WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
Министерство культуры Российской Федерации Российский институт культурологии Агентство «Творческие индустрии» Центр культуры и искусства «МедиаАртЛаб» при поддержке Совета Европы Посольства Финляндии в Российской Федерации МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ КУЛЬТУРНЫЕ ИНДУСТРИИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В КОНТЕКСТЕ МИРОВЫХ ТЕНДЕНЦИЙ Москва, 17-18 октября 2011 г.

Избранные тезисы докладов Москва 2011 Белкин Андрей Сергеевич, Компания «Акелла» Продюсер Россия, Москва Белкин Сергей Николаевич «Миллениум-банк» Советник Председателя правления Кандидат физико-математических наук Россия, Москва Компьютерные игры как специфическая часть культурной индустрии Компьютерные игры являются наиболее динамично развивающимся сегментом культурной индустрии, обладающим специфическими чертами. Таковыми являются масштабы и степень вовлеченности пользователей в процесс. В 2010 году сумма затрат на игры составила 67 млрд.

долларов, в 2011 году вырастет до 74 млрд., а к 2015-му – до 112 млрд. В 2011 году жители России потратят на игры до $1,5 млрд. Количество пользователей видеоигр в России – около 40 млн. При этом они обращаются к своим играм ежедневно, что означает колоссальную вовлеченность населения в игровой процесс.

Исключительной спецификой видеоигр является глубина погружения в культурный процесс, обусловленная как синтезом всех художественных изобразительных средств воздействия, так и уникальной возможностью интерактивного взаимодействия со средой игрового пространства.

Технологические возможности игр продолжают развиваться и есть все основания предполагать, что они пройдут тот же путь художественного развития и социальной значимости, что и кинематограф от первых развлекательных съемок прибытия поезда до самой влиятельной культурной индустрии ХХ века.

Богатырёва Елена Анатольевна Доктор философских наук Ведущий научный сотрудник Российский институт культурологии Россия, Москва Фактор времени в становлении культурных индустрий В понятии «культурные индустрии» обобщены по крайней мере два блока представлений, две группы явлений. С одной стороны это то, что традиционно связывалось с творческим трудом и творческими профессиями, которые определённым образом трансформируются в эпоху «технической воспроизводимости». А с другой – то, что относят к особенностям постиндустриальной стадии развития общества. На этом втором значении понятия «культурные индустрии» сконцентировано внимание автора доклада. Речь пойдёт об изменениях в структуре общественного производства, следствием которых являются изменения в характере труда (с одной стороны - интеллектуализация, а с другой – недостаточное количество предложений на рынке труда), о возникновении неинституциональных сфер профессиональной деятельности, о новых формах профессиональной самореализации, предполагающих развитие человеческого капитала и о том, что время - это не только свободное время, не только досуг.

Божков Борис Олегович Директор издательства «Эйдос» Издатель «Международного журнала исследования культуры» Россия, Санкт-Петербург «Net-Work: сетевая работа или работа в Сети» (о закрытом академическом коммьюнити «Сетевое сообщество РОССИЙСКАЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ» — culturalnet.ru) В докладе предполагается осветить работу интернет-портала «Сетевое сообщество РОССИЙСКАЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ» — culturalnet.ru — история, проблемы, пути развития.

Вешнинский Юрий Григорьевич Российский НИИ культурного и природного наследия имени Д.С.Лихачёва Старший научный сотрудник Кандидат культурологии Россия, Москва Препятствия, существующие на пути к изучению, освоению и эффективному использованию культурных индустрий на благо урбанистического и территориального развития В связи с необходимостью изучения, освоения и использования культурных индустрий на благо урбанистического и территориального развития становится всё более очевидным, что всеми недостатками нашего социума в целом страдает и почти всё научное сообщество. Не раз говорилось и писалось о «недоурбанизированности» нашего общества в целом. Но сильнейшими пережитками не просто патриархально-аграрных, но и авторитарно-крепостнических отношений пронизано и наше научное сообщество. В нём самом ярко проявляются и свойственная всему нашему обществу клановость, и разделённость на замкнутые профессиональные цеха и корпорации, порой превращающиеся в настоящие «ордены меченосцев», если не вообще в научные мафии (о которых давно пишет, например, Е. З. Миркина) или в тоталитарные секты. Кстати, я ещё в 1998 году писал о бюрократизации советской интеллигенции, как о процессе, о котором не очень охотно говорили и говорят.

В этой связи представляется целесообразным вспомнить слова Карла Маркса: «Всеобщий дух бюрократии есть тайна, таинство. Соблюдение этого таинства обеспечивается в её собственной среде её иерархической организацией, а по отношению к внешнему миру – её замкнутым корпоративным характером. Открытый дух государства, а также государственное мышление представляются поэтому бюрократии предательством по отношению к её тайне».

По моим многолетним наблюдениям, мало найдётся в нашей жизни сфер деятельности, где креативно-когнитивные и персоналистские ценности либо отодвигаются на задний план, либо откровенно подавляются и подменяются ценностями социально-стратификационными (в первую очередь в административно-субординационной форме), вульгарно-экономическими и коммунитарными, где так часто встречается моральный релятивизм, где разногласия так часто разрешаются «по понятиям», и где так безраздельно царит «кулачное право», как в науке и в других, так называемых «творческих», сферах деятельности. Всё это влечёт за собой удушение «точек роста» и неиэбежно сопровождается вытеснением за преднлы тех или иных научных институций и «оргструктур» этических, а также, как правило и неизбежно, гражданско-правовых ценностей.

Когда-то один из западных авторов писал, что принципиальное отличие поведения в ситуации конфликта наших людей от западных заключается в том, что, если западный человек в конфликте стремиться к компромиссу с максимально более сильных для себя позиций, то наш человек стремится в аналогичной ситуации – к полному (если не физическому, то информационному) уничтожению оппонента. А ведь это признак совсем не городской ментальности! Кстати, задолго до этого западного автора, ещё в апреле-мае 1918 г., об этом же говорил И.П.Павлов в лекциях «Об уме вообще, о русском уме в частности», говоря о том, что депутаты в Государственной Думе были именно врагами друг другу.

Мне всегда нравился афоризм Антонио Грамши «Пессимизм разума – оптимизм воли». Но он представляется мне сегодня применимым скорее в странах, где достаточно давно сложилось гражданское общество, и лишь позже возникло общество массовое. А у нас, где массовое общество сложилось ещё лет сто тому назад, а гражданское общество не сложилось до сих пор, то по отношению к нашей стране эта формула представляется мне вряд ли применимой. Куда более актуальной представлялась мне мысль покойного А.С.Ахиезера о том, что в культуре России преобладает не стремление к преодолению дезорганизации, а стремление адаптироваться к дезорганизованности как к норме. Кроме того мне кажется, что наша трагедия заключается в том, что у нас на патриархальноаграрную и даже авторитарно-крепостническую традицию накладывается всё то, что Г.С.Кнабе считает антигуманным движением мировой цивилизации.

Хотелось бы отметить ещё одно явление в нашей науке, которое, будучи давно и широко распространённым, является глубоко противоестественным. Речь идёт о воинствующем антиинтеллектуализме в науке. Беззастенчивое хвастовство невежеством у нас в науке ужасающее! Слова: «Я не знаю…» у нас произносятся с такой же гордостью, с какой можно было бы сказать: «Я открыл…». В этой связи представляется обладающим несомненный эвристической ценностью предложенное А. С. Ахиезером понятие «серое творчество». Но разве может «Парк Юрского периода» стать кузницей Нобелевских лауреатов В этой связи Б.Б.Родоман писал: «Из-за огромности российской территории происходящие на ней процессы имеют глобальное значение. Деморализация и поглупение такой большой страны, экологически неблагополучной и накопившей много смертоносных средств, — угроза всему человечеству». Часто отмечается засилье в нашем обществе обывательских идеалов, поведенческого индивидуализма и шкурничества. Но тем более это недопустимо в науке, которая, как писал в «Капитале» Карл Маркс, по самой своей природе является всеобщим трудом.

И я призываю сегодня, прежде всего, к дискуссии по затронутым мной проблемам (в той мере, в какой само научное сообщество к этому готово). Неужели и наше научное сообщество «превратилось в замкнутую корпорацию, неспособную к самоочищению» А если хотя бы его часть окажется, всё-таки, к этому готовой, то я считаю необходимой самую непримиримую борьбу с внутринаучными аморализмом, криминалом, шкурничеством, невежеством и «серым творчеством». Считаю свой предполагаемый доклад своим посильным вкладом в самую широкую дискуссию о тех препятствиях, которые блокируют изучение, освоение и эффективное использование культурных индустрий на благо урбанистического и территориального развития.

Вислова Анна Владимировна Российский институт культурологии Ведущий научный сотрудник Кандидат искусствоведения Россия, Москва Культурные индустрии и театр Театр становится частью современных культурных индустрий. В контексте новой модернизации осуществляется активная формализация и коммерциализация русского театра. Очевидно, что Россия сегодня является фабрикой, производящей продукцию на основе чужих технологий, а не центром по созданию своих творческих продуктов. Культурная индустрия разворачивается здесь в определенном, также заимствованном направлении, прежде всего по пути создания так называемых творческих кластеров – многофункциональных творческих объединений, действующих на замкнутой территории бывших промышленных и иных городских объектов. Творческий кластер считается самым ярким примером взаимодействия творчества и экономики. Территории таких кластеров позволяют соединять современные театральные практики и культурные рынки. Содержательная сторона этой арт-конверсии сегодня исследуется меньше ее формы бытования. В целом подобные креатуры существуют и рассматриваются, с одной стороны, как ниша для формирования новой, сочетающейся с бизнесом богемной творческой среды, с другой, – безусловно, как определенные центры культурного влияния.

Гафурова Зинаида Рузвиновна Кафедра философско-исторических и социально-правовых наук Национального исследовательского технологического университета «МИСиС» доцент Россия, Москва Картирование территорий как основа формирования концепции развития театра Процессы индустриализации культуры и информации достаточно бурно развивались на протяжении ХХ века и ускоренно – в наше время. При том, что культурной и информационной индустриям свойственны специфические черты, отличающие их от других сфер деятельности, в мировом масштабе сами процессы индустриализации культуры и информации подчинены общей логике, т.е. в большинстве стран мы наблюдаем близость этих процессов.

Таким «общим местом» выступает технология картирования территорий, широко применяемая в исследованиях культурных индустрий. Картирование означает «строительство» наглядной карты культурных ресурсов территории. Технология основывается на статистических данных и социологических исследованиях, а в её фундаменте – выстраивание модели существующих связей между производственной и стоимостной цепочками. Какова цель картирования Наглядно оценить потенциал культурной сферы, определить её возможности и выявить её потребности. Именно это позволяет формировать концепцию развития и саму стратегию культурной индустрии.

Если производственная цепочка включает четыре стадии (зарождение идей, производство, распространение, потребление), то стоимостная цепочка – четыре уровня (географический, политикосоциальный, правовой, экономический). Выделение возможностей – это плюс, выявление потребностей (как проблемных точек) – это минус. В целом картирование позволяет видеть общую структуру культурного рынка, его размер, финансовую ёмкость и потенциал.

Важным является тот факт, что картирование осуществляется не только для культурных и коммуникационных индустрий в целом, но и для его отдельных областей, в частности для исполнительского искусства. Поэтому использование картирования при формировании концепции развития театра (в разных масштабах), и если мы рассматриваем эту концепцию в контексте индустриализации театральной культуры, имеет большое значение. Прежде всего, это технология позволяет видеть (точнее, выявлять) тренды, которые возникают в данном сегменте культуры. Вовторых, картирование в России играет роль опорного (объективного) звена в индустриализации культуры в силу того факта, что наша страна относится к тем образованиям, где государство активно вторгается в культурную и информационную политику.

Гибелев Игорь Владимирович Российский институт культурологии, кандидат философских наук, Россия, Москва Новый прекрасный маркетинг Адорновская оппозиция высокого и низкого, определявшая негативность понятия "культурная индустрия", с очевидностью, нефункциональна. Плацдарм для критического суждения и социальной критики потерян. Планетарный маркетинг нашел выход в переходе от массового культурного производства к индивидуальномерному маркетированию, к "экономике переживаний". Любое, самое малейшее движение "души" может стать рыночным продуктом. И это хорошо, поскольку человек получает неограниченную "свободу в средствах". Но, по сути, и этого еще недостаточно для воплощения культурно-индустриальной эвдемонии в мире практического субъекта, поскольку этому препятствует идеал "свободы в целях". Поэтому перед прогрессивными исследователями открывается доселе невиданный горизонт задачи – маркетировать мыслящее себя мышление.

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.