WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 17 |

Второй очень практический аргумент - существование таможенного контроля и налоговой администрации в отдельных странах. Известно, что таможенный контроль - это не только инструмент торговой политики, но и инструмент прежде всего фискальной политики, и для того, чтобы эффективно существовал совместный и действенный контроль, нужны очень эффективная фискальная система и таможенная администрация, которые практически отсутствуют во всех этих странах. Это может означать, что создаются дыры в системе налогообложения, которые будут помогать уклонению от налогов.

В-третьих, я думаю, что существует вопрос выгоды совместных денежных тарифов для стран - членов этого союза. Геополитическая конфигурация этого союза означает, что Россия является его главным партнером, так что другие страны будут вынуждены более или менее подчиниться российской торговой политике. По поводу самой российской торговой политики можно высказать много критических замечаний. Например, высокие пошлины на автомобили вряд ли служат реструктуризации российской экономики. И хотя эта торговая политика России, скорее всего, исходит из соображений защиты домашнего производства, зачем это нужно, например, Казахстану, Киргизстану или Таджикистану Попытка расширить таможенный союз на другие страны (речь идет, хотя и только на политическом уровне, о кавказских государствах и других государствах Средней Азии) будет усложнять их существование: или таможенный союз может оказаться похожим на другие договоры СНГ, оставшиеся только на бумаге, или же будет источником постоянных конфликтов и будет задерживать процесс реструктуризации экономик отдельных стран.

Что касается оптимальных предложений, я думаю, что на нынешнем этапе, когда практически все отдельные страны бывшего Союза должны производить серьезную реструктуризацию экономики, самым оптимальным решением был бы договор о свободной торговле, который бы снижал или вообще снимал пошлины во взаимной торговле, но без отказа от собственных таможенных границ отдельных стран.

Я хотел бы возвратиться к вопросу, о котором упомянул раньше. Многие политики и экономисты, не только в странах бывшего Союза, но и на западе, считали, что существование рублевой зоны может оказаться выгодным для экономики бывшего Советского Союза, что оно замедлит как спад внешнереспубликанской торговли, так и спад производства.

Когда же выгодно существование совместной валюты Я бы выделил два аспекта: экономический и политический.

Исходя из теории оптимальной валютной территории, можно сказать, что бывший Советский Союз никогда не отвечал ее требованиям, так как не было свободного движения факторов производства, структура экономики была крайне асимметрична. Любой внешний шок в разной степени влиял на отдельные регионы Союза. Есть данные, показывающие очень высокую концентрацию торговли между республиками бывшего СССР в отличие от достаточно низкого уровня торговли с внешним миром. Но эти данные не могут быть доказательством того, что бывший Союз являлся оптимальной валютной территорией, поскольку большинство этих торговых связей поддерживалось административным путем, не учитывающим рациональной специализации производства. Кроме того, экономика бывшего Союза была закрытой экономикой с государственной монополией внешней торговли. Но если снять влияние административных факторов, окажется, что, например, для предприятий Дальнего Востока, оптимальным экономическим партнером очень часто являются не предприятия Москвы и Санкт-Петербурга, а предприятия Китая и Японии. Я не предлагаю территориального раздела России, но надо учитывать, что с точки зрения теоретических основ Россия не выглядит оптимальной валютной территорией. На практике это означает, что надо проводить очень серьезную работу по внутренней либерализации экономики, чтобы устранить барьеры свободного движения капитала, рабочей силы и самих товаров. А кроме этого, надо считаться с тем, что большие межрегиональные фискальные трансферты будут необходимы внутри самой России еще очень долгое время.

Этот фактор приводит нас ко второму аспекту существования совместной валюты. Это политический эффект. Во-первых, конечно, если есть какие-то ограничения - технические, политические, культурные, - свободного движения рабочей силы, капитала, то неизбежны большие фискальные трансферты. В условиях независимого существования отдельных республик бывшего Союза вряд ли можно ожидать политического согласия на продолжение таких государственных фискальных трансфертов.

Во-вторых, обязательным условием существования совместной валюты является согласованная денежная и фискальная политика. Трудно ожидать существования совместной валюты без согласованного экономическим законодательством стран совместного рынка. Было очевидно с самого начала, что такой консенсус невозможен. Но по разным политическим и историческим причинам этот вопрос не всеми был осознан в 1991 г. Тогда не было политических предпосылок существования совместной валюты на территории Советского Союза, потому что союзный Центр потерял контроль над политикой России и частично над балтийскими республиками. Тем более такие условия не существовали в 1992 г. и не могли существовать дольше. Предложения о платежном союзе, которые выдвигались много раз разными экспертами и о котором я упоминал раньше, во-первых, в условиях конвертируемости валют уже вообще не имеет смысла, а во-вторых, для существования такого союза нужен хотя бы минимальный политический консенсус, минимальное политическое доверие, доверие стабильности, что так же очевидно.

С.ВАСИЛЬЕВ

заместитель министра экономики России

На нынешнем этапе задачи экономической политики усложняются многократно. Это вызвано переходом от этапа либерализации, стабилизации к этапу, условно говоря, созидательному, этапу, на котором мы должны начинать регулировать ту рыночную экономику, которую мы создали. Я назову несколько сфер, где это крайне актуально. Первая сфера всем известна - это регулирование финансов, в том числе и банковское регулирование. Вторая - регулирование естественных монополий. Третья- это реформы в сфере социальной политики, пенсионная реформа. Все это требует огромных организационных, административных и интеллектуальных усилий.

Я хочу заметить, что в первые четыре года реформ основные интеллектуальные силы могли быть сосредоточены на макроуровне. Условно говоря, чтобы либерализовать цены, либерализовать внешнюю торговлю, объем интеллектуальных усилий не очень велик, в основном нужна политическая воля. Если мы вспомним все революционные перипетии в экономике России в последние четыре года, то мы увидим: что делать - было ясно почти сразу, как и то, что делать это все придется очень долго и с большими политическим проблемами.

Сейчас ситуация изменяется. Содержательная проблема не решена, и более того, даже если будет общая концепция, то воплощение каждого из этих регулирующих параметров требует колоссальных усилий на микроуровне - интеллектуальных, политических, административных. Здесь мы сталкиваемся с рядом проблем.

Проблема, которая хорошо известна, - это проблема исполнителей. Все реформы все равно должны проводить чиновники. Не надо питать иллюзий, что это может быть сделано вне госаппарата. Здесь есть две проблемы. Первая - отсутствие традиций госслужбы. Вся традиция советской госслужбы опиралась на двухуровневую систему с парткомами. Она была работоспособна, но ее уже нет. Система западных традиций госслужбы и мотивационные механизмы госслужбы фактически отсутствуют, их надо строить. Второе - низкая квалификация чиновников. Я говорю не о том, что люди необразованны, просто этих проблем не было 10 лет назад.

В неявном виде сформировалось два подхода к практике построения системы экономического регулирования в России. Первый подход исходит из того, что у нас нет рыночных традиций, мы строим все заново, значит возьмем некое модельное законодательство и пересадим его на российскую почву. Во втором подходе более явно стремление учитывать ряд национальных и исторических особенностей. Если мы начнем насаждать иностранную модель законодательства, то будем постоянно входить в противоречие с российской реальностью. Поэтому надо сначала посмотреть, как российский рынок работает и с учетом особенностей этого рынок постепенно настраивать законодательство.

Собственно говоря, практика идет и по тому, и по другому пути. С этим связан смысл существования президентских указов, постановлений правительства. Эта нормативная база потихоньку работает, потом практика приспосабливается к этой базе, потом база приспосабливается к практике. Затем, уже через некоторое время, формируются более устойчивые документы. Гражданский кодекс принимается на четвертый год существования рыночной экономики. Хотя, если говорить о Гражданском кодексе, я считаю, что это очень хороший пример первого подхода, т.е. конструктивного вмешательства в экономическую практику. Сейчас ощущается, насколько сильно влияние Гражданского кодекса на всю практику. Сама идея принятия Гражданского кодекса и его нынешний вид, были очень плодотворны, потому что Гражданский кодекс позволил осуществить немедленную чистку законодательства от всех временных актов, остатков административной системы.

К числу таких удач также можно отнести новую избирательную систему, которую не критикует только ленивый. Говорят, что в России нет вообще традиций парламентаризма, но мы видим, что ту избирательную, пропорционально мажоритарную систему, которая введена, законным образом будет очень трудно отменить, т.е. эта система создана на десятилетия. Выбранный по этой системе парламент никогда не проголосует за другую систему. В этом смысле она является некоей матрицей, которая на десятилетия определяет развитие партийной системы в России, именно такой многопартийной системы, как она организована в нынешнее время, т.е. 4-5-6 партий, которые представлены в Думе. Я считаю это очень важным: это как бы самоценная вещь, которая будет определять российские политические традиции, хотя она и противоречит нашему предыдущему опыту.

Другой пример конструктивного вмешательства, который вызывает больше всего споров, я охарактеризовал бы так: внедрение англо-саксонского законодательства в сферу корпоративного управления и индустриальной организации. Я прекрасно понимаю, что, с одной стороны, российские традиции тяготеют к германо-японской модели, с другой стороны - в России четко сформировался тренд к созданию финансово-промышленных групп, к теснейшей интеграции банковского и промышленного капитал, чему американское законодательство препятствует. Также четко надо понимать, что германо-японская модель в российских условиях не будет помогать развитию демократических тенденций. Она будет совершенно однозначно стимулировать авторитарные тенденции. Мы это можем наблюдать сейчас. Поэтому попытка внедрения англо-саксонской модели преследует совершенно очевидные политические цели. Результатом навязывания модели существующей традиционной внутренней тенденции, мне кажется, будет некоторый компромисс, но компромисс позитивный в том смысле, что демократические тенденции будут усилены путем этого противоречия, за счет этого конфликта.

С другой стороны, реальная практика складывается так, что мы в большинстве случаев опираемся на модель развития снизу. То есть, сначала создается некоторая среда регулирования, некоторый рынок, который подлежит регулированию. Он регулируется временными документами, которые интегрируются, суммируются, обобщаются и появляется законодательный акт. Например, мы уже давно имеем нормативные документы по банковскому надзору. Это было совершено неактуально в течение четырех лет до банковского кризиса. Сейчас, после того как банковский кризис реально разразился, возникла проблемная ситуация, которая требует, чтобы система банковского надзора была пересмотрена. На основании реальной ситуации сложится реальная система банковского надзора.

Еще один интересный пример, связанный с законом о естественных монополиях. В основе этого закона лежит американская модель создания регулирующих агентств, но уже сейчас видно, что эта модель не очень удачна для наших условий. Причина очень простая. Мы не имеем специалистов, чтобы сформировать 3 или 4 регулирующих агентства, и поэтому, я думаю, что все службы регулирования естественных монополий будут сосредоточены в одном министерстве - Министерстве экономики, где эти специалисты в ограниченном количестве есть. Этих специалистов Министерство никуда отдавать не собирается и не может этого сделать. Поэтому на практике система регулирования естественных монополий сложится совершенно иным образом, отличным от законодательного.

Наиболее эффективный способ по развитию систем регулирования возникает в том случае, когда чиновники на местах сталкиваются с какой-то трудноразрешимой проблемой. Тогда возникает возможность уже путем оперативной работы с ними вывести их на рациональные решения, которые соответствуют общему направлению реформы. В этом смысле мне кажется, что подход к строительству экономического законодательства, экономического регулирования снизу на ближайший период останется господствующим.

Т.ВУЛЬФ

глава постоянного представительства МВФ в России

Я собираюсь высказать свое личное мнение. а не мнение организации, которую представляю. Я имел дело в основном с макроэкономическим факторами, и мнения, которые были высказаны здесь, близки мне. Г-н Гайдар был, вероятно, прав, когда предположил, что мы приближаемся к концу первой фазы перехода. Я думаю, что рубеж второй фазы еще не наступил, но мы уже к нему подошли. Что касается русского опыта, мы видим очень хорошие показатели по снижению инфляции, и очень большое спасибо русскому правительству и Центральному банку за это. Некоторые ораторы говорили, что потребуются длительные усилия для того, чтобы удержать инфляцию от подъема, чтобы заставить инфляцию падать, а не подниматься, чтобы сбить инфляцию ниже 4-5%. Это может быть очень трудно, но поддерживать стабилизационный процесс возможно, только удерживая инфляцию на этом уровне.

Во-первых, низкий уровень инфляции будет способствовать росту накоплений. А это очень ясный источник для развития. Это может также увеличить объем готовых к использованию сбережений, и очень важно не только остановить и повернуть бегство капиталов, но и сделать их источником сбережений. Все мы понимаем, что предприятиям, особенно в сфере производства, нужны большие инвестиции. И до тех пор, пока инфляция не сбита, больших инвестиций не будет и в частном секторе, и, возможно, в общественном секторе.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 17 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.