WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 147 | 148 || 150 | 151 |   ...   | 193 |

Как видим, под влиянием вызовов современной техногенной цивилизации стремительно актуализируется потребность в этической философии не только в медицине, но и в других видах человеческой деятельности. Однако, настоятельная потребность во всестороннем значении этической философии и философской рефлексии в наше время пока не реализована в должной мере.

Литература 1. Поликлиники получат деньги за качество // Здоровая газета. – 2010. – 29 апреля.

2. Вересаев, В.В. По поводу «Записок врача» // Собр. соч.: в 4 т.– М., 1985. – Т.1.

3. Шабанова, М.А. Социоэкономика и современность (о пользе и рисках экспансии экономического подхода) // Общественные науки и современность. – 2010. – № 4.

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА В СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ С.П. Жукова Обозначение современной европейской образовательной стратегии как «образования в течение жизни» представляется не только корректным, но и близким, перекликающимся с традиционным утверждением: «век живи – век учись». Впрочем, если народная мудрость утверждает постижение бытия, личностное учение в качестве основания человеческой жизни, то современный тезис фиксирует вполне определенную социокультурную реальность. Стратегия современного высшего образования должна отвечать стремительному развитию и усложняющейся дифференциации сферы профессиональной деятельности, профессиональной и организационной мобильности современного человека. Эти же факторы коррелируют с актуализацией профессиональной этики как необходимой составляющей современной нравственной культуры и вузовского образования. Актуальность развития, исследования, изучения профессиональной этики определяется также расширением сферы социально и даже глобально значимых профессий. Современные профессиональные отношения в значительной степени определяются профессионально-этической регуляцией; во многих сегментах таких профессиональных отношений морально-этические регулятивы оказываются первоочередными (менеджмент, социальная работа, др.). Наконец, так называемый Болонский процесс, реализующийся в европейском вузовском образовании, предполагает компетентностный подход к организации обучения и оценке его результатов, что, в свою очередь, выводит на первый план прикладное знание. Качество компетентности, определенный набор компетенций содержит информационный, техникотехнологический, мотивационный компоненты и, очевидно, профессионально-этические ориентиры в рамках мотивации. Прикладное профессионально-этическое знание является непосредственно практически действующим, в определенном смысле «рецептурным», дополняется наработкой навыков. Вместе с тем профессиональная этика остается нравственным мышлением философского уровня, нравственным мышлением в профессии.

Что собой представляет современная профессиональная этика как феномен культуры и учебная дисциплина Можно выделить, по крайней мере, несколько достаточно разнородных ее компонентов. Очевидный, т.е. поверхностный, популярный уровень образуют многочисленные руководства, более-менее серьезные консультации, тренинги и т.п. по профессиональной и деловой коммуникации, акцентирующие их психологическую составляющую, обещающие достижение соответствующего успеха. Однако оптимальное разрешение частных вопросов, типичных ситуаций, обеспечивающее внешне организованную деятельность сотрудников, недостаточно для формирования индивидуального профессионализма, удовлетворенности личностно-профессиональным бытием, присутствия подлинного корпоративного духа.

Обобщение эмпирических характеристик профессионально-этической сферы репрезентируется в учебных изданиях в виде относительно систематизированных сводов профессиональных принципов, норм и правил, профессиональных и деловых качеств личности специалиста, описаний кодексов различных уровней (вплоть до индивидуального), процедур этических оценок и экспертиз. Учебный материал подобного рода дает определенное представление об эволюции и структурной организации профессиональной этики, ее основных смысловых компонентах, но остается предельно абстрактным. Его недостаточно для осмысления и усвоения конкретного профессионально-этического знания, творческой и нравственно достойной профессиональной самореализации в конкретных отношениях. Можно отметить, что общим местом в различных пособиях эмпирического характера является апелляция к нравственному самосознанию, совести профессионала, высшим, порой абсолютным нравственным ценностям, с одной стороны, и акцентирование ситуативного подхода, с другой. Это противоречие, несомненно, актуализирует качественно иной, философско-этический уровень существования профессиональной этики. Представляется, что именно философско-этическая рефлексия по поводу профессиональной и корпоративной культуры, нравственное мышление в профессии наиболее востребованы сегодня как в сфере научного исследования профессиональной этики, так и в сфере повседневного практического взаимодействия профессионалов.

В пространстве философско-этической рефлексии формируются парадигмы, задающие концепции, ценностно-нормативные системы, стандарты поведения, в том числе для профессионалов. Отдавая должное многообразию концептуальных подходов, дискуссионности метауровня этического знания вообще, важно отметить парадигму ответственности, заявленную в теоретическом дискурсе и явно актуальную в контексте долгосрочных перспектив человечества. Ответственность интерпретируется как принцип, стратегический ориентир профессиональной деятельности, характеристика личности профессионала, норматив конкретной сферы деятельности, наконец, как способ восприятия мира, способ бытия. Этика ответственности, укорененная в истории этического знания, сегодня утверждается в качестве одной из приоритетных. Разработка принципа ответственности осуществлялась в трудах М. Бахтина, Э. Левинаса, З. Баумана, Х. Йонаса, др. Ее существенными характеристиками являются: признание и принятие данности реального мира как многообразного, противоречивого образования; признание инаковости и ценности Другого; требование непосредственно практически ориентированной эффективной деятельности и предвидения ее результатов, ответственности за них. Субъект этики ответственности творчески реализует себя в реальном мире, предполагая его возобновление, в том числе для будущих поколений, возлагая на себя ответственность за будущее. Парадигма ответственности является актуальным предметом исследования современного этического знания, профессиональной этики.

ПРОБЛЕМА СМЕРТИ В ФИЛОСОФСКОМ ИЗМЕРЕНИИ: ЭТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ДИСКУССИЙ О ДОСТОЙНОМ ОКОНЧАНИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ О.В. Богомаз В современном мире выделен ряд этических проблем, которые связаны с расширением философско-культорологических и биомедицинских исследований, касающихся проблем жизни и смерти. На протяжении многих лет тема эвтаназии вызывает в обществе неоднозначную реакцию. Внимание к проблеме эвтаназии возросло с развитием общественного прогресса, и в частности – технологии поддержания жизнедеятельности тяжелобольных людей. Актуальность этой темы трудно переоценить, во-первых, из-за того, что она связана с самым дорогим, что есть у человека, – с его жизнью, а во-вторых – по причине малой изученности данной проблемы, недостаточного ее освещения в трудах ученых-юристов и практически полного отсутствия соответствующих правовых актов в законодательстве страны.

Появление подобных проблем имеют свою историю, связанную с тем, что жизнь и смерть – самые фундаментальные понятия человеческого бытия. Отсюда желание осмыслить феномен жизни и смерти в различных ракурсах – философском, естественнонаучном, культурологическом, а в настоящее время и в биоэтическом измерении, предусматривающем исследование проблемы начала и конца человеческой жизни.

Новые технологии и удивительные достижения в области биомедицинских научных и методологических исследований, граничащие с настоящей научной революцией, позволяет сегодня сохранить жизнь таким серьезно больным и получившим травмы людям, лечение которых еще вчера не представлялось возможным. В результате больные оказываются в новых ситуациях, когда можно искусственно поддерживать жизнь в серьезно пострадавшем человеке, абсолютно не надеясь привести его в сознание и вернуть к нормальной жизни.

В начале 2005 г. в США разгорелись жаркие споры вокруг смерти американки Терри Шиаво, которая 15 лет находилась в состоянии комы, вызванной клинической смертью и последовавшими за ней необратимыми изменениями мозга (последствия тяжелого инсульта). По решению суда штата Флорида, принятого по иску мужа Терри Майкла Шиаво, ее отключили от аппарата искусственного питания, что означало отсроченную на полмесяца смерть пациентки.

После этого решения суда вся Америка фактически раскололась на два лагеря сторонников и противников этой, своего рода «мягкой эвтаназии». Этот пример отражает реальное отношение к эвтаназии в мировом сообществе, которое раскололось на ее непримиримых сторонников и противников. Оба лагеря приводят достаточно веские аргументы, не позволяющие достичь какого-либо конкретного компромиссного решения. Многочисленные исторические примеры, приводимые противниками эвтаназии и подкрепляющие аргументы «против», подчеркивают опасность, которую несет в себе недостаточная изученность данного явления.

В современной культуре и науке особое внимание уделяется проблеме эвтаназии. Существует несколько толкований к определению эвтаназии. В начале XX в. юрист Биндинг и психиатр Гохе предложили называть эвтаназией уничтожение так называемых «неполноценных» жизней [1, с. 111]. Такая интерпретация понятия эвтаназии нашла применение в гитлеровской Германии, где декретом от 1 сентября 1939 г. была введена в действие программа «Эвтаназия», имевшая ужасные последствия – сотни тысяч умерщвленных умственно отсталых, психически больных людей, эпилептиков, пациентов, страдающих от старческой немощи и различных органических неврологических расстройств (паралич, болезнь Паркинсона, рассеянный склероз, опухоль мозга), которых сочли бесполезными для общества и предали относительно легкой смерти в газовых камерах. Английский философ Фрэнсис Бэкон (1561–1626) для обозначения легкой безболезненной смерти ввел термин «эвтаназия» (от греч. euthanasia, eu – хорошо, thanatos – смерть), то есть хорошая, спокойная и легкая смерть, без мучений и страданий.

В медицинской, философской и правовой литературе эвтаназия толкуется по-разному:

«безболезненный, щадящий и избавляющий от страданий необратимый исход в небытие»;

«умерщвление неизлечимо больных людей по их просьбе с целью прекращения страданий»;

«сознательное действие, приводящее к смерти безнадежно больного человека относительно быстрым и безболезненным путем с целью прекращения страданий». Ни одно из приведенных определений нельзя признать исчерпывающим, включающим все признаки и охватывающим все возможные ситуации эвтаназии. Первое определение не позволяет отграничить эвтаназию от самоубийства, совершаемого без участия другого лица. Второе не учитывает случаи, когда больной не в состоянии высказать свою просьбу (находится в коматозном состоянии). Третье определение содержит указание на действие, приводящее к смертельному исходу, и не охватывает случаи сознательного бездействия врача, имеющего целью не препятствовать естественному ходу событий и наступлению смерти пациента. Ни в одном из определений не говорится о субъекте, осуществляющем эвтаназию.

Вместе с тем использование современной медицины, новейших средств позволяет продлить биологическое существование человека на бесконечно долгий срок, превращая порой несчастных пациентов и их близких в заложников гуманизма. Все это порождает многочисленные дискуссии, в которых одни отвергают эвтаназию как акт убийства, другие рассматривают ее как панацею от всех бед.

Эвтаназию можно определить следующим образом: это умышленные действия или бездействие медицинского работника, которые осуществляются в соответствии с явно и недвусмысленно выраженной просьбой информированного больного или его законного представителя с целью прекращения физических и психических страданий больного, находящегося по медицинским показателям в угрожающем жизни состоянии, в результате которого должна наступить его смерть [2, с. 88].

Со времен Гиппократа и до наших дней традиционная врачебная этика включает в себя запрет: «Я никому, даже просящему об этом, не дам вызывающее смерть лекарство, и также не посоветую это». Проблема эвтаназии до сих пор остается спорной. Вплоть до сегодняшнего дня к эвтаназии относятся по-разному; общественное мнение расколото до жестко полярных точек зрения. В случае полной легализации эвтаназии многие по-прежнему будут считать, что эвтаназия (как умерщвление невинного) есть безусловное зло. Велика также опасность злоупотреблений. Например, эвтаназия может превратиться в средство умерщвления одиноких стариков, детей-инвалидов, лиц, страдающих раком и СПИДом. С развитием в последние годы практики трансплантации органов появляются новые проблемы, в некоторых случаях напрямую связанные с разрешением эвтаназии.

Литература 1. Судо, Ж. Эвтаназия. – М., 1987.

2. Дубова, Е.А. Правовые и этические аспекты эвтаназии // Вестник АМН СССР. – 1984. – № 6.

ПОНЯТИЯ ДОБРА И ЗЛА В ФИЛОСОФИИ Н.О. ЛОССКОГО Н.Н. Куксачв В современном обществе все более остро назревает проблема переосмысления и новой акцепции традиционных нравственных ценностей. В этом смысле обращение к русской религиозно-этической мысли может быть особенно плодотворным, так как философы указанного периода имели ясное представление о том, что такое зло и что такое добро. Современный мир лишен таких четких разграничений. Из-за такого положения вещей порождается целый комплекс моральных, общественных и даже политических проблем. В русской религиозной философии моральные проблемы чаще всего связываются с отношением человека к миру, с пониманием мира как всеединства, с верой в Бога как олицетворение любви и добра. В этом смысле абсолютное добро является основой нравственности, наивысшей ценностью, которая пронизывает все другие ценности, абсолютной целью человеческой жизни. Одним из ярчайших представителей такого подхода к определению понятий добра и зла является русский философ интуитивист Н.О. Лосский.

Приступая к рассмотрению вопроса о понятии зла в философии Лосского, необходимо прежде сделать два замечания, которые облегчат нам понимание всех дальнейших наших рассуждений. Во-первых, отправная точка в онтологии Лосского – постулат о том, что «все имманентно всему» [2], то есть все в природе взаимосвязано. Во-вторых, в гносеологии Лосский признает в интуиции наиболее достоверное средство познания и отвергает формализацию акта познания.

Pages:     | 1 |   ...   | 147 | 148 || 150 | 151 |   ...   | 193 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.