WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 45 | 46 || 48 | 49 |   ...   | 193 |

Именно в этом проявился его подход к «еврейскому вопросу». Вопрос национальной идентичности был повернут им в русло метафизической проблемы личности. Согласно Гершензону, нация – не механическое сцепление личностей, а некая умопостигаемая индивидуальность, имеющая единую волю и свое особенное предназначение в мире. Реальной в истории является личность, которая наделена свободой. Историю творит не нация, а личность, которая наделена возможностью творить. Только в свободной личности, способной развиваться, формируется и крепнет национальное самосознание. «Национальность же в человеке имманентная, стихийная, Божья сила: поэтому мы можем спокойно забыть о ней: она сама за себя постоит» [2, с. 496].

Побудительным моментом для Гершензона в осмыслении вопросов еврейской культуры стала беседа с еврейским поэтом Бяликом, которая состоялась в апреле 1917 года. Об этой встрече мыслитель вскоре писал брату: «Вчера вечером Яффе привел к нам Бялика… Итак скажу: много я видел замечательных людей, но такого большого, как Бялик, еще не было за нашим столом» [3, с. 491]. Эта беседа, сохранившаяся в записи Фриды Яффе, иллюстрирует два полярных взгляда на судьбу еврейского народа.

У каждого из коммуникантов существует идеальная модель еврейской культуры. В концепции Бялика ярко выражена идея начала. По его мнению, евреи несколько раз завершили свой исторический путь по окружности: исход и возвращение в Палестину, каждый раз, давая другим народам свою культуру и свои идеи. В этом судьба, «миф» еврейского народа, оплодотворение чужих народов идеями, теми соками, которыми еврейский народ был напоен у себя на родине. В связи с этим, символика изгнания и родины, оседлости и скитальчества идет через все еврейские обычаи и письменность [4, с. 314]. Таким образом, у Бялика цикличность культуры осмыслена в рамках мифологического сознания, поскольку происходит постоянное возвращение евреев по кругу к Палестине.

Гершензон строит свою концепцию из иудаизма. Его историко-философская гипотеза о будущем еврейского народа опирается на прошлое. Он также разрабатывает свою мифологему, согласно которой еврейский народ последовательно и необратимо проходит ряд стадий на пути к всепоглощающей трансцендентальной духовности. То есть главное в человеке, по мнению Гершензона, – это его духовность, которую он характеризует как стойкую культурную ценность. Еврейство движется по оси времени из состояния с максимально детерминированными национальными внешними и внутренними чертами к состоянию полного освобождения от всех этих черт «по пути к свободе и до свободы». Гершензон предлагает свой идеальный тип еврейской культуры. Он исходит из того, что история еврейского народа не только разительно отличается от истории других народов, но печальна и сложна. Предназначение еврейского народа мыслитель видит в его бездомности и скитании. Чем больше еврейство дробится, тем более оно внутренне сплачивается.

По мнению Гершензона, вся история рассеяния – это непрекращающийся спор двух воль в еврействе: человеческой и сверхчеловеческой, индивидуальной и народной. Непостигаемый дух народа двигал его изнутри и определял его судьбы. В скитании он находит ментальные корни еврейского народа. Так еврейство веками отрывается от территории, от языка своей культуры. Любые «корни», любая стабильность в положении евреев губительны для них – весь мир служит им лишь гонением. Внедряясь в землю, человек легче всего прирастает к месту.

Поэтому еврейский народ стал народом подвижных профессий, народом ремесел, торговли, обмена. Непостижимый дух народа двигал его изнутри и определял его судьбы. У народа осталась только религия и с нею рожденное чувство национального единства. Это единство он находит в чувстве единения и отчужденности от других народов, в желании отрешаться от всего неизменного.

Согласно Гершензону, национализм бессознательно есть в каждом, а цель человека стараться быть сильным, свободным и полным духа, тогда в каждом этот национализм будет высокого качества [2, с. 475]. Вместе с этим Гершензон понимает национализм как неприемлемый атрибут рационализма, одного из слагаемых современной цивилизации. История цивилизации превратила народное чувство из органического и мистического элемента в сознательный инструмент. По его мнению, национализм был злейшим врагом еврейства, а в России – главной причиной еврейского угнетения. Выход Гершензон видит не в сионизме как еврейском национализме, а в дальнейшем самообнаружении внутренней сущности еврейского народа или, если пользоваться терминологией М. Бубера, в «обновлении еврейства».

Для Гершензона главным является стремление к свободе духа. Поэтому необходимо отказаться от национальной идеи, от еврейского национализма, чтобы получить абсолютно полную свободу движения во всех смыслах, под которой он понимает свободу духа.

Следовательно, определяющим для Гершензона стал интерес к внутренней и независимой жизни духа. Его интересует универсальный элемент – внутреннее «ядро» личности, свободное от конфессиональных, национальных и идеологических форм. Подтверждением этому являются его слова: «В нашей душе борются две воли – личная и родовая: будь же личностью» [2, с. 496]. Таким образом, центральной в философии культуры Гершензона, является мысль о космически-правильном поведении человека как непреложном условии его благоденствия. Ее суть сводится к свободе личности и ее деятельности на благо других и общества в целом.

Литература 1. Переписка В.И. Розанова и М.О. Гершензона. 1909–1918 / Вступ. ст., публ. и коммент. Проскуриной В. // Новый мир. – 1990. – № 3. – С. 215–235.

2. Гершензон, М.О. Судьбы еврейского народа // Тайна Израиля: «еврейский вопрос» в русской религиозной мысли конца XIX – первой половины XX веков. – СПб., 1993. – С. 468–495.

3. Гершензон, М. Письма к брату // Избранное: в 4 т. – М., 2000. – Т. 4. Тройственный образ совершенства. – С. 357–521.

4. Копельман, З. Комментарий к одному письму М.О. Гершензона // Вестник еврейского университета.

Сер. История. Культура. Цивилизация. – 2000. – № 4. – С. 311–320.

2.3. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ: ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ РАЗНООБРАЗИЕ КУЛЬТУР И МЕЖКУЛЬТУРНЫЕ КОММУНИКАЦИИ В.В. Позняков Функциональная идентичность культур. В рассмотрении проблемы, обозначенной в названии статьи, будем исходить из определения общего основания, на котором существует отличное. Такой базой теоретического анализа будет функциональная идентичность всех культур, независимо от того, идет ли речь культуре великосветского салона при дворе Людовика XIV или о культуре австралийских аборигенов.

Функциональное сходство культур означает, прежде всего, то, что каждая культура призвана удовлетворять трем видам необходимостей, оправдывающих ее существование:

1) сущностное назначение конкретной культуры заключено в ее призвании обеспечивать существование общности, т.е. совокупного носителя;

2) культура должна поддерживать интеграцию в общность новых поколений без срыва культурной преемственности;

3) каждая культура, функционируя в своем сущностном параметре, только при его сохранении обеспечивает единство ее носителей и, развиваясь в режиме преемственности, сохраняет в своем развитии социально необходимое, транслируемое вначале в традиционных формах, а затем посредством не только традиционных форм, но и специально формируемых институционально-организационных структур.

Отмечая сущностное назначение культур, мы должны указать и на пределы их функционального сходства. Жесткая схема необходимости той культуры, которая является витальной для общности, то есть своей, ее «репрессивность», вызывающая у носителей «неудовольствие культурой» (З. Фрейд) находит свою компенсацию в структурном и содержательном разнообразии культур – обстоятельстве, которое должен учитывать любой, кто хочет интегрироваться в ту или иную культуру. Как заметил М.К. Петров, в одном типе культуры, чтобы быть признанным, «нужно плясать, в другом сочинять миф, в третьем писать статью, – но в любых типах попытки воздействовать на закодированную в массиве знания систему обстоятельств идут через фрагменты, этот массив образующие» [1, c. 34]. Именно благодаря структурному и содержательному разнообразию отдельные культуры сохраняют свою самобытность и динамику в пространстве и времени, вступают в коммуникации друг с другом.

Вырабатывая различные программы жизнедеятельности, отношений и поведения носителей, каждая культура выполняет свои функции своим собственным путем. Различия достигаются за счет несходства структурного и содержательного характера. Здесь уместна аналогия с языком: в функциональном отношении все языки схожи, но потребность в общении, хранении и трансляции социально необходимого культурно-цивилизационного опыта они удовлетворяют по-разному. Функция реализует себя в процессе и в материале. Она исполняется каждой культурой в исторически сложившихся условиях и на различном культурном и цивилизационном материале, выработанном в ходе истории и актуально переработанном, коль речь идет о межкультурных влияниях.

Если убрать деятельностный и коммуникационный параметры культуры, то останется лишь ее омертвевающее тело. Следовательно, функция самосохранения и воспроизводства общности каждой культурой в конкретных обстоятельствах, точнее, во внутреннем контексте самой культуры и во внешних контекстах межкультурного взаимодействия осуществляется поразному. Открытые культуры по определению динамичны в своем развитии, приобретая свойства универсальности. Культуры интровертные более осторожны к заимствованиям и консервативны. Однако каждая конкретная культура в чем-то тяготеет к универсальности, а в чем-то к локальности. Такая избирательность, присущая преимущественно суверенным культурам, посвоему отражает разномасштабные социокультурные процессы на ряде уровней: универсальном, культурных миров, региональном, локальном, – а также в пространствах культурных ойкумен. Известный французский социолог, основатель Центра исследований социальных движений в Высшей школе социальных наук (Париж) Ален Турен пишет: «В самом деле, культура одновременно всегда имеет масштаб универсальности и масштаб партикулярности. Если мы настаиваем только на различиях, мы окажемся в мире некоммуникабельности, иногда безразличия или чистой толерантности, но чаще всего в ситуации войны богов и насилия» [2, с. 307].

Структурно-содержательные и семиотические аспекты разнообразия культур. В принципиальном плане структура представляет собой динамическую сторону культуры. Структурная подвижность культуры (ее вариативные формы) складывается на основе сущностной функции и призвана удовлетворять ее в меняющихся внутренних и внешних условиях, что особенно характерно для нашего времени. В контексте межкультурного взаимодействия структурная динамика отвечает необходимости адаптации культуры к внешним условиям для выполнения своей основной функции. Именно такое предназначение структуры конкретной культурной целостности влечет за собой, во-первых, общеструктурные изменения; во-вторых, определяет структурные и содержательные изменения в отдельных элементах в соответствии с функциональной ролью каждого из них в общей системе данной культуры; в-третьих, существенно влияет на отношения элементов друг с другом; в-четвертых, обусловливает характер и границы внешних контактов ее подсистем.

В идеальном плане все подсистемы внутри культурной целостности пребывают в состоянии взаимодополнительности при относительной функциональной независимости. Так, например, назначение традиционных форм культуры состоит в том, чтобы отбирать, сохранять и транслировать, прежде всего, социально признанное и в особенности необходимое для сохранения общности. В этом случае нерефлексивность традиции оказывается защитным механизмом против внутрикультурной эрозии плохо продуманными модернизационными мерами. В ситуации профессиональных – т.е. специально созданных – институтов эта функция элемента при его сущностном назначении в общей структуре культуры начинает подвергаться сильнейшему влиянию субъективного фактора, что и получило, в частности, выражение в разработанных А. Молем доктринах трансляции культуры: демагогической, догматической, эклектической (культуралистской) и социодинамической [4, с. 303–328].

Итак, при структурном анализе культуры мы выделяем, во-первых, критерий ее организации по отношению к сущностному назначению и внешним условиям существования; вовторых, фиксируем место каждого из элементов относительно целостной системы культуры и определяем их частно-функциональное содержание; в-третьих, различаем один элемент от другого в субстанциональном, функциональном, семиотическом отношении; в-четвертых, определяем его отношения (связи и их типы, зависимости от внешней среды). Отсюда выделяется функциональная значимость элемента культуры, его место в общей – сущностной – функции культуры, что во многом определяет не только его функциональные, содержательные, но и динамические параметры.

В этой связи, оставаясь на платформе внутриконтекстуального рассмотрения конкретной культуры, важно обратить внимание на содержательные различия культуры как на уровне ее структурных элементов, так и ее целостности.

В составе культурной целостности формируемое содержание подсистемы всегда отвечало, прежде всего, функциональному призванию культуры и месту конкретного элемента в составе целого. Так складывались содержательные целостности культуры и ее подсистем, отвечающие сущностному назначению каждой культуры в конкретных обстоятельствах ее функционирования. Увлекательная исследовательская задача состоит в том, чтобы проследить, как содержание и предметное наполнение культуры народа или другой общности постепенно выходило за рамки непосредственно утилитарной функциональности и уступало место духовным формам жизни. Эволюция культур при сохранении материальных основ жизни свидетельствует о том, что мир задан человеку, помимо материального потребления, также и ценностным, т.е.

духовным образом.

Pages:     | 1 |   ...   | 45 | 46 || 48 | 49 |   ...   | 193 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.