WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 76 | 77 || 79 | 80 |   ...   | 193 |

Стоит отметить, что феномен культуры парламентаризма в отечественной литературе специальным образом не рассматривался, поскольку данная культура находится на стадии формирования. Вместе с тем становление Федерального Собрания РФ и региональных структур в качестве организационной структуры института парламентаризма определяет необходимость изучения формирования неоинституциональной составляющей российского парламентаризма – парламентской культуры [3, с. 77].

Культура парламентаризма не может возникнуть автоматически, то есть наличие парламента не свидетельствует о существовании парламентаризма и, соответственно, о наличии определенного уровня культуры парламентаризма. Культура парламентаризма (как и сам парламентаризм) – сложный и многогранный феномен, некая шкала социально-политических ценностей, где господствует закон, утвердились принципы верховенства права и разделения властей, где гражданское общество характеризуется демократизмом и высокой политико-правовой культурой при сложившейся выборной системе власти.

Весь политический строй и уровень гражданской культуры должен свидетельствовать о том, что парламент – это выразитель самого высокого уровня власти, власти, идущей от народа [4, с. 1]. Возможно говорить о формировании культуры парламентаризма только тогда, когда имеется наличие базовых социальных, экономических, политических и правовых знаний не только у народных избранников (наряду с глубокими знаниями в узкопрофессиональной сфере). Более того, необходим стабильный уровень глубоких знаний в тех же областях и о месте парламента в их регулировании у всех граждан страны. Без взаимного влияния и взаимодействия этих условий парламент превратится в орган, регистрирующий законодательные инициативы, подготовленные исполнительной властью или группами экономических интересов [4, с. 2]. В таком случае, естественно, говорить о парламентской культуре совершенно не возможно.

Стоит обратить внимание и на то, что современное общество усложняется, социальнополитические процессы идут быстрее. Проблема формирования культуры парламентаризма в большой степени связана с высокой степенью непредсказуемости среды. В рамках узкого подхода к определению культуры парламентаризма эта проблема заключается в том, что парламентарию, чтобы постоянно преодолевать неопределенность, следует обгонять ход социальнополитических процессов, предугадывать новые проблемы и неопределенности. В таком случае очевиден недостаток одного депутатского срока и инструментария для изучения общества.

В рамках широкого подхода данная проблема отражается в невозможности адекватной реакции на изменения всеми членами общества, равного доступа граждан к актуальным знаниям. А.И. Соловьев в работе «Культура власти» пишет о различной степени овладения людьми политическими средствами властного волеизъявления, которые определяют стиль гражданского поведения и предопределяют существование субкультурных образований в сфере властных отношений. Такое положение дел характерно для современного этапа формирования культуры парламентаризма в России. Конечно, на этом уровне нельзя говорить о суверенном понятии «культура парламентаризма».

Еще одна проблема формирования культуры парламентаризма в современной России заключается в том, что парламент предполагает деятельность от имени всего народа и в интересах всей страны. На деле получается, что он действует через партийные фракции в интересах парламентских партий и на народные деньги.

Однако целесообразность апелляции к понятию «культура парламентаризма» заключается в том, что парламентская культура представляет собой не что иное, как неоинституциональную составляющую гражданского общества (в частности, парламентских институтов). Перспективы эффективного развития политической и социальной системы современного российского общества связаны с развитием политических оснований – общественной и личной активности граждан и их вовлеченности в дела государства и общества. Последнее невозможно без усвоения мировоззренческих и политических ценностей [2, с. 79], на которых базируется этот процесс, что и является парламентской культурой, то есть усвоением и признанием обществом, отдельными гражданами, политическими субъектами в качестве основных политических ценностей зависимость государства от общества и граждан, право гражданина свободно форматировать власть и наличие для этого реальных возможностей, способность общества заставить власть нести политическую ответственность перед гражданами, право граждан свободно выбирать своих представителей во властные структуры всех уровней.

Литература 1. Гражданская культура современного российского студенчества / Под общ. ред. Ю.Р. Вишневского, В.Т. Шапко. – Екатеринбург, 2007.

2. Ковбенко, Л. Парламентская культура как предмет научно-практического анализа / Л. Ковбенко, В. Колесников // Власть. – 2008. – № 5.

3. Леоненкова, Н.П. Парламентская культура: проблема формирования и развития (на примере Республики Адыгея). Материалы научной конференции «Наука-2002». – Майкоп, 2002.

4. Щербинин, А.И. Парламентская культура [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

www.duma.tomsk.ru/ page/ 8328/ file.pdf. – Дата доступа: 15.11.2010.

ASPECTE POLITOLOGICE SI INOVATIONALE ALE SECURITATII NATIONALE Ion Rusandu Etapa actual a dezvoltrii societii contemporane ale crei piloni sunt nanotehnologiile i cele informaionale, se caracterizeaz printr-o profund transformare a tuturor sferelor de activitate ale omenirii.

n pofida schimbrilor pozitive n dezvoltarea societii moldave, survenite n urma obinerii independenei i suveranitii rii, impactul diferitelor crize economice, sociale i politice, continu s produc consecine grave securitii naionale. Politica de securitate naional este cea mai important dintre politicile naionale. n acest context asigurarea unei securiti naionale durabile devine o prioritate conceptual i practic n managementul politic i social. Totodat n cadrul formrii unei noi paradigme a securitii naionale trebuie de luat n calcul i aspectele legate de situaia geopolitic a Republicii Moldova, interpretrile istoriei i perspectivele sale europene.

Un impact negativ asupra elaborrii noii paradigme a securitii naionale l au instabilitatea i divizarea societii moldave n urma evenimentelor din 7 aprilie 2009. Securitatea naional se bazeaz nu att i nu numai pe capacitatea de reacie i adaptare, ci, n primul rnd, este vorba de capacitatea de anticipare i evaluare corect a evenimentelor minore i majore.

n acest context strategia securitii naionale ca cuprinde, n primul rnd problematica legat de recunoaterea existenei factorilor interni i externi ce perturbeaz securitatea naional a trii i, n al doilea rnd, formularea unor poziii i principii ale politicii interne i externe, avnd n vedere promovarea intereselor naionale ale Republicii Moldova.

ТЕЗИСЫ ОБ ЭВОЛЮЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КОНЦЕПЦИИ МОДЕРНА В.С. Мартьянов Вопрос о Современности является наиболее идеологизированой проблемой общественных наук. Монополия на Современность является мечтой любых политических и философских учений и социальных сил, стремящихся обрести легитимность. Однако любое определение длящейся Современности невозможно без предъявления той позиции в координатах социальнополитического, экономического и исторического пространства, из которой мыслит наблюдатель. Определение подразумевает ограничение, которое оборачивается в науке фальсификацией любых теорий, а в политике самоограничением власти, в свою очередь лишающее ее высшей степени легитимности.

Представляется, что политическая концепция Модерна – это рефлексивная карта территории Современности, позволяющая ориентироваться на этой местности. В данном случае Модерн анализируется как предельное по своим масштабам воплощение «всеобщего политического» современности. При этом сам политический Модерн является исторически неоднородным и далеким от исчерпания проектом Современности, относительно которого можно сформулировать следующие тезисы.

1. Можно утверждать о генезисе концепции Модерна из морального коллапса христианской морали, обусловленного зарождением и развитием капиталистической миросистемы. Концепция Модерна – способ объяснения капиталистической миросистемы, призванный смягчить провоцируемый ею перманентный моральный коллапс общества. Модерн в политическом измерении представлен в виде либерального консенсуса великих идеологий, легитимирующих новое капиталистическое общество. Это общество характеризуется последовательным разделением частной и публичной сфер жизни, где в сфере человеческой приватности продолжает доминировать христианская мораль, в то время как правила публичной сферы определяются более ограниченными версиями морали, где, например, на смену аристократической чести приходит буржуазная честность, а накопление капитала и задачи потребления замещают цели спасения души.

2. Можно констатировать ценностное единство и институциональное разнообразие Модерна. Его последовательное разотождествление с европейской моделью Модерна, представлявшейся канонической и единственно правильной в дискурсе теорий догоняющей модернизации, вестернизации и транзитологии. Глобальный Модерн достаточно универсален и однороден нормативно и идейно, но при этом достаточно гетерогенен в институциональном плане, в области реализации своего ценностного ядра. Эта конкуренция версий Модерна, собственно, и является условием его гибкого и недогматического развития во всем мире. При этом очевидна культурная индифферентность институтов Модерна, его независимость от предшествующего развития, что подтверждается эффективными примерами модернизации регионов культурно отличных от Европы. В данном случае практические аргументы формационного подхода оказываются сильней, чем позиции цивилизационных теорий, акцентирующих важность культурных отличий. Более того, попытки синтеза формационного и цивилизационного подходов, будь то культурная теория Модерна (Ч. Тейлор) или концепция «множественной современности» (Ш. Эйзенштадт) оказываются эвристически довольно слабыми.

3. Глобализирующийся политический Модерн оказался шире своей первоначальной европейской модели. А постмодернистские теории, претендовавшие на глобальную альтернативу Модерну, оказались встроены в него на условиях критической саморефлексии в исторически и географически расширяющемся поле Модерна. Формирование парадигмы позднего, второго (А. Турен) или радикального (Э. Гидденс). Модерна осуществляется на фоне исторической неодновременности, когда одни регионы мира вступили в постиндустриальную стадию Модерна, а другие только переживают процесс институциональной адаптации к Модерну. Поздний Модерн все менее соответствует культурно и исторически ограниченным теориям модернизации, пытавшимся выстроить универсальную иерархию Модерна в мировом масштабе, где страны центра миросистемы будут являть образцы «конца истории» для вечно отстающей периферии, стремящейся к капитализму, демократии, либерализму, формированию нации-государства, рациональной бюрократии, автономии индивида, распространению политического самоуправления, выделению автономной публичной сферы и т.д.

4. Во многом легитимирующий и интеграционный потенциал первоначального проекта Модерна «эпохи фабричных труд» в настоящее время исчерпан: практическая реализация Модерна для большей части человечества одновременно оборачивается его профанизацией как потерей политикой трансцендентного измерения. Тем не менее, общественная мысль демонстрирует значительную инерцию. Например, теории справедливости в современной политической мысли приобретает популярность как теория «ремонта» позднего Модерна или поддержания статус-кво. Но в перспективе будущего человечеству потребуется не дискурс «ремонта» (Дж. Александер) или консервации некой универсальной модели Модерна («конец истории» Ф. Фукуямы) или иного уже известного проекта, а принципиально новый проект. Соответственно функциональная возможность общественных наук сегодня состоит в реагировании на социальный запрос на производство утопий, легитимирующих морально-этический поворот.

5. С другой стороны, Модерн как развивающийся проект меняется сам в себе, приспосабливаюсь к новым вызовам и используя все новые возможности, но при этом сохраняя свое ценностное ядро. Ведущие специалисты по Модерну, несмотря на значительные институциональные изменения, постоянно наблюдаемые вокруг, подчеркивают, что мы, обращаясь к окружающей нас современности, все же имеем дело с Модерном, будь то «сингулярная современность» Ф. Джеймисона, «текущая современность» у З. Баумана, «гипермодерн» А. Турена или концепция «радикального Модерна» Э. Гидденса. При этом все концепции, которые шли Модерну на смену, в итоге не смогли его вытеснить с доминирующих позиций в мире. Будь то постмодерн, который, как оказалось, не обладает способностью генерировать универсальное и тотальное в области ценностей и целей; новое средневековье (П. Ханна, У. Эко); мировая децентрированная империя (М. Хардт и А. Негри), а тем более разнообразные утопические и фундаменталистские проекты, связанные с отрицанием капиталистической системы и надстроенного над ней либерального консенсуса, лежащих в основании легитимности Модерна.

6. Существует проблема актуальных интеллектуальных вызовов Модерну со стороны концепций постиндустриального, информационного общества, общества знания и т.п. Однако главное – не институциональный, а более универсальный этический вызов, который в них не предложен. Проблема в том, что политическая логика ограниченных интересов даже самых демократичных и «передовых» суверенных наций-государств уже не соответствует все более интенсивному взаимодействию и взаимозависимости человечества на глобальном уровне. Глобализация Модерна лишает этических оснований политическую логику ограниченных интересов даже самых демократичных и суверенных наций-государств. Национальный политический дискурс (национализм) сам по себе не может воспроизвести формат космополитического политического мышления, оставаясь частным и особенным в отношении к всеобщему. Глобализация Модерна – это, прежде всего, проблема достройки мироэкономики до мирополитики. Все более интенсивное взаимодействие и взаимозависимость человечества на глобальном уровне требуют вслед за капиталистической мироэкономикой создания мирополитики как заботы об интересах человечества в целом.

7. Таким образом, рассмотрение проблемы исторической эволюции парадигмы Модерна от европоцентричной, национально-территориальной к его глобальной, космополитической версии позволяет сделать вывод, что парадигма Модерна продолжает совершенствоваться. Это не позволяет отнести Модерн к числу закрытых исторических эпох. Наоборот, Модерн остается длящимся, «незавершенным проектом» современности, взятой в ее политическом измерении.

Pages:     | 1 |   ...   | 76 | 77 || 79 | 80 |   ...   | 193 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.