WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 63 | 64 || 66 |

Выражая, по Г.Алмонду, ориентации граждан, касающиеся политической системы, региональная идентичность тесно связана с культурой и представляет собой чувство принадлежности к сообществу на основании общего места проживания, происхождения, языка, традиций, культурных привычек, религиозного или этнического родства. Региональная идентичность охватывает важные элементы самоидентификации личности, и это позволяет ей быть мощнейшим ресурсом мотивации для социальных и политических действий, как созидательных, так и экстремистских. Угроза деструктивных последствий объясняет необходимость отслеживания ресурса региональной идентичности и его направления в нужное для развития страны русло. По этой причине сегодня нужно и важно говорить о видах политики формирования региональной идентичности.

Одной из наиболее эффективных моделей политики формирования идентичности на региональном уровне является политика децентрализации во Франции. Главным актором формирования такой политики выступает государство.

Определённое влияние на процесс формирования региональной идентичности оказывают элиты и в меньшей мере – общество и идеологические институты. Акторы, формирующие идентичность, должны ориентироваться на то, что идентичность – это динамический, а не статический процесс, следовательно, в условиях многообразия альтернативных идентичностей необходимо укреплять и поддерживать основы существующей идентичности.

Если доминирующим актором формирования региональной идентичности выступают региональные элиты, то успешность их действий будет напрямую зависеть от их веса в обществе и умения вести диалог с местным населением.

Сформированная концепция идентичности воплощается в региональной символике, проходит этап мифологизации и, наконец, отражается в самых различных сферах (массовой культуре, искусстве) вплоть до дисциплин школьного курса.

Конструирование региональной идентичности через политику децентрализации – по сути, вынужденная мера во Франции. Деликатная политика требуется в отношении тех регионов, которые были присоединены в силу каких-либо причин и не являются исконно французскими. Необходимость политики децентрализации во многом определяется фрагментарностью политической культуры, ведь на протяжении длительного времени она являла пример гетерогенности, истоки которой лежат в особенностях исторического развития государства.

Франция – унитарное децентрализованное государство. Помимо континентальных регионов в неё входят заокеанские территории с различным статусом:

– заморские территории (Французская Полинезия, острова Валис и Футуна, Майот, Сен-Пьер и Микелон, Французские Южные и Антарктические Земли, СенБартелеми, Сен-Мартэн);

– заморские департаменты (Гваделупа, Гвиана, Мартиника, Реюньон);

– территория, имеющая особый статус – Новая Каледония.В дополнение к этим административно-территориальным единицам, обладающим собственными региональными национальными идентичностями, можно добавить департамент Корсика. Идентичности вышеперечисленных территорий имеют мало общего с утвердившейся много лет назад в королевском домене Ильде-Франс, которая и стала основой формирования национального самосознания.

Известно, что французский язык и французская культура насаждались насильственно во многих территориях, но, тем не менее, центру так и не удалось уничтожить основания региональных идентичностей. В 1982 г. была запущена реформа децентрализации административно-территориального управления, которая обеспечила муниципальные интересы посредством перехода с типа «априорного» государственного контроля на «апостериорный» в отношении органов местного самоуправления633 и предоставила местному самоуправлению более широкие полномочия.

Так, Новая Каледония фактически стала ассоциированным с Францией государством. Сохраняя формально свой суверенитет и независимость, она доверяет значительную часть своих властных полномочий центру (вопросы внешней политики, связи, транспорта и вооружения). Каледония управляется верховным комиссаром, назначаемым французским правительством.

На Корсике, являющейся непосредственно частью метрополии, сформировалась идентичность, по сути, не содержащая элементов принадлежности к французской нации. Это связано с тем, что имеющий четырехтысячелетнюю историю остров является французской территорией всего лишь с 1768 г. и удалён от Франции больше, чем от Италии. Корсику можно признать самым самобытным (www.outre-mer.gouv.fr).

Государство, политика, социум: вызовы и стратегические приоритеты развития.

Международная конференция. Екатеринбург. 26-27 ноября 2009 г. Сб. статей. Часть 1. / Сост. И.Д.Тургель. Екатеринбург: УрАГС, 2009. С. 292.

департаментом Франции: большинство его жителей привязаны к родной земле сильнее, чем жители других частей республики, и позиционируют себя как особую нацию – «корсиканский народ». Менталитет корсиканцев представляет собой смесь островного, средиземноморского и французского – сочетание несочетаемого. От первого в характере жителей – сдержанность и гордость, от второго - непредсказуемость и духовность натуры, от третьего – двойственность.

В настоящее время Корсика имеет статус особой экономической зоны с правами автономии. Процесс обретения Корсикой автономного статуса занял почти два года (с октября 1989 по май 1991 гг.): требовалось серьёзное обоснование для формирования особых политических институтов и особых правовых норм. В итоге такое обоснование было найдено: автономия требовалась для развития экономики острова, на которой неблагоприятно сказывались его географическое положение и демографический спад. Таким образом, была одобрена новая статья Конституции в следующей формулировке: «Французская Республика гарантирует <…> корсиканскому народу – составной части французского народа – право на сохранение его культурных особенностей и на защиту его специфических социальных и экономических интересов, если они не наносят ущерба национальному единству и целостности Франции»634. Эта законодательная поправка позволила не только создать новые возможности для модернизации экономики Корсики, но и утвердить собственную региональную идентичность в качестве доминантной.

В 1991 г. Корсика приобрела собственную исполнительную (Исполнительный совет) и законодательную (Собрание) власть, полномочия которых чётко разграничены. При этом французское правительство вправе распускать Собрание в случае, если его нормальное функционирование не представляется возможным.

Многие вопросы, касающиеся жизни на Корсике (например, транспорт) остаются в компетенции Парижа, ведь автономия не смогла бы решить всех стоящих перед ней проблем. В свою очередь центральные учреждения страны обязаны консультироваться с Собранием по всем вопросам, касающимся «специфического устройства» Корсики.

Региональная идентичность острова оставила свой след и в устройстве управления островом – корсиканцы подчиняются не столько местной администрации, сколько старейшине клана. Это объясняется сильным влиянием традиционных институтов: клан и сегодня остаётся здесь основной структурной единицей общества.

Законы клана действуют не только в мафиозных структурах, но регулируют и вопросы землепользования, сельского хозяйства, собственности. «Клановые порядки» поддерживают обычаи родового строя, в особенности у корсиканских горцев. Так, до сих пор существуют вендетта (кровная месть за убитых или оскорблённых родственников) и особые песни-плачи для убитых, мотивом которых является призыв к мести. Многие женщины на Корсике носят чёрное платье и чёрный платок в знак траура, а одной из первых забот молодой корсиканской семьи является забота о погребении: вместе с новым домом строят семейный склеп – покойных здесь не закапывают в землю, что является ещё одним из корсиканских обычаев.

Таким образом, правовое государство на Корсике – скорее желаемая для государства цель, чем реальность, ведь основные ценности правового государства несовместимы с клановым мышлением, с масштабами преступности, ставшими нормой, и с насилием, являющимся одним из основных методов борьбы за независимость и самоуправление острова.

Казанская Г.В. Особый случай корсиканской автономии // Полис, 1995, № 5. С. 136-140.

Общенациональная идентичность уступает региональной и на Пиренеях – области, находящейся на южной границе с Испанией. Свой язык и культуру здесь хранят баски, дети которых, поступая в школу, часто даже не знают французского языка. В повседневном обиходе этого народа сохраняются многие баскские традиции: даже в наши дни мужчины-баски вместе с обычной европейской одеждой носят неизменный берет синего, красного или чёрного цвета, а во время праздников и ярмарок здесь можно увидеть бой быков или коровьи бега.

Сильна региональная идентичность и в Бретани, в которой живут потомки кельтских племён, близкие шотландцам и валлийцам в Великобритании или ирландцам в Ирландии. В этой области сохраняется особый диалект французского языка, напоминающий гэльский (шотландский) и валлийский (уэльский), и сильны традиции крестьянской общины («кружка»), принадлежностью к которой так гордятся бретонцы.

Региональную идентичность и культурное своеобразие сохраняют Эльзас и Лотарингия – две территории, не раз переходившие от Франции к Германии и обратно и окончательно возвращённые Франции лишь в 1919 г. В этих регионах произошло смешение французской и немецкой культур. Эльзасцы говорят на немецком языке, исповедуют протестантизм и очень бережно относятся к своей национальной культуре, ежегодно проводя фольклорные праздники, на которых можно услышать народные песни и увидеть национальные танцы. На открытках с видами Эльзаса непременно присутствует эльзаска в кружевном переднике и с большим чёрным шёлковым бантом. Данный регион уникален в том смысле, что именно здесь региональная идентичность переплетается с общенациональной сильнее всего: к примеру, все улицы Эльзаса непременно носят двуязычное франкоэльзасское название, и говорят здесь в равной степени как на эльзасском, так и на французском языках.

Конфессиональная идентичность также находится в определённой зависимости от региона: во Франции существуют как устойчиво католические районы (сельские районы Бретани и Нормандии, Эльзаса и Лотарингии, Беарна, части Оверни и Лангедока), так и «дехристианизированные» районы Центрального массива, Шампани, Сентонжа, а также религиозно нейтральные территории Средиземноморское побережье, широкая полоса от Бискайского залива на югозападе до границы с Бельгией на севере635.

Важно отметить, что французское правительство грамотно проводит политику децентрализации: предоставляя права и условия для существования региональным идентичностям, оно уделяет большое внимание и укреплению национальной идентичности. Эту идентичность стараются оберегать и от внешних угроз. Так, Н.Саркози, занимая пост министра внутренних дел, проводил жёсткую политику по отношению к исламской общине: ужесточил контроль над нелегальной иммиграцией, заявил о недопустимости противопоставления ислама французским республиканским ценностям (во время протестов против закона о запрете хиджабов в школах), поддержал создание частного некоммерческого Французского совета по мусульманской религии. Все эти меры можно определить как «позитивную дискриминацию» во имя спасения французской национальной идентичности.

Чувство общенациональной идентичности у французов сильнее, нежели чувство идентичности континентальной – об этом свидетельствует отношение французов к вопросу принятия Европейской конституции. Несмотря на широкую См. об этом: Франция глазами французских социологов. М.: 1989.

пропагандистскую кампанию в поддержку единого конституционного акта, 54,8% участников референдума во Франции высказались против ее принятия636.

Нетрудно прийти к выводу, что для каждого существует собственная иерархия территориально ориентированных идентичностей, и чем ниже уровень базовой идентичности, тем большее значение она имеет для француза. Иерархию идентичностей (в порядке убывания по значимости) можно представить так:

региональная идентичность – общенациональная (французская) идентичность – европейская идентичность.

Сегодня политическое формирование региональной идентичности становится необходимой мерой. История уже доказала, что игнорирование региональных особенностей грозит распадом государства – достаточно вспомнить развал СССР.

При этом унитарным государствам может угрожать то же самое, если в их состав входят национальные территории. Опыт Франции может быть полезен таким странам, ведь грамотно выстроенная политика децентрализации позволяет сохранить целостность государства, не разрушая региональной идентичности, но и не теряя «общенационального образа».

Фадеева Л.А. Сквозь призму политической культур: нация, класс, регион. Пермь: Пушка, 2006. С. 102.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Л.А.Фадеева, И.С. Семененко ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ СООБЩЕСТВО:

ОПЫТ САМОАНАЛИЗА И ПЕРСПЕКТИВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ИДЕНТИЧНОСТИ Актуализация проблематики идентичности не только в научных исследованиях, но и в публицистике, масс медиа, общественном мнении имеет свое «побочное действие» в виде критики «растянутости» концепта, его «модности» и «всеядности», чрезмерных междисциплинарных различий в его трактовке, сложности верификации и т.п. Высказываются мнения, что невозможно разработать единый аналитический инструментарий исследования идентичности.

Разумеется, каждая научная дисциплина помещает концепт идентичности в собственное проблемное поле. Специфика политической науки в этом плане определена во введении к данному сборнику. Научная дискуссия как в ходе конференции, так и в процессе подготовки сборника статей по ее итогам продемонстрировала наличие разных подходов и трактовок идентичности, но, в то же время, и результативность коллективных усилий по разработке исследовательского инструментария. Понятие «самости» в конструктивистском духе существенно скорректировано не-конструктивистским подходом политических географов (Л.В.Смирнягин, М.П.Крылов), акцентирующих внимание на значимости «места» и на проблемах соотнесения идентичности и территории (Д.Н.Замятин, Н.Ю.Замятина). Предложены и обоснованы понятие макрополитической идентичности (О.Ю.Малинова), соотношение политической и гражданской идентичности (И.С.Семененко), идентичности как основы консолидации государства и общества (С.П.Перегудов). Идентичность оценена как ресурс развития сообществ разного уровня; подчеркнута важность изучения глобального контекста ее трансформации (В.В.Лапкин), а также – колебаний российской идентичности (К.Г.Холодковский). В последнем случае социологические исследования (Н.Е.Тихонова), региональные и локальные кейсы создают эмпирическую базу для изучения особенностей её становления.

Pages:     | 1 |   ...   | 63 | 64 || 66 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.