WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 38 |
Это —чисто семейные ссоры, не имеющие ничего общего с естественной историей; толькоистория в собственном смысле слова, только общественная и политическая наукамогут дать объяснение такого рода борьбе. Напрасно рисуют нам мрачные картины"несовместимости темпераментов" различных европейских рас или различныхэтнических слоев французской нации, несовместимости, которой, как говорят нам,объясняются наши непрерывные войны: мы уже показали, что эти воображаемые расы— простыепсихологические типы, мозговые особенности которых нам еще неизвестны, и окоторых не может дать ни малейшего понятия никакое изучение черепов. Это не"естественноисторические", а прежде всего социальные продукты; они порождены ненаследственностью и не географической средой, а главным образом моральной,религиозной и философской. "Расы" — это воплощенные чувства и мысли; борьба рас перешла в борьбуидей, усложненную борьбой страстей и интересов; измените идеи и чувства, и выустраните войны, признаваемые неизбежными.

Книга вторая. Характергаллов.

Глава первая. Характер и учреждениягаллов.

Если мы соберем и классифицируем всесведения, сообщаемые нам древними о галлах, то мы увидим в них подтверждениесогласующихся между собой данных антропологии и психологии, а такжедоказательство полного контраста между так называемыми французскими латинами инастоящими итальянскими латинами или чистыми германцами.

Обратите внимание на основные свойствахарактера, явившиеся результатом смешения различных этнических элементов вГаллии, и вы увидите прежде всего, что чувствительность наших предков уже итогда характеризовалась нервной подвижностью, в которой нас упрекают внастоящее время, как в признаке "вырождения". Цезарь называл эту нервнуюподвижность "слабостью галлов". Римляне констатировали также у наших предков,как резкое отличие от их собственного характера, крайнюю склонностьвоспламеняться целыми группами и усиливать возбуждение каждого возбуждениемвсех. Современная наука называет это явление нервной индукцией. Этот результатнесомненно явился благодаря смешению белокурых сангвиников, а не флегматиков снервными и экспансивными кельтами. Белокурая раса отличается всеми своимипризнаками серьезности и постоянства только на севере, потому что именно тамвносится элемент лимфатизма, умеряющий сангвинический и нервный темперамент, вкотором постоянство не является основным свойством. Обратите внимание наэллинов, смешанных с пелазгами, т. е. на белокурых и длинноголовыхгиперборейцев, смешанных с смуглой и длинноголовой расой Средиземного моря: вэтой смеси много общего с характером галлов, в том, что касается ума илегкомыслия. Кельтский элемент всегда придает германо-скандинавскому большеживости и подвижности. По-видимому, все народы с большой примесьюкельто-славянского элемента, как, например, ирландцы и поляки, менеефлегматичны и менее владеют собой. Под умеренным небом Галлии, белокурое исмуглолицее население, по-видимому, соперничали между собой в подвижности изаразительной страстности. Враги уединения, галлы охотно соединялись в большиетолпы, быстро осваивались с незнакомцами, заставляя их садиться и рассказыватьоб отдаленных странах, "смешивались со всеми и вмешивались во все". Благодарялегкости, с какой они вступали в сношения с чуждыми народами и поддавались ихвлиянию в качестве победителей или побежденных, они сливались с другиминародами или были поглощаемы ими. Отсюда большое число смешанных наций, вкоторые они входили одним из составных элементов: кельто-скифы, кельто-лигуры,галло-римляне и т. д.

Дух общительности и быстро возникающаясимпатия порождают великодушие. Известно то место, где Страбон говорит, чтогаллы охотно берут в свои руки дело угнетенных, любят защищать слабых противсильных. Они наказывают смертью убившего чужестранца и в то же время осуждаютлишь на изгнание убившего своего согражданина; наконец, они охраняютпутешественников. Полибий и Цезарь говорят также об обществах "братства", членыкоторых, молодые воины, окружавшие какого-нибудь знаменитого вождя, связывалисебя взаимным обязательством быть безусловно преданными ему и "всходили накостер одновременно с тем, кто их любил". Здесь германец и кельт сливаютсявоедино. Как на теневую сторону этой картины, историки указывают нам начувственность галлов, доводившую их до всяких излишеств, на "легкие ираспущенные нравы, заставляющие их погружаться в разврат". Мишле думает, чтоесли галлы и были развратны, то им по крайней мере было чуждо пьянствогерманцев; однако Аммьен Марцелин сообщает нам, что "жадные до вина, галлыизыскивают все напитки, напоминающие его; часто можно видеть людей низшегокласса, оскотиневших от постоянного пьянства и шатающихся, описывая зигзаги".Народ напивался преимущественно различными сортами пива (cervisia, zythus) ирябиновым сидром (corma). Даже и в настоящее время наши бретонские кельты неотличаются трезвостью. В лучшем случае можно только предположить, что у кельтовпьянство носило менее мрачный характер, чем у германцев. По правде говоря,пороки варваров почти везде одни и те же. Однако трезвость южных народов,каковы римляне и греки, еще в древние времена резко отличалась отневоздержанности северян.

Общительность и мысль о других естественнопорождают тщеславие. Тщеславие галлов хорошо известно. Черная шерстяная одеждаиберов резко отличалась от ярких разноцветных и клетчатых плащей галлов свышитыми на них цветами. Массивные золотые цепи покрывали их "белые, обнаженныешеи". Они особенно старались не отпускать животов и даже, как говорит Страбон,наказывали юношей, полнота которых переходила известные пределы15.

Фанфаронство и хвастовство галлов частошокировало древних. Не следовало слишком доверяться этим веселым товарищам,замечает Мишле: они с ранних времен любили шутить. Слово не составляло для нихничего серьезного. Они давали обещание, затем смеялись и тем кончалось дело.Впрочем, речь не стоила им большого труда; они были неутомимые говоруны, иизвестно, как трудно было на их собраниях охранять оратора от перерывов:"Человеку, на обязанности которого лежало поддерживать тишину, — говорит Мишле, — приходилось бросаться с мечем вруке на прерывающего". Галлов упрекали также за их любовь к грубым шуткам.Полиен рассказывает, что однажды иллирийские кельты сделали вид, что обратилисьв бегство и оставили в покинутом лагере множество кушаний с примесьюслабительного.

В умственном отношении галлы уже отличалисьживостью, понятливостью, находчивостью. Цезарь восхищается не только ихталантом подражания, но также и их изобретательностью. Они изобрели множествополезных предметов, скоро вошедших в употребление у других народов: кольчуги,ковры с украшениями, матрацы, сита из конского волоса, бочки и пр. Все древние,и в частности Страбон, признают галлов очень способными к культуре ипросвещению. При их гибком и живом уме, они всем интересуются и ко всемупроявляют способность. Усваивательные способности этого народа были такудивительны, что даже возбуждали беспокойство. Лишь только они входят всоприкосновение с македонскими или марсельскими греками, как уже перенимаютгреческий алфавит, обучаются оливковой и виноградной культуре, заменяют водувином, молоком и пивом, чеканят монеты по образцу греческих, искусно копируютгреческие статуи, в особенности Гермеса. Быстрота, с какой они ознакомились сримской цивилизацией, поистине поразительна.

Что касается области воли, то самойвыдающейся чертой галльского характера, если судить по изображению его Цезарем,является та страстность, которую позднее называли furia francese. Быть может,это было следствием смешения трех пылких рас Другой не менее известной чертойбыла храбрость и презрение к смерти, доходившее до опьянения, напоминавшегосумасшествие: non paventi funera Galliae. Галлы играли со смертью, искали ее;среди битвы они сбрасывали с себя одежды и кидали в сторону щиты; после битвыони часто собственными руками раздирали свои раны, чтобы увеличить их игордиться ими. Первым правилом их чести было никогда не отступать, а честь дляэтой в высшей степени общительной расы составляла все; они пускали из лукастрелы в океан, шли с мечем в руке против неба; часто они, чтобы выказатьмужество, упорно оставались под пылающей крышей. Кто не читал тех страницМишле, на которых он рассказывает, как они за известную сумму денег илинебольшое количество вина обязывались умереть Они всходили на эстраду,раздавали своим друзьям вино или деньги, ложились на щит и подставляли горло.Согласно с Цезарем, Страбон дает нам следующее описание характера галла,сделавшееся классическим: "раздражительный", до безумия воинственный, скорый набитву, "но впрочем простой и незлобивый". При известном возбуждении, эти люди"идут прямо на врага и нападают на него с фронта, не справляясь ни с чем.Вследствие этого их легко победить хитростью. Их вовлекают в битву когда и гдеугодно; поводы не имеют значения: они всегда готовы, хотя бы у них не былодругого оружия, кроме их рук и храбрости". Однако "путем убеждения их легкосклонить к полезным решениям". Невыносимые как победители, "они впадают вуныние, когда побеждены". Так как они действуют под непосредственнымвпечатлением и необдуманно, заключает Страбон, то их предприятия страдаютотсутствием политического смысла. Флавий Вописк называет галлов самымбеспокойным народом на земле, всегда готовым переменить вождя и правительство,всегда ищущим опасных приключений.

При таком страстном и увлекающемсяхарактере, галлы не чувствовали расположения к дисциплине и иерархии. Малосклонные отступать от своих личных желаний, они инстинктивно стремились кравенству. Даже привилегия возраста была им всегда ненавистна. У них все братьяполучали равную долю, "как равна длина их мечей". В Германии мечи также былиравной длины; но старший кормил там своих братьев, довольных тем, что каждый изних занимал соответствующее его возрасту место среди единого и нераздельногодомашнего очага. У кельтов закон равной доли в наследстве обязывал каждоепоколение к разделу, влек за собой постоянный переход собственности,нескончаемую экономическую революцию. Это служило также поводом к бесконечнымраспрям и вражде.

Нелегко различить у древних народов, чтобыло следствием тех или других особенностей их рас и что являлось результатомобщих законов, применимых ко всякому общественному развитию, или, выражаясьиначе, составляло "социологический процесс". В области религии, земельных,имущественных и семейных отношений, даже в области искусства и литературысуществует правильная последовательность явлений, наблюдаемая у всех народов иобусловленная потребностями общественной жизни. Чистые историки, как древности,так даже и современные, собрали массу исторического материала, не всегда умеяобъяснить его: психология, а особенно социология чужды им. Отсюда этизапутанные споры о религиях, собственности, феодальном режиме, в которыхисторики различных стран патриотически восторгаются тем или другим древнимучреждением или верованием предков, тогда как социолог находит его повсюду ивидит в нем необходимое звено в цепи социальной эволюции.

Множество подробностей общи всемпервобытным религиям, всем первоначальным родовым и семейным учреждениям, всемискусствам, всем литературам примитивных народов, каково бы ни было ихэтническое происхождение. Так называемая "заря расы" не что иное, как заряобщественного развития, а "сумерки расы" — не что иное, как известныепертурбации, обусловленные критическими моментами социальногоразвития.

Тем не менее мифология галлов представляетнекоторые любопытные черты, бросающие новый свет на их характер. Известно, чтодревние часто упоминают о силе и значении, какие имела в Галлии вера вбессмертие: смерть считалась только моментом "длинной жизни", и это было однойиз причин, в силу которых храбрые по натуре галлы встречали смерть с улыбкой наустах. Впрочем, подобно всем дикарям, они думали найти в будущей жизни своего"двойника", новую телесную оболочку, подобную их земной, и общество, средикоторого будет продолжаться их воинственная жизнь. Они были безусловно уверены,что будут нуждаться там в двойниках своих лошадей, колесниц, оружия иневольников. По словам Валерия Максима, они были уверены даже, что встретят тамтени своих кредиторов и что смерть не освобождала их от земных долгов. СогласноЦезарю, все, чем обладал умерший при жизни, бросалось на его погребальныйкостер: домашние животные, оружие, невольники и даже клиенты. Диодор говорит,что туда бросались также письма, адресованные умершим родственникам. Как всепримитивные народы, германцы снабжали мертвецов тем, что могло понадобиться имв загробной жизни: они сжигали или зарывали в землю оружие и лошадь. Припогребении знатных мертвецов признавались обыкновенно необходимыми человеческиежертвы.

Культ мертвых, быть может более интенсивныйи несомненно более долговременный в Галлии, чем в государствах классическогомира, должен был остаться одним из самых живучих чувств нашей нации,общительность и привязчивость которой проявлялись даже по отношению к загробнойжизни.

Другой чертой кельтской мифологии, болееоригинальной, чем предыдущая, являлось поклонение, кроме богов дня,противопоставляемых богам ночи, еще некоторым идейным божествам: триада изБриана, Иншара и Уаара (Brоan, Inchar, Uaar) олицетворяла гений, художественноеи литературное вдохновение. Богу Огме приписывалось изобретение огмеическогописьма. Существовал также бог красноречия, изо рта которого, как известно,выходили золотые цепи. Эта подробность имеет значение как свидетельствоврожденной любви к красноречию, о которой упоминает Цезарь, и способностиподдаваться обаянию, "цепям" красивых речей.

Последняя и наиболее важная черта— это сильнаяорганизация и могущество жреческого сословия. Все писатели древности,интересовавшиеся Галлией, поражались господством галльского духовенства; ничегоподобного не существовало тогда ни у греков, ни у римлян; надо было обратитьсяк Египту или Халдее, чтобы встретить жреческую касту, равную по могуществудруидам. Римляне, у которых религия имела чисто формальный и обрядовойхарактер, и была вполне подчинена политике, совершенно не понимали силырелигиозного чувства у галлов, которых они называли "самой суеверной нацией вмире".

Древние оставили нам рассказы о том, какгаллы искали "змеиных яиц" и собирали омелу. Выслеживавший и подстерегавшийчеловек, говорит Плиний, бросался, схватывал в полотенце яйцо и убегал, потомучто змеи преследовали его. Это яйцо служило талисманом: оно помогало выигрыватьтяжбы и приобретать расположение сильных. Что касается дубовой омелы,вылечивавшей от всех болезней, то Плиний описывает, как друид в белой одеждесрезывал ее золотым серпом. Но в этих суевериях не было ничего характерного, идуб считался священным деревом по преимуществу у многих арийских народов,начиная с греков и италийцев и кончая германцами и галлами.

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 38 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.