WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 |

Распределение общего объема доходов населения между 20%-ными группами с разным уровнем обеспеченности в 1999 г. не изменилось по сравнению с 1998 г.

В начале 1999 г. происходил достаточно резкий рост величины прожиточного минимума, в осенние месяцы, как и в предыдущие годы, в связи с сезонным падением цен на овощи, величина прожиточного минимума снизилась, а затем стабилизировалась. В целом за год величина прожиточного минимума увеличилась примерно на одну треть (декабрь 1999 г. к декабрю 1998 г.) В течение всего года доля нуждающегося населения с доходами не выше прожиточного минимума постоянно снижалась – с 37,7% в I квартале и 35% во II квартале до 26,3% в четвертом квартале (главным образом, за счет роста доходов в декабре). Можно ожидать, что, если методика расчета данного показателя Росстатагентством не изменится, доля бедного населения в первом квартале 2000 г. составит примерно 30%.

Денежные расходы. В первой половине 1999 г. продолжилось повышение доли расходов населения на приобретение товаров и оплату услуг относительно общего объема доходов населения (до 85% с 75,5% в первой половине 1998 г.), достаточно низкой оставалась в течение всего года доля организованных сбережений в общем объеме доходов (в отдельные месяцы она колебалась от 2,4 до 4,7%). Во второй половине года доля потребительских расходов в общем объеме доходов начала снижаться: если в третьем квартале она еще превышала 75%, то уже в четвертом составила около 75%. (Подобный уровень был характерен для докризисной первой половины 1998 г.)

После августа 1998 г. доля расходов населения на покупку иностранной валюты в общем объеме денежных доходов оставалась примерно на одном уровне и составляла от 8 до 9%.

В течение первых трех кварталов 1999 г. розничный товарооборот был устойчиво ниже того же периода 1998 г. – сокращение объемов оборота колебалось в пределах 10-14% и было достаточно равномерным по отдельным месяцам этого периода (такие же темпы падения оборота наблюдались и в IV квартале 1998 г. по сравнению с тем же периодом 1997 г.). В IV квартале 1999 г. объем розничного товарооборота примерно соответствовал достигнутому в IV квартале 1998 г. и, по-видимому, дальнейшее его снижение в 2000 г. приостановится – квартальный объем товарооборота в I квартале 2000 г., по расчетам, составит около 500 млрд. руб. Несколько изменилась макроструктура розничного товарооборота – доля продовольственных товаров повысилась с 47% в 1998 г. до 48% в 1999 г. Происходило некоторое сокращение ассортимента розничной торговли, главным образом, за счет импорта. Произошли изменения и в объеме продаж алкогольных напитков и пива: в 1999 г. по сравнению с 1998 г. выросла продажа пива (на 13%) и водки (на 2%), а продажа коньяка, вина и шампанского, напротив, снизилось на 3-7%. Таким образом, относительно 1997 г. продажи вина и шампанского снизились примерно на четверть, а продажа пива и водки осталась примерно на том же уровне.

В общем объеме снижения розничного товарооборота основная доля пришлась на сокращение оборота торговых организаций – он упал примерно на 10% при сжатии объема оборота рынков всего на 1,7%.

И. Колосницын

Мелкие банки в 1999 году

1999 год банковский сектор, если исключить Сбербанк, закончил с убытками. Показатель Return on assets по данным агрегированного баланса составил –1.3%. При ранжировании банков по размеру активов убыточными оказываются и группа десяти крупнейших, и крупнейшие 50 банков. Затем, по мере сокращения величины активов, ситуация начинает меняться к лучшему, а самые высокие результаты по показателю прибыли на активы оказываются в группе мелких банков — за пределами первых пятисот. Такое распределение по показателю прибыльности качественно отличается от пропорций накануне кризиса, когда группа банков, занимавшая места ниже 500-го по размеру активов, имела убытки по итогам первого полугодия 1998 года, а в остальных группах агрегированный показатель ROA был положительным (ср. рис. 1 и 2)

Какие факторы позволили мелким банкам быстрее адаптироваться к посткризисным условиям, кроме полученного в начале кризиса преимущества меньшего объема потерь в связи с обязательствами в иностранной валюте перед нерезидентами и в целом обязательствами в иностранной валюте (насколько вообще можно назвать преимуществом меньший объем проблем) На первый взгляд макроэкономическая обстановка, сложившаяся в 1999 году, была более благоприятной для деятельности крупных, чем мелких банков. Выдержавшие кризис крупные и средние банки большую часть доходов получали от переоценки средств в иностранной валюте. Улучшение условий внешней торговли способствовало оживлению операций по обслуживанию экспортеров, которые сосредоточены в крупных банках. У мелких банков валютизированность балансов намного ниже среднего уровня (доля активов и обязательств в иностранной валюте около 11% против 50% в среднем), и возможности извлекать доходы из переоценки валютных активов довольно ограничены. Тем более, что около половины из их числа не имели ни активов, ни обязательств в иностранной валюте. В то же время показатель ROA в этой подгруппе был даже несколько выше — 3.9% против 3.3% по подгруппе, проводившей операции в иностранной валюте.

Сравнение доли активов, приносящих процентные доходы, в группе мелких банков со средним значением также не показывает их преимущества: при среднем уровне активов, приносящих процентные доходы 64% от активов, в группе мелких банков они составляли только 50%. А в неработающей части активов у мелких банков традиционно выше элементы иммобилизации — недвижимость, оборудование и т.п. виды активов, не участвующие в финансовых операциях.

Доля активов, сконцентрированных в банковском секторе, у мелких банков находилась примерно на среднем уровне, но структура размещения заметно отличалась: у мелких банков выше доля средств на счетах в ЦБР и ниже среднего уровня доля средств в других банках (см. рис. 3). В особо тесных связях с реальным сектором мелкий банк тоже не замечен. Доля ссуд клиентам из небанковского сектора у них ниже среднего уровня (30% активов против 38%), зато выше доля векселей (15% против 6%). Так что мелкие банки в 1999 году скорее не больше зарабатывали, а меньше тратили. У них в балансах меньший удельный вес занимали обязательства (62% против 83% в среднем), т.е. отношение собственных средств к активам в мелком банке более чем в два раза выше, чем в среднем по банковскому сектору (38 и 17%). При этом доля депозитов в широком определении — включая расчетные счета клиентов — у мелких банков близка к среднему значению (45 и 43.5%), а доля остатков на расчетных счетах даже выше среднего (32% против 26%). Т.о. мелкие банки не могут пожаловаться на недостаток клиентов — юридических лиц. Гораздо сложнее им привлекать свободные ресурсы юридических лиц на срок. Если в среднем депозиты юридических лиц составляли на конец 1999 года около 12%, то в группе мелких банков — 3%.

Депозиты частных лиц составляли в мелких банках примерно 10% ресурсов, в то время как в среднем — 6%. В итоге, при довольно близкой к среднему доле обязательств, не влекущих процентные расходы (38% при среднем 40%), у мелких банков ниже удельный вес обязательств, влекущих процентные расходы (24% и 43%, соответственно — см. рис 4). В основном за счет небольшой доли обязательств перед другими банками (5% против 21% в среднем).

Но полученные в 1999 году доходы для большинства мелких банков оказались недостаточными, чтобы довести капитал до 1 млн. ЭКЮ. По итогам 1999 года эта проблема стоит более, чем перед 70% банков из рассматриваемой группы. Соответственно, вопрос об их будущей судьбе представляется логичным ставить не в рамках реформы собственно банковского сектора, а в более широком контексте реформы инфраструктуры всего финансового сектора.

Рис. 1.

ROA в зависимости от размера активов
по состоянию на 1.07.98, в годовом
расчете без учета Сбербанка

1- банки, занимавшие места с 1 по 10

2- банки, занимавшие места с 11 по 50

3- банки, занимавшие места с 51 по 100

4- банки, занимавшие места с 101 по 200

5- банки, занимавшие места с 201 по 500

6- банки, занимавшие места с 501 по 1579

Рис. 2.

ROA в зависимости от размера активов
по состоянию на 31.12.99 в годовом
расчете без учета Сбербанка

1- банки, занимавшие места с 1 по 10

2- банки, занимавшие места с 11 по 50

3- банки, занимавшие места с 51 по 100

4- банки, занимавшие места с 101 по 200

5- банки, занимавшие места с 201 по 500

6- банки, занимавшие места с 501 по 1345

Рис. 3.

Структура активов, размещенных банками в банковском секторе (без Сбербанка),
в процентах к активам

Условные обозначения:

Средства в ЦБР

Средства в банках РФ

Средства в банках-нерезидентах

Прочие активы, размещенные в банковском секторе, включая кассу и инвестиции в ценные бумаги банков

A — в среднем по банкам, действовавшим на конец 1999 года

B — по группе банков, не входивших в число первых 500 по размеру активов

Рис. 4.

Структура обязательств
(в процентах к активам)

Условные обозначения:

1 — обязательства, не влекущие процентные расходы

2 — обязательства, влекущие процентные расходы

A — в среднем по банкам, действовавшим на конец 1999 года (без Сбербанка)

B — по группе банков, не входивших в число первых 500 по размеру активов

Михайлов Л.В., Сычева Л.И., Тимофеев Е.В.

Приватизация в России становится все менее актуальной

Приватизация как элемент экономических реформ становится все менее актуальной. Это касается как системообразующей ее роли (актуальной для первой половины 90-х гг.), так и бюджетной ориентации приватизационных продаж (с разной степенью успеха доминирующей во второй половине 90-х гг.). Этот процесс падения роли приватизации в развитии переходной экономики проявился, в частности, в возросшей в 1999 г. активности критиков применявшихся моделей (объектом жестких нападок вновь стала не только российская модель массовой приватизации, но и бывшая некогда эталонной с точки зрения Запада чешская купонная схема).

С точки зрения дальнейших системных преобразований приватизация со всей очевидностью уступила место вопросам корпоративного управления и реструктурирования приватизированных предприятий. С точки зрения пополнения доходов бюджета (с 1999 г. – финансирования бюджетного дефицита) на первый план выходят задачи рационализации использования и повышения эффективности управления государственной собственностью. Наконец, инвестиционная составляющая приватизационных сделок традиционно близка к нулю. Более того, многие сделки с инвестиционными условиями в 1999—2000 гг. стали по разным причинам объектом расследования на предмет возврата пакетов акций в собственность государства.

По данным Мингосимущества РФ, на 1 января 2000 г. в сектор приватизированных предприятий входили около 130 000 предприятий (58,9% от общего числа предприятий РФ к моменту начала приватизации). Одновременно по итогам приватизации 1992-1999 гг. в распоряжении государства осталось значительное количество пакетов акций предприятий (3100 закрепленных с учетом «золотой акции» и 7 000 — 8 000 непроданных), проблема продажи которых стала ключевой для собственно приватизационной политики 1995-1999 гг.

Замедление приватизационного процесса связано со многими объективными и субъективными факторами. Наиболее существенным является отсутствие спроса на большинство продаваемых «остаточных» пакетов (в силу отсутствия интереса к данным хозяйственным объектам в принципе, либо в силу уже установившихся на конкретном предприятии формальных и/или неформальных полюсов корпоративного контроля). Объективной доминантой продолжающихся приватизационных продаж являлись мотивы установления (завершения консолидации) контроля, типичные для пост-приватизационного периода во всех странах с переходной экономикой. Нерешенность проблем с земельными участками, незавершенными объектами, мобилизационными мощностями, наличием большого числа госпакетов акций (фактически неуправляемых) приводили к дополнительному замедлению приватизационного процесса и снижению цены совершавшихся сделок.

Следует заметить также, что в регионах существует две сдерживающие приватизационный процесс тенденции: с одной стороны, невыполнение принятых в последние годы решений о приватизации, с другой стороны, стремление региональных властей установить контроль над максимально возможным числом предприятий региона, в том числе находящихся в федеральной собственности.

Объективным негативным фактором стало развертывание кризиса на финансовых рынках в 1997-1998 г., что также снижало эффективность приватизационных сделок, наиболее важных для бюджета. С учетом падения привлекательности для инвесторов нефтяных компаний в условиях неблагоприятной мировой конъюнктуры возможности бюджетной ориентации приватизационной политики были (по крайней мере до середины 1999 г.) особенно ограниченными.

Принятие нового закона «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества РФ» (№123-ФЗ, подписан Президентом РФ 21 июля 1997 г., вступил в силу со 2 августа 1997 г.). не стало весомым стимулом для ускорения приватизации в 1998-1999 гг. Одним из сдерживающих факторов является непринятие Государственной Думой проекта закона «Об утверждении государственной программы приватизации государственного имущества в РФ».

Существенно также, что в 1999 г. впервые доходы от приватизации (таблица 1) не включены в доходную часть федерального бюджета, а отнесены к источникам финансирования бюджетного дефицита. Это позволяет избегать жесткой бюджетной ориентации при принятии решений о сделках, в большей степени учитывая реальную конъюнктуру.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.