WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 17 |

Когда мы назвали наш Институт Институтом экономических проблем переходного периода, многие наши коллеги несколько с юмором спрашивали: а сколько же мы предполагаем продлится этот переходный период К сожалению, анализ долгосрочных экономических тенденций показывает, что родимые пятна социализма на возникающих рыночных экономиках будут проявляться на протяжении не месяцев и лет, а на длинной исторической перспективе. Именно они задают тот набор альтернатив в экономической политике постсоциалистических экономик и тот набор наиболее серьезных рисков для этих политик, с которыми будут сталкиваться в разных социально-экономических условиях все, кто выходит из социализма.

Есть довольно хорошо выявившиеся долгосрочные макроэкономические тенденции развития рыночных экономик. Скажем, тенденция постепенного роста доли ресурсов, перераспределяемых через государственный бюджет по мере роста уровня валового внутреннего продукта приходящегося на душу населения, когда есть, с одной стороны, свобода маневра от либеральных к социал-демократическим режимам, а с другой стороны, область допустимых значений, не позволяющая далеко перешагнуть за пределы имеющихся возможностей. Вы не найдете экономик с уровнем валового внутреннего продукта на душу населения в 3-5 тыс.долл., которые перераспределяли бы 40% своего валового внутреннего продукта через бюджет. Точно так же, есть известные закономерности, определяющие возможности маневра в области военных расходов по их доле в ВВП. Есть известные закономерности постепенного развития социальных программ, финансируемых за счет бюджета по мере роста экономического развития. С точки зрения всех этих закономерностей выходящие из развалившегося социализма экономики окажутся в аномальном положении, существенно отличающемся от условий, в которых находятся сопоставимые по уровню развития рыночные экономики, экономики не знавшие социалистического эксперимента.

Во-первых, даже после первых стабилизационных мероприятий постсоциалистические экономики получают в наследство государственные расходы, существенно более высокие, чем те, которые характерны для рыночных экономик этого уровня развития.

Во-вторых, и это особенно относится к России, существенно более высокие военные расходы, традиционно более высокая доля военного сектора в экономике, чем та, которая характерна для рыночных экономик, не знавших социализма.

В-третьих, они получают уровень развития социальных программ, отнюдь не слишком расточительный по стандартам наиболее богатых и обеспеченных рыночных экономик, но существенно более высокий, чем тот, который характерен для стран их уровня развития.

И, в-четвертых, они получают экономику, в которой нет сложившейся традиции легитимизации частной собственности и нет традиций, легитимизирующих складывающееся распределение доходов.

На мой взгляд, этот набор специфических черт задает основные точки напряжения в долгосрочном экономическом развитии этих стран. Я не знаю примеров, когда бы существенные и ставшие привычными социальные программы были без катастрофических социальных и политических последствий отменены. Вопрос - как и почему они сложились - вопрос интересный для экономической истории. Надо понять, что если определенный набор социальных гарантий, начиная от пенсионной системы и кончая бесплатным образованием и здравоохранением, установился и стал привычным, то любые попытки свернуть эти гарантии заведомо невыполнимы, по меньшей мере, они заведомо невыполнимы в условиях демократии. Это задает область допустимых значений.

Если это так и если уровень социальных программ, доставшийся в наследство, крайне высок по стандартам рыночных экономик, это значит, что область допустимых значений для дотаций и военных расходов существенна ниже, чем для рыночных экономик, не знавших социализма. Тайвань мог позволить себе успешно развиваться, имея военные расходы, характерные для устойчивых рыночных экономик, потому, что он очень постепенно развивал любые другие формы нагрузки на свой бюджет. Для постсоциалистических экономик возможности маневра в области военных расходов существенно ниже, чем область маневра для стран, не прошедших социализм. Точно так же абсолютно неоправданными являются ссылки на дотации, которые используются в рыночных экономиках, не прошедших социализм, как обоснование возможности и допустимости такой широкомасштабной практики в наших условиях, поскольку у них иная история, у них нет этого сформировавшегося уровня не снижаемых социальных программ.

Короче говоря, это означает, что условия экономической политики, финансовой политики, по меньшей мере в двух областях - в области дотаций и военных расходов, - являются более жесткими для постсоциалистических экономик, чем для экономик, не прошедших социализм. И здесь на самом деле выявляется вполне понятная стратегическая альтернатива, сопоставимая со стратегической альтернативой выбора медленных и постепенных или быстрых и решительных реформ. Это либо осуществление программ, позволяющих существенно повысить эффективность использования средств, направляемых на реализацию социальных программ, с контролем за динамикой этих расходов, не допускающих их разбухания при неэффективных тратах, и одновременные меры, позволяющие резко ограничить расходы по другим направлениям государственного бюджета. На этой основе обеспечивается преодоление финансового кризиса и создается база устойчивого экономического роста.

Непоследовательные колебания приводят к возврату к популистской политике дотаций и к попытке броситься по пути демилитаризации экономики. Но тогда совершенно неизбежен острый финансовый кризис, неразрешимы в среднесрочной перспективе финансовые проблемы, неизбежны перемежающиеся периоды краткосрочных стабилизационных усилий и периоды экономики поппулизма, хорошо известные многим из присутствующих по опыту ряда латиноамериканских государств.

Короче говоря, в этом случае мы получаем хроническую ситуации нестабильности, которая в силу уже нам хорошо понятной и проверенной зависимости между инфляцией и темпами экономического роста, блокирует возможности последнего, порождает дополнительный перераспределительный конфликт и сильнейшее политическое напряжение, связанное с попытками восстановить механизм подавленной инфляции, хорошо известный по нашему экономическому прошлому.

Вот, на мой взгляд, та довольно жесткая развилка, перед которой мы находимся. Конечно, есть вполне очевидные, хотя и печальные для нас взаимосвязи между тем, как решался первый набор проблем - радикальные или постепенные реформа, - и тем, в какой степени соответствующие страны имеют шансы решить второй набор долгосрочных проблем. Ясно, что там, где реформы были наиболее радикальными и давними мы видим экономический рост. Шансы создать базу устойчивого развития там существенно выше, чем в экономиках, которые, испытали дополнительные издержки непоследовательных и колеблющихся реформ. Тем не менее, нет оснований полагать, что эта зависимость является жесткой и заданной и, на мой взгляд, любая ответственная политика в посткоммунистических странах в значительной степени определяется тем, в какой мере мы сможем отойти от развального сценария и задать дорогу для структурных реформ, закладывающих базу устойчивого роста.

А.ИЛЛАРИОНОВ

директор Института экономического анализа

Е.Т.Гайдар упоминал работу Майкла Бруно и Вильяма Эстерли, посвященную взаимосвязи между инфляцией и долгосрочным экономическим ростом. Работа была сделана на материале более чем 130 стран мира за более чем 30-летний период, с 1960 г. по 1992 г. Нечто подобное мы постарались сделать на примере более чем 30 стран Центральной и Восточной Европы, бывшего Советского союза, стран, находящихся в переходном периоде.

Мы обнаружили некоторые закономерности, о которых я и хотел бы рассказать.

Первое. Инфляция во всех без исключения странах является денежным явлением. Есть два основных параметра: это темпы прироста денежной массы и динамика скорости денежного обращения, которые практически полностью описывают динамику последующей инфляции. Для каждой страны существуют свои удельные веса этих факторов, но только два этих параметра определяют динамику инфляции.

Попытки найти структурные или какие-либо еще факторы инфляции, к сожалению, ни к чему не привели. Динамика денежной массы является определяющей, независимо от того, какими причинами этот род денежной массы вызван. Основным фактором является, безусловно, бюджетный дефицит, причем, я бы сказал - расширенный бюджетный дефицит. Не только бюджетный дефицит на кассовой базе конкретного бюджета, но и расширенный бюджетный дефицит, учитывающий финансирование народного хозяйства, предприятий, посевных кампаний и многих других вещей. Но сюда же, к сожалению, входит и увеличение денежной массы за счет прироста валютных резервов, если это происходит в тот момент, когда спрос на национальную валюту не растет. Если спрос на национальную валюту остается прежним или падает, то прирост валютных резервов сопровождается приростом денежной массы, который носит инфляционную природу. Тот самый случай, который отмечен в России в 1995 г. Действительно, произошел прирост валовых валютных резервов страны на 8 млрд. долларов, который носил инфляционную природу. Именно эта инфляция съела реальные денежные доходы российского населения.

Вторая закономерность, которая была полностью подтверждена на примере бывших республик Советского Союза. Критерием финансовой стабилизации, т.е. критерием достижения той ситуации, с которой начинается реальный экономический рост, реальный рост уровня жизни населения, зарплаты в любом измерении - в долларовом эквиваленте или в национальной денежной единице с учетом индекса цен - является уровень годовой инфляции не более 40%, или 2,8% в месяц.

Те страны, которые добились снижения инфляции до 40% в год и ниже, приступают к экономическому росту, что блестяще продемонстрировали страны Балтики, Армения, и что, видимо, в следующем году продемонстрируют Молдова, Киргизия и, возможно, Грузия, поскольку темпы инфляции в Армении и Грузии в этом году, очевидно, окажутся самыми низкими на территории бывшего Советского Союза, даже ниже, чем темпы инфляции в балтийских странах.

Третья закономерность. Из двух крайних вариантов достижения финансовой стабилизации - радикального варианта быстрого достижения, который получил публицистическое название шоковой терапии и постепенного, градуалистского - не обнаружилось ни одного случая победы над инфляцией в случае применения постепенного, или градуалистского метода.

Во всех случаях финансовая стабилизация была достигнута в результате осуществления комплекса радикальных мер. К этому можно добавить, что вся мировая экономическая история не знает случаев достижения финансовой стабилизации с помощью градуалистских мер. Единственный такой случай - это Чили в 1975-1978 гг., когда именно градуалистский метод достижения финансовой стабилизации имел успех, но этот успех был обусловлен диктаторским социально-политическим режимом. В условиях политической демократии или относительной политической демократии этот вариант не проходит.

Четвертая закономерность. Низкие темпы роста денежной массы обусловливаются прежде всего сбалансированностью фискальной сферы: либо отсутствием бюджетного дефицита, либо, в крайнем случае, размерами дефицита расширенного бюджета, не превышающими 1% ВВП. Опять же не было обнаружено случаев достижения финансовой стабилизации, если бюджетный дефицит страны выходил за эти пределы.

Было, правда, несколько исключений. Это Албания в 1992 г., Киргизия в 1994 г., Армения и Грузия в 1995 г., где бюджетный дефицит превышал 1%. В этих случаях финансовая стабилизация наступала тогда, когда бюджетный дефицит практически полностью финансировался из-за рубежа в виде внешнего кредитования международных финансовых организаций или грантов, предоставленных из-за рубежа. Для такой страны как Россия с дефицитом бюджета в размере 3,85% ВВП, как это планируется на 1996 г., это означает, что необходимые ресурсы измеряются цифрой порядка 20 млрд.долл. Нетрудно представить, что такой суммы международное финансовое сообщество представить не может, и, возможно, это и к лучшему, потому что в случае предоставления кредита увеличиваются размеры внешнего долга страны, осложняется проблема обслуживания и выплаты внешнего долга. И таким образом относительно краткосрочная проблема финансовой стабилизации плавно перетекает в средне- и долгосрочную проблему обслуживания и выплаты внешнего долга.

Пятая закономерность касается достижения финансовой сбалансированности в долгосрочном плане, которое осложнено, по крайней мере, двумя очень важными факторами, находящимися практически вне сферы воздействия любой государственной власти. Это, во-первых, неизбежное падение ВВП на первых этапах осуществления реформ в силу того, что экономика производит огромное количество излишней продукции и услуг, не находящих платежеспособного спроса на национальном и внешнем рынках и, соответственно, падение объемов налоговых поступлений. И, во-вторых, опять же неизбежное падение доли налоговых изъятий в ВВП, по крайней мере, на первых этапах. В дальнейшем титанические усилия предпринимаемые правительствами либо не дают эффекта, либо дают очень незначительный эффект.

В этих условиях добиться фискальной сбалансированности можно только одним способом - уменьшением доли государственных расходов в ВВП, уменьшением доли государственного потребления в ВВП. Только те страны, у которых реально снизились уровни государственных расходов и государственного потребления к ВВП, добились устойчивой финансовой стабилизации, устойчивых темпов снижения инфляции. В Армении доля государственных расходов сократилась с 69% в 1993 году до 26% в 1995 году, что позволило снизить среднемесячный темп инфляции до 1,9%. Соответствующее сокращение произошло в Литве до 25% ВВП, в Грузии - до 24%, в Молдове - до 16% и т.д.

Те же страны, которые пытались, по тем или иным причинам, удерживать уровень государственных расходов в процентах к ВВП на прежнем уровне и на уровне, превышающем 33-35%, неизбежно срывались в более глубокую инфляцию, либо неизбежно приходили к возрастанию бюджетного дефицита, который, соответственно, приводил к увеличению внутреннего и внешнего долга, как это продемонстрировала Венгрия. Такие страны сталкиваются с проблемой реальной невозможности обслуживать и выплачивать внешний и внутренний долг. Таким образом, краткосрочные проблемы переходят в разряд долгосрочных.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 17 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.