-под контроля. Можно сдержать гнев,но не ярость. Как я подчеркивал в своей книге под названием «Нарциссизм»,ярость развивается тогда, когда человек чувствует, что его власти перечат илией приходит конец. Ребенок, который систематически сопротивляется требованиямродителя, может вогнать этого вполне взрослого человека в ярость, нацеленную нато, чтобы непременно сломить сопротивление ребенка, заставить его подчиниться.Если ребенок по тем или иным причинам отказывается сделать то, что приказываетему родитель, то последний сталкивается с ситуацией собственного чувствабессилия или своего рода импотенции, которая берет давнее начало в том факте,что когда-то в детстве его самого заставили подчиниться и он из-за страхаоказался не в состоянии выразить свой тогдашний гнев. Сейчас этот подавленныйгнев переходит в ярость, направленную против ребенка или другого человека,которого данный родитель не боится. Многие из моих пациентов в раннем детствебыли вынуждены подчиняться родительской власти, причем зачастую им при этом нежалели шлепков и оплеух — такой формы наказания, которая особенно унизительна, посколькуподрывает присущее ребенку чувство собственного достоинства и восприятия себякак суверенной личности. Другие пациенты сообщали, что их даже заставлялидостать и принести орудие их собственной экзекуции: ремень, березовую розгу ит. д., — тем самымеще более усиливая страх и еще более унижая ребенка. Если малыш подвергаетсяпостоянным и сильным оскорблениям со стороны взрослых, то совершенноестественный гнев, который он при этом ощущает, оказывается погребенным подогромной грудой страха, и, когда, наконец, этот принудительно усмиренный гневнайдет себе выход, он непременно станет деструктивной яростью. По этой причинеего обязательно нужно разрядить раньше, чем человек почувствует в себенеукротимую ярость или даже сильный приступ гнева и станет открыто выражать ихза пределами кабинета терапевта.

Когда я прошу своих пациентов бить покровати кулаками или теннисной ракеткой, то результатом часто становится негнев, а именно ярость. Вначале они, как правило, не проявляют особой охотывкладывать хоть какое-нибудь чувство в свои удары, которые в это время нестолько слабы, сколько бессильны. Но, постепенно втягиваясь и увлекаясь, ониначинают наносить удары с такой энергией и скоростью, словно хотят кого-тоуничтожить или даже убить. Подобные действия носят истерический характер в томсмысле, что они не интегрированы с эго и, скорее всего, малоэффективны. Когда яспрашиваю, чем вызван их гнев или против кого он направлен, то мне частоотвечают, что не знают этого. Следовательно, такого рода удары, невзирая на ихсилу, обладают незначительной ценностью с точки зрения дальнейшеготерапевтического процесса открытия самого себя, но они нужны для разрядки хотькакой-то части скопившегося бешенства. Эти действия носят характер катарсиса иобразуют собой своего рода предохранительный клапан, позволяя человеку«спустить пар». По мере продвижения процесса терапии — как его аналитической, так ифизической стороны —пациент начнет доходить до подлинных причин своей ярости, его удары будутстановиться более сфокусированными и он почувствует свой гнев по-настоящему.Сопровождение ударов произнесением подходящих слов делает указанное действиесинтонным по отношению к эго. Это слово, которое так похоже на слово«синхронный», означает, что чувство гнева и действие по его выражению созвучныи соответствуют друг другу, они настроены в резонанс и способствуют развитию уданного индивидуума ощущения собственного Я. Слишком часто сильнаяэмоциональная реакция рассматривается человеком как потеря своего Я и какпотеря самоконтроля. Каждый пациент, с которым мне доводилось работать, неединожды бывал больно задет и унижен до такой степени, что слова «якогда-нибудь убью тебя» звучали в его устах в каком-то смысле оправданно. В тоже самое время пациент, произнося их, полностью осознает, что он никогда неприведет свою угрозу в исполнение. Это выражение просто служит указанием на то,насколько интенсивно испытываемое им в данный момент чувство гнева.

Еще более мощной степенью гнева— после ярости— является бешенство.Слова «я в бешенстве» или «я взбешен» выражают крайнюю стадию чувства гнева,которую может символизировать ураганный смерч или торнадо, сметающий все, чтопопадается на его пути. Одна из моих пациенток видела сон, в котором онапочувствовала, как внутри нее вздымается ветер, отрывающий ее от земли. Приэтом она также ощутила, что щеки у нее надулись от этого ветра, как это бываетна виденных всеми нами картинках с изображением сурового северного ветра,который изо всех сил дует холодом. Паря над землей, моя пациентка энергичноразмахивала руками, угрожая кое-кому из людей, с которыми в то время жила водной комнате. Я интерпретировал этот сон как нарастающий ветер, который тем неменее никогда не разойдется по-настоящему, никогда не станет смерчем. Этапациентка, которую я назову Сьюзен, была просто в ужасе от своей убийственной,бешеной ярости. Для разрядки гнева она многократно занималась нанесением ударовпо кровати, но никогда не ощущала должного удовлетворения. Однажды, в очереднойраз круша кровать со словами «я когда-нибудь убью тебя», адресованными отцу,она вдруг застыла на непродолжительное время в кататоническом ступоре, небудучи способной шевельнуть ни единым мускулом. Несколькими годами раньшесовсем другая пациентка сообщала, что она однажды испытала подобнуюкататоническую реакцию, когда с ножом в руке подкралась сзади к своему брату,намереваясь убить его. Она рассказала, что какая-то неведомая сила остановилаее, после чего она выбежала в соседнюю комнату, где в остолбеневшем,кататоническом состоянии простояла совершенно неподвижно почти полчаса. Я понялтогда, что такая кататоническая реакция служила последней линией защиты противдейственного проявления того смертоносного побуждения, которое вспыхнуло в этойособе. Что касается Сьюзен, то она рассказывала мне много раз, что всю еепереполняла ненависть и что часто она испытывала жесточайший гнев, но никогдане могла выразить эти чувства. Ее тело характеризовалось своеобразнойзамороженностью, которую она сама воспринимала как онемение.

Такое замороженное состояние представляетсобой физическую сторону ненависти. Мы с неподдельной глубиной ненавидим толькотех, кого когда-то столь же глубоко любили, но кто, по нашему мнению, предалнас. Однако ненависть может проецироваться (иными словами, переноситься) и натех, с кем у нас не было особой близости или иных личных отношений.Взаимоотношения Сьюзен с ее отцом являли собой смесь любви и ненависти. В ходенашей терапии она осознала, что отец был сексуально увлечен ею еще с техвремен, когда она была совсем ребенком. Хотя в ее памяти не сохранился никакойотцовский поступок, связанный с сексуальным злоупотреблением, она сталапонимать, что тот с первых детских лет смотрел на нее как на сексуальныйобъект. Даже когда она повзрослела, отец регулярно пытался как-нибудь прижатьсяк ней своим телом, когда она приходила в гости в его дом. Сьюзен считала отцалюбителем совращать женщин и сексуально озабоченным человеком с легкой маниейна этой почве, но полагала, что он одновременно презирает всякую девушку илиженщину, которая сколько-нибудь открыто проявляет любые сексуальные чувства. Врезультате отцовского поведения и своего католического воспитания Сьюзенстыдилась собственного тела и впадала в ужасное смущение из-за любых своихсексуальных проявлений. Она не могла позволить, чтобы в ней развилось хотькакое-нибудь сексуальное чувство по отношению к любому мужчине и уж тем болеечтобы оно как-то проявилось вовне. Как следствие, она находилась в депрессии ине могла мобилизовать себя на то, чтобы заняться чем-либо приятным идоставляющим удовольствие. По субботам и воскресеньям Сьюзен предпочиталапроводить основную часть дня в постели. Понадобилось несколько лет терапии,чтобы эта женщина выразила вслух мысль о невозможности своего дальнейшегопребывания в нынешнем состоянии, которое может в конечном итоге привести ктому, что она покончит с собой. Такое заявление являлось отходом от ееубийственной ненависти по отношению к самой себе.

Если человек заморожен, то подобноесостояние можно изменить только с помощью горячего, даже жаркого чувства,конкретно —посредством гнева. Ярость, в противоположность гневу, — чувство холодное, недаром так иговорится: «с холодной яростью». От испытываемого гнева человек, по мере тогокак возбуждение поднимается по телу вверх, может почувствовать в головесовершенно натуральный жар. Голова у него начинает гореть из-за того, что к нейинтенсивно приливает кровь, и это явление может привести к тому, что и лицо унего становится красным или даже алым. Гнев представляет собой положительнуюжизненную силу, которая обладает сильными оздоравливающими свойствами. У менябыл в жизни такой эпизод, когда испытанный мною довольно сильный гнев привел кмоментальному исчезновению мучившего меня в течение нескольких месяцевболезненного состояния, связанного с седалищным нервом. Я неоднократно наблюдалподобное и у своих пациентов. Аналогично, тот сон Сьюзен, с которого я началсвой рассказ о ней, оказал на нее благотворное воздействие. Хотя в ее случаеявно выраженные, грубые сексуальные злоупотребления со стороны отцаотсутствовали, постоянный психологический груз собственной женственности былдля нее настоящей пыткой, и ей удавалось выжить только благодаря тому, что оназаставила себя онеметь и «отсекла» все свои чувства. Любое сильное чувствомогло опрокинуть ее уязвимое эго. Рассказывая свой сон о вздымавшемся в нейвихре, она упомянула и о возникшей у нее в тот момент или чуть позже мысли, чтоэто был какой-то перелом. Впервые она позволила своему гневу захватить себя ипри этом вовсе не испытывала ни капельки ужаса, пока он носил ее над землей. Вследующем после этого сна сеансе Сьюзен сумела рассказать мне, насколько высокоона ценит мое терпение и поддержку на протяжении всех тех долгих лет, когдатерапия была почти безуспешной. Смогла она рассказать и о том, какие теплыечувства испытывает ко мне. А ведь до этого она была слишком холодной изанемевшей, чтобы позволить подобным чувствам развиться, и слишком запуганной иуязвимой, чтобы выразить их.

Следует настоятельно подчеркнуть, что цельтерапии состоит в восстановлении способности индивида чувствовать и выражатьсвой гнев, который является естественной реакцией в ситуациях, когдацелостность или же свобода человека страдает или подвергается угрозе. Все детиобладают этой естественной способностью защитить свою целостность и свободу. Ксожалению, современные житейские обстоятельства зачастую заставляют родителейвозбранять спонтанные детские импульсы и устремления, что провоцирует у ребенкагнев. Малыш может замахнуться на родителя, но, хотя безвредность такогодействия или даже последовавшего за ним удара бесспорна, найдется совсем не такмного родителей, которые отнесутся к подобному поведению своего отпрыскатерпимо, не говоря уже о его одобрении. Большинство родителей принудительноограничивают проявления детского гнева, а многие еще и накажут своего ребенказа такие поступки, которые сочтут неподобающим поведением с его стороны.Располагая почти беспредельной властью, которую дает родителям полнаязависимость детей от них, взрослые, конечно же, в состоянии заставить ребенкаподавить свой гнев. Однако этот вариант родительского поведения — самый неудачный, посколькуребенок, боящийся выразить гнев по адресу родителей, вырастает в искалеченноговзрослого. Ведь подавленный гнев никуда не исчезает. Дети станут направлятьзапрещенный родителями импульс гнева против меньших детей, умышленно причиняяим вред. Ничем не лучше ситуация, когда ребенок, гнев которого подавлялся,становится взрослым и начинает вымещать накопленное на собственных детях,которые беспомощны —в той же мере, как когда-то был беспомощен их нынешний суровыйродитель.

Кто-то может думать, что наказание ребенказа выражение гнева представляет собой один из способов обучить малышанадлежащему социальному поведению. Увы, истинный результат подобных действийбывает совсем иным: дух ребенка оказывается сломленным, и он легко подчиняетсялюбой власти. Конечно, ребенка непременно следует учить правилам общественногоповедения, но делать это нужно так, чтобы в результате не пострадала еголичность. В Японии я видел трехлетнего карапуза, который в буквальном смыслеслова колотил ручонками мать, а та не предпринимала никаких усилий остановитьего или хотя бы сделать выговор. В традиционной японской культуре ребенкомсовершенно не управляют вплоть до достижения им шестилетнего возраста,поскольку до этого момента любое его поведение не только не осуждается, но дажеодобряется как естественное и невинное. Впрочем, и после того как ребенкуисполнится шесть лет, процесс его социализации сводится к тому, что его стыдят,а не подвергают физическим наказаниям. В античные времена при воспитанииспартанских детей, которых специально учили быть бесстрашными воинами, вплотьдо достижения того же шестилетнего возраста не подвергали воздействию ситуаций,которые могли бы вызвать испуг, а также не наказывали; это делалось для того,чтобы оградить дух ребенка от вредных для него воздействий.

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.