WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 19 |

Интерпретация его варьирует в достаточно услов­ных пределах между эзо— и экзотерическими пространствами снов. Разрушение дома (по любым причинам) указывает на не­обходимость, уже ставшую внутренней, и, более того, внутрен­нюю готовность нашего существа изменить формы и содержа­ние своего существования. Необходимость эта тем неотложнее, чем больше разрушен дом в сновидениях. Наяву этой стадии посвящения соответствует углубляющийся внутренний кризис со всеми его признаками: неудовлетворенность, внутренний разлад, ощущение бессмысленности своей жизни (как бы успеш­но она ни складывалась внешне), подавленное состояние, нередко доходяшее до депрессий, ощущение тупика, страх, бес­покойство за свое будущее.

Сновидящий во сне видит себя в доме со своей подругой. Во всем разлито щемящее чувство поздней осени. Он подходит к постели. Под покрывалом оказывается только груда коричне­во-золотых осенних листьев. Вдвоем с подругой они осматри­вают потолок: он весь в трещинах, которые бегут по стенам. Перемещаясь по дому вправо, они вдруг видят на месте одной из стен разлом, сквозь который и покидают дом. Выходят на открытую местность, в глубине которой виден отверзнутый во множество миров проем, откуда идет величественный и безжа­лостный золотой свет.

В данном конкретном случае в сновидении произошло раз­рушение формы личных отношений между партнерами, кото­рая была уже тесна для другого света, входящего в их судьбы, что впоследствии произошло и наяву.

Дом, который разрушается во сне, необходимо однажды покинуть, иначе вы умрете как личность: все, что перестает меняться, начинает рано или поздно разлагаться и боже избави вас от вони, которая при этом происходит. Особенно настоя­тельно рекомендуется покинуть дом, разрушаемый посредством огня: с небесными огнеметчиками шутить не стоит, — они при­ходят, когда все остальные меры помощи не возымели дей­ствия.

После сна, в котором человек выходит из разрушенного дома, в структуре неявного посвящения следует другая стадия: она, чаше всего, приобретает форму сновидений, в которых по тем или иным причинам сновидяшему необходимо броситься в воду (реку, море, океан) и пересечь ее вплавь, чтобы достичь проти­воположного берега.

Топография и характеристика всех потусторонних рек и вод заслуживает отдельной книги. Здесь мы остановимся на самом важном в контексте неявного посвящения: именно с этого типа сна (пересечение рек и вод) начинается духовный быт, доступ­ный в обычной («неускоренной, непосвященной») жизни только после смерти. Достаточно сказать, что сон о переходе реки самостоятельно или кем-либо из близких в жизни повседневно­го человека предвещает иногда смерть либо тяжелую болезнь на грани летального исхода. «Посвящаемый» как бы получает возможность в сновидениях проследовать дальше и освоить потусторонний опыт, оплачивая его не физической смертью, а внутренней психической смертью-рождением.

С «того» берега начинаются реальные странствия нашего духа. И начинаются они опять с домов, имеющих как бы более экзотерическое значение. Эти дома встречаются по мере дос­таточно продолжительного — из сновидения в сновидение, из года в год — как бы подъема по пересеченной местности. Дома, которые мы там находим, служат как бы жилищем какое-то вре­мя, затем мы находим новые дома. Их объединяет общее впе­чатление, которое они оставляют: очень тонкое чувство разли­той силы, суть которого можно выразить примерно так: ты на­конец вернулся туда, куда стремился всю жизнь, вот оно -больше ничего уже не нужно: невероятный покой и уют, спо­койствие и блаженство вечности, чувство единственно по-на-стояшему родного во всем, что ты знаешь и помнишь, чувство возвращения. В этом — основное отличие дома этих снов от дома, описанного ранее.

Иногда чувство возвращения домой в таких сновидениях до­ходит до такой интенсивности и реальности, что потом много дней кряду невозможно смириться с повседневностью, и чело век постепенно начинает вспоминать наяву позабытые прави­ла и карты Игры.

В конце концов, ностальгия по дому, которую мы испытыва­ем после этих сновидений, зов, который мы слышим — это но­стальгия по Небесному дому, откуда мы все когда-то отправи­лись странствовать по мирам и куда мы должны хоть когда-ни­будь на какое-то время вернуться.

С момента, когда сновидящий начинает путешествовать «на том берегу», в его снах появляются своеобразные гиды и на­ставники. Пути дальнейшего посвящения индивидуализируют­ся, и каждый проходит обучение, которое соответствует осо­бенностям его сущности и сущностным задачам. Однако, не­смотря на индивидуальное многообразие типов и способов по­священия, происходящих в сновидении, есть некоторая общая структура, знаки, ситуации и действия, которые могут помочь в осознании наяву темпов и дальности продвижений и их связей с доступными системами сакральных знаний.

НАСЕЛЕНИЕ СНОВ

Кто там скачет в ночи я хочу это знать, я хочу это знать

А. Бродский

Кто же те, кого мы встречаем в наших ночных странствиях И почему, когда мы видим во снах самых близких нам людей, проснувшись, мы далеко не уверены, что это были именно они

А кто Те, кого мы мучительно не можем вспомнить, и незнакомость их внешности не мешает нам чувствовать, что мы знаем их очень давно, даже всегда И кто те, кого мы боимся больше смерти в наших снах

Когда сновидяший покидает разрушенный дом и начинается его возвращение Домой, для него становится заметным (быв­шее и до этого) присутствие в его снах сущностей, являющихся как бы гидами, наставниками, проводниками. Понять их роль, особенно на первых порах, затруднительно из-за того, что наше невменяемое сознание придает им облик по непредсказуемым смысловым ассоциациям: бывший школьный или университетс­кий учитель, отец, начальник, важный чиновник или другие представители администрации, тренер, священник, И.Христос, просто человек, к мнению которого мы наяву прислушиваемся и т.п.. Речь идет о снах, в которых кто-то опытней или старше учит, ведет или наказывает (т.е. тоже учит).

Предмет урока, благодаря все тем же свойствам сознания, тоже может выглядеть как угодно: математика, плавание, поле­ты, кройка и шитье, гончарное и стеклодувное дело, навигация космических кораблей, выращивание изумрудов, причудливое целительство и т.п. Если мы плохо помним и понимаем урок во сне и наяву, не стоит отчаиваться — эти знания остаются в нас и проявляются в нашей жизни в безотчетных движениях и по­ступках (если только наши сны не навеяны видиками или пло­хим пищеварением).

Особого внимания заслуживают сновидения с обучающим сюжетом, разворачивающиеся как бы в большом помещении с амфитеатром среди множества соучеников,— эти сны достаточно важны, в них присутствуют узловые проблемы, импульсы для внутреннего развития на длительный период.

Не стоит игнорировать и экзамены, которые мы время от времени сдаем во снах, — это действительно экзамены, а не воспоминания о студенчестве, и нужно много трезвости, чтобы понять их реальное значение в нашей судьбе.

Чем, собственно говоря, являются сновидческие учебные заведения, сам процесс обучения, какие силы воспринимаем мы подобным образом во снах

Может быть, потребность в знании и познании у людей дей­ствительно является врожденной, как потребность в опреде­ленной энергии, питающей основы человеческого (и не только) бытия. По всей видимости, необходимость познания есть то, что дает естественную (подобно оси Север-Юг) направленность человеческому развитию: знание есть сила, знание есть жизнь. Возможно в мире — во вне и внутри — есть некие живые сис­темы света, способствующие и направляющие все, связанное с процессом познания, подобно тому, как магнитное поле Земли в любом месте планеты разворачивает стрелку компаса по оси Север-Юг. И, скорее всего, именно такого рода системы света и силы мы в наших отрывочных снах воспринимаем как учеб­ные заведения, придавая им те или иные знакомые нам очерта­ния.

Более частными фрагментами таких систем являются исто­рически сложившиеся в процессе эволюции системы челове­ческого знания, усвоившие с теми или иными антропоморфны­ми искажениями некоторые области Неизвестного. К таким системам, естественно, относятся все религиозные, эзотерические и оккультные традиции, развивавшиеся когда-либо на пла­нете.

Некоторым образом эти традиции являются более, а чаше менее совершенными мостами, соединяющими человеческое познание с Неизвестным, и, некоторым образом, эти мосты ста­новятся иногда доступными восприятию сновидяших в силу тех или иных естественных и неестественных склонностей и усло­вий их рождения.

Вопрос об уходе из сновидческих учебных заведений доста­точно сложен: с одной стороны мы, безусловно, существа с той или иной мерой свободы выбора, хотя бы потому, что изна­чально не принадлежим никому. С другой стороны, очень не­многие из нас реально могут развиваться полностью самостоя­тельно, с необходимостью утрачивая в сердце потребность в гарантиях. Вопрос в том, насколько мы доверяем чему-то в себе, потому что в той же мере мы доверяем и кому-то во вне.

Возвращаясь к сущностям, которые выполняют функции проводников во снах, независимо от ликов, в которых мы их воспринимаем, с уверенностью можно сказать лишь то, что не­которые из них действительно являются сущностями высшего порядка, другие — это мы сами, наши высшие аспекты, с кото­рыми мы еще не можем отождествиться и поэтому отчуждаем их.*

4

И в том и в другом случае не стоит забывать, что за всем этим как бы стоит Дух, вернее все это — часть Духа, и в этом смысле нет принципиальной разницы — и то, и другое помога­ет в пути, похожем на другие лишь постольку, поскольку пути самой непостижимой силы, которую мы здесь называем Дух, — неисповедимы.

Но время от времени в наших снах под видом гидов и на­ставников могут появляться лжегиды и лженаставники (или наши собственные разрушительные затемненные стороны), как бы с целью искусить нас, а также, проверить на прочность нас и степень нашей пробужденное. Как отличить одних от дру­гих Очень просто: за ними тоже стоит Дух, и они — часть Духа.

По мере пробуждения где-то в глубине нашего сердца все явственнее звучит нечто очень тонкое, которое всегда знает точно: туда ли мы идем или нет, — его невозможно обмануть. Ни во сне, ни наяву. Человек, когда он честен с собой, умеет различить этот голос среди всего остального, не стоит сомне­ваться.

Возвращаясь к остальному населению снов, также не стоит упускать из виду познавательную сторону общения с ними, т.к. это вообще наиболее созидательный способ смотреть на веши.

К наиболее неприятным и даже опасным сущностям во снах, относятся те из них, которые принимают форму самых близких нам эмоционально людей, связаных с нами длительными и сер­дечными узами. Чем болезненней эти узы (длительная страсть, безответная любовь, обида и т.п.), тем вероятней, что под ли­ком этих людей в наших снах скрываются огневки. Они принимают облики наших родителей, братьев и сестер, люби­мых. Опознать их можно по оранжевато-алому (иногда до истошности) свету, которым они как бы подсвечены, а также по несравненной безжалостности ситуации в близких взаимоотно­шениях с ними и —затем — по ошеломляющей боли и жестоко­сти шока от их энергетического удара (ощущения сравнимы только с вливанием внутрь тела расплавленного металла), и вы просыпаетесь от крика собственной боли. После такого рода снов весьма вероятны достаточно серьезные заболевания.

Общение с огневками, даже если мы чувствуем себя достаточно сильными и способными на контролируемые дей­ствия во снах, с одной стороны неэффективны в смысле полу­чения знаний, с другой стороны — опасны даже для очень раз­витых сновидящих, а возможно и для человека вообще. Может быть, единственное знание, которое огневки дают нам, - о том, что с ними незачем встречаться, а для этого мы должны быть свободны от застойных и безмерных привязанностей. Дру­гими словами, человеку, действительно ищущему знания, люб­ви и свободы, не должны сниться его близкие — все проблемы с ними лучше решить наяву.

Огневки - не порождения нашего подсознания, не тонкие сущности нашей планеты,— это хищные существа дру­гого мира, охотящиеся за определенными энергиями.

С огневками имеют весьма отдаленное сходство лисы, которые в сновидениях выглядят подобно странной помеси рыжеватых собак и лис, иногда приобретая человеческий об­лик, но с теми же особенными лисье-рыжеватыми чертами и двусмысленными намерениями. При общении с ними преобла­дает ощущение подлога, подмены, заблуждения, двурушниче­ства, липкого страха. Они подсвечены мутно-желтым или гряз­но-оранжевым светом. Их энергия — теплая и сухо-удушливая, вызывающая иногда особенный тепловатый зуд в теле. Видяшим лисы предстают как светимость беспокоящего оранжевато-желтоватого оттенка, имеющая каплеобразную форму пла­мени свечи, но со срезанной верхушкой («чипполино» без во­лос) и упрощенной, по сравнению с человеком, внутренней све­тящейся структурой.

Факт существования этих созданий не является сам по себе большой новостью: некоторые сведения о них можно почерп­нуть из древних китайских книг, повествующих о так называе­мых лисах. Новостью является их активное вторжение в близ­лежащие пространства сновидений, начиная с лета 92 года, а также массовость их появлений, появление их группами и ощу­щение, что они нашли себе хозяев, т.е. примкнули к какой-то более жесткой и уверенной в себе системе силы.

При описании лис возникает трудность, связанная с тем, что речь идет об их экспансии не только в пространства снови­дений: судя по всему, участились случаи их рождения в чело­веческом облике*

5

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 19 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.