WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 19 |

Замысел игры можно выразить как проверку на отрешенность от чувства собственной важности (статуя) и скорость из­менения состояния сознания, — непредсказуемость развития сюжета сопровождалась смертельной опасностью выйти за пре­делы программы и оказаться в абсолютной пустоте. Хотя, как показали дальнейшие события, там — не так уж пусто.

После недолгого путешествия я все-таки вышел за пределы программы, и наблюдающие за моими движениями решили, что игра окончена. По их мнению, человеческое сознание должно в подобных условиях погибать. Вокруг все исчезает, и я оста­юсь во тьме. Далеко внизу я вижу луч света, благодаря хоть какой-то плотности его потока относительно окружающей пус­тоты я «приземляюсь», возврашяюсь к экрану и выхожу из него. В моем сознании нашелся режим работы, отношение к миру, гармоничное для этого пространства. Поэтому я остался цел.

В комнате программистов никого не было. В глубине кори­дора один из них готовил два шприца, — на тот случай если я все-таки вернусь. Уколы, видимо, предназначались для стира­ния памяти о происшедшем. Я выскочил в окно слева и побе­жал к воротам. Опаздавший смотритель прокричал мне вслед, что у меня нет никаких шансов.

В зоне никого не было, только у самых ворот из вагончика вышли часовые. Мне удалось миновать их и выбежать за воро­та. Я ожидал погони, и, действительно, вскоре по дороге по­шла военная техника. Когда первые машины прошли мимо, я понял, что это не относится непосредственно ко мне.

Я отошел на обочину и стал наблюдать. Это была какая-то необычная «флуктуация» зоны. Необычной она была потому, что вскоре за военной техникой пошли множество машин, в которых сидели очень хорошо одетые — смокинги, вечерние платья — «они», мужчины и женщины.

Ошеломляла грандиозность происходящего — будто мура­вьи, услышав нечто вне муравейника, устремились на зов. По всем дорогам множество машин (я как-то видел разом все эти битком забитые машинами дороги) везли их к некоему месту сбора, — кажется, это было кладбище.

Чувствовалась отдельность того, что происходит с ними. Это была совершенно их игра, мистерия, в которой люди были толь­ко свидетелями. Со стороны кладбища пошла волна силы, вспышка невидимого света, беззвучное эхо взрыва.

Когда я поднялся на ноги, на обочине стояли еще несколько человек, и мир неуловимо изменился. «Их» нигде не было.

Они исчезли в результате взрыва — полностью анигилировались.

  • Где они — спросил я у стоявших рядом. — Их больше нет на земле, — ответили мне».

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ВОЛЯ НЕИЗВЕСТНОЮ

«Переходя из одного мира в другой, ты становишься дорогой,

которая идет через этот мир, и дальше другого, которая неизвестно

где начинается и неизвестно где заканчивается. И это движение и

покой — это полнота».

«Брат света»

Когда приходит реальность, все, что мы делали до этого, все, что мы будем делать, — не имеет значения. Мы ничего не можем сделать, чтобы приблизить ее. Относительно света той Реальности, о которой я говорю, мы только наблюдатели и ма­териал для ее работы.

Это не повод не делать того, что мы делаем. Это достаточ­ное основание, чтобы не держаться за наши творения — будь-то мысли, поступки, чувства или знания.

Есть три способа отношения с Силой. Это — борьба, бег­ство и приятие ее как естественного в мире и в себе.

Борьба с Силой создает лже действие, истерику непрекра­щающегося движения, суету.

Бегство приводит к бессмысленности и прозябанию, смерти при жизни, никчемности замкнутого страхом существования.

Приятие означает открытость дыханию Силы и оценка себя как ее материальной части.

Для одних давление Силы имеет характер постоянного ров­ного ветра, для других оно становится школой быстрых изме­нений направлений исследования. Нет несомненных, общепри­нятых правил реагирования на Силу, только некоторые зако­номерности.

Выбор — это продолжение каждого существа, и только глу­боко в себе каждый знает, куда он действительно продолжает­ся.

«... вокруг холма бегает красивая лошадь. Она хочет взбе­жать на холм, но ей мешает невысокий забор вокруг него. Она бежит вдоль забора, пока не перепрыгивает его.

После этого все исчезает и остается только ощущение гудя­щего тела, открывавшегося потоку...»

«...я слсжил руки лодочкой, и в них плещется какая-то гус­тая жидкость, просачиваясь между пальцев. Рассматриваю эту жидкость и не могу понять, что это такое. И ужасно жалко ви­деть, как она стекает по рукам, капает на пол и сразу исчезает. Тогда когда ее осталось совсем мало, понял — в моих руках плещется время, когда упадет последняя капля — я умру.

Я закричал, рванулся и тогда сообразил — это сон. Посмот­рел на ладони —они были мокрые. Провел ими по лицу и по-чувствовал, что щеки тоже мокрые. Наверное впервые в жизни я плакал во сне».

ИСТОЧНИКИ И ПРОЕКЦИИ

1

Источник сновидений — это Сила. Обычные сны создаются опосредованными источниками энергии, аккумуляторами энер­гии — желаниями, страхами, комплексами. Все подобные тво­рения Силы, как правило, считают личными или личностью.

Когда волна накатывается на берег, мы слышим гул, видим белую линию гребня, на берегу остается мусор, убывающие водные зароди, — менее всего мы видим саму воду.

Как бы человек ни удерживал внимание на личных источни­ках снов, кружении песчинок, иногда оно открывается, теряет навязываемую перспективу и видит нечто большее — волну вре­мени, молчания, одиночества, воздух и свет над океаном жизни. Каждый иногда встречается с целым и хоть немного помнит это, — иначе он бы не смог жить.

У вас могут быть тысячи иллюзорных снов, — это не значит, что вы, хотя бы иногда, не уходите в более далекие перспекти­вы сновидений. Их ценность не в том, что это вещие видения, не в изменениях направления жизни, даже не в силе жить, ко­торая остается после таких пробуждений, —это встреча с Иным.

«...мы поднимаемся из глубины вод-воздухов (это неопреде­лимая среда, которая есть время, меняет плотность, цвета, ста­новится все прозрачнее и легче по мере подъема). Мы — это я, видящий этот мир таким, и незнакомая женщина. Она поднима­ется в удалении от меня, но синхронно моему движению. Мож­но сказать, что она как моя половина, но отношения между нами не так однозначны, потому, что это отношения не «отсю­да». Они из более дальних перспектив, поэтому «здесь» они мо­гут видеться по-разному и все это будет верно — в частности. В этой женщине есть что-то очень родное, близкое и совершенно непостижимое для меня.

Мы одновременно оказываемся над водой-воздухом и видим солнце. В этой пустоте над — его лучи резки. Спокойная, отре­шенная суровость — вот, чем мы дышим здесь.

Когда солнце заходит, поднимается буря. В разрывах меж­ду огромными волнами иногда даже обнажается «земля», и тог­да безжалостный свет этих высот становится виден и «там».

Чтобы укрыться от бури, мы ныряем во время и уже где-то там теряем друг друга. Я оказываюсь в какой-то группе людей, видимо это пригород большого города, мы идем по улице. Не­заметно оглядывая их, я «учусь» их манере поведения, стилю одежды, разговору — приходится быть очень внимательным,

чтобы соответствовать среде, за которую ты держишься. К тому же если это не столько среда общения, сколько весь этот воз­дух начинающегося города, запах заводов и подворотен, крики из баров — вкус времени.

Впоследствии, уже в повседневной жизни, я иногда ловил себя на том, что очень тщательно играю свою стопроцентную принадлежность тому, чем я занимаюсь, местам, в которых живу, воздуху, которым дышу — воздуху времени».

2

Что может дать сновидцу осознание цикличности его внима­ния к сновидению или Силе

Ответ: точность намереваний, основанную на верной оцен­ке сил, которыми он располагает (изменяющихся в каждый момент настоящего), и их природы. Ощущение единства накоп­лений индивидуальных энергий и их мировых источников, то есть знание дорог, по которым приходят различные силы в него - из него — через него.

Когда мы засыпаем, образы прошедшего дня или нечто вро­де них приходят волнами. И сны, и сновидения озаряются вни­манием «волна за волной». Внимание, как маяк, периодически гаснет и, припоминая сны, пробуждаясь, мы неподвижно ждем, когда через мгновение снова исчезнут во мраке Ничто, раство­рятся в свете наступающего дня и продолжающегося пути.

Уметь ждать, не забывая, зачем ты этого ждешь, можно только будучи в «центре» самого себя, будучи живым в глубине.

Цикличность сновидений и связанная с этим ограниченность исчезает, перестает работать по мере роста Силы и мастерства сновидца.

Вслушиваясь в течения своих глубин, осознавая их, мы мо­жем идти с ними, совпадая в устремлениях всех «этажей» свое­го существа. Идти при таком совпадении мы можем гораздо «дальше», чем тогда, когда мы ничего не знаем о своих сущнос­тных направлениях жизни и, скорее всего, мешаем их станов­лению множеством лишних вешей.

Научиться слышать настоящее в самом себе не так-то про­сто, хотя это также естественно, как дышать. В ситуациях смер­тельной опасности мы на какие-то мгновения различаем, как мало остается действительно нужным при приближении конца.

Настоящее, дух стучится к нам через сны. Сила вбирает нас в сновидениях, наполняет, приводит либо к более глубокому видению наших проблем, либо к тем силам и пространствам, которые нам нужны, — которым нужны мы. Воля и любовь идти за духом куда угодно, — возможно, это и есть свобода.

3

В основе нашего типа жизни, с точки зрения сновидца — золотое свечение намерения этой жизни.

На взгляд автора, «наш» тип это то, что называют «твари гос­подни». Сновиденческие встречи с другими «типами» всей сво­ей остротой и смертельной опасностью высвечивают простые истины, к которым мы приходим и другими дорогами.

Золото жизни — это не метафора. Чтобы не вопить на исхо­де дней своих о глупости прожитого и о бесполезно потрачен-

ном времени, честнее было бы с любого места наших путей вглядываться в то, что мы тратим.

Золотое время жизни слишком высоко и достаточно, как пиша для наблюдателя, чтобы тратить его на нечто лишнее. Необходимость, диктуемая глубинами духа, рвущегося к тому, что мы называем свобода, дает нам в каждый момент времени настройку на настоящее. Не питая ничего или как можно мень­ше лишнего своей жизнью, мы «собираем» сновиденческое вни­мание, очищаем его. Изменяя наш образ жизни, мы изменяем наш дух.

Сновидца на каждом новом, более высоком, с большими возможностями этапе преследует соблазн многих необязатель­ных действий. В силу этого ему необходима настройка на дав­ление ведущей его Силы. Намерения, созидающего из него не­что. Ему необходимо безмолвие пред сквозной мелодией его жизни.

4

Главное, что может сделать сновидение жизненно необходимым, — это поиск свободы. Поскольку ее присутствие чувствуется в любом мало-мальски пробужденном сновидении, а по мере дальнейшего пробуждения сила и трезвость ее присут­ствия возрастают, не оставляя никаких сомнений, то можно сказать, что нет каких-либо конечных и оформленных целей для сновидца. Любая из них «хороша» на какое-то время, как способ соблазнить нашу собственную силу присутствовать в при­сутствии духа.

Не нужно «вестись» своими концепциями сновидений. Наши представления —какими-бы они ни были — сотворены и со­ставляют часть плотности «этого», «дневного» внимания, от ко­торой, вдоль которой мы и совершаем свои реальные «внутрен­ние» путешествия.

Такие путешествия это не только переход внимания от од­ного объекта к другому. Это путешествие в отпущенности по­стоянного изменения, ибо то, что изменяется, есть лишь «по­чва», дороги, поверхность «внутреннего» ландшафта.

5

Вера сновидца — это страсть к бесконечности, к воздуху путешествий, к точности и простоте слежения охотника за ог­нем внимания, за духом и «внутри» ceбя, и «вовне».

Сно видение подразумевает отход от тех позиций, которые занимает зрение большинства представителей человечества в состоянии как бы бодрствования. Для этого используется сон как естественная возможность осознания собственной сущнос­ти, духа, выхода из физического тела и ограничений законов плотноматериального слоя мира.

То, каким обычно видим мир, только один из вариантов, часть «спектра» реальности, выделенная нашими чувствами, Для того, чтобы осознать множество других — равноправных, ре­альных — позиций внимания, нам нужно преодолеть частность, частичность имеющихся в нашем распоряжении органов чувств, а также пробудить и «натрудить» новые. Опыт, который дают сновидения, в каком-то смысле — бегство от мира. Бегство не ради чего-либо другого, нового, чертовски интересных распа­хивающихся миров, — а ради тотальности света бытия.

Ал.Панов

Школа сновидений

КНИГА ВТОРАЯ

«Я сижу на стуле в освещенном центре огромной сцены, и в темноте вокруг не видно ни кулис, ни зала, и кажется — их нет. Откуда-то сверху ко мне спускается микрофон, и я понимаю, что буду говорить в этот микрофон о снах. Я помню, что когда-то я говорил в этот микрофон стоя и говорил о другом. Но сейчас я предпочитаю рассказать о снах и что-то во мне счита­ет это наиболее необходимым в данный момент. Я начинаю говорить и думаю, что для зрителей, которых я не вижу, это кажется немного нудным и слишком сложным, но продолжаю тщательно описывать подробности качеств сновидений. Пото­му что считаю необходимой в говорении о сновидениях скурпулезность и внимательность ко всему, ко всем деталям, из ко­торых обозначается и проявляется смысл того другого способа быть живым, который и есть сновидение. С какого-то момента у меня на коленях появляется открытая книга, и я уже читаю её вслух.»

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОЙ КНИГЕ

К сожалению, язык второй книги сложен не так, как того хотелось бы автору. Вместе с тем, автор надеется, что эта осо­бенность текста не осложнит жизнь читателям.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 19 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.