WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

Институт экономики переходного периода

103918, Россия, Москва, Газетный переулок д. 5 Тел./ факс 229 6596, www.iet.ru

Результаты выборов, как показатель спроса на институты на примере голосований в течение первого послереволюционного десятилетия в странах с переходной экономикой и молодой демократией

Авторы:

Мау В.А. - руководитель проекта

Яновский К.Э.

Жаворонков С.В.

Черный Д.С.

Москва

Март 2001 г.

Оглавление

Оглавление 2

Введение 3

Обзор литературы 5

Основные направления политэкономического анализа 5

Описание моделей 10

Описание переменных 10

Международная модель 10

Межрегиональная модель 16

Направления дальнейших исследований и практические рекомендации 20

Список использованной литературы 21

Статьи и монографии на исностранных языках 22

Web-сайты 23

Приложения 24

Введение

В существующих политико-экономических исследованиях влияние политики на экономику, в основном, сводится к теории политико-делового цикла (Нордхауз). Глубже и с практической точки зрения продуктивнее исследовались вопросы обратного влияния – экономической ситуации, а также восприятия таковой населением на исходы выборов в рамках противостояния власть – оппозиция.

В данной работе предпринята попытка осветить вопрос влияния выборов на экономическую ситуацию в условиях переходных демократий.

Долгосрочная цель настоящего исследования исследования – получение и апробация методики оценки общественного спроса на институты. Или, в частном случае, оценка параметра, который Бальцерович («Социализм. Капитализм. Трансформация. Очерки на рубеже эпох»1) назвал «готовностью одобрить радикальные экономические средства».

Базовая гипотеза лежащая в основе исследования заключается в том, что предпочтения избирателей значимо влияют на тип и особенности формирующейся институциональной структуры, а через них – на динамику макроэкономических показателей.

В той же книге Бальцерович отмечает «процессы в политической сфере», как группу переменных, влияющих на политику. Правда соответствующие главы не предлагают возможностей для количественной оценки такого влияния.

Между тем, такие возможности, как нам кажется, лежат на поверхности. Прежде всего, это - электоральная статистика. Если считать, что партии в переходной демократии (а не просто в стране с переходной экономикой, к каковым относится и Узбекистан с Беларусью) являются носителями определенных стратегий и, прежде всего, предложений по выбору пакета институтов, то результаты выборов отражают спрос избирателей на те или иные пакеты институтов.

Правда, здесь необходима строгая и формальная классификация партий, как носителей таких пакетов. Подходы к ней имеются и использовались (правда, для классификации за – против правительства) в работе по предыдущему проекту. Благодаря же доступности и общеизвестности фактов по участию партий как в коалициях, поддерживавших проводившиеся реформы, так и противостоявших реформам и, с другой стороны, участия в международных объединениях по идеологической ориентации (от Социнтерна и левых либералов до праволиберально- консервативного IDU), издержки на такую классификацию становятся разумно ограниченными.

Следует еще раз подчеркнуть то обстоятельство, что основной принцип классификации не за- против власти, а за- против институтов открытого общества. Кроме того, стоит оговориться, что, как и в предыдущих проектах в данном разделе используются данные федеральных выборов.

Имеющиеся материалы позволяют построить как международную модель (по переходным демократиям вообще) так и межрегиональную модель.

Исходным материалом является, прежде всего, электоральная статистика. Если считать, что партии в переходной демократии (а не в стране с переходной экономикой) являются носителями определенных стратегий и, прежде всего, предложений по выбору пакета институтов, то результаты выборов отражают спрос избирателей на те или иные пакеты институтов. Строгая и формальная классификация партий, как носителей таких пакетов разработана и частично использовалась (правда для классификации за – против правительства) в работе по предыдущему проекту2.

Результаты выборов (с помощью уже проводившихся социологических исследований) можно интерпретировать для оценки некоторых компонент человеческого капитала (способности к адаптации3, «социального оптимизма», способности к самоорганизации, к кооперации вообще, уровень терпимости, а значит – косвенно - уровень издержек на взаимодействие).

Следует еще раз подчеркнуть то обстоятельство, что основной принцип классификации в данном исследовании не за- против власти, а за- против институтов открытого общества.

Наряду с электоральной статистикой предполагается воспользоваться рядом иных переменных, характеризующих, прежде всего, исходное состояние институтов, а также позиции руководителей исполнительной власти регионов (принятие определенного типа решений, голосования в Совете Федерации губернаторов), избиравшихся в условиях борьбы носившей идеологически менее выраженный и сложноформализуемый характер. Для оценок использовались данные политико-экономического исследования российских регионов, проведенного в рамках проекта CEPRA.

В работе используются две модели (или, точнее, два семейства моделей) – международная и региональная. Они, в целом, построены на одной идее, но несколько отличаются по набору переменных

Обзор литературы

Основные направления политэкономического анализа

«Готовность одобрить радикальные экономические средства», о которой писал Бальцерович проявляется, прежде всего, в способности или неспособности лидеров реформ сформировать выигрывающую коалицию в их поддержку. Напрямую проблема «спроса на реформы» в таком виде не могла дискутироваться ранее. В отечественной литературе направление «экономика и выборы» трактуется, прежде всего, в направлении творческого развития аналогичных американских моделей (например М.Гамбарян, В.Мау “Экономика и выборы: опыт количественного анализа”, в сборнике “Российская экономика в 1996 году. Тенденции и перспективы”. ИЭППП, М., 1997, стр.63-75, Мау В., Кочеткова О. и Жаворонков С. «Экономические факторы электорального поведения (Опыт России 1995-1996 годов)”). Проблема влияния политики на экономику пока исследуется, прежде всего, в рамках моделей политико-делового цикла4.

Важно отметить, что В.А.Мау предложил рассматривать в моделях данные по голосованиям на федеральных выборах в регионах рассматриваемые как набор независимых наблюдений.

Некоторые интересные частные проблемы проведения отдельных преобразований – изменений налогов (их «цена» для реформаторов) анализируются в статье The Political Costs of Taxes and Government Spending. "Canadian Journal of Economics" Feb. 1997 30(1) (Landon S, Ryan D.L.) Sobel R.S., а также в статье "The political Costs of Tax Increases and Expenditures Reductions: Evidence from State Legislative Turnover" Public Choice July 1998 96 (1-2).

Проблема формирования выигрывающей коалиции в поддержку реформ

Эта проблема нашла отражение как у отечественных, так и зарубежных авторов, в том числе и в работах посвященных реформам 90-х. Косвенно, как проблему выживания ответственного политика в условиях активного наступления перераспределительных коалиций поставил Джеймс Бьюкенен5.

В Е.Т.Гайдар в книге «Дни поражений и побед»6 вспоминает: «Впервые вопрос о необходимости реформаторов активно включиться в политическую работу передо мной поставил весной 1992 г., во время моего визита в Прагу, Вацлав Клаус, тогда министр финансов Чехословакии…Разговор тогда … оказался для меня неожиданным (!) и важным. … голова была забита … показателями инфляции и процентами роста денежной массы. Мы обсудили эти темы с Клаусом, а потом он вдруг резко повернул разговор на политику. Общий смысл его слов: «Я говорил Бальцеровичу, он меня не слушал, теперь повторяю вам – все эти экономические тонкости интересны и по большому счету нам всем понятны, но если вы не сумеете создать политическую базу поддержки рыночных реформ, то навсегда останетесь заложниками политических маневров тех, кто позвал вас в правительство. Это очень легко может перечеркнуть все, что выделаете или собираетесь делать. Важнейшая задача - консолидация политических сил, способных стать базой поддержки проводимых реформ. Как часто вы выступаете в аудиториях перед публикой, объясняете свои взгляды, убеждаете Редко А я вот не жалею для этого времени, делаю это несколько раз в неделю". Конечно, легче всего было отмахнуться от сказанного… " и далее: "Лидеры … демократических групп неоднократно предлагали мне включиться в политическую борьбу. Все подобные предложения я отклонял, ссылаясь на то, что это не мое поле деятельности" (выдление мое - К.Я.).

Демонстрируемый Гайдаром в данной книге дефицит воли к политическому лидерству ставит вопрос о принципиальной возможности "технократического" правительства проводить реформы. Тем более в революционных условиях (и в смысле глубины преобразований, и согласно определению революции В.А.Мау7 и И.Стародубровской - как реформ в условиях слабого, то есть в принципе, политически неспособного эффективно собирать налоги и сводить бюджет, государства; в один их исторических переходных моментов, когда воля лидера решает особенно много). Особенно очевидным становится этот тезис при сравнении реформ в России с реформами куда меньшего масштаба и значения - в Великобритании 80-х.

В качестве материала для сопоставления может использовалаться книга С.П.Перегудова «Тэтчер и тэтчеризм», М., «Наука», 1996, представляющая собой систематичное и аккуратное описание предыстории и истории праволиберальных реформ в Великобритании 1979-90 гг. Книга дает как материал для сравнительных институциональных исследований, так и для анализа с использованием инструментария теории общественного выбора, включая теорию политико-делового цикла.

Автор использует запоминающийся термин «комплекс социальной ответственности», иллюстрирующий ряд фундаментальных отличий между право-популистским, радикально-либеральном (в классическом смысле) крылом тори - сторонников Тэтчер и социал-реформистским партии, составленном, в значительной мере, из старых аристократов и, безусловно, вдохновляемым ими.

Книга, в частности, дает возможности сравнить подходы к обеспечению массовой поддержки реформ в развитой демократии с теми, которые стихийно-случайно складывались в переходных демократиях стран Центральной и Восточной Европы. Хотя ряд находок можно было вполне "импортировать" вместе с правовыми институтами.

Научно-теоретическую базу реформ в Великобритании обеспечили такие организации, как Институт Адама Смита, Институт экономических проблем за которыми стояли авторитеты Хайека и Фридмана «Связкой» интеллектуальных центров с партийным руководством стал Центр политических исследований, созданный при поддержке М.Тэтчер одним из лидеров правого крыла партии Китом Джозефом. Здесь стоит отметить, что аналоги этих структур в России как раз имелись (и российский "Институт экономических проблем" переходного периода, Институт национальной модели экономики, своеобразный правительственный НИИ - Рабочий центр экономических реформ и т.д.).

Своеобразным индикатором смены общественных настроений, смены «знака» доминирующего спроса в обществе на политические решения стали переходы видных политиков и журналистов из лагеря в лагерь. Переходы лейбористов в «тори» в 70-е и тори в лейбористы и либералы в 90-х.

Так, бывший лейбористский министр Реджинальд Прентис, бывший депутат – лейборист Вудро Уайят, видный и бывший левый историк и публицист Хью Томас, сотрудничали в ЦПИ. Директором Центра был журналист и экономист Альфред Шерман, бывший левый лейборист. Отчасти к ним примыкает бывший лояльный служащий лейбористского министерства экономики (ведомство, сочинявшее «пятилетние планы») Самуэль Бриттен. Символично, что Х.Томас и А.Шерман, как и Оруэлл – ветераны войны в Испании (одним из лидеров движения в поддержку Испанской республики был У.Черчилль, в то время, как руководство лейбористов занимало пассивную позицию, фактически поддерживая «невмешательство»).

Любопытно следующее обстоятельство. Депутаты, пересаживавшиеся в 90-е гг с "консервативных" на либеральные или лейбористские скамьи не отличались особыми доблестями и заслугами (дело разумеется, не в особой притягательности консервативных идей, а в насущности и значении перемен в 70-е и в 90-е, издержки которых накануне прихода к власти Тэтчер были несоразмеримо выше, чем издержки решения о частичном переделе увеличившегося национального пирога; масштаб предстоящих задач определял и требования к масштабу личностей). Примеров подобного рода "переходов" из лагеря в лагерь история российских реформ знает сотни.

Поддержку британским реформам обеспечила широкая коалиция взаимодополняющих сил, в которой к фракции тори в парламенте примыкали организации "массовой партии". А к тем и другим огромный конгломерат институтов и структур. От уже упомянутых внепартийных интеллектуальных центров, до таких также формально неполитических массовых организаций, как "Национальная ассоциация налогоплательщиков", "Национальная федерация самостоятельных работников", "Ассоциация среднего класса", "Ассоциация самостоятельных работников", наконец, уже вполне политической "Национальная асоциации за свободу" (позднее - "Ассоциация Свободы").

Пропагандистские возможности коалиции усиливались трибуной независимых от власти и партии СМИ. Так, уже в период премьерства Тэтчер ее активно поддерживали газеты, купленные Мердоком ("Таймс" и "Сан"), а также традиционно консервативные издания такие, как "Дейли телеграф", "Санди телеграф", "Спектейтор". При нейтралитете "Экономист" и "Файненшл Таймс" было обеспечено и тиражное и интеллектуальное превосходство над левыми изданиями, такими, как "Обсервер", "Гардиан", "Нью стейтсмен", "Нью сосаяти" и "Дейли миррор".

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.