WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 57 | 58 || 60 | 61 |   ...   | 81 |

Старославянский и церковнославянский. История литературных языков Фонетические нормы, представленные в НГБ, существенно отличаются от старославянских. Берестяные письма, как правило, отражают фонетический строй древненовгородского диалекта (см. лингвистический комментарий А. А. Зализняка в исследовании «Древненовгородский диалект». Изд. 2. М., 2004).

3. Грамматические нормы, прослеживаемые в НГБ, представляют особый интерес, поскольку они усваивались носителями древнерусского языка, как непосредственно из живой речи, так и из книжных образцов, лишь на уровне отдельных форм. Практически в древней Руси не существовало представления о слове как о единстве парадигматических форм. В полной мере это относится к глагольному слову, обладавшему сложной парадигмой, особенно в области форм прошедшего времени. Поэтому кажутся маловероятными предположения о возможности проникновения в эпистолярную речь новгородцев, являющуюся лишь опосредованной формой живой речи, морфологических заимствований из старославянского языка, не подкрепленных живым словоупотреблением. Представление о таких формах прошедшего времени, как аорист и имперфект, обычно употреблявшихся в нарративе, как об отдельных языковых единицах может скорее привести к мысли о том, что эти формы были семантически весьма емкими и, возможно, обладали особой экспрессивностью. Редкое употребление их в НГБ может быть объяснено тем, что нарратив, экспрессивно окрашенный, занимал в НГБ весьма скромное место (см., например, гр. № 487, 605. Датировка этих грамот к. ХI – XII вв. может свидетельствовать скорее об архаичности представленных в них форм имперфекта, чем об их книжном характере).

Видовая система, наблюдающаяся в НГБ, предстает как еще не окончательно оформившаяся. В этом плане ее отличают от старославянской (по данным А. Достала) некоторые особенности (ср. например, praesens напрасного ожидания и другие случаи, где выступают приставочные глаголы в значении настоящего актуального).

В целом представляется возможным говорить о слабой проницаемости грамматической системы древнерусского народно-разговорного языка (по данным НГБ) для влияний книжной нормы.

4. Словообразовательный уровень языка НГБ демонстрирует лишь отдельные случаи проникновения словообразовательных моделей, свойственных старославянскому языку. Так, в текстах НГБ весьма редки сложные слова. Отмечены лишь БЛАГОСЛОВЛЕНИЕ, ДОБРОДЕЯНИЕ, РУКОПИСАНИЕ, ЧЕЛОБИТИЕ. Единичны случаи употребления глагольной приставки РАЗ-: РАЗГРАБИТИ, РАСПРАШАТИ (при наличии 18 употреблений глаголов с приставкой РОЗ-). Достаточно показательным явлением, отражающим влияние книжной нормы, представляется употребление ц.-сл. модели сущ. ср. р. с суф. -ИЕ на фоне собственно др.рус. образований на -ЬЕ (44 примера на -ИЕ и 18 на -ЬЕ). Преобладание книжных форм над разговорными может свидетельствовать о сравнительно легком усвоении данной нормы грамотными новгородцами. Ср. появление книжной модели в лексике делового и терминологического характера: ДУБИЕ (в тексте о 306 Старославянский и церковнославянский. История литературных языков бортничестве), КЛЕПАНИЕ («кованые изделия»), ОБИЛИЕ, ОЖЕРЬЛИЕ, ВЪЗГОЛОВИЕ (в описях имущества), ИСПОЛОВИЕ (об арендной плате), ВЕДАНИЕ (о расчетном документе), ПОЛЮДИЕ (о сборе дани). Примечательно предпочтение образований на -ИЕ в адресных формулах: ПОКЛАНЯНИЕ – 26, ПОКЛАНЯНЬЕ – 4.

5. Лексический состав языка НГБ во многом определяется дискурсом. Прагматика эпистолярных и деловых текстов обуславливает насыщенность их конкретными бытовыми словами и выражениями.Немногие случаи употребления отвлеченной лексики, представленные в НГБ могут служить примером творческого подхода новгородцев к освоению и переосмыслению воспринимаемых ими книжных слов и выражений. Как правило, они выступают в значениях более конкретных, чем присущие им в древнерусских книжных текстах. Так. глагол ПОРАЗУМЕТИ, определяемый в СДР XI–XIV вв. (т. VII) как «понять, подумать, поразмыслить», имеет в тексте гр. № 724 более емкое и вместе с тем конкретизированное значение «подумать о том, как можно помочь в чем-л. кому-л.». Для сочетания в тексте гр. № 271 ЧТЕНИЕ ДОБРОЕ справедливо предложенное А. А. Зализняком толкование «удобочитаемое, хорошего письма (о грамоте)». Ср. в то же время использование в стилистических целях церковнославянизмов НАГЪ «нагой» и УМИЛОСЕРДИСЯ в прямом значении в тексте гр. № 765.

В целом, как представляется, в силу немногочисленности материалов для исследования пока можно говорить лишь о достаточно ограниченном влиянии книжных норм на живой язык древних новгородцев, представленный в новгородских берестяных грамотах.

А. Л. Соломоновская (Новосибирск) К вопросу о вероятном переводчике отрывка Корпуса Ареопагитик в Послании Евфимия Тырновского к Никодиму Тисманскому Корпус Ареопагитик, привлекавший внимание книжников с самого начала славянской письменности, был полностью переведен на церковнославянский язык лишь в XIV в. старцем Исайей. Еще до появления полного перевода, отрывки Ареопагитик в переводе, очень близком к Исайиному, можно найти в других памятниках той же эпохи. В кодексе Дечаны 88, относящемся к 60-м годам (то есть за несколько лет до завершения в 1371 году всего перевода), уже используется перевод Исайи. Другой значительный отрывок Корпуса, а именно целая глава из трактата «О небесной иерархии», включен в Первое Послание к Никодиму Евфимия Тырновского (переписка между Евфимием Тырновским и Никодимом Тисманским сохранилась в рукописях XV в., в частности в Рильском Панегирике 1479 г.). В данной работе будет сделана попытка доказать, что при написании данного послания Евфимий воспользовался ранними, черновыми вариантами перевода Исайи.

Старославянский и церковнославянский. История литературных языков Евфимий Тырновский, бывший Тырновским патриархом с 1375 по 1393 г., во второй половине шестидесятых годов XIV в. достаточно долгое время пробыл на Афоне. О точных датах его пребывания там в литературе нет единого мнения. Адресат Послания Евфимия – Никодим Тисманский – также входил в круг общения переводчика Ареопагитик Исайи. Все три книжника являются «духовными преемниками преподобного Григория инаита» (Пиголь 1999).

А. Исторические свидетельства, будучи часто отрывочными и/или противоречивыми, могут лишь дополнить свидетельство самого текста, а именно степени близости двух вариантов перевода с лексической и синтаксической точек зрения. Согласно болгарской исследовательнице Л. Тасевой (Тасева 2006), граница между редакцией одного перевода и двумя более или менее независимыми переводами проходит на уровне 30% лексических расхождений, а 40% лексических разночтений (особенно ошибки и несинонимические на славянской почве замены) свидетельствуют о двух независимых переводах. В данном случае наблюдается 30% разночтений, что свидетельствует о том, что мы имеем дело с редакцией одного перевода.

Б. Более того, если рассматривать не только словоупотребление Исайи в данной главе, но и в целом перевод соответствующих лексем в тексте трактата «О небесной иерархии», можно встретить и такие варианты перевода греческих слов, которые в рассматриваемом отрывке используются в Послании к Никодиму, а следовательно, количество таких расхождений еще больше уменьшается – 17 из 193 лексем или около 9% всей лексики. Некоторые из них могут восходить к более поздней редакторской правке (Послание к Никодиму включено в состав Рильского Панегирика 1479 года, таким образом, дошедший до нас текст на сто лет «моложе» оригинала) (Томова, Кузидова, Станкова), другие – отражать живое разговорное словоупотребление переводчика, переосмысленное к моменту окончания многолетней работы над корпусом. В пяти из этих семнадцати разночтений наблюдается одна и та же тенденция – усложнение морфемной структуры слова в Корпусе по сравнению с Посланием, что вполне может свидетельствовать о сохранении в последнем «более простого» по сравнению с окончательным вариантом варианта перевода, характерного для ранней стадии перевода текста, когда еще окончательно не выработались переводческие принципы Исайи. В некоторых случаях в тексте Исайи присутствуют черты, которые свойственны Посланию – например, сохранение дательного падежа прилагательных, не согласованного с существительным, в следующем контексте: mnhn kribw j e„dnai fhm tn qewtik»n atw n teletarx…an – tlbgдиномоу извhстно тgхь вhдhти рgкоу божьствномоу тhхъ слоужбоначgльствiю – gдиномоу извhстнh вhLlдhти глаголю божgствитgлному тhхъ слоужбоначалig. Поскольку невозможно говорить об обратном влиянии, этот пример свидетельствует о том, что текст, вошедший в Послание к Никодиму, родился, вполне вероятно, в период работы Исайи над переработанным впоследствии черновиком перевода Корпуса Ареопагитик.

308 Старославянский и церковнославянский. История литературных языков Литература:

Милин 2001 – Милин Ж. О српском калуђгеру Никодиму и о његовом рукописном четвороjеванђељоу, преписаном 1404–1405 године у манастиру Водица, у Румунскoj земљи // Темишварски зборник 3. Матица Српска. Нови Сад, 2001. С. 151–156 (http://www.

maticasrpska.org.rs/casopisi/temisvarski_zbornik_3.pdf).

Пиголь 1999 – Игумен Петр (Пиголь). Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники. М., 1999. 204 с.

Тасева 2006 – Тасева Л. Перевод и редакция: языковые критерии и жанровая специфика // Многократните преводи в Южнославянското средневековие. София, 2006. С. 35–55.

Томова, Кузимова, Станкова – Томова Е., Кузидова И., Станкова Р. Рукописи от сбирката на Рилския манастир // http://slovo-aso.cl.bas.bg/pdf/Rila-Mss_Bg.pdf.

Источники:

Patrologiae Cursus Completus. Series Graeca. Compiled by J.-P. Migne. Vol. 3. 1837.

Славянские рукописи Ареопагитик:

FVI/6 Крс (ГПНТБ СО РАН) (цифровая фотокопия);

Гильф. 46 (РНБ) (цифровая фотокопия).

Мария Спасова (Велико Търново) Търновската редакция на Стишния пролог и езиковите среднобългарски иновации на граматично и лексикално равнище Традиционното становище, че богослужебната книга Стишен пролог1 е консервативна по език, се опровергава от текстовете в петте издадени тома на Търновската редакция на Стишния пролог2.

В настоящото научно съобщение се представят езикови факти, които опровергават подобно становище. Всъщност езикът на превода съдържа иновационни черти, които свидетелстват категорично за пряко влияние на разговорния български език на граматично, лексикално равнище, за включване на речеви конструкции и фразеологизми в книжовния език на XIV век.

I. Граматични иновационни особености в среднобългарския език на превода, характерни за новобългарския език.

1. Фонетични особености: промени на еровите и носовите гласни, развой на, преглас на след палатални съгласни, развитие на, затвърдяване на съгласните, съдбата на епентетичното ’ и др.

Стишният пролог е богослужебна книга в широкия смисъл на този термин. Всъщност това е агиографски календарен сборник със сравнително устойчив състав, възникнал във Византия през втората половина на XII век, в който се въвеждат стихове от епиграматичен тип. През първата половина на XIV век възниква търновският превод на Стишния пролог, но съществува и втори, сръбски превод (най-вероятно от третата четвърт на XIV век).

Петков Г., Спасова М. Търновската редакция на Стишния пролог. Текстове. Лексикален индекс. Т. I–V. Пловдив, 2008–2010. Текстовете за месеците септември/февруари на първото полугодие се издават по най-ранния запазен български препис БАН 73 от 1368–1370 г., а за месеците март/август на второто полугодие – по най-ранния български препис Зогр. 80 от 1345–1360 г.

Старославянский и церковнославянский. История литературных языков 2. Глаголна система: презентни форми за трето новобългарско спрежение на глаголите, нови окончания за мн.ч. на формите за аорист, имперфект от сегашната основа на глаголите и др.

3. Именна система: промени в падежната система при съществителните, случаи на употреба на обща форма след предлог, обобщени окончания при имената; аналитични степени за сравнение при прилагателните имена.

4. Промени в местоименната система и в системата на числителните.

II. Лексикални особености:

1. Диалектна лексика от българските говори.

2. Редки думи, архаизми и оказионализми.

3. Гърцизми.

4. Терминологична лексика.

5. Особености и промени в словоoбразуването на имената и глаголите.

III. Речеви конструкции, устойчиви словосъчетания и фразеологизми в езика на превода на Търновската редакция на Стишния пролог.

Особеностите, които са характерни единствено за българския език, се сравняват с руските и сръбските редакции на същия превод, за да се провери дали при усвояването на среднобългарския превод в тези книжовни среди се отстраняват среднобългарските отклонения от старата славянска норма.

Е. С. Суркова (Минск) и как основания метаязыковой теории в Кирилло-Мефодиевской филологической школе IX–X вв.

1.0. Среди основных направлений деятельности создателей Кирилло-Мефодиевской филологической школы IX–X вв. особое место занимали активные разработки продуктивных моделей производства научных терминов. Теоретическое обоснование возможности перевода книг Св. Писания на «варварский» славянский язык было непосредственно связано с необходимостью осмысления проблемы создания новых (славянских) имен для обозначения сакральных понятий, в оригинале передаваемых средствами древнееврейского и греческого языков.

2.1. – no$~ – gn^si~ – skop3~. К ключевым словам, отсылающим к мыслительным категориям времен раннего славянского Средневековья, относится старославянское слово. Факты использования слова в древнеславянских памятниках, возникших в Кирилло-Мефодиевской школе, наряду с иными «наименованиями первого естества» (Григорий Богослов) – такими как,,,, = и др. – демонстрируют принципиальную значимость данной лексемы (показательно, что по данным составленного нами частотного словаря Пространного Жития Константина входит в группу 25 наиболее частотных существительных).

Pages:     | 1 |   ...   | 57 | 58 || 60 | 61 |   ...   | 81 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.