WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Гуманитарии, с избытком заполонившие рубежи отечественной философии, закономерно оказываются способными в такой ситуации постичь лишь факт образного единства сознания. Что касается аппарата сложных рациональных построений, в частности, теории сложных систем, ее математического обеспечения, то подняться до этого им, к сожалению, не дано в силу иной специфики их сугубо художественного образа мышления.

Отсюда – царящие у нас недооформленность, неполноценность и несовременность текущих философских представлений практически в любой сфере.

Модельный мир сознания Пожалуй, несколько выбивается из этой общей удручающей канвы определение образа в той же НФЭ (И.П.Фарман) [24]. Образ здесь определяется как результат реконструкции объекта в сознании человека. Чувственные и мысленные слагаемые образа предстают, как результат абстрагирующей деятельности субъекта, способ репрезентации объекта субъекту. Образ, понятый как синтез наглядности и абстрагирования, признается результатом продуктивной деятельности воображения, создающего различные модели и конструкции и проводящего мысленные эксперименты. Отмечается зависимость объективности научного познания от адекватности образа исследуемым объектам и процессам. Функцией гносеологии провозглашается построение идеализированных схем и моделей познания.

Что ж, вполне современная прагматичная трактовка. В этом определении сознание предстает как независимое активное начало, пытающееся реконструировать слагаемые внешнего мира в некоем своем отдельном внутреннем мире, для чего творит там моделирепрезентации реальности. Здесь достаточно прозрачно подразумевается существование двух относительно независимых миров: реального природного мира и идеального мира сознания. Каждый из этих миров наполнен элементами и фрагментами своей особой природы. Реальный мир природы складывается из материальных предметов и процессов и пронизан множеством разнообразных материальных взаимодействий. Мир сознания составлен из искусственно созданных идеальных объектов (конструктов) и схем их взаимодействия и взаимосвязи, являющихся модельными подобиями-аналогами их реальных источников.

Пора, наконец, перестать ходить вокруг да около и сделать решающий вывод, что между этими мирами имеются классические отношения прообраза и модели. Так что изучать вопрос взаимодействия миров следует, вооружившись всеми возможностями теории моделирования с развитым аппаратом формальной и математической логики. Это опятьтаки задача не для самых рафинированных и эстетствующих гуманитариев.

Проблему «параллелизма» между природным (трансцендентным) и духовным (трансцендентальным) началами пытались решить давно. Кроме известных дуалистов эту тему активно разрабатывали Ф.Й. Шеллинг и И.Кант. Строгое философское разрешение проблема онтологической и причинной подоплеки существования относительно независимого от остальной реальности мира сознания и его особой активности получила лишь в наши дни, в рамках теории синтезирующего реализма [25].

Именно посредством активного моделирования осуществляются коммуникация и взаимная корреляция между миром сознания и окружающим миром природы.

Как мы уже признали выше, организм обладает своим автономным внутренним миром, который диктует ему свои особые внутренние цели. Над осуществлением этих целей работает центральная нервная система, которая призвана осуществлять ориентированное на успех управление всем организмом. Механизм управления при этом с необходимостью опирается на эталонную схему или модель успешного действия. У примитивных организмов эта модель является врожденной и предстает в виде системы безусловных рефлексов и инстинкта. Такого рода модель нельзя признать вполне надежной и гибкой.

Поэтому примитивные организмы гибнут в массовых количествах. На пике природной эволюции центральной нервной системы организмов возникло сознание, как особый его отдел, отвечающий за обеспечение более надежного, тонкого и гибкого управления посредством активно модифицируемой, беспрерывно совершенствуемой разновидности модели успешного действия. Таким образом, основной функцией сознания, как элемента системы управления организмом, следует признать решение сверхзадачи - созидание и совершенствование общей целостной модели успешного действия индивидуума.

В рамках решения этой сверхзадачи сознание вынуждено заниматься «хозяйственными» вопросами обеспечения удовлетворения множества сопутствующих прагматических мотивов, к сожалению, неоправданно игнорируемых отечественной философией, но зато хорошо изученных американской школой философского прагматизма. Поскольку организм человека представляет собой сложное образование, сплав физиологических, психических и разумных факторов, модель успешного действия должна удовлетворять целому комплексу условий. В качестве наиболее значимых задач, решаемых моделью успешного действия, следует назвать следующие: эффективность действий, экономия усилий, достижение комфорта (физического и психического) и избегание (минимизация) вредных и опасных издержек. Эффективность действий, в свою очередь, напрямую зависит от степени адекватности моделей природной реальности, от согласованности модели поведения и модели реальности, от уровня и качества развития используемых человеком орудий труда или, выражаясь технократическим языком, гаджетов. На данном этапе актуализируется роль познания, как адекватного моделирования реальности, в качестве, подчеркнем, одного из важнейших средств обеспечения эффективности действий.

В отличие от архаичной неоклассической позиции отечественной философии, объявляющей познание главнейшей или даже единственной функцией сознания, в нашем случае ему определено по-настоящему заслуженное место. Совершенствование гаджетов и технологий, экономия усилий, достижение комфорта и избегание издержек также требуют от сознания развития и совершенствования соответствующих все более изощренных частных моделей человека, его поведения и окружающей реальности, разработки необходимых для каждой из этих сфер своих специальных материально-технических средств и технологий. В конечном итоге сознанию приходится еще и согласовывать эти разнородные модели друг с другом, и в разных ситуациях соотношение их веса или присутствия в итоговом комплексном решении может оказаться разным. В зависимости от конкретного случая отдельные мотивы могут стать доминирующими, а другими человеку приходится в той или иной степени поступаться. В этом отчасти и состоит секрет гибкости вырабатываемой в итоге общей модели успешного действия.

Итак, сознание озабочено созиданием и совершенствованием целого комплекса моделей разного уровня. Причем эти модели не противоречат друг другу, поскольку сознание, как активный трансцендентальный субъект, обеспечивает системную целостность своего мира. В отличие от подчиненного участия в жизни психики и физиологии, сознание является полновластной хозяйкой содержания своего собственного мира и стремится поддерживать в нем надлежащий порядок.

Познание – как модельное реконструирование реальности Устоявшиеся наиболее достоверные, зарекомендовавшие себя на практике в качестве надежных модели принято трактовать как знание. Здесь мы понимаем знание в широком контексте, не только как удачные модели природной реальности, но и как удобные и полезные конструкты, используемые человеком во всех отмеченных выше сферах приложения усилий сознания. Это и ноу-хау при производстве разнообразных товаров и услуг, и схемы и устройства энергосбережения, эргономики, безопасности, и система здравоохранения. Речь, таким образом, идет обо всех важных и полезных для человека сферах. Принципы актуальности и полезности неизбежно становятся в таких условиях главными критериями отбора удачных моделей. Другими словами, актуальность и полезность, выявляемые посредством практики, являют собой настоящий критерий истины.

Понимание этого важного обстоятельства было характерно для С.Л. Рубинштейна:

«Взаимодействие индивида с миром, его жизнь,…практика - …такова «онтологическая» основа, на которой формируется познавательное отношение субъекта к объективной реальности» [26]. Б.С. Украинцев обобщил эту особенность для случая любых самоуправляемых систем: «активность отображения», по его убеждению, имеет основой «активность материальных процессов отображающей системы при ее взаимодействии с внешним миром» [7, с.80]. Поэтому «процесс отображения, как правило, направлен на преимущественное воспроизведение тех особенностей действительности, которые имеют жизненно важное значение для функционирования и выживания самоуправляемой системы» [Там же, с.83].

Что касается трактовки познания как разновидности моделирования, то этому посвящено множество частных исследований, в том числе и в отечественной науке. По понятным причинам наши ученые были вынуждены вуалировать в своих работах принципиальные аспекты и выводы либо пытаться в той или иной степени неуклюже вписывать их в прокрустово ложе установленных догм. В частности, моделирующую сущность познания им приходилось прятать в оригинальные прочтения концепций отражения и отображения.

Например, И.М. Сеченов писал о том, что «в психике объективные реальности отражаются двумя способами – по их подобию (в виде аналогов) и в виде знаков» [27].

При этом количественные параметры отображаются аналогами, а качественные – знаками [Там же, с.471-474]. По сути дела, речь шла об аналого-знаковом моделировании, разновидностью которого сегодня является широко и успешно практикуемое в технике аналого-цифровое моделирование. Наукой установлено, что за моделирование посредством знаков и образных аналогов отвечают, соответственно, левое и правое полушария головного мозга человека. Встреча и взаимная «притирка», синтез этих моделей обеспечивают успешное чувственно-рациональное регулирование человеческого поведения.

П.К. Анохин пришел к выводу, что в поведении человека в качестве детерминирующего фактора может выступать грядущий ожидаемый результат деятельности, воплощаемый в неких желаемых материальных преобразованиях. На основании этого он построил теорию «опережающего отражения», в которой акцентировал стремление к предвосхищению саморегулирующейся системой возможных ситуаций в будущем, планирование ею желаемых результатов с дальнейшим движением к поставленной цели [28].

Можно понять стремление автора хотя бы внешне соответствовать духу ленинской теории отражения. На деле же эта его теория с неудобоваримым названием подразумевала значительный отход от строгой ленинской трактовки. Разумеется, сам готовый будущий результат никак не может являться исходным детерминирующим фактором поведения, поскольку он его на деле венчает, порой, в итоге длинной череды или цепи событий и в причинном, и во временном аспектах. Буквальное понимание термина «опережающее отражение» приводит к нарушению принципа причинности, телега здесь забегает вперед лошади. На самом деле детерминирующим фактором в данном случае следует признать все-таки модель или мысленный проект ожидаемого (будущего) результата, а не сам готовый наступивший результат. В пользу этого говорит хотя бы тот факт, что последний достигается далеко не всегда, и зачастую не совсем в желаемом виде.

Однако Анохину пришлось (наверняка - скрепя сердце) придерживаться этого замысловатого названия из опасения быть обвиненным в идеализме: мысленный проект или модель, как продукты сознания, в те времена воинствующего материализма никак не могли быть признаны первичными по отношению к материи, практике или деятельности.

Зато в роли такого первичного фактора мог выступить идеологически выдержанный, материально оформленный продукт-результат. Думается, следует отнестись к автору теории с пониманием и снисхождением.

Исследуя физиологию движения организмов, Н. А. Бернштейн пришел к выводу о том, что в мозгу животного осуществляются две противоположные формы моделирования воспринимаемого мира: модель прошедше-настоящего, или ставшего, и модель предстоящего. Вторая модель непрерывно преобразуется в первую. Обе модели отличаются друг от друга тем, что первая является преимущественно однозначным отображением (воспроизведением) действительности, а вторая имеет вероятностный характер, поскольку является экстраполированием тенденций прошлых и текущих ситуаций на будущее.

Активность организма направляется противопоставлением вероятностной модели будущего и определившейся задачи. Н. А. Бернштейн определяет цель как закодированную в мозгу материальную модель потребного будущего, которая строится в результате некоторого обобщения и продолжения накопленного опыта [29].

И здесь понятно стремление автора свести все дело к гегемонии материи, избежать обвинений в идеализме. Понятно также, что процессу создания моделей в сознании сопутствуют какие-то материальные процессы в головном мозге, в том числе и, вполне возможно, сопровождаемые каким-то кодированием сигналов.

Когда мы совершаем какие-либо действия в операционном пространстве персонального компьютера, мы тоже понимаем, что при этом в недрах компьютерного «железа» происходят какие-то специфические радио- и электротехнические процессы. Однако нас, как пользователей, интересуют в большей степени виртуальные средства достижения наших виртуальных целей, работа с виртуальными моделями, и мы отрешаемся от проблематики технического обеспечения этого процесса. А между тем, следует признать принципиально важным фактом, что через посредство специальных технических схемконструкций виртуальные объекты и их преобразования получают возможность инициировать материальные процессы в недрах компьютера, осуществляя, тем самым, его виртуальный привод. Так же и с модельным миром сознания: мы не задумываемся о нейрофизиологической и биофизической подоплеке его сопровождения и преобразования, поскольку все это является лишь техническим средством обеспечения работы сознания.

Посредством особых сложных нейронных комплексов идеальные события, объекты и процессы в сознании оказываются способными запускать материальные биофизические процессы в мозге и организме человека и посредством последних осуществлять вполне материальное воздействие на предметы и процессы в окружающем природном мире. За каждой способностью к той или иной логической операции мышления стоит соответствующее состояние специальной обеспечивающей ее мозговой конструкции.

Вполне прозрачно отражение и отображение понимались именно как моделирование в предшествовавшей Философской Энциклопедии [23] (статья «Отражение», В. Тюхтин, Я.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.