WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 97 | 98 || 100 | 101 |   ...   | 155 |

Много объективных и субъективных причин лежит в основе тяжелых недугов современного человечества, проявление которых немедленно и неотвратимо сказывается на всей системе прав человека, в том числе и очерченных выше. Но одна, серьезнейшая из них, лежит, я бы сказал, в области эго – и социоцентризма. эгоцентризма – это когда, признавая свои права, я не признаю, или не признаю в полной мере, з полном объеме, а значит практически игнорирую, нарушаю или пытаюсь нарушить права другого, иного, чем я, социоцентризма – это когда, признавая права своей социальной группы (профессиональной, классовой, этнической – это может быть больший или меньший коллектив, целый социальный класс, или его часть, род, племя, или целый этнос), я не признаю, или не признаю в полной мере, в полном объеме, а значит практически игнорирую, нарушаю или пытаюсь нарушить права другой группы, к которой я не принадлежу. Отсюда -отчужденность и нетерпимость, а далее – агрессивность и враждебность отношений и, наконец, антагонистическая борьба.

В процессе подготовки и особенно в ходе самой Всемирной конференции весьма акцентированно дискутировался вопрос о принципе универсальности прав человека. В свете изложенного выше думаю, что он просто невозможен, сей принцип, он просто не в состоянии быть реализованным, если хотя бы в самой Организации Объединенных Наций не будет в достаточной мере реализовано право другого, иного, чем я и чем мы, и на этой основе тотальная активная терпимость к другому, иному, чем я, его образу деятельности, жизни и мышления. Иначе говоря, принцип универсальности прав человек может быть чем-то живым и животворящим лишь на базе признания прав отличия и права на отличие, прав различия и права на различие, прав иного, чем я, иного, чем мы, и прав на иное, чем я, и на иное, чем мы.

К проблеме терпимости, толерантности, весьма часто обращались ораторы Венской всемирной конференции. Особенно подчеркивается это понятие и явление, должное, по мнению дискуссантов, стать нормой отношений государств, народов и людей сообщества наций, в ее Заключительном документе. Ведь если хорошо вдуматься, то понятие и явление терпимости, толерантности просто не могло бы существовать, если бы не имел места феномен другого, иного, чем я, чем определенные мы. Так же, как и феномен универсальности, в области прав человека в том числе. Она просто немыслима без единения, без диалектического тождества различий прав я и не-я, прав мы и не мы, пользуясь языком немецкой классической философии.

Унификация и монополизм взрывали изнутри, в конечном итоге, могущественнейшие империи мира. Они способны разложить изнутри и ту систему прав человека, которая будет базироваться только на праве моего я, только на праве моего мы. И наоборот, – принцип прав я и другие, мы и другие, т.е. принцип эго-и социоплюрализма – это единственный продуктивный подход для Организации Объединенных Наций и разработанной ею системы прав человека в особенности. Ибо только в такой связке каждый способен придать системе истинную, действенную и реальную универсальность и привести к торжеству принцип тотальной и активной терпимости различий. За исключением, безусловно, тех случаев, когда я и мы не выходят за рамки международного права или национального законодательства, т.е. за исключением преступной деятельности или преступных духовных акций типа фашизма, например, или всякой иной преступной деятельности, которая в индивидуальном плане базируется на эгоцентризме (каждый видит в себе, своей особе и воле нечто высшее для другого) и социоцентризме каждый рассматривает свое мы, народ, нацию, общественнополитическую систему, систему избранных духовных ценностей как самую высшую ценность, не признавая права входить в сей сонм совершенств другим народам, нациям, системам политико-экономической и духовной деятельности.

Именно такая универсальность, такой глобализм, которые сочетаются с отличием или различием, вбирают их в себя как свое внутреннее, позволяют индивидуальному праву Я сочетаться с индивидуальным правом другого, одновременно позволяют ему неизменно сочетаться с коллективным правом мы, позволяют праву определенного мы признавать право иного, другого мы, и наоборот. исповедование именно такой правочеловеческои философии и диалектики может на практике привести к торжеству толерантности, которая должна стать главным принципом нормальных человеческих отношений, и демократии как внутренней структурной основы отношений людей, партий, гражданина и государства, классов, народов и наций, политико-экономических и духовных ценностей.

Безусловное признание индивидуального и коллективного права другого, права иного, вытекающие отсюда толерантность и демократичность в отношениях только такие подходы, только такие принципы и основания могут быть внутренним источником дальнейшего прогрессивного развития человечества в целом, его различных этнонациональных образований в том числе. именно такой философский подход дает возможность хорошо понять настойчивое стремление теоретиков ООН, Экономического и социального совета, Комиссии по правам человека, женевского Центра прав человека и других органов ООН, стремление тесно увязывать проблемы развития, демократии и прав человека (органически включая сюда и проблему терпимости). и проблемы самоопределения, суверенитета. В этой связи в документах, принятых уважаемой организацией, в том числе и в Заключительном документе Венской Всемирной конференции, недостает, может быть, одной очень важной определенности там, где настойчиво говорится о принципе универсальности прав человека. здесь нет акцентов на праве другого, иного я и мы, на философии права эго-и социоплюрализма. А там, где есть, они предельно робки и неопределенны. Только такой теоретический и практический подход, который рассматривает универсальность и различие как внутреннее друг друга, может позволить международному сообществу прав человека преодолеть этап перепутья и, наследуя все лучшее из наработанного, привести дело к дальнейшей разработке действительно универсальных стандартов прав человека и реальному торжеству универсальности и глобализма этих стандартов ООН.

А пока, несмотря на все усилия и достижения, все-таки и в этой области деятельности (права человека). Объединенное Нации находятся лишь на этапе перепутья и неопределенности. Как будто чего-то достигли: уникальный документ середины рубежа столетия – Всеобщая декларация прав человека, замечательные Международные пакты, Факультативные протоколы, конвенции, декларации, конференции, прогрессирующая ратификация, солидное число органов и организаций, специализирующихся в области прав человека... Однако «пещерное» прошлое с его стадно-коллективным правовым социоцентризмом или звериноиндивидуальным эгоцентризмом как внутренними импульсами политического поведения неизменно тянет назад: нератификация основных и главных международных актов, полуратификация (ратификация с бесчисленными оговорками), повсеместное нарушение ратифицированных документов, повсеместное политическое лицемерие с широким применением двойных стандартов, массовые грубые и тихие нарушения фундаментальных прав человека, средневековая резня под аккомпанементы борьбы за право на землю предков, сопряженная с идеей территориальной целостности и правом на самоопределение, красивый утопический идеализм, с одной стороны, практическое бессилие, с другой, правочеловеческих органов ООН и многое другое...

Это состояние перепутья Объединенных Наций со всеми правочеловеческими проблемами, присущими для него, нашло свое отражение в итоговом документе, названном под занавес конференции «Декларация и программа действий»: он хаотичен по форме. Это и не резолюция, и не декларация, и не концепция, и не план действий, и не петиция, и не воззвание – здесь всего понемногу из всех существующих форм и возможных видов документов, Он непоследователен по структуре, для него характерны частые нарушения простой формальной логики, бесконечные повторы, немалое количество прямо противоположных и двусмысленных трактовок и другое... И все же только такие оценки были бы несправедливыми;

будучи не однозначным и противоречивым, документ содержит немало блестящих и продуктивных идей. И, может быть, самым большим его достижением является то, что он будит мысль, заставляя ее активно искать выходы в провалах мысли и существующей практики поощрения, защиты и реализации прав человека «Все права человека проистекают из достоинства и ценности, присущих человеческой личности», четко и ясно записано в п.2 преамбулы Заключительного документа Всемирной конференции. Эта мысль о человеческой личности, как истоке добра во всех его измерениях, в целом, как говорят, стара, как мир. Но здесь, в Заключительном документе международного вече по правам человека, она хороша тем, что еще раз дает возможность понять важную вещь – именно отсюда должен выводиться главный принцип прав человека, их универсальность.

Права человека – явление объективно универсальное, ибо они вытекают из потребности достоинства, свободы и ценности личности. Не из некоего абстрактного абсолюта, не из абсолютизированного кем-то или чем-то собрания вечных идей, не из Бога или космического Разума, а из конкретного жившего вчера и живущего сегодня на земле человека, из потребностей достоинства и свободы его личности.

Если говорить об этом не абстрактно, а языком реалий общественной жизни, го следует сказать, что исток прав человека, как и принцип универсальности, не в самоценности самоабсолюта в виде почти обожествленного государства, почти обожествленной нации, патологически гипертрофированного в своем значении класса или любого иного коллективного образования. Этот исток, повторим, в достоинстве, свободе и ценности человеческой личности.

Может показаться, что из этих утверждений так и сквозит красивый, но пустой идеализм ооновской либеральной закваски. Извините, – нет. Это стопроцентный фейербаховскомарксовский материализм, если не сказать прагматизм. Ибо именно человек, человеческие личности определенного исторического достоинства и ценности – определенного уровня качества, их сообщества, осознав себя как нацию, народ и класс (или как некое единое профессиональное объединение) с единым стратегическим интересом, назвали себя народом, нацией, классом и т.д. и создали организацию по управлению делами народа, нацией, прочих социальных образований в образе государства.

Если же перейти в этих размышлениях об истоках прав человека и их главного принципа к анализу совсем недавнего, вчерашнею нашего прошлого или к сегодняшним реалиям, то в соответствии с требованием параллелизма мышления следовало бы заметить, что и не национально-этническое независимое государство, и не этнически безукоризненный и «чистый» народ, и не искусственно наделенный всеми высшими достоинствами один какой-то социальный класс с его «коллективным» эгоизмом, и не этнически чистая национальная культура с идолизированным национальным языком, но опять-таки человеческая личность, ее достоинство и свобода – главный исток и основной субъект права вообще, прав человека, демократии и гуманизма, главного принципа их бытия – универсальности. «Человеческая личность является центральным субъектом прав человека и основных свобод», – гласит Заключительный документ «Декларация и программа действий» Всемирной конференции по нравам человека.

Здесь мировым сообществом подтверждается мысль, что человек и его личность не только исток, но и творец (субъект) прав человека, творец их универсальности. Никто (ни народ, ни нация, ни его социальный класс, ни государство, их представляющее и т.д.), а именно он сам должен реализовать идею универсальности, как и требование универсализации ооновских стандартов своих фундаментальных прав. Эта мысль примечательна кроме того еще и тем, что она подводит нас к философскому обоснованию факта необходимости и неординарной значимости и различных правочеловеческих сообществ внеправительственного, внегосударственного характера и на национальном, и на международном уровне. К философскому обоснованию необходимости и неординарности неправительственных, как мы их называем, организаций в области прав человека.

Утверждая все это, я ни в коем случае не отрицаю роли народа, нации, государства в сфере поощрения и защиты прав человека. Я не отрицаю, я просто не могу отрицать значительную роль одной из важных ценностей, созданных человеческим развитием, каким являются национальные сообщества людей, ибо именно они суть та первородная почва, которая формирует человеческие личности, их достоинство и ценность. Я не могу отрицать положительного (как, впрочем, и отрицательного) влияния классовой принадлежности человека на формирование его личности со всеми ее качествами, а стало быть и на судьбу его индивидуальных прав, как и прав классово другого, в том числе и классово иного, в сфере деятельности и отношений конкретной личности. И, наконец, я не являюсь антагонистом государства, и не отрицаю его колоссальной роли в судьбах прав и свобод человека, ибо оно есть высшее творение общественного человека, созданное им для гарантирования, реализации и защиты этих прав и свобод. Не случайно все документы ООН настойчиво, может быть, даже излишне настойчиво, проводят идею о том, что главными ответственными за права и свободы человека в мире являются национальные государства, Многократно подчеркнута эта мысль и Всемирной конференцией, Если, как это утверждается в документе, «человеческая личность.., должна быть основным бенефициаром... прав и свобод», то это возможно (о чем свидетельствует вся предшествующая история) только в рамках определенных народов, наций, классов, социальных слоев, других сообществ человека, в конечном итоге – только в рамках конкретных государств. Ведь до состояния космического (или космополитического) гражданства человеческое развитие еще не дошло.

Но я отрицаю гипертрофию индивидуального я, как и тотальную монополию коллективного мы (класса, нации, народа, государства) в области прав человека. Я отрицаю и непреодолимый разрыв и абсолютное отождествление индивидуального я – субъекта универсальности прав человека и коллективного мы – субъекта различия прав человека. Я отрицаю разрыв прав индивидуального я и прав другого, иного индивидуального я, прав определенных коллективных мы, т.е. разрыв, в сущности, между правами и обязанностями человека, правами и обязанностями различных его сообществ. Ибо в отношениях с другим, иным наряду с правами человека неизменно встает проблема его обязанностей. Первая из них быть терпимым, толерантным по отношению к другому, иному.

Pages:     | 1 |   ...   | 97 | 98 || 100 | 101 |   ...   | 155 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.