WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 155 |

Необходимо отметить, что бинарной логике познания Аристотеля предшествовала гносеология Парменида, основополагающим началом которой было утверждение: «одно и то же есть мысль и то, о чем мысль существует». Онтологический смысл его утверждения являет собой тождественность триединства взаимосвязи процесса мышления о целом (бытие) и субстанциональной организационной структуры бытия как целого (единое) и его частей (многое). Эффективность бинарной логики познания Аристотеля, впервые подверг сомнению Г. Гегель. Создавая науку объективной логики, Гегель остроумно замечает: «Положение об исключенном третьем утверждает, что нет ничего такого, что не было бы ни А, ни не-А, что нет такого третьего, которое было бы безразлично к этой противоположности. В действительности же имеется в самом этом положении третье, которое безразлично к этой противоположности, а именно само А. Это А не есть ни +А, ни –А, но равным образом есть и +А, и – А» [4, с. 64]. Однако Гегель, не постигнув онтологическую суть парменидовой организационной рефлексии «триединства» бытия, изобрел диалектическую триаду («тезис – антитезис – синтез») последовательного развития Мировой Идеи. Причем, в идеалистической диалектике Гегеля можно усмотреть процесс перехода какого-либо развивающегося объекта (вещи или явления действительности) на новый уровень организации (синтез) как результат взаимодействия двух противоположных начал (тезиса и антитезиса). Диалектическая триада Гегеля, а затем и диалектический материализм К. Маркса и Ф. Энгельса сыграли положительную роль в понимании процесса развития, как внутренне присущего материи ее качественного состояния, вытекающего из противоречивости явлений действительности.

Однако остается неясной причина относительной стабильности организационных форм бытия при условии всеобщего движения и развития. Как правило, для объяснения факта относительной стабильности бытия во внимание принимается то обстоятельство, что уже форма организации вещей и явлений является отражением их содержания, но будучи более консервативной, чем содержание, форма сдерживает развитие самого содержания. Но, откуда берется устойчивость самой формы Ведь форма и содержание – это две противоположные друг другу категориальные основы любых вещей и явлений, которые при действии закона «исключенного третьего» аннигилировали бы, уничтожив друг друга «в их самости».

Неудивительно, что для решения этой философской проблемы необходима новая познавательная система, основанная не на постулате единства и противоборства противоположных начал, а на триадном принципе организации самой действительности. Дело в том, что отмечаемый в религиях мира принцип триединства божественного бытия (Святая Троица в христианстве, принцип тримурти (триединства). Вишну, Шивы и Брамы в индуизме, взаимодействие инь, янь и дэн в китайской мифологии и философии или Род-триглав в дохристианской религии древней Руси, триединый Ра в мифологии древнего Египта и т.д.) отражают сущностные основания бытия мира. Уже на уровне материального бытия можно отметить триединство неживой, живой и социальной природы мироздания. На уровне человека существует триединство его биологической, социальной и духовной природы. В свою очередь, в обществе проявляется триединство экономической, юридико-политической организации базиса и надстроечных форм общественного сознания. Подобное триединство можно обнаружить и у других форм организации бытия, что обеспечивает относительную устойчивость любого материального объекта и явления природного и социального мира.

На этот вопрос пытается ответить новое научное направление которое можно обозначить введенным в оборот П.Я. Сергиенко понятия «триалектика», согласно которому «триалектика – наука о началах бытия и творения Жизни, согласующихся с триединством бытия Святой Троицы и ее принципами (единосущность, соприсущность, нераздельность, троичность, специфичность и взаимодействие)» [5, с. 2]. В этой связи, необходимо отметить, что соотнесение начал бытия с принципами творения жизни, согласующихся с триединством бытия Святой Троицы является вещью недоказуемой в силу невозможности опытного моделирования процесса сотворения мира и эксперементального пожтвнерждения существования божественного бытия. Поэтому, понятие «триалектика» нужно понимать как науку о принципах, началах и закономерностях организационного триединства бытия самой действительности.

Исходя из идеи организационного единства бытия, необходимо отметить, что форма связана с содержанием через структуру, или внутреннюю организацию объектов действительности, которая выполняет роль посредника или «включенного третьего». Таким образом, можно сформулировать первый закон триалектики. Поддержание относительной стабильности вещей и явлений суть органического единства формы содержания и структуры объектов действительности. Суть такого единства составляет состояние равновесности противоположных начал, что поддерживается пропорциями «золотых сечений». Эта закономерность позволяет вывести закон равновесности, как второй закон триалектики. Стабильность объектов действительности обеспечивается равновесным состоянием противоположностей в рамках пропорций золотых сечений.

Практическая реализация этого принципа структурирует материю по законам геометрии. Так Д.И. Блохинцев обращает внимание, что: «закономерности геометрии являются самыми общими и простирают свою власть и значимость на любые события и явления в мире, который мы знаем» [3, с. 7], что можно интерпретировать как третий закон триалектики. В свою очередь, известный исследователь оснований новой топологической физики И.А. Акчурин отмечает: «Топологические характеристики «внешней» по отношению к объекту - «не занимаемой им» части пространства могут определять не только его «статическое», чисто геометрическое разложение на подобъекты меньшей размерности, но и динамическое «поведение» этих подобъектов во времени - существование, например, преимущественных траекторий их движения» [1, с. 7].

Кроме законов триалектики, можно вывести и ряд категорий триалектики.

1. Форма – Структура – Содержание.

2. Стабильность – Равновесность – Неравновесность.

3. Часть – Система – Целое.

Наиболее важную роль играют категории форма и содержание, которые есть проявление структурной самоорганизации элементов системы объектов самой действительности, но не сводимое к ней.

Единство законов и категорий триалектики становятся основополагающим фактором стабильности бытия, которые создают возможность объяснения явлений действительности с точки зрения обеспечения их организационной стабильности. Можно предположить, что триалектическая модель мироздания в будущем займет свое место в исследовании организационного уровня мироздания наряду с диалектикой и синергетикой.

Литература 1. Акчурин, И.А. Концептуальные основания новой - Топологической Физики // «Академия Тринитаризма» [Электронный ресурс]. – 2003. – М., Эл. № 77-6567, публ. 10704. Режим доступа: http://rusnauka.ru/ fiz_newtop.html. – Дата доступа: 24.09.2003.

2. Аристотель. Метафизика // Собр. соч.: в 4 т.; пер. с древнегреч. Д. Рожанского. – М., 1981. – Т. 1. – С. 63–550.

3. Блохинцев, Д.И. Пространство и время в микромире. - М., 1970.

4. Гегель, Г. Наука логики // Собр. соч.: в 3 т.; отв. ред. М.М. Розенталь. – М., 1971. – Т. 2. Учение о сущности.

5. Сергиенко, П.Я. Триалектическая концепция Мироздания // «Академия Тринитаризма» [Электронный ресурс]. – 2004. - М., Эл. № 77-6567, публ. 11108. Режим доступа: http://www.trinitas.ru/ rus/ doc/ 0016/ 001a/ 00160075.htm. – Дата доступа: 01.04.2004.

ПРОБЛЕМА ПЕРВОНАЧАЛА В ФИЛОСОФИИ И ФИЗИКЕ А.Н. Спасков Проблема первоначала – это скорее предмет веры, чем знания, а постановка этой проблемы собственно и является началом философии и науки. По сути, поиск первоначала – это научная программа, намеченная еще древнегреческими философами, определяющая ход развития фундаментальной науки, и не реализованная до сих пор.

Следует подчеркнуть, что физика – это наука о фундаментальных закономерностях материального мира. Этим самым мы ограничиваем область компетенции физики, хотя и понимаем, что сама она нуждается в метафизических основаниях, но, предоставляя философии решать основной вопрос о соотношении материального и идеального начал. Кроме того, еще Аристотель наряду с материальной причиной мира указывал также на формальную, действующую и целевую причины.

Долгое время господствовало мнение, что в иерархии наук о природе физика занимает самое фундаментальное место. Но сейчас становится все более ясным, что жизнь и сознание невозможно редуцировать к физическим началам и для полной картины мира необходимо ввести новые, нефизические сущности. Как писал Честертон Г.: «Мы познали Истину, и оказалось, что она не имеет физического смысла».

Но мы все же ограничимся физическими сущностями, учитывая при этом, что сама физика нуждается в метафизическом обосновании. Кажется, что именно сейчас физика достигла своих фундаментальных оснований. Многие физики говорят об окончательной теории или теории Всего Сущего, и тому есть веские причины.

Конечно же, «теория Всего Сущего» – слишком амбициозное название. По нашему мнению было бы правильнее назвать ее «единой теорией всех физических сущностей». По сути, речь идет о создании самодостаточной физической картины мира.

Следуя традиции древних философов, мы хотели бы ограничиться тремя проблемами, которые составляют целостное представление о физических первоначалах. Это – вопрос о том, из чего все состоит (вопрос о едином субстрате). Вопрос о том, как из единого субстрата образуется все многообразие вещей (т.е. формальная причина структурного разнообразия или системообразующий принцип). И третий вопрос – о том, благодаря чему или под действием чего происходит движение и изменение (т.е. активная, действующая причина, или субстанциальное начало). Помимо этих трех проблем следовало бы назвать еще одну, которая сейчас вновь возрождается и проникает в физическую науку. А именно – целевую причину, или телеологическое начало.

По современным представлениям материя имеет три формы существования – вещество, поле и физический вакуум. Мы не знаем, являются ли эти формы проявлением некоего более фундаментального субстрата, либо, как считают некоторые, физический вакуум как раз и является тем фундаментальным субстратом, из которого порождаются вещество и поле.

Манеев А.К., например, относит мегавакуум к наиболее глубинному субстратному уровню организации материи. Но сам по себе этот уровень вторичен и возникает из предельно глубинной субстанциальной формации. Непонятно, однако, возникает ли он из субстанциальной формации, благодаря ее неуничтожимой активности. Тогда и в самой субстанции должен быть некий субстратный уровень, что нелепо. Скорее всего, субстанция – это чисто активное начало, благодаря которому из ничего, что соответствует абсолютной пустоте или идеальному вакууму, порождается все многообразие первичных материальных форм (флуктуируют поля, постоянно возникают и исчезают виртуальные частицы), что соответствует физическому вакууму. Таким образом, субстанция – это вечная, бесконечная и неделимая сущность, источник всех форм существования и движения материи.

В какой-то мере, схема структурных уровней, предложенная Манеевым А.К., напоминает представление Плотина об иерархии уровней реальности, как эманации единого божественного начала. Это – пантеистическое представление безликого бога, который растворяется во всей природе.

С другой стороны, субстанция – это принципиально ненаблюдаемый уровень реальности. Нельзя даже сказать, что это физическая реальность, под которой традиционно понимается то, что воздействует на наши чувства или взаимодействует с приборами. Но нельзя также сказать, что это – реальность мира ноуменов, так как ее понимали реалисты и которую можно познать лишь умозрительно. Скорее всего, для адекватного описания этой реальности следует ввести расширенное физическое толкование. А именно, субстанция – это реальность, воздействующая на субстратный уровень материи, но непосредственно недоступная никаким физическим измерениям и наблюдениям.

В общем-то, с этим уровнем материального мира физика впервые столкнулась при создании квантовой механики, которая радикально изменила наши представления об объективной реальности и о роли физического измерения.

С одной стороны, в схему описания квантового объекта обязательно входит макроскопический прибор, а значит, и наблюдатель. Следовательно, мы не можем эмпирически познать квантовый мир, как объективную реальность, не зависящую от наблюдателя. С другой стороны, мы не можем взаимодействовать с субстанциальным уровнем материи, и, следовательно, он для нас принципиально ненаблюдаем. Но субстанция все же должна воздействовать, согласно гипотезе Манеева А.К., на мегавакуум, порождая через него все многообразие субстратных и реляционных форм, и являясь вечно активным источником всякого движения.

Исходя из этих соображений, нам представляется, что для построения теории микромира недостаточно квантовой механики, т.к. она включает в схему описания только взаимодействие макро – и микромира. Необходимо еще построить теорию взаимодействия микромира и субстанции. Конечно, это очень трудная задача, т.к. здесь приходится действовать чисто умозрительным путем. Но именно на такой путь и вступила современная теоретическая физика при описании планковских масштабов и построении космологических моделей.

Для нынешнего этапа развития физики характерно обсуждение множества гипотез и конкурирующих парадигм. Все они предлагают радикальное изменение наших представлений о реальности в микромире. Характерной чертой этих теорий, таких, например, как теория суперструн или теория петлевой квантовой гравитации, является эмпирическая невесомость, т.е. принципиальная ненаблюдаемость непосредственных эффектов. Теоретическая физика становится похожей на математику, а математические формы и соотношения, которые изобретает математик, выражают собой некие идеальные сущности и архетипы, лежащие в основании физической реальности. Это древнее воззрение философии Пифагора – Платона соответствует неопифагорейскому подходу в современной теоретической физике.

Однако одной математики явно недостаточно. Сама современная математика нуждается в метатеоретическом обосновании, а для успешного развития физики необходимы глубокие философские идеи и метафизическое обоснование. Современный физик-теоретик уподобляется древнегреческим натурфилософам, пришедшим к идее атома чисто умозрительным путем, а это предполагает изменение методологии познания, отличной от классического эмпиризма и рационализма Нового времени.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 155 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.