WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

O.S.Walters

RELIGION AND PSYCHOPATHOLOGY

РЕЛИГИЯ И ПСИХОПАТОЛОГИЯ

("Comprehensive Psychiatry", 1964, vol. 101, N 5, pp. 24-35)

 

Религиозная вера и ее практическое выражение играют огромную роль в эмоциональной сфере, мышлении и поведении человека. Признавая этот факт, ведущие психиатры советуют относиться к религии более серьезно и принимать ее к рассмотрению, когда речь идет о понимании и лечении пациента.

Религия и психопатология нередко сосуществуют одновременно. Широко известна религиозная убежденность при психозах. Религиозные идеи могут также присутствовать в структуре невротических состояний. Подобное сочетание религии и патологии у одного пациента обуславливает важность дифференциации нормального и патологического религиозного опыта.

Starbuck, один из первых исследователей психологии религии, утверждал необходимость выделения критериев для такой дифференциации:

"Групповые исследования позволяют устанавливать индивидуальные критерии. Иметь четко обоснованную типологию для оценки религиозных феноменов так же важно, как иметь стандарты в физике, формулы в математике и законы в химии. Может быть даже важнее, поскольку здесь речь идет о вещах неосязаемых".

Многие из ученых, исследующих психологию личности, отрицают возможность провести грань между нормальным и патологическим. В обзоре литературы Jahoda (1958) признается трудность обнаружения единого базиса согласия о концепции психического здоровья, однако делается вывод о том, что ультимативным критерием является отношение индивида к реальности.

Starbuck осознавал трудности обоснования критерия нормальности: "Даже для двух человек затруднительно согласиться о том пределе, за которым нормальный религиозный опыт переходит в патологический. Демаркационная линия зависит от общего отношения личности к религии, темперамента, узости или широты суждений. Таким образом, те, кто хочет обнаружить аномальные тенденции, обязательно будут уверены в том, что нашли их".

РАЗНООБРАЗИЕ РЕЛИГИОЗНОЙ ПСИХОПАТОЛОГИИ

Исследованием, получившем наибольшее признание в области психологии религии является работа William James "Разнообразие религиозного опыта". James описывал свои Гиффордские лекции как "лабораторную попытку эстрагировать из частностей религиозного опыта некоторые общие факты, представленные в виде формул, с которыми может согласиться каждый". Рассматривая множество отдельных случаев, он пытается "свести религиозность к набору терминов, которые были бы приемлемы для всех, чтобы добиться общего согласия в оценке валидности религиозного опыта". James заключает: "Я только перевожу на схематический уровень то, что является инстинктивным убеждением человечества: Бог реален, поскольку Он обуславливает реальные эффекты".

James не интересуется различием между нормой и патологией в религиозной сфере. Он не старается отличать странные или непонятно атипичные случаи, в которых несомненно присутствует патология. Напротив, он указывает, что "невротический темперамент может повышать чувствительность к высшей реальности". Он писал о том, что природа религиозных переживаний становится наиболее очевидной у психопатических личностей, со склонностью к одностороннему, преувеличенному и крайне интенсивному восприятию. Подобный подход наполняет страницы книги явной психопатологией. Он сам признает это, указывая на то, что явлении может быть лучше понято в его преувеличенном и даже извращенном виде.

Немедленно после выхода книги, James был подвергнут критике со стороны Starbuck за искажающе преувеличенные характеристики приведенных примеров. Возвращаясь к этому вопросу, Pratt (1944) замечает: "примеры одержимых, диссоциированных умственных состояний не имеют того высшего смысла, который приписывал им James. Совершенство человека в религиозной жизни, также как и в любой другой сфере, лежит через целостность и рациональность его личности".

Идее особой связи гениальности и безумства, творчества и душевной болезни посвящено исследование Kubie. Оспаривая Freud и других, обосновывающих подобную связь, он определяет, что "подобные утверждения являются поверхностными и сомнительными догадками". Kubie обнаруживает, что болезнь коррумпирует, искажает и блокирует креативность. Он говорит о деструктивном воздействии невротического процесса. "Бессознательное - это наша смирительная рубашка, оно ведет нас к стереотипности и бесплодности мышления, что характерно для неврозов". Он задается вопросом: "Возможно ли знание даже об объективном мире вокруг нас, если учесть, сколько искажающих фантазий мы проецируем в него без знания о внутреннем мире, откуда эти проекции исходят"

Рассказы о религиозных переживаниях, пронизанных явной психопатологией могут привести к тому, что вся сфера религиозного опыта воспринимается как патология.

Термины "больная душа" и "здравый рассудок", которыми обозначается наличие или отсутствие психопатологии в работе James, по его собственному уверению есть "чистая абстракция". Подобная нечеткость в определениях здоровья и болезни может объясняться личными особенностями самого исследователя. Его биограф отмечает: "Колебания, резкие перемены настроения, перепады от состояния "больной души" к "здравому рассудку" были его характерологической особенностью".

РЕЛИГИЯ И ПСИХОПАТОЛОГИЯ У FREUD

Подобно James, Freud оказал далеко идущее влияние на развитие психологии религии. Его взгляды на религию выразились в теории и практике психоанализа. Его тоже не занимает поиск критериев нормального и патологического в религиозном опыте. Мнение Freud о религии основано на теоретических размышлениях, а не не эмпирическом наблюдении. Его первая статья о религии посвящена аналогии между навязчивым неврозом и религиозной практикой. Что касается невроза, то его описание построено целиком на эмпирическом наблюдении, в то время как его концепция религии выявляет полное незнакомство Freud с ее истинной сущностью. В 1907 и позже, в 1928 году он описывает религию как универсальный невроз, находясь под воздействием которого, религиозный человек надежно предохранен от частных форм неврозов.

Сама по себе личность Freud может быть рассмотрена в качестве примера того искажающего и блокирующего воздействия невроза, о котором упоминает Kubie. Zilboorg, подмечая прослеживающийся на протяжении всей жизни страх смерти у Freud, описывает его пессимизм и мрачность как симптомы депрессивного невроза. Этот невроз определяет все его мышление и окрашивает скепсисом его отношение к религии. Будучи последовательным защитником психоанализа, Zilboorg, тем не менее обозначает взгляд Freud на религию как астигматический.

Согласные с концепцией Freud ученые, также признают, что его взгляд не основан на клинических данных. И хотя психоаналитическая психиатрия по-прежнему предполагает узнавать больше о психологии религии от "наших пациентов", остается неясным, что же принесет предубежденный психоаналитик от исследования патологической личности в нормальную психологию религии.

РЕЛИГИОЗНЫЙ АСПЕКТ ШИЗОФРЕНИИ

Для психиатра важно понимание религиозных симптомов психоза. Linn and Schwartz писали о сходстве клинической картины острой шизофрении и религиозного переживания. При этом, как на важнейший источник они ссылаются на работы A.Boisen.

Boisen сформулировал теорию, которой объяснял собственное шизофреническое заболевание в 1920 году и поддерживал эту гипотезу в своих книгах последующие 40 лет. Он исходит из анализа собственных пяти отдельных приступов, которые расценивает как "источник наиболее глубокого и безошибочного разнообразия". Его теория принята в среде последователей движения клинической пастырской заботы, пионером которой он являлся.

Соответственно его гипотезе, психоз это религиозный процесс, при котором, личность, находящаяся в расстройстве, пытается усвоить значимые аспекты подлинной философии жизни. Boisen верит, что эмоциональный сдвиг при шизофрении является целе-полагающим и проблемо-разрешающим опытом, в результате которого личность может быть как построена, так и разрушена. Психоз, таким образом, не может рассматриваться как чистое зло, в силу своего креативного потенциала(1954). После разрушения психотического мира, на его обломках может быть выстроено здание, более великолепное, чем первоначальное. Он убежден на собственном опыте, что "для меня было необходимым пройти очистительный огонь страшного психоза прежде чем я вступил на обетованную землю творческой активности"(1960).Он не смог найти ясных указаний в психиатрической литературе о том, что после психоза, человек может подняться на более высокий личностный уровень. Тем не менее идея о потенциальной конструктивности психотического опыта проходит через все его работы.

Clark поддерживает идею Boisen о том, что люди, перенесшие опыт психоза, становятся доступными новому, неожиданному смыслу. Он утверждает, что кататоническая форма шизофрении может обогащать мышление после разрешения процесса. Oates пишет: "Болезнь может нести в себе пророческий элемент. Распространенная на Востоке почтительность обыкновенных людей к душевнобольным, как к особо близким к Богу, является указанием на то, что первые коснеют в своем обыденном, примитивном сознании".

Взгляд Boisen на шизофрению озадачивает психологию религии вопросом о том, насколько религиозный опыт психотика применим для нормального религиозного сознания, а также проблему того, насколько правдив отчет о духовном мире человека с ненормальным восприятием и мышлением.

Наиболее важной характеристикой шизофрении является нарушение контакта с реальностью. Однако искажения, встречающиеся при неврозах, также приводят к ухудшению восприятия действительности. Шизофреники испытывают наибольшие трудности при различении фантазии и реальности. Их мышление алогично и бессвязно, ассоциативная активность при этом нарушена. На это наслаиваются бредовые расстройства. Помимо дефекта мышления, они не могут интерпретировать внешние события из-за нарушенного восприятия.

При изучении шизофрении, часто исследование идет в направлении установления корреляций между пре-психотическими паттернами и психотической продукцией. Часто последняя является не только продолжением, но и следствием первых. Подобное утверждение поддерживает психогенную этиологию шизофрении.

Boisen не только согласен с этим, но рассматривает шизофрению как валидный религиозный опыт вследствие "чувства тайны, появления идей, о которых пациент ранее не слышал, обнаружения себя находящимся в тесной зависимости с могущественной личной силой, которую можно назвать Богом".

Таким образом, этот подход не только предполагает, что психотики причастны к нормальному религиозному опыту, но и то, что шизофренические впечатления о религиозной реальности верны и могут обогатить нормальную религиозную личность.

Lowe после серии наблюдений за пациентами с религиозным бредом определил, что религиозная заряженность являлась следствием выраженного личностного расстройства, а не его причиной. Она несет в себе большую тревогу, чем подлинный религиозный мистический опыт.

В классической монографии Bleuler указывается на то, что религиозный бред, как правило, возникает при наличии предшествующего религиозного интереса. Bleuler признает, что некоторые пациенты после перенесенного психоза производят лучшее впечатление, но связывает это с дефектностью "поврежденного Я".

КУЛЬТУРАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ

Культуральные факторы могут играть роль в религиозном аспекте шизофрении. Klaf and Hamilton (1961) сравнили шизофренические симптомы в зависимости от их частоты, встречавшиеся в 19 и 20 веке. Они обнаружили, что религиозные симптомы встречались в прошлом веке в три раза чаще, чем в нынешнем. Таким образом, по их мнению, религиозные и сексуальные мотивы при шизофрении являются культурально детерминированными.

РЕЛИГИЯ В КОНТЕКСТЕ ЗДОРОВЬЯ

Психология религии тесно связана с психопатологией. James расширил границы религиозного опыта, посредством включения психопатологии, в то время как Freud расширил психопатологию, включив в нее религию. Таким образом психология религии потеряла очертания своих границ.

Но дилемма находит свое разрешение. Kubie рассматривает испытуемого как невротика, при доминировании бессознательного и нормальным, когда доминируют сознательно-пресознательные структуры. Zilboorg признает возможность дифференциации нормальных и патологических состояний, когда речь идет о религиозных феноменах, при этом он утверждает, что большую часть того, что мы знаем о разуме, мы получили благодаря психопатологии. Нормальный человек, по его мнению, не может быть непосредственным объектом наблюдения, но картина нормы реконструируется из патологического опыта.

Возрастающая коллаборация между психиатрией и религией сближает священника и психиатра. Программы пастырского тренинга знакомят служителей с различными формами ментальной патологии. Однако нет подобной тенденции для ознакомления психиатров с религиозным опытом в его здоровом выражении. Многие психиатры, воспитанные на вере во фрейдистские принципы, отказываются сотрудничать с Церковью. Те, кто призван выносить заключение о нормальных или патологических личностных проявлениях, оказываются отрезанными от практического знакомства с религией, находящей конструктивное и целостное выражение у нормальных личностей.

Б И Б Л И О Г Р А Ф И Я

Boisen A. (1936) The Exploration of the Inner World

Boisen A. (1954) Religion and Crisis in Custom

Boisen A. (1960) Out of the Depths

Clark W.H.(1958) The Psychology of Religion

Kubie L.S.(1958) Neurotic Distortion of the Creative Process

Linn L.and Shwartz L.W.(1958) Psychiatry and Religious Experience

Oates W.E.(1955) Religious Factors in Mental Illness

Pratt J.B.(1944) The Religious Consciousness

Starbuck E.D.(1902) The Psychology of Religion

Zilboorg G. (1962) Psychoanalysis and Religion




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.