WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |

КАРДИНСКАЯ: Прото-жизнь… БУШМАКИНА: Да, вот что-то такое. Но то же самое, говорят они, мы можем наблюдать и в организмах распадающихся, в трупах.

Т.е. это некая точка, как граница между живым и неживым.

ШАДРИН: У Липавского об этом речь идет. Это соседние миры. Допустим, говорит он, представим себе мир исключительно температурный.

БУШМАКИНА: Ну да, это по качеству, это уже через Лейбница. Вот здесь эта биоплазма – это как бы некая точка, которая неопределенна. Мы не можем определить ее точно ни как живую, ни как неживую. Это какое-то третье состояние, которое неопределимо. Но она – эта точка – располагается между живым и неживым.

ШАДРИН: Она в движении… БУШМАКИНА: Да, поскольку она в движении, движется, значит это нечто вроде как бы живое. С другой стороны, это движение вот такое вот… ШАДРИН: Механическое… СЕКЦИЯ 4. НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ БУШМАКИНА: Да, оно может быть каким угодно, – и механическим в том числе. Самое главное, что там что-то как-то движется.

Это некое смешение, перемешивание.

Ш.А.А: Сгущение… БУШМАКИНА: Да-да, сгущение, разряжение и т.д.

ШАДРИН: Это концепт Липавского.

БУШМАКИНА: Вот, что-то такое происходит. В результате, все это как бы дышит, условно говоря. Собственно, вс это применяется – это просто вот такая метафора – к языку. Метафора вся эта применяется к языку. Мы должны посмотреть, какие есть связи в языке, и что произойдет, если эти связи будут рваться. А оказывается, что порвать эти связи просто (до удивления просто). Поскольку именно язык задает нам структурированный мир, он сам является таковым, т.е. структурированным миром.

ШАДРИН: А деструктурировать его можно по-разному, т.е.

разными способами.

БУШМАКИНА: Да.

ШАДРИН: И количество способов здесь бесконечно.

БУШМАКИНА: Да. И вот на мой взгляд, Алексей, ты совершенно прав, когда говоришь о том, что здесь какие-то пределы методологии. Да, я думаю, что здесь нащупываются пределы методологии.

– В работе с языком, со словом.

ШАДРИН: Собственно, этим и ценны эти тексты.

БУШМАКИНА: Да, совершенно верно. Да, в этом, собственно, их смысл и значение. Т.е. как мы работаем с языком с тем, чтобы показать его как биомассу Его надо сделать как бы биомассой, условно говоря, или спустить на уровень биомассы. Т.е. для чего нам уровень биомассы – Вот окаменели вещи, закаменело вс, но этого мало. Мы омертвели язык, объективировали его, а теперь надо сделать так, чтобы там что-то началось. Надо чтобы там началось движение. Вопрос в том, как оно может там начаться, и что там может происходить при этом.

КАРДИНСКАЯ: Столкновение атомов случайное… БУШМАКИНА: Как мы можем это сделать КАРАВАЕВА: Через удаление смысла.

БУШМАКИНА: Да, через то, как мы рвем связи. Вот, чинари используют разные способы разрывов.

II ВСЕРОССИЙСКАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «СОЦИАЛЬНАЯ ОНТОЛОГИЯ В СТРУКТУРАХ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ» ШАДРИН: Там у нас были две ветви логические: неживые и живые вещи. Что будут представлять собой живые вещи БУШМАКИНА: А вот живые вещи – это как раз вестники. Это такие соседние миры, которые являются вестниками. Т.е. это миры, которые мы предполагаем мыслящими, собственно говоря, мирами, полными мирами – мирами, полными смысла.

ШАДРИН: Самодостаточными – в этом смысле – мирами.

БУШМАКИНА: Да. Но это такие самодостаточные миры, которые действительно обладают автономией языка. Но язык там будет разный. И вот поэтому язык Хармса будет отличаться от языка Введенского, и в этом нет никаких противоречий. Просто способы организации этих миров различны. Они различны по способу разрывания смысла, разрывания связей. Каждый из них образует мир бессмыслицы, но своим способом. Поэтому возникает «звезда бессмыслицы». Но это чисто метафорические вещи. Т.е. что, собственно говоря, меня поразило. Вот посмотрите, что делает, допустим, Хайдеггер в Daseinанализе. Это ведь тоже работа со словом. Что делает Хайдеггер – Он как бы прерывает слово, т.е. делит слово на части. Но делит слово на части с тем, чтобы открыть новый смысл в этом слове. Что делают чинари – На мой взгляд, они берут язык, весь язык, и начинают работать со всем языком, – с целым. И показывают, что не обязательно разнимать язык, хотя мы можем дойти в разъятии до звуков, до слогов. Более того, поскольку там звук уже и не звучит, т.е. слоги могут не звучать, их нельзя прочесть. – Язык запинается, сопротивляется, поскольку мы не можем это проговорить.

ШАДРИН: Эта стадия в русском авангарде уже как бы пройдена.

БУШМАКИНА: Она пройдена.

ШАДРИН: И поэтому неинтересна.

БУШМАКИНА: Да. На мой взгляд, интересны тут вот эти эксперименты с языком. Это вс эксперименты, а эксперименты – это метод, метод анализа. И, значит, как метод анализа – это безусловно рефлексия.

ШАДРИН: Но мы не можем разорвать все связи сразу.

БУШМАКИНА: Вот, у меня в руке лежит яблоко, яблоко – это мир. Но это такой мир, который есть так, как он есть. Я протыкаю яблоко иглой… СЕКЦИЯ 4. НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ ШАДРИН: Это у Липавского в «Исследовании ужаса».

БУШМАКИНА: У Липавского, да. Я протыкаю яблоко иглой, – такого мира нет. Теперь появился. Это другой мир. Что он хочет сказать мне Новое отношение – новая связь, новый мир. Помните ведь модель у Хайдеггера – Там круг бытия, как присутствия, имеет зазор, он имеет щель вот этой открытости, через что, собственно говоря, проходит экзистенция. И вс – и больше не надо ничего, оно само уже так есть, оно само так работает. А здесь яблоко, как мир, оно замкнуто. И оно ничего не говорит, кроме того, что оно есть, как оно есть, как яблоко. И этот мир как бы оказывается закрытым и вместе с тем пустым. Но надо что-то делать для того, чтобы этот мир… КАРДИНСКАЯ: Раскрылся… БУШМАКИНА: Да. И поэтому требуется что-то такое, что как бы должно вмешиваться в этот мир. Но как вмешиваться-то – Тут должен быть какой-то метод.

КАРДИНСКАЯ: Насилие над миром надо совершить… БУШМАКИНА: Вот, я тоже сначала подумала: ну а как – Это что, трансценденция Т.е. акт вмешательства извне вовнутрь Нет, это не так! Просто потому, что у нас есть яблоко и мир яблока, есть игла и мир иглы. Если мы два мира пересечем (мы их пересекаем), то на пересечении этих миров возникает третий мир, который нам говорит что-то такое, чего не говорили ни яблоко, ни игла. Т.е. это какой-то метод пересечения, как воображаемое. – Вот, это воображаемый мир, т.е. некая конструкция, где конструируется то, чего не было, но что ведь может быть. Они – эти миры – могут пересекаться – Да. А раз они могут пересекаться, почему бы их не пересечь. И когда они пересекутся, появится нечто третье. И это третье говорит о себе самом, говорит о яблоке и говорит о игле.

КАРДИНСКАЯ: Но ведь они никогда не пересекутся сами.

БУШМАКИНА: Правильно, они никогда не пересекутся сами.

Потому что если бы они пересекались сами, мы бы просто получили этот же мир.

СОЛОВЕЙ: Окаменевший.

БУШМАКИНА: Да-да, который там уже есть.

КАРДИНСКАЯ: Но в таком случае это вс равно вмешательство.

II ВСЕРОССИЙСКАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «СОЦИАЛЬНАЯ ОНТОЛОГИЯ В СТРУКТУРАХ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ» БУШМАКИНА: Это не вмешательство. – В том смысле, что и игла, и яблоко могут пересекаться. Они могут пересечься, исходя из того, что они таковы, каковы они есть. Но у нас нет мира, где были бы яблоки, проткнутые иглами.

СОЛОВЕЙ: Но мы можем помыслить этот мир.

БУШМАКИНА: Совершенно верно! ЯРКЕЕВ: Это то, что сейчас называется кентавристикой.

БУШМАКИНА: Совершенно верно! Правильно, об этом речь и идет. И мы вс это перекладываем на язык. И тогда у нас происходит следующее. Язык яблока – это язык яблока, язык иглы – это язык иглы. Но ввиду того, что то и другое – языки, они могут, как языки, некоторым образом пересекаться. Как они пересекутся – Они как-то пересекутся. Что будет на этом пересечении – Никто не знает, потому что никто их не пересекал. – Их надо пересечь. Они должны некоторым образом взаимно проникнуть друг в друга. И появится третий мир. Конечно, это мир воображаемый, или конструированный мир. Но отсюда не следует, что он невозможен. – Он возможен. И он возможен не насильственно, а достаточно естественно. – Ввиду того, что есть такие языки: есть язык яблока, и есть язык иглы.

ШАДРИН: Соответственно, если мы обратимся к понятию фрагмента, то мир вестников – это целостный мир, а воображаемый мир фрагментарен.

БУШМАКИНА: Да. Тогда яблоко без иглы – это фрагмент (по отношению к яблоку с иглой), и игла без яблока – это только фрагмент яблока с иглой. Да, именно так. Т.е. здесь возникает некая как бы методология новая, с которой они пытаются работать. И начинает возникать то, что кажется бессмысленным. Т.е. мы начинаем пересекать такие миры, которые просто никогда не пересекались. Но пересечь их возможно, причем разными способами. Ввиду того, что язык – это то, что задает структуру. А структура бывает какая – Пространственная и временная. Соответственно, мы можем начинать пересекать пространства, пересекать времена. Но для того, чтобы это сделать, мы должны показать, как можно снимать причинноследственные связи в языке. Потому что вс, что мы считаем причинно-следственно обусловленным, является всего лишь калькой нашего языка. Т.е. потому что язык строится так. Вот эти фразы: если/то, например.

СЕКЦИЯ 4. НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ ЯРКЕЕВ: Тогда/когда.

ШАДРИН: Поскольку/постольку.

БУШМАКИНА: Совершенно верно! Т.е. мы говорим: «если А, то В». Но если мы учтем, что А и В могут быть какими угодно, то может быть вс, что угодно. Например, мы можем сказать: «если день, то ночь». А если мы сделаем что-нибудь другое Т.е., допустим, мы скажем: «если день, то крокодил». – Мы тем самым построим высказывание по правилам нашего же языка. Но мы дадим языку чуть большую свободу, обнаружив в нем заменяемую фрагментарность.

ШАДРИН: У Введенского «день» рифмуется с «пень»: «Будем думать в ясный день // сев на камень и на пень».

БУШМАКИНА: Да. Более того, у чинарей я обнаружила то, чего я не ожидала, и это меня поразило бесконечно! – У нас есть вопросительное предложение, у нас есть слово вопросительное, и за ним должен последовать знак вопроса. Но как только мы снимаем знак вопроса, предложение вообще может быть абсолютно бессмысленным.

ШАДРИН: У Введенского: «Тут нет птиц. Есть ли тут птицы.».

БУШМАКИНА: Вот это и есть работа с языком. Есть масса таких предложений, оказывается. – Когда мы снимаем вопросительный знак, предложение – в таком виде – нас просто ошеломляет. Т.е. оно начинает для нас выглядеть совершенно иначе. Хотя написано то же самое – не хватает только одного знака. Т.е. это говорит о том, что мы пытаемся теперь вот эти, собственно говоря, условия – связи и правила – языка пробовать на прочность.

ШАДРИН: У Введенского: «Я испытывал слово на огне и на стуже…». В отношении «Тут нет птиц. Есть ли тут птицы.»: тут двойная инверсия. Во-первых, убран знак вопроса, а во-вторых, вопрос и ответ поменяны местами. Что касается «если А, то В», то здесь очень любопытная вещь. – Здесь же рифма у Введенского: «Будем думать в ясный день // сев на камень и на пень». Он говорит о том, что когда у него возникают две рифмы (почему, собственно, речь идет о разрушении, или о бессмыслице), когда возникают два варианта рифмы – плохая и хорошая, – он всегда выбирает плохую.

БУШМАКИНА: Да. Это как раз те способы, которыми язык проверяется на прочность. Мы пользуемся языком активно и не задумываясь, т.е. не рефлексируя, и он кажется нам незыблемым, потому что таков мир для нас (каков наш язык), а этот мир кажется нам соII ВСЕРОССИЙСКАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «СОЦИАЛЬНАЯ ОНТОЛОГИЯ В СТРУКТУРАХ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ» вершенно устоявшимся, окаменевшим. Но что произойдет с нами, если мы тронем язык Что произойдет с нашими представлениями о мире, когда мы тронем язык Мы чуть-чуть его тронем хотя бы… Что, собственно, останется от языка Помните, как у Агамбена – Что останется от человека, если мы будем снимать с него защитные оболочки ШАДРИН: У меня тоже возникала эта метафора по отношению к текстам чинарей.

БУШМАКИНА: Да, здесь тоже как бы снимаются все время какие-то защитные оболочки языка, снимаются покровы языка. Т.е.

что от него останется И вот вам пожалуйста, что получается: вроде бы связь какая-то есть, слова в предложении все поставлены. Но какая она, эта связь – Эта связь вообще не имеет никакого смысла.

КАРДИНСКАЯ: Бессвязная связь.

БУШМАКИНА: Да, это бессвязная связь. Совершенно верно! КАРДИНСКАЯ: Бессмысленный смысл.

БУШМАКИНА: Бессмысленный смысл, да.

ШАДРИН: Вот, это как раз то, что между.

БУШМАКИНА: Совершенно верно! Т.е. смысл у нас все время как бы переопределяется.

ШАДРИН: Мерцает.

БУШМАКИНА: Да, мерцание смысла возникает.

ШАДРИН: Мерцание смысла в пространстве текста.

БУШМАКИНА: Да. И вот мне кажется, что чинари как раз оказываются между герменевтикой смысла и философией бессмыслицы.

И они делают больше: и там, и там. Потому что они бьют-то прямо в точку, они бьют в язык. Они работают только с языком.

ШАДРИН: Вот, невозможно писать действительно бессмысленно и невозможно писать собственно осмысленно. Невозможно ни то, ни другое.

КАРДИНСКАЯ: Форма-то остается… БУШМАКИНА: Да! И вот та схема, которую ты, Алексей, нарисовал, мне очень понравилась. Вот это: между gnosis’ом и poesis’ом.

ШАДРИН: Вот в этой срединной точке – между gnosis’ом и poesis’ом – возникает Логос, обретший плоть. Об этом пишет Друскин.

СЕКЦИЯ 4. НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ БУШМАКИНА: Да, это Логос, обретший плоть с какой-то стороны. Я не знаю, с какой. На самом деле, это может быть и алогическая логичность, которая – как алогическая логичность – конечно же прежде всего предъявляется в poesis’е.

ШАДРИН: А с другой стороны – как логичность – в gnosis’е.

БУШМАКИНА: Да, в gnosis’е. Т.е. она двояка как бы. Т.е. вот здесь – в срединной точке – нужен этот третий конструкт, который нам вот этот gnosis и poesis будет соединять. Вот здесь пределы метода и будут определяться. Т.е. предел метода в познании будет упираться в поэзию (poesis), в метафору. А здесь – с другой стороны – для поэзии где-то будет наступать предел (этой ее метафоричности), и она пойдет сюда – в gnosis. Не знаю, – может быть это будет метонимия. Я не знаю, что это будет. Но понятно, что метафора – это первое, что сразу будет выступать со стороны poesis’а.

ЯРКЕЕВ: Т.е. когда метафора становится окаменелой, она превращается в метонимию.

БУШМАКИНА: Да, в gnosis, в метонимию.

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.