WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 20 |

Вместо распространенного в СНГ политического сценария «победитель получает всё» в украинских условиях можно наблюдать сценарии «картельного соглашения» и «борьбы по правилам»66.

Разумеется, политическая культура и стереотипы политического поведения, скажем, жителей Донбасса, Кировоградской области и Львовщины отличаются, однако Гельман В.Я. Из огня да в полымя Динамика постсоветских режимов в сравнительной перспективе // Полис, 2007, № 2, с. 99.

Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 значительно меньше, чем их геокультурная идентичность или цивилизационные ориентации. И определяющим для политической культуры являются не язык бытового общения, не конфессиональная принадлежность и не отношение к России, США и НАТО, а уровень индустриализации региона, тип окружающей среды, региональная «историческая память».

На Украине верховная власть по своей природе лишена сакральной легитимности: украинский правитель (гетман или президент) – это один из представителей правящей элиты – «главный олигарх». «Главный» – значит не единственный, качественно не отличающийся от иных подобных. Отсюда проистекает феномен «многогетманья» – любимая украинская поговорка: «Где два украинца, там три гетмана». Именно этот феномен фиксирует популярная шутка о том, что при В. Ющенко и В. Януковиче «многовекторная» украинская политика превратилась в «многовикторную».

В традициях же российской политической культуры верховный правитель (царь, император, генсек, президент) – это отдельный уровень в элитной пирамиде, который, как правило, находится в жестком противостоянии с элитой (с боярами и дворянством, при Сталине – со «старыми большевиками-ленинцами», при Путине – с олигархами).

Еще одно следствие десакрализации власти и политической сферы в целом: по сравнению с Россией, на Украине несколько ниже уровень патерналистских настроений и меньше надежд на государство. При том, что украинское государство менее субъектно в сравнении с российским, украинская политическая и особенно социальная система значительно устойчивее российской – это становится особенно очевидным в нестабильных и критических ситуациях.

Российское «государство-корпорация» как вызов Украине Двусторонние отношения России и Украины подвержены как минимум трем серьезным вызовам. Первый из них появился сравнительно недавно – это превращение России в «государство-корпорацию». Второй – это различие типологий взаимовосприятия и построения отношений: субординационной в российском случае и координационной – в украинском. Третий – это зависимость собственных национальных идентичностей друг от друга.

Итак, в последние годы Россия постепенно превращается в государство нового типа – в «государство-корпорацию», которое существенно отличается от традиционной для русской истории и российской политической культуры континентальной империи – Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 «тяглового» государства с универсалистской миссией. Заявления высшего руководства последних лет о том, что перспектива развития России – это «энергетическая сверхдержава» и «либеральная империя», вытекают из концептуально нового понимания российской элитой места страны в мировом политическом раскладе и новой философии власти, основанной на дискретном (а не органическом) представлении о государстве. В такой системе ценностей на первое место выходят сугубо утилитарные факторы – условно говоря, «цифры вместо смыслов». В масштабе короткого времени подобная изоляционистская политика позволяет выстраивать с Украиной и другими странами СНГ экономически выгодные для российской стороны двусторонние отношения. Однако в среднесрочном и долгосрочном масштабах подобные отношения вряд ли можно назвать перспективными, ибо они превращают соседей России в жестких конкурентов и противников – с угрозой дальнейшего превращения во врагов и образования вокруг российской границы «санитарного кордона» – пояса недружественных государств, предоставляющих свою территорию откровенным противникам России для реализации антироссийских стратегий. Скажем, если изначально проект ГУАМ рассматривался как геоэкономический и геополитический спецпроект США, то сейчас, в условиях ухудшения отношений с Москвой, в глазах постсоветских элит он постепенно обретает под собою и некие моральные основания.

Колоссальным вызовом российско-украинским взаимоотношениям на протяжении последних как минимум 350 лет является и различная ориентация взаимовосприятия. Так, для российской политической культуры характерно субординационное, «вертикальное» восприятие Украины – восприятие сверху вниз. Для украинской политической культуры – координационное, «горизонтальное» восприятие России.

Современные украинские политики, политические эксперты, да и обычные обыватели свое скептическое отношение к России как к союзнику и партнеру чаще всего поясняют именно неадекватно высокомерным, иногда даже полупрезрительным отношением россиян к Украине и украинцам, которое, в свою очередь, основано именно на субординационной установке российской политической культуры.

Неприятие украинской политической элитой (по крайней мере, ее большей частью) СНГ, ЕЭП и ЕврАзЭС объясняется именно опасением, что в этих структурах «командовать» всем будут Россия и российские бюрократы, а Украина в очередной раз окажется в подчиненном и униженном положении.

Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 Еще один важный вызов российско-украинским отношениям – это взаимная зависимость национальных идентичностей и историософских доктрин друг от друга. И если украинская зависимость от российских факторов общепонятна, то обратное требует специального пояснения.

Украина моделировалась и как Малороссия – «продолжение России», и как «альтернативная Россия», и как «анти-Россия». Не случайно второй Президент Украины Л. Кучма назвал свою концептуальную книгу «Украина – не Россия» (2003).

Исторически идентичность России как государства в наибольшей степени зависела именно от Украины, а не от Прибалтики, Беларуси, Кавказа, Средней Азии или Сибири. Древнерусские княжества превратились в мощную державу, способную к принятию христианства, после объединения Новгорода и Киева. Московское царство превратилось в государство с «вселенскими» амбициями после церковной реформы патриарха Никона и проведенной киевскими церковными интеллектуалами «книжной справы». Можно по-разному оценивать последующий церковный раскол и маргинализацию великорусской средневековой культуры, однако в середине XVII века это была, по-видимому, одна из самых мягких форм возможной социальной модернизации.

После присоединения Левобережной Украины Московское царство превратилось в Российскую империю именно в результате достижения им «критической массы» – при самом непосредственном участии украинских государственных деятелей, бюрократов и идеологов вроде Феофана Прокоповича и св. Димитрия Ростовского.

СССР состоялся как мировая сверхдержава именно на основе альянса России и Украины, а перестал существовать после подписания Беловежских соглашений, которые, в свою очередь, стали возможны после проведения в УССР 1 декабря 1991 г.

референдума о независимости и заявлений украинского руководства о выходе из Союза и неподписании нового союзного договора. РСФСР же на фоне конфликта М. Горбачева и Б. Ельцина в критический момент «сбросила» имперскую миссию и осознала себя национальным государством без глобальных амбиций.

Самое удивительное, что идентичность России на данном этапе развития также критически зависит именно от Украины. СНГ не является эффективной работающей структурой именно из-за украинской позиции. Лояльные России Беларусь, Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан не образуют вместе с ней критической массы, позволяющей постсоветским объединениям с их участием (вроде ЕврАзЭС, ОДКБ, Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 Союза России и Беларуси или ЕЭП) перейти в новое качественное состояние и стать влиятельными.

Тот факт, что Украина больше не является частью единого государства, вызывает у большинства носителей российской политической культуры экзистенциальный ужас. Отсюда и распространенная на уровне обывательского сознания претензия к Украине: «Зачем вы от нас отделились» Примечательно, что к балтийским странам, Грузии, Азербайджану, Армении, Молдове, Казахстану, среднеазиатским странам и даже Беларуси так жестко претензия «Зачем вы от нас отделились» не формулируется.

Отдельный индикатор, показывающий, что российское политическое сознание в той или иной степени определяет себя через украинский фактор, – восприятие в России украинской «оранжевой» революции как вселенской катастрофы, характерное особенно для российского политического класса. В начале XX века официальная идеология Российской империи рассматривала «украинство» и «украинский сепаратизм» как польско-австро-немецко-ватиканскую интригу. Примерно так же в начале XXI века официальная идеология российской элиты интерпретировала «оранжевую» революцию как американскую интригу.

Преемственность Московского царства от Киевской державы Владимира и Ярослава является одной из фундаментальных ценностей российской историософии. В этом отношении основатели евразийства и украинские историки школы Михаила Грушевского, отрицавшие такую преемственность, рассматриваются как идеологические враги, посягнувшие на «самое святое».

Тезис З. Бжезинского о том, что без Украины Россия перестает быть евразийской империей67, остается актуальным, однако в России его воспринимают, как правило, не вполне адекватно: Украина рассматривается исключительно как пассивный ресурс (человеческий, географический, транзитный, промышленный), но не как партнер.

Историческое будущее современной России в очень большой степени зависит, прежде всего, от отношений с Украиной – от того, произойдет ли «вычитание» потенциалов (если Украина окажется во враждебном по отношению к России политическом союзе), произойдет ли простое «сложение» потенциалов (если Украина превратится в колонию российского капитала). Наиболее перспективным Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы.

М.: 1998, с. 61.

Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 представляется такой тип отношений, который позволит «приумножить» потенциалы обеих стран и найти некий новый сложный формат синергетического взаимодействия по стратегическим вопросам. Именно эта проблематика, по всей видимости, и должна стать основным предметом российско-украинских отношений в ближайшем будущем.

Без Украины Россия теряет не только территорию и потенциал, но идентичность империи, превращаясь в «остров Россию» с изоляционистским и этнонационалистическим государственным мировоззрением. Разумеется, новейшие наднациональные российско-украинские проекты не предполагают создания общего государства путем слияния или поглощения – подобные идеи остались в прошлом.

«Евроинтеграция» и российско-украинские отношения Проблематика «евроинтеграции», под которой понимается курс на вступление Украины в ЕС и НАТО, – одна из самых актуальных в российско-украинских отношениях.

Стереотипом российского информационного пространства является убеждение, что Восток Украины – против вступления в НАТО, тогда как Запад – за. Но даже в наиболее прозападных Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской областях лишь около половины населения хотят в НАТО. Тем не менее, низкая популярность в Украине идеи вступления страны в Североатлантический альянс (убежденных сторонников, согласно разным соцопросам, – порядка 20%) не должна создавать иллюзий у российских наблюдателей. Принципиальным моментом является не электоральная непопулярность НАТО, а отношение к этому вопросу лидеров общественного мнения – высшего руководства страны, политиков, бизнесменов, журналистов, политэкспертов, творческой интеллигенции, звезд шоу-бизнеса и т.д. А вот среди них сторонников вступления Украины в НАТО в целом больше половины;

вопрос же о вступлении в ЕС не дискутируется вовсе – по нему в элитной среде практически полный консенсус (в целом по стране сторонников вступления – чуть менее 50%).

Красноречив тот факт, что на парламентских выборах 2006 г. лишь две политические силы включили в свои программы пункт о жесткой необходимости интеграции Украины в НАТО: блок «Пора - ПРП» и блок Костенко - Плюща, основу которого составляла Украинская народная партия; даже проющенковская «Наша Украина» старалась не муссировать этот вопрос, чтобы не отталкивать свой электорат в Информационно-аналитический бюллетень ЦПГИ ИЭ РАН №3 центральных и юго-восточных областях. Впрочем, на досрочных парламентских выборах 2007 г. вопрос об интеграции в НАТО уже перестал быть дискуссионным – по крайней мере, для электората «Нашей Украины – Народной Самообороны». «Ядерный» электорат «Поры», ПРП, УНП – «прогрессивное» студенчество и патриотически ориентированная интеллигенция. Получается, что идея вступления в НАТО имеет наивысшую популярность именно в той части общества, которая гипотетически является носителем инновационных социальных изменений. В навязываемой этим группам системе ценностей предполагается, что «современный», «модернизированный», «европеизированный», «несовковый» украинец не может иметь двух мнений по поводу ЕС, НАТО, ВТО и «евроинтеграции». Впрочем, после «оранжевой» революции количество сторонников интеграции Украины в ЕС уменьшилось в разных регионах на 7–12%, количество сторонников интеграции в НАТО уменьшилось на 2–12%68.

В последнее время в Украине развернулась также и массовая пропагандистская кампания за вступление в НАТО, названная «информированием населения» об «истинных целях и задачах» Североатлантического альянса. Субъекты этой кампании считают, что «всесторонне проинформированные граждане как правило поддерживают вхождение Украины в НАТО»69. Во всех областных центрах открыты информационные центры НАТО (по оценкам украинских политологов, бюджет каждого такого центра достигает 20 тыс. долл. в месяц), регулярно проводятся экспертные круглые столы, акции для молодежи, издаются брошюры и книги, к этой «просветительскопропагандистской» работе подключен также целый пул негосударственных организаций – фондов, институтов, исследовательских центров и т.д. Президент В. Ющенко 27 декабря 2006 г. издал указ «О неотложных мерах по дальнейшему развитию отношений Украины и Организации Североатлантического договора (НАТО)», согласно которому в школах и вузах Украины будут изучать деятельность ЕС, НАТО и украинский опыт сотрудничества с этими организациями.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.