WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 33 |

Это еще не единицы языка, выделение этих интонационных типов происходит на разных основаниях, но уже Л.В. Щерба, который также различает словесную и фразовую просодику, идет по пути обобщения просодических единиц русской речи. Он разрабатывает учение о синтагме и «синтаксической фонетике» как системе фразовых ударений: собственно фразового, синтагматического, логического и эмфатического [Щерба 1957: 130–133].

Развитие традиций отечественной интонологии на семантической, функциональной основе, в духе движения русского языкознания «от грамматики вещей к грамматике отношений» [Панов 2007:

820] закономерно привело к появлению «фонологической теории интонации» Е.А. Брызгуновой в 60-е гг. XX в. [Брызгунова 1980;

1997 и др. работы]. Здесь методом фонологических оппозиций устанавливается система интонационных средств (синтагматического членения, интонационного центра, типа интонационной конструкции) с подсистемой семи ИК – подлинных интонационных полифункциональных единиц языка, связанных парадигматическими и синтагматическими отношениями, явлениями синонимии и антонимии. Выявление взаимокомпенсационных отношений интонационных средств с лексикой, синтаксисом, смысловыми контекстными связями составляет суть коммуникативного метода значения звучащего высказывания в рамках этой теории. По образному выражению М.В. Панова, Е.А. Брызгунова нашла «ложку, которая способна вычерпать океан» русской речи [там же].

Эта система описана в «Российской грамматике–80», вузовских учебниках, лингвистических статьях и учебных пособиях Е.А. Брызгуновой, её последователей и учеников. Как справедливо отметил М.В. Панов, «с работ Е.А. Брызгуновой начался фонологический этап в развитии интонационной теории. С другой стороны, эти работы были прямым ответом на требования методики преподавания. Оттого-то эта теория сразу пошла в практику» [Панов 2007: 309].

Как обстоит дело с обучением звучащей речи в настоящее время Обратимся к научной и школьной грамматикам русского языка как основе вузовской подготовки учителей для работы в школе.

Рассмотрим одну из главных функций интонации – участие в обозначении коммуникативного типа высказывания (различение высказываний по цели).

Академическая грамматика 1960 г. делит предложения по цели высказывания на повествовательные, вопросительные и побудительные [Грамматика 1960: 353]; грамматика 1970 г. – на повествовательные и вопросительные [Грамматика 1970: 545]; грамматика 1980 г. – на вопросительные и невопросительные, последние – на повествовательные, побудительные и оптативные (желательные) [Русская грамматика 1980: 88]. Выделение вопросительных предложений (заключающих в себе поиск сообщения, желание получить информацию [там же]) не вызывает сомнения, как и постановка вопросительного знака в конце, причем средством выражения вопросительности (как и невопросительности, побудительности, желательности) объявляется именно интонация [Указ. соч.: 89].

Между тем чисто интонационный способ вопросительности свойствен только так называемому общему вопросу – вопросу без местоименного слова с ИК-3, образующему фонологическую смыслоразличительную оппозицию с другими типами ИК: Брат приедет у3тром // Брат приедет у1тром. // Брат приедет у2тром! // Брат приедет у3,4,6тром,... (а сестра – вечером). Другие типы ИК значением вопросительности не обладают и входят в отношения компенсации либо с иными интонационными средствами (местом интонационного центра: Кто6 придет вечером // Кто придет ве6чером!), либо с лексико-грамматическими средствами (Кто(2) придет ве(2)чером // Кто5 придет ве5чером!), либо с контекстом (Сестра придет у2тром – А кто придет ве4чером). Заметим, что в конструкции с ИК-2 вопросительность формируется лексически (наличием местоименного слова), а не интонационно. Ср. синонимическое употребление ИК-1 // ИК-2 со значением завершенного сообщения даже при наличии местоименного слова: О че(2)м они так долго говоря(2)т – Кто придет ве1,2чером.

Местоименные слова, функционирующие в качестве вопросительных, с разными типами ИК формируют высказывания, различающиеся ситуативно (а следовательно, и семантически): Чтоты делал сегодня – Учил уроки. («Нейтральный», «первый» вопрос) // Что6 ты делал сегодня – Учил уроки. (Переспрос при нерасслышанном ответе) // Что3 ты делал сегодня – Учил уроки.

(Мягкий, вежливый, дружеский вопрос). // Что4 ты делал сегодня – Учил уроки. (Строгий, менторский, назидательный вопрос с оттенком недовольства) // Что я де3лал сегодня Учил уроки. (Повторение вопроса при поиске ответа, обычно с перемещением центра) // Что5 ты де5лал сегодня! – Учил уроки. (Несобственно-вопросительное высказывание с недовольством, возмущением: нельзя было это делать!) // Что7 он делал! Да ничего, спал целый день! (Ответ на вопрос: восклицательное высказывание с экспрессивным отрицанием). // Что я де1лал сегодня: утром сходил в магазин, потом был на тренировке, пообедал, сделал уроки и посмотрел телевизор. (Повествовательное высказывание со значением объявления, называния действий, отчета о проделанном). Как видим, полифункциональные местоименные слова далеко не всегда формируют вопросительное высказывание и могут служить интересным материалом для игровых упражнений, в ходе которых можно воспитывать и чувство языка, и выразительность речи, и культуру устного общения.

В учебниках по русскому языку для I класса авторы называют вопросительной интонацию предложений, где стоит вопросительный знак [Зеленина, Хохлова 2005: 6] и в качестве примеров на протяжении всего учебника приводят только предложения с местоименным словом (где, как мы видели, нет вопросительной интонации, поскольку средством вопросительности выступают местоименные слова и озвучиваются такие высказывания с ИК-2):

У меня возник вопрос: Почему зимой мороз Кто меняет зайцу шубу Вырезает листья дубу (Здесь детям предлагают определить, «что содержат выделенные предложения: вопрос, просьбу, приказ, сообщение» и с какой интонацией произносятся эти предложения:

с повествовательной, вопросительной или восклицательной [Указ.

соч.: 11]). Единственное вопросительное предложение без местоименного слова встретилось на одной из самых последних страниц этого учебника (причем без каких бы то ни было комментариев):

Слышишь чей-то клич вдали К нам вернулись журавли [Указ. соч.:

125]. Таким образом, можно утверждать, что учебник не содержит необходимого материала и не предлагает учителю методику для работы над «вопросительной» интонацией.

Но если вопросительные предложения можно узнать хотя бы по конечному знаку, то с восклицательными дело обстоит сложнее, и конечный знак в них вариативен. Ни одна из академических грамматик не выделяет восклицательные предложения как особый коммуникативный тип, а говорит о возможности преобразования предложения любого типа в восклицательной с помощью «особой» интонации: «Будучи произнесено с особой эмоциональной окраской, каждое из предложений /.../ может стать восклицательным» [Грамматика 1960: 353]; «как невопросительные, так и вопросительные предложения средствами дополнительных интонационных изменений могут стать восклицательными: этим достигается экспрессивность высказывания» [Грамматика 1970: 545]; «все предложения, любые высказывания могут быть невосклицательными и восклицательными. Восклицательность как особый вид выражения экспрессивного отношения к сообщаемому имеет своё интонационное оформление» [Русская грамматика 1980: 89, выделено мной. – И.Л.]. Итак, восклицательные предложения не получают специфических характеристик в теории грамматики, а их «особая интонация» не конкретизирована.

На самом деле восклицательные предложения бывают разными. Действительно, в русском и во многих европейских языках возможны преобразования предложений любого коммуникативного типа в восклицательные для обозначения высокого эмоционального состояния говорящего, и делается это, как свидетельствуют экспериментально-фонетические исследования, примерно одинаково:

с помощью мелодической кривой, напоминающей «шляпу», или «крышу» с возможным усилением; в фонологической теории интонации это контур ИК-5: Сегодня прекра5сная пого5да! Отку5да ты взя5лся! Посмотри5 на этот пейза5ж! Исследователи называют такие высказывания общевосклицательными. Наряду с ними в числе восклицательных предложений выделяют структуры с иным коммуникативным заданием, не содержащие ни сообщения, ни вопроса, ни волеизъявления. Их называют собственновосклицательными или эмоционально-оценочными. Как правило, это структуры с местоименными словами, модальными словами, частицами, междометиями, нередко обладающие неполной грамматической структурой, иногда с отсутствием нормативных грамматических связей между словами – т.е. с определенными лексико-грамматическими характеристиками, с особым значением оценки и с обязательной «восклицательной» интонацией, в качестве которой выступает уже упомянутый контур в форме «крыши» (см. обзор таких структур в разных языках в: [Логинова 1989]). Например: Како5й у неё го5лос! Ско5лько здесь цвето5в! За5меча5тельно! Бе5зобра5зно! Ка5к же тебе не сты5дно! Неуже5ли ты не зна5ешь его! Ведь на5до же такое приду5мать! и т. п. Такого типа структуры свойственны многим языкам и могут получить статус универсальных.

Наряду с ними в русском языке есть более специфические способы выразить оценку с помощью других интонационных средств, чуждые и мало понятные иностранным учащимся, но широко распространенные в русской разговорной речи и обычные для русских школьников. Это прежде всего ИК-6 (синонимичная ИК-5 в конструкциях с местоименными словами и с интонационным центром не на местоименном слове): Какой у неё го6лос! Сколько здесь цвето6в! Как жа6рко! Как я уста6ла! Значение синонимичных интонаций ИК-5 // ИК-6 Е.А. Брызгунова определяет как оценку, выражение высокой степени проявления признака, состояния, действия, количества и т.п. Антонимичная восклицателньная интонация ИК-7 в таких же структурах (но с центром на местоименном слове, иногда десемантизованном) выражает негативную оценку, экспрессивное отрицание признака, действия, количества и пр.: Како7й у неё голос! (Как несмазанная телега скрипит!) Ско7лько здесь цветов! (Все ободрали, одна трава осталась!) Како7е там отдыхать! (Дел полно!) Куда7 как весело! (Плакать хочется!) Оценочные значения могут придавать русским высказываниям и другие интонационные средства [Логинова 1989], что также можно использовать в игровых формах работы с детьми уже младшего школьного возраста, а также при обучении их выразительному чтению художественных текстов.

Обратимся снова к школьным учебникам. Несмотря на значительное развитие интонологии в XX в., школьные учебники остались в этих вопросах на уровне XIX в., разделяя интонацию высказываний на повествовательную, вопросительную и восклицательную, не выявляя их характерных признаков и в основном в соответствии с конечным знаком без учета его варьированности (особенно восклицательного знака и точки). Примечательны комментарии для учителя в указанном школьном учебнике:

«– предложения, содержащие вопрос, произносятся с особой интонацией; именно интонация, как правило, дает понять, спрашивает говорящий или сообщает о чем-то (о ком-то);

– предложения, содержащие побуждение к действию (просьбу, приказ, совет), могут произноситься спокойно или с чувством (с восклицательной или невосклицательной интонацией)». [Зеленина, Хохлова 2005: 138, выделено мной. – И.Л.] Все предложения классифицируются по цели высказывания на повествовательные, побудительные и вопросительные, а по интонации – на восклицательные и невосклицательные: Мы идем в театр. / Мы идем в театр! Какой сегодня теплый день. / Какой сегодня теплый день! Если предложения произносятся с восклицательной интонацией, рекомендуется ставить восклицательный знак, а если интонация невосклицательная, нужно ставить точку или вопросительный знак.

Однако в следующем стихотворном примере каждая строчка произносится с одинаковой интонацией – с ИК-2, но дети должны «по интонации» поставить разные знаки: (стихотворение о ветре:) Ты зачем ребят подвёл (...) / Как теперь играть в футбол (...) / Ты бы сам листву подмёл (...). Учителю советуют «для развития речевого слуха и формирования интереса к изучению родного языка» постоянно ставить перед учащимися вопросы, с какой интонацией и почему произносится колыбельная, пословица, загадка, скороговорка и т.п. – о какой интонации здесь идет речь Какая интонация, например, в пословице «Знай больше, говори меньше» Думается, вопрос об интонации здесь просто не корректен, так как не учитывает возможную ситуативную вариативность, смысл пословицы (руководство к поведению), строение конструкции (фигура сопоставления). Все эти правила включены в синтаксический разбор как в первом, так и в последующих классах [Указ. соч.: 7–8, 25, 138; Шклярова 2009: 6, 35, 46. Примеры авторов].

М.В. Панов дал очень высокую оценку теории Е.А. Брызгуновой, отмечая, что она «ориентирована не на максимум, а на минимум различий. Был определен набор интонационных типов, достаточных для коммуникативно ясной и орфоэпически полноценной речи. Такая установка направляла внимание на различительные признаки, но не в отрыве от орфоэпических требований, а в союзе с ними…» [Панов 2007: 308–309. Выделено мной. – И.Л.]. Эту теорию целесообразно знать школьным учителям и вузовским преподавателям и искать способы донести ее до учащихся, тем более что дети, как показывают психологические опыты, с раннего дошкольного возраста прекрасно понимают смыслоразличительные особенности русской интонации, как они представлены Е.А. Брызгуновой.

Библиографический список 1. Грамматика русского языка. Т. II. М., 1960.

2. Грамматика современного русского литературного языка. М., 1970.

3. Брызгунова Е.А. Интонация // Русская грамматика. Т. I. М., 1980. С. 96– 122.

4. Брызгунова Е.А. Интонация и синтаксис // Современный русский язык / под ред. В.А. Белошапковой. Гл. 11. 3-е изд. М., 1997.

5. Зеленина Л.М., Хохлова Т.Е. Русский язык : учебник для 1 класса начальной школы. 2-е изд. М., 2005.

6. Логинова И.М. Интонация восклицательного предложения в русском языке как иностранном. М., 1989.

7. Логинова И.М. Русская интонация в семантико-стилистическом аспекте // Русский язык за рубежом. 1995. №1.

8. Панов М.В. Лингвистика и методика преподавания русского языка // М.В. Панов. Труды по общему языкознанию и русскому языку. Т. 2. М.

2007. С. 305–321.

9. Панов М.В. О теории русской интонации Е.А. Брызгуновой // М.В. Панов. Труды по общему языкознанию и русскому языку. Т. 2. М., 2007.

С. 818–822.

10. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. 7-е изд.

М., 1956.

11. Русская грамматика. Т. II. М., 1980.

12. Трубецкой Н.С. Основы фонологии. 2-е изд. М., 2000.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.