WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 59 |

Мысль о капитуляции, о том, чтобы сдаться,пугает большинство людей. «Позволить распоряжаться» или «предоставить права»телу и собственному Я — эти фразы для многих звучат заметно более приемлемо, но людипросто не понимают, что именно означают подобные формулировки на самом деле,— в итоге на практикесоответствующие действия оказываются для них столь же пугающими. Невротическиемодели поведения были выработаны ребенком в раннем детстве в качестве средствавыживания, и даже невзирая на то, что сейчас, во взрослой жизни, они доказалисвою контрпродуктивность, индивидуум цепляется за них, как за саму жизнь. Этимодели настолько укоренились в личность и стали настолько органичными, чточеловек воспринимает их как неотъемлемую часть своей натуры. Да они и воистинуявляются второй натурой — первой натурой было невинное и открытое дитя, — но эта первая натура оказаласьутраченной и представляется невозвратимой. За немалое количество взрослых летчеловеку довелось жить со своей второй натурой настолько долго, что онвоспринимает ее как нечто вполне удобное и привычное вроде пары старых,разношенных башмаков. И тем не менее коль скоро человек явился к терапевту, тоодин этот факт представляет собой молчаливое признание того, что его втораянатура в каких-то важных аспектах потерпела неудачу. Но это вовсе не означает,что данный пациент готов на практике отказаться от этой самой второй натуры.Изменение, которого он ищет, сводится к другому: он хотел бы сделать свойхарактер (или вторую натуру) успешно работающим. Он открыт обучению новымспособам справляться с жизнью и действовать, но совершенно не готов отказатьсяот своей стратегии выживания.

Такой настрой пациента по отношению ктерапии известен как сопротивление. Иногда оно наглядно проявляет себя уже насамых ранних стадиях терапевтического процесса, когда пациент выражаетнедоверие терапевту или ставит под вопрос его компетентность. Лично яприветствую четкое и ясное заявление пациента об испытываемом им недоверии.Поскольку в детские годы те, кому он доверял, обманули его надежды и причинилиему вред, он был бы по меньшей мере наивен, начав вдруг доверять незнакомцу, окотором ему мало что известно. Психотерапевтическая компетентность отнюдь негарантируется ни дипломами, ни популярностью. Никакой терапевт не можетизменить пациента в большей степени, нежели пациент в состоянии изменить себясам. Терапевтические изменения представляют собой процесс роста и интеграции,которые являются результатом того, чему пациент научился и что он испытал вовремя терапевтического процесса. Лучшим судьей всего этого является сампациент. К сожалению, большинство пациентов не доверяют своим собственнымощущениям и чувствам — и это недоверие является частью их характерологической проблемы.Пребывая в отчаянии, многие из них испытывают желание отказаться от контролянад собой и передать его терапевту, питая при этом иллюзию, что тот сумеетизменить их. Умение капитулировать, о котором я все время веду речь, означает,что нужна капитуляция перед самим собою, а вовсе не перед другим человеком.Пациент должен следовать рекомендациям терапевта, но вовсе не подчинятьсяему.

Процесс терапии начинается с консультации.Мы усаживаемся лицом к лицу, и пациент рассказывает мне о себе, о своихпроблемах и о своем прошлом. Пока он говорит, мне предоставляется возможностьизучить его, иными словами, отметить, как он держит себя, каковы тон егоголоса, выражение лица, свойства взгляда и тому подобное. В поисках информации,которая объясняла бы его трудности, я непременно стану расспрашивать о еготекущей жизненной ситуации и о его детстве. Я задам вопрос о том, как онвоспринимает свое тело, какие мышечные напряжения в нем осознает, какие боли ониспытывает и какими болезнями страдает. Затем я разъясняю связь между разумом ителом, настоятельно подчеркивая при этом функциональную тождественностьфизического и психологического. Многие из людей, обращающихся ко мне, вкакой-то мере знакомы с этим подходом, прочитав отдельные мои книги,апробировав его разновидности в общении с другими психотерапевтами или услышаво моей методологии от своих знакомых или от других лиц. Если человекподготовлен к этому и подходящим образом одет, я осматриваю его тело, чтобыувидеть присущую ему картину распределения напряжений. Как правило, я произвожууказанный осмотр так, чтобы пациент в это время располагался перед зеркалом и ямог воочию показать и объяснить ему то, что вижу сам. Для пациента важнопонимать, что если он должен измениться как человек, то должно измениться и еготело. Конкретно это означает, что если человек собирается стать свободным, тоте напряжения, которые были выявлены во время данного обследования, нужнопонять и снять. Чтобы достичь подобного результата, будущий пациент долженощутить ограничивающее воздействие своих телесных напряжений, понять, какимобразом они контролируют его нынешнее поведение, и усвоить, как и почему онипоявились и развились. Наконец, следует сформулировать и указать пациентуимпульсы, которые блокируются упомянутыми телесными напряжениями. В этот моментнет и речи о необходимости сдаться, капитулировать — даже в будущем. Всё вниманиефокусируется на осознании и понимании. Человеку просто содействуют в том, чтобыон отождествлял или идентифицировал себя со своим телом.

Очень важно понимать глубину дистресса итрудностей, испытываемых пациентом. Мэри была молодой женщиной, которую явпервые встретил в качестве участницы профессиональной школы-семинара, которуюсам вел. Когда я осмотрел ее тело, то увидел полосу сильной стянутости в районеталии, которая функционально разбивала ее тело на две части. Это означало, чтоволна возбуждения, связанная с дыханием, не могла пройти в нижнюю часть еетела. Указанное разбиение оказывало на личность Мэри значительное воздействие вследующих двух аспектах. Во-первых, ее сердечные чувства, локализованные вгруди, не были связаны с сексуальными чувствами, локализованными в областитаза. Это нарушение серьезно влияло на взаимоотношения Мэри с мужчинами.Во-вторых, ее тело демонстрировало глубокую потерю ощущения безопасности,являвшуюся результатом отсутствия истинной чувствительности в нижней частитела; последнее вело к подрыву ее способности функционировать, поскольку онабыла не в состоянии чувствовать под собой надежный и прочный фундамент. Япроинформировал Мэри обо всем обнаруженном и указал ей, что ситуация можеткоренным образом измениться, если поработать над ее проблемами с помощьюбиоэнергетического подхода, то есть как психологически, так и физически.Позднее Мэри приступила к прохождению у меня терапевтического курса, поскольку,по ее словам, я был единственным терапевтом, который понимал всю меру глубиныее проблем. Другие специалисты, с которыми она работала в чисто психологическомплане, рассматривали ее как человека собранного, компетентного ипреуспевающего. Она действительно была вполне компетентным психотерапевтом,имела достаточно обширную и успешную практику и по всем внешним проявлениямбыла в хороших отношениях со своим мужем. Но эти отношения были хорошимипотому, что Мэри неизменно подчинялась супругу. Она была в состоянии выглядетьвполне благополучной на широком фронте разных жизненных проявлений, чтообманывало других, но смущало ее саму. Существует множество людей, которыепостороннему, внешнему взгляду кажутся вполне нормальными, но если внимательноприсмотреться к их телу, то становится видна правда их бытия. Тело воистину нелжет, но, если ты хочешь узнать правду о человеке, нужно быть способным читатьто, что выражает тело, и понимать его язык.

Мэри работала со мною на протяжениинескольких лет. Ее клинический случай рассматривается с большей полнотой водной из последующих глав. По мере того как она становилась сильнее ивырабатывала в себе более полное ощущение собственного Я, она обрела решимостьоставить мужа и впервые в своей взрослой жизни испытала радость.

Далеко не каждый пациент, обращающийся комне за консультацией, на самом деле хочет услышать о себе правду. Некоторыенарциссические индивидуумы вовсе не настроены на то, чтобы узнать правду, и этоделает работу с ними почти невозможной. Я не ожидаю от своих пациентов согласияс тем, что вижу я, но лишь открытости и готовности выслушать меня. Они сами вконце концов узнают правду, по мере того как начнут воспринимать себя нателесном уровне. Однако важно уже в самом начале терапии установить с пациентомрабочие взаимоотношения. Лучшей основой таких отношений является наличие упациента ощущения того, что его понимают и что его рассматривают как человека,который настойчиво борется в попытках добиться какого-то свершения. Напротяжении всей жизни ему говорили, что он должен приложить более серьезныеусилия — в частности,чтобы изменить тот или иной аспект своей модели поведения с целью чувствоватьсебя хорошо. Если его страхи распознавались и признавались, ему давалирекомендации, которые, по сути дела, сводились к тому, что он в силахпреодолеть их. Его всегда стремились убедить, что все его трудности— в его собственномразуме, и только в разуме. Теперь же он имеет возможность удостовериться, чтопроблемы присутствуют и в его теле и что параллельная работа как с телом, так ис разумом, проводимая неким интегрированным образом, может оказаться заметноболее эффективной, нежели чисто вербальная, словесная терапия. Вводимые мноюдыхательные упражнения, равно как и упражнения по интенсивному выражениючувств, как правило, оказывают весьма положительный эффект, снабжая пациентаболее высоким зарядом энергии и поднимая его дух. Хотя первоначально подобныеупражнения не порождают значительных изменений в личности пациента, они важнытем, что помогают установить между нами позитивные взаимоотношения и построитьпрочный фундамент взаимопонимания. А он, в свою очередь, должен явитьсянадежной опорой той тяжелой работы, которую нам обоим предстоит проделать длятого, чтобы освободить пациента от всего, что обременяет его в настоящеевремя.

Защитные механизмы эго не являются чистопсихологическими. Если бы это было так, от них было бы гораздо легчеотказаться. Большинство пациентов понимают, что все используемые ими способызащиты являются на данный момент не более чем ненужными «пережитками прошлого»и что ситуация, которая в свое время привела к возникновению определенныхзащитных механизмов, больше не существует. Однако проблема состоит в том, чтоуказанные способы защиты со временем оказались структурно встроенными в тело,где их функция заключается в том, чтобы подавлять чувства. Это своего родастены, за которыми и под контролем которых должны находиться всякие пугающиеимпульсы. Человека нельзя ограбить и лишить радости жизни, не породив в немодновременно чувство убийственной ярости. Как справляются с подобным импульсомв цивилизованном обществе Никто не решится развалить стены тюрьмы, гдесодержатся опасные преступники, пока не найдет способ отвратить от себя ихвраждебность. Этот вопрос я планирую подвергнуть рассмотрению в следующейглаве. Но мы ведь тоже возводим стены, чтобы спрятаться за ними, чтобы защититьсебя от вредоносных и болезненных воздействий, чтобы удержать наше море горя вкаких-то берегах и не дать ему затопить всё. К сожалению, внутри этихзаградительных стен оказываемся заключенными и мы сами.

Пациенты не позволяют себе плакать,поскольку боятся всей глубины своей печали, которая в большинстве случаевграничит с отчаянием или даже тождественна ему. Как сказал в этой связи одинпациент: «Если я начну плакать, то могу и никогда не остановиться». Я непоколеблюсь заявить, что в глубинах большинства людей таится отчаяние по поводутого, что им никогда не удастся найти настоящую любовь, испытать подлинноесчастье или узнать неподдельную радость. Когда один из моих пациентов сказалсвоей матери, что она всегда была несчастной и что она нуждается хоть вкапельке счастья, эта немолодая особа ответила так: «Счастье — это вовсе не то, из чегоскладывается жизнь и в чем она состоит. А состоит она в необходимости делатьто, что человек должен». Но без чувства радости жизнь пуста, а если она чем иполна, то только страхом и страданием. Это страдание порождается жаждой обрестисвязь с кем-нибудь, и такое страдание из-за отсутствия партнера столь женевыносимо, как и физическое страдание от жажды, вызванной отсутствием воды.Более чем понятно, почему пациенты отказываются погрузиться в этот ад. Ноотрицать все подавленные эмоции и лишить свое Я возможности испытывать сильныестрасти и страдания означает согласие умереть заживо.

Тактика тотального отказа от чувств и ихумертвления в себе может способствовать выживанию, но боль и страдание от этогоне исчезают. Время от времени они будут выныривать на поверхность как чистосоматическая боль, проявляясь в форме хронического напряжения какой-либо частитела и делая человека несчастным. Поскольку такого рода боль в своей основепродолжает оставаться эмоциональной, человек может ее уменьшить посредствомплача и капитуляции. Разница между чисто физической и эмоциональной больюзаключается в том, что первая из них четко локализована и воздействует наограниченный участок тела, в то время как эмоциональная боль, такжепроявляющаяся в теле, носит генерализованный, обобщенный характер. Головнаяболь — это боль,локализованная в голове, зубная боль ограничивается челюстью и прилегающимиобластями, боль в шее воздействует только на шею. В противоположность этомуболь, испытываемая от одиночества, ощущается во всем теле. Эмоциональная больберет свое начало в том, что все тело сжимается в ответ на утрату или разрывсвязи с тем, кого или что мы любили. Такие переживания могут ощущаться как больв сердце, особенно когда дело касается ребенка и сопровождается чувством, чтотебя отвергли и предали. Поскольку боль воспринимается ребенком как угрозажизни, то выживание требует подавления данного переживания вместе ссопутствующими ему болью и страхом. Это достигается онемением тела посредствомего напряжения или же путем отключения от боли. Обе указанные процедурыреализуются с помощью отсечения чувств, что впоследствии ведет к ощущениюодиночества и пустоты. Такие состояния становятся болезненными, и в конечномитоге в человеке рождается импульсивное побуждение к тому, чтобы открыться иизлиться, но этот импульс блокируется страхом оказаться отвергнутым. Посколькутакого рода побуждения невозможно полностью подавить, пока человек жив— ведь онипредставляют собой саму суть жизненного процесса, — то индивид пребывает в состояниинепрекращающейся борьбы со своей собственной натурой, другими словами— со своим телом иего чувствами. На самом деле указанная борьба ведется между эго с егомеханизмами защиты от отверженности и предательства и телом с его сердцем,которое оказалось заключенным в тюрьму. Напряжение, вызываемое даннымконфликтом в теле, воспринимается как боль.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 59 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.