WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 123 |

Для тех 293 предприятий из 25 отраслей, которые в итоге вошли в список Минэконоразвития РФ, допускаются кредитные инструменты поддержки. Однако спектр возможных решений существенно шире: государственные гарантии (что широко используется в качестве антикризисной меры в развитых странах – около 10 трлн долл. – и требует только условного резервирования средств), субсидирование процентных ставок, реструктуризация налоговой задолженности, государственный заказ, таможенно-тарифная политика. Определенные меры по минимизации «негативных социально-экономических последствий от прекращения деятельности таких предприятий предусмотрены, по всей видимости, на случай банкротства»20.

К середине февраля 2009 г. стало известно о заявках на получение государственных гарантий по кредитам от крупнейших российских автопроизводителей (АвтоВАЗ, ГАЗ, КамАЗ и «Соллерс» на общую сумму 29,5 млрд руб.). Среди других методов поддержки российского автопрома предусматриваются выкуп облигаций до 60 млрд руб. и госзакупки на сумму 12,5 млрд руб. В сфере ОПК приняты решения по госгарантиям для 3 предприятий, по субсидиям – для 19, докапитализации РСК «МиГ» на сумму 15 млрд руб. Госкорпорация «Ростехнологии» (получившая 20 градообразующих и 278 стратегических предприятий) запросила госгарантии на сумму 110,8 млрд руб. (помимо выделения имущественного взноса 151,32 млрд руб.)21.

Ведомости. 3 февраля 2009 г.

См.: Госкормушка для трех сотен хомячков.– www.gazeta.ru, 26.12.Примечательно, что 34 млрд. руб. планируется потратить на возмещение расходов госкорпорации по покупке акций ОАО «ВСМПО-Ависма». См.: Ведомости. 9–10 февраля 2009 г.; Коммерсант. 6 февраля 2009 г.

Раздел Институциональные проблемы Хотя с технической точки зрения спектр предлагаемых мер антикризисной поддержки не вызывает особых сомнений, существуют по крайней мере две качественные проблемы. Во-первых, наличие привилегированного списка создает очевидный риск подрыва рыночных (микроэкономических) стимулов к преодолению кризисных ситуаций собственными силами именно в «значимых» отраслях. Хотя данный список заявлен как открытый, публичная и выборочная процедура приема заявок на ту или иную поддержку при наличии обоснованных антикризисных программ от любых российских предприятий является более справедливой (если абстрагироваться от традиционной коррупционной составляющей). Во-вторых, нетрудно предположить, что многие проблемы предприятий связаны не только с кризисом как таковым, но и с качеством менеджмента и проводившейся в 2005–2007 гг.

политикой заимствований. Целесообразно, чтобы одним из обязательных условий предоставления любого вида государственной поддержки стало замещение действующего оперативного руководства, возможно, по аналогии с антикризисными управляющими (если абстрагироваться от угрозы рейдерства и смены команды ради эксплуатации остающихся бенефиций).

Банкротство может также рассматриваться как один из способов антикризисного вмешательства государства. При этом речь идет не о ликвидации или раздроблении компании, а о смене собственника и введении наблюдения со стороны уполномоченного госоргана.

В любом случае пока преждевременно пытаться давать какие-либо более детализированные оценки происходящего – хотя бы вследствие отсутствия как критической массы реально осуществленных сделок, так и публичной информации, по меньшей мере, относительно объемов и критериев государственных интервенций.

Наиболее пессимистичные сценарии имеют право на существование как минимум в силу общих оценок институциональной среды, проблемы функционирования которой, на наш взгляд, стали одним из сугубо «российских» факторов сегодняшнего кризиса финансовой системы России22.

Тем не менее вывод о начале нового этапа государственной имущественной экспансии (даже с учетом объективно необходимого антикризисного компонента) является бесспорным. Если зафиксировать капитализацию российского рынка по состоянию на середину октября 2008 г., то, согласно простейшему расчету, можно прогнозировать увеличение доли государства в корпоративном секторе в 2009–2010 гг.

от 3–4 (нижняя граница) до 9–10% только за счет выделенных средств для интервенций на фондовом рынке. Потенциал дальнейшего расширения госсектора впечатляет, хотя никакой определенности в отношении планов правительства пока нет:

– сохранение в собственности государства заложенных в ВЭБ пакетов акций по программе рефинансирования 2008 г. (11 млрд долл.), срок решения – конец 2009 г.;

– сохранение в собственности государства приобретенных на открытом рынке акций (350 млрд на 2009–2010 гг.), срок принятия решения – 2013–2014 гг.;

– дальнейшая экспансия госкорпораций в строгом смысле (несмотря на частичное изъятие выделенных финансовых ресурсов);

См., например: Радыгин А.Д. Стабильность или стагнация Долгосрочные институциональные проблемы развития российской экономики // Экономическая политика. 2007. № 1 (5). С. 23–47.

РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИКА в 2008 году тенденции и перспективы – переход частных активов к госбанкам под выданные кредиты и посредством прямых приобретений, формирование новых госхолдингов23;

– увеличение доли государства в банковском капитале в рамках программы рекапитализации банковской системы (40 млрд долл.). По данным Банка России, совокупный капитал российских банков в начале 2009 г. составлял 2,5 трлн руб. При заявленном в 2009 г. объеме рекапитализации это означает, что государство может претендовать на дополнительные 32% банковского капитала при общем росте госдоли до 75–80%24.

Вместе с тем (при прочих равных условиях, к которым относятся политические и рентно-коррупционные) качественный порог такой экспансии достаточно очевиден:

чем масштабнее государственный сектор, тем более ограниченными являются возможности обеспечения управляемости и эффективного контроля. Об этом свидетельствует, в частности, весь опыт введения (попыток введения) тех или иных новых механизмов управления и контроля унитарных предприятий и АО с долей государства конца 1990–2000-х годов. По аналогии с эволюцией частных российских бизнес-групп второй половины 1990-х – начала 2000-х годов25 в среднесрочном периоде следует ожидать тех или иных реорганизационных процедур, направленных на оптимизацию структуры приобретенных активов и организационно-управленческих аспектов функционирования государственных компаний (групп). С учетом финансового кризиса 2008–2009 гг. этот процесс может быть ускорен в связи с потребностью компаний (как государственных, так и частных) в привлечении финансовых ресурсов посредством избавления от ряда активов, не связанных напрямую с основной деятельностью.

Более того, сам по себе количественный рост прямого участия государства в экономике или стабильная значительная доля последнего не являются чем-то экстраординарным для современного мира, тем более в условиях кризиса. По имеющимся оценкам, к концу 2008 г. в рамках мер антикризисной поддержки различными странами было израсходовано около 1,4 трлн долл. на докапитализацию компаний и около 880 млрд долл. – на приобретение новых активов. Тем не менее среди ведущих стран мира, предпринимавших те или иные антикризисные действия, крупные прямые покупки частных активов в 2008 г. осуществляли только США (млрд долл.) и Норвегия (51 млрд долл.), тогда как Великобритания, Франция, Италия, Германия, Нидерланды, Япония осуществляли докапитализацию без прямого приобретения активов26.

По сути, финансовый кризис 2008–2009 гг. уже привел к возникновению если не противоречия в строгом смысле слова, то весьма двойственной ситуации.

В середине февраля 2009 г., например, обсуждалась схема консолидации ключевых компаний связи при посредстве ВЭБа, уже получившего осенью 2008 г. 90% акций «Связь-банк» (выкуп 40% акций «Ростелеком» у «КИТ Финанс», 90% которого с осени 2008 г. принадлежат ОАО «РЖД» и «АЛРОСА», а также 25% + 1 акция холдинга «Связьинвест» у АФК «Система»).

Коммерсант. 4 февраля 2009 г.; Деньги. 9 февраля 2009 г. № 5.

См., например: Радыгин А. Эволюция форм интеграции и управленческих моделей: опыт крупных российских корпораций и групп // Российский журнал менеджмента. 2004. Т. 2. № 4. Октябрь–декабрь. С.

35–58.

Госкапитализм (спецвыпуск) // SmartMoney. 16 февраля 2009 г. № 143.

Раздел Институциональные проблемы С одной стороны, именно кризисные явления привели к здравому осознанию количественных пределов прямого расширения государственного сектора. Проблема управляемости разросшегося государственного сектора (во всех ее аспектах – оперативное управление, оппортунизм менеджмента, моральные риски, отношения в системе «принципал – агент», коррупция и рента и т.п.), по всей видимости, осознаются и в правительстве. Об этом, возможно, свидетельствует и постепенный отказ государства – уже в ходе кризиса – от прямых методов поддержки, основанных на вхождении государства в капитал проблемных частных компаний и банков. Более того, возможность запуска новой «большой приватизации» вновь становится одним из обсуждаемых вариантов в ситуации именно кризиса, а не инвестиционного экономического роста. С другой стороны, это не дает оснований говорить об отходе от дирижистских принципов, ибо приостановка прямой «антикризисной» экспансии замещается в настоящее время усилением косвенного контроля – через узкий круг имеющих государственную подпитку банков, формирование привилегированных списков «значимых» предприятий, продолжающуюся имущественную активность госкорпораций и госхолдингов (остающихся среди немногих субъектов рынка, имеющих возможности для новых поглощений), неизбежную (хотя и не столь интенсивную, как предполагалось ранее) национализацию проблемных активов в «жестких» или «мягких» ее вариантах.

Наиболее актуальными в этой связи являются вопросы, лежащие в плоскости качественных оценок, – прежде всего относительно внятной стратегии, целей (мотивов) и долгосрочных последствий (издержек) данного процесса.

5. 1. 4. Приватизация К концу 2008 г. очевидным становится если не полное прекращение, то заметное замедление приватизационного процесса. Крупные сделки в этой сфере не были типичными и для нескольких предыдущих лет (хотя и по другим причинам), однако финансовые проблемы потенциальных покупателей, равно как вполне здравое нежелание государства реализовывать те или иные активы совсем за бесценок, в условиях кризиса обусловили спад при приватизации также и средних, и мелких объектов. Осенью 2008 г., в частности, было приостановлено использование таких методов приватизации, которые позволяют сбивать цену на объекты, априори имеющие минимальный спрос. Аналогичная ситуация, по всей видимости, касается возобновляемых доходов от использования государственной собственности (приостановка выплат дивидендов компаниями с госучастием, выкуп земли и др.).

По официальным данным Росимущества, в середине января 2009 г. в реестре федерального имущества числилось 1 293 788 объектов недвижимого и движимого имущества (в том числе более 1,1 млн объектов учета, принадлежащих правообладателям на соответствующем вещном праве, и около 107 000 объектов государственной казны). В реестре было также учтено около 3600 пакетов акций, принадлежащих Российской Федерации, и почти 67 000 земельных участков. В собственности Российской Федерации по-прежнему остается и около 5700 ФГУП.

План на 2008 г. предусматривал продажу пакетов акций или государственных долей в 404 АО и приватизацию (акционирование) 440 ФГУПов. План на 2009 г.

(сентябрь 2008 г.) предусматривает продажу пакетов акций или государственных долей РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИКА в 2008 году тенденции и перспективы в 291 АО и акционирование 235 ФГУПов. При этом поступления в федеральный бюджет доходов от приватизации федерального имущества в 2008–2010 гг. ожидались в размере 12 млрд руб. ежегодно.

Крупных объектов в планах приватизации 2008–2009 гг. не было изначально, однако это связано не только с «консервацией» госсектора в контексте политики государственного капитализма, тривиальными конфликтами интересов и сопротивлением ведомств. Среди объективных причин следует указать отказ от использования приватизационных методов для пополнения бюджета и ряд технических проблем. Прежде всего, речь идет о недостаточности периода в 1 год (официальный план приватизации) для организации таких сделок даже для ряда мелких и средних предприятий. Вместе с тем в соответствии с действующим законодательством несостоявшиеся до 31 декабря планового года сделки автоматически переносят объект в план следующего года или вообще выводят объект за рамки приватизационного процесса.

По некоторым оценкам, целый ряд новаций в сфере управления государственным сектором, которые обсуждались или уже начали реализовываться в 2008 г., могли бы стать прелюдией к началу нового этапа «большой приватизации». В первую очередь это внедрение с лета 2008 г. независимых директоров в крупные смешанные компании (т.е.

имиджевая предпосылка повышения качества корпоративного управления перед публичным размещением акций), возможность увеличения плана приватизации с 1 до лет (что позволяет без излишней спешки пройти весь цикл приготовлений к продаже того или иного пакета акций), потенциальная корпоратизация (в подлинном смысле слова) созданных в 2007–2008 гг. госкорпораций.

Даже на уровне официальных комментариев планы новых крупных продаж осторожно относятся за 2010 г. Вполне реалистичные прогнозы протяженности кризисных явлений в российской экономике минимум в течение 2009–2010 гг., по всей видимости, оставляют этот вопрос открытым на более продолжительный период (при учете только экономических факторов – т.е. вне идеологии госэкспансии). Тем не менее уже сегодня достаточно очевидны два крайних сценария.

Первый сценарий со всей очевидностью связан с вынужденным возвратом к использованию приватизационных инструментов для финансирования растущего бюджетного дефицита (как это было в 90-е гг.), невзирая на низкую стоимость продаваемых активов. В макроконтексте такой сценарий имеет все шансы на реализацию на пике кризиса при низких ценах на нефть, истощении финансовых (золотовалютных) резервов и увеличении бюджетного дефицита. По сути, речь идет о распродаже части активов государства по бросовым ценам, однако внутренние мотивы могут оказаться весьма различными – от кратковременного (в силу невозобновляемости источника) обеспечения взятых ранее социальных обязательств перед населением до «закрытого» размещения приватизируемых за бесценок активов среди узкого круга субъектов. Вполне реалистичным является и их сочетание, однако в первом случае можно говорить об ошибочной экономической политике, во втором – о дальнейшей консервации модели «приватизация прибылей, национализация убытков».

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 123 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.