WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 42 |

Специфика человеческой истории заключается в том, что она суть человеческая, т.е. то, что имеет название «все-мирная история» относится к человеку, создающему свой «мир»; если в иных точках пространства-времени имеет место бытийствование иных разумных существ, их деятельность по аналогии также может быть названа «историей», но это будет иная «история» иного «мира». Стало быть, онтологические параметры истории свое пристанище имеют в природе человека и способе его задействования в бытии. Во всем многообразии форм, через которые человек являет себя в истории, есть нечто общее – человеческое – стоящее «за» фактической расчлененностью на эпохи, цивилизации, народы, события.

Но из этого вовсе не следует, что характер, направленность и конкретные проявления истории уже запрограммированы.

Онтологические условия истории не предопределяют формы актуализации потенций реализующего себя через всемирную историю духа, а задают координаты бытийного поля, в котором историческое действие оказывается вообще возможным. Они обеспечивают единство всемирной истории (многочисленные локальные «истории» при всей их внешней непохожести, объединяет тот факт, что все они суть проявления человеческого духа), при метафизическом подходе открывающейся как тотальность.

Ткань же исторического бытия ткется из деяний духа, манифестирующего себя в отдельных актах, различающихся по масштабу и последствиям. Наиболее значительные из них принято относить к «историческим», что удобно и уместно, хоть и нет возможности провести между «частными» и «историческими» актами (событиями) четкую онтологическую границу, равно как и невозможно строгое обоснование гегелевского дуализма (см.: [41, с.

89-90]) случайного и действительного.

Каждое человеческое действие (а то, что называется «историческим действием» – в особенности и преимущественно) открывает пространство новых возможностей и «отсекает» от бытия бесчисленное количество иных, становящихся вследствие этого нереализованными, возможностей. Количество возможностей потенциально бесконечно (даже кажущийся незначительным и случайным факт, при определенных условиях, может иметь далеко идущие последствия), но все эти возможности изначально размещены в онтологической метрике воспринимаемого человеком в качестве «своего» мира, который про-явлен как всемирная история.

В одном из своих писем Декарт высказал мысль, что «… наш дух конечен и создан таким образом, что он может понять как возможное те вещи, которые Бог действительно пожелал сделать возможными, но его природа не такова, чтобы он мог бы одновременно понять в качестве возможных те вещи, которые Бог мог сделать возможными, но которые Он, тем не менее, решил сделать невозможными» (цит. по: [102, с. 58]). Можно теоретически допустить существование мира с иной метрикой, иными фундаментальными константами и физическими законами, равно как и мир истории, в котором основным участником был бы не человек, а иное существо, но представить это как в-себе сущее, действительно, нельзя, ибо любое такое представление будет «отталкиваться» (заключение по аналогии и / или заключение от противного) от фактичности «нашего мира».

Итак, метафизический субъект приходит к уяснению того, что подлинно всемирной может быть лишь тотальная, обладающая субстанциальным единством, история. Тотальность предпослана всякому систематическому знакомству с историческим материалом как абстрактная идея, которая не получает наполнения в рамках историографии, но достигает конкретной стадии в метафизике истории. Напряжение между явленным в опыте и умопостигаемым определяет напряжение между историографическим и метафизическим (философским) подходами к истории, – напряжение, которое, несмотря на ряд компромиссных позиций, никогда до конца не может быть снято.

Исторический процесс есть, строго говоря, сущее (то, что существует, существовало и будет существовать), но в той мере, в какой он соотнесен с трансцендентным, а через него – просвечивает как тотальность, его допустимо (условно) именовать «историческим бытием». Таковая номинация позволяет соответствующим образом расставить акценты: собственно исторический процесс в своей фактичности есть объект исследования главным образом историографии, а тот же исторический процесс в контексте оговоренной соотнесенности выступает (как бытие) объектом постижения метафизики истории. Характер исторического бытия в своих наиболее фундаментальных параметрах определяется характером своей субстанциальной основы; поскольку в качестве таковой выступает дух, первые начала истории пребывают в его царстве. Но ввиду того, что дух сам для себя есть проблема, через практическое действование (деяние, акт) он себя не только познает, но и созидает, каковой процесс осуществляется через его свободное историческое творчество.

2.4. В двух предыдущих подразделах речь шла о бытийном статусе прошлого-как-истории и об истории-как-тотальности. Таким образом, было обозначено содержательное наполнение того, что ранее было формально номинировано как объект метафизики истории, а именно – тотальность исторического бытия. Но предмет метафизики истории пока остается лишь декларативным. Еще нет полной уверенности в том, что история согласится подчиняться метафизическому дискурсу. Дело в том, что метафизика направлена на постижение первых начал сущего, а наличие в истории неких «первых начал» есть пока что гипотетическое допущение, справедливость которого еще предстоит установить.

Уже предварительно очевидно, что первые начала, каковой бы природы они ни были, могут обнаружиться лишь при осуществлении негации в отношении исторических фактов, т.е. по отношению к тематически разнообразному историческому материалу следует занять такую позицию, которая стала бы базой для проведения процедуры выделения субстанциального содержания исторического и отделения этого содержания от посторонних «шумов». Для этого необходим надежный метафизический критерий, который должен быть не абстрактным и произвольным принципом, под который искусственно «подгоняется» история, но действительным (в своем присутствии и фундированности в жизни) и действующим (не только обнаруженным в прошлом, но распространяющим свое влияние на наличное бытие и на грядущее); т.е. подлинно действительным может быть лишь тот фактор, чье действие не прекращается со временем.

Но как этот фактор обнаружить Вопрос о приоритете того или иного аспекта исторического развития (политического, экономического, религиозного, технологического и т.д.) над другими непосредственно связан с вопросом о характере первой реальности.

Последний вопрос не может быть однозначно разрешен научно, поэтому в серьезных исследованиях его вполне обоснованно выносят «за скобки». Стало быть, и вопрос о приоритетности какого-то одного фактора в историческом развитии также не может считаться достаточно корректным. В реальной жизни различные факторы находятся друг с другом в сложной системе взаимодействий и взаимовлияний, так что опора на один из них при философскоисторических исследованиях в большей мере выражает мировоззренческую установку и метафизическое кредо автора, чем собственно историческую реальность в ее бытии.

Однако поскольку любая теория основывается на изначально выбранном принципе отбора и интерпретации релевантных относительно нее фактов, создание работающей модели исторического процесса невозможно без некоей исходной установки, которая не всегда эксплицитно проговаривается, но имплицитно всегда присутствует в любой философско-исторической работе.

Характеризуя ту или иную эпоху, теоретик не может себе позволить сделать вид, что политические, экономические, духовные процессы шли параллельно друг другу, нигде не пересекаясь. Поэтому он вынужден указывать ключевые для данной эпохи явления, определившие собой все своеобразие культурно-исторической системы.

Любой подобный подход упрощает и схематизирует действительность, но это необходимая плата за возможность ее представления в доступном постижению виде. Классические онтологии в значительной степени потеряли свою убедительность как раз из-за того, что пытались однозначно ответить на все вопросы;

кроме того, они базировались на некоем неверифицируемом метафизическом принципе, которому каждый теоретик волен был придать свое наполнение. Мы также не разделяем оптимизма Стивена Хокинга по поводу создания в ближайшем времени «теории всего на свете», которая помогла бы людям постичь замысел Бога. Как бы заманчиво это ни было, мы вынуждены отказаться и от обсуждения вопроса о наличии и содержании Божественного Плана человеческого развития. Но нам нужен некий ориентир, который если и не объяснил бы все исторические явления, то хотя бы помог обозначить стержневые тенденции всемирно-исторического процесса.

Какой фактор принять за ориентир, чтобы при этом свести к минимуму опасность волюнтаристски выдавать желаемое за действительное В реальной исторической жизни присутствуют одновременно множество из них, причем с близкого расстояния практически невозможно выявить главный. По-видимому, следует попытаться найти такой фактор, который мог бы считаться фундаментальным для всей истории человечества.

Предположим, что это материальный (более конкретно – экономический) фактор. Экономическое лидерство той или иной страны можно объяснить конкретными экономическими же условиями, сложившимися на определенном историческом этапе. Но отсюда следует, что изменив условия в сторону резкого ухудшения, получим уже не лидера, а аутсайдера или, в лучшем случае, середнячка. Однако такая гипотетическая модель работает не всегда.

Разумеется, удар по экономике никогда не обходится без последствий, но одни государства находят в себе силы преодолеть этот удар, а то и использовать его во благо, для других же стран и меньшие удары могут оказаться фатальными (например, проигрыш обеих мировых войн имел чудовищные последствия для экономики Германии, однако она смогла вернуть себе экономическое лидерство, недостижимое для, казалось бы, априори более «благополучных» государств).

Мы полагаем, что глубже уровня материальных детерминаций лежат иные силы, оказывающие влияние на все развитие общества, в том числе и на экономическую его составляющую. Кто хочет – ищет способы, кто не хочет – причину. Стало быть, необходимо обнаружить субстанциальную основу того хотения, благодаря которому осуществляется в истории все как великое, так и низкое.

Как же выйти на эту основу Возьмем в качестве аналогии историю отдельной личности.

Проходя через испытания и переживания, взлеты и падения, радость и горе, человек накапливает материальные ценности, меняет свой социальный статус, у него появляются семейные узы, дружеские связи и т.п. Но все это имеет необязательный характер: далеко не всякое событие в жизни оставляет после себя материальный след, не каждая жизнь связана с движением по социальной лестнице, не все создают семьи, порой приходится терять друзей и т.д. Тем не менее, есть нечто, являющееся неотъемлемым достоянием личности, даже если эта личность не имеет более никакого достояния. Это достояние можно обозначить как жизненный опыт, в котором прошлое, будучи снято в своей собственной сущности, присутствует в настоящем, представляя собой действующую, а значит – и действительную силу; лишь распад или деградация личности подрывает действие этого фактора в жизни индивида.

В общественной жизни также можно обнаружить нечто подобное, которое назовем историческим опытом общества.

Конечно, между жизненным опытом личности и историческим опытом общества есть существенное различие. Личность обладает единым сознанием и единой волей, что выражается в уникальном титуле, которым личность себя наделяет, а именно – в титуле «Я».

Соответственно, жизненный опыт личности связан с деятельностью ее сознания. Общество же не располагает единым сознанием и единой волей. В связи с этим встает вопрос: как не обладающее единым сознанием общество может накапливать исторический опыт Если это последнее словосочетание не пустой звук, то должен существовать субъект исторического опыта, его «распорядитель», т.е. активное творческое начало, которое интерпретирует, оценивает его содержание и, сообразуясь с последним, принимает решения.

Обозначим это активное творческое начало словом «дух». Ранее мы неоднократно употребляли этот термин без какой-либо оговорки, теперь же пришло время для его экспликации. Но здесь есть одна сложность. Законы эмпирического мира не описывают и даже не предполагают бытие духа; кроме того, он не дан как эмпирический объект, существующий наряду, в одной системе координат с другими эмпирическими объектами. Стало быть, если дух реален, то он может существовать только как трансцендентная относительно эмпирического мира сущность. Однако поскольку дух трансцендентен эмпирическому миру, то он не может быть выражен через понятия, этот мир описывающие, и не может изучаться с помощью средств и приемов, рассчитанных на его (мир) постижение.

При непонимании подобного рода ограничений возникают недоразумения, а то и просто курьезы, когда, например, инструментарий естествознания используется для исследования трансцендентного бытия. Мы не говорим о многочисленной псевдонаучной литературе, но порой и в работах, претендующих на некоторую академичную респектабельность, встречаются весьма странные пассажи. Так, Ю.С. Владимиров в работе под названием «Метафизика», в частности, пишет: «Возвращаясь к различию понимания Святой Троицы в Восточной и Западной Церквах, полагаем, что исхождение Святого Духа только от Бога-Отца соответствует учету физического принципа причинности (запаздывающего характера взаимодействий). Таким образом, можно заключить, что справедливы как западное, так и восточное понимание догмата Святой Троицы. Западное понимание оказывается более элементарным, не учитывающим влияние окружающего мира, подобно теории межчастичного взаимодействия Фоккера без мирового поглотителя Фейнмана-Уилера. Восточное (православное) понимание Троицы более близко к макрофизике (относительно макроприбора) при учете влияния мирового поглотителя (т.е.

M соответствует теориям Rm () или Rm (m))» [33, с. 497]. Прямо таки фантастическая наивность автора процитированного фрагмента, искренне уверенного в возможности разрешать касающиеся сущности Бога вопросы и давать оценку религиозным догматам с помощью познавательных средств естествознания, просто поразительна.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.