WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 81 |

Слав. господа имело исконно ряд связанных между собой значений. Одни из них представляют денотат в количественном (единичном или множественном), другие – в качественном (предметном или локальном) отношениях: ст.слав. господа «кров, приют», «гостиница» (Сав. кн., Лк. X.56, то же и подобные значения – в др.-русском и западнославянских; собир. «господа, баре, князья, покровители» – в др.-русском, сербохорватском и словенском, в др.-русском также и единичноличные – «хозяин, домовладелец, зажиточный крестьянин, собственник», «хозяйка, госпожа», наряду с отвлеченными – «власть, господство» и «гостеприимство» и т. п. Как словообразовательное и лексическое средство выражения множества это слово имело общее значение числа, т. е.

совмещало значения единичности («хозяин или хозяйка дома») и совокупного множества («хозяева»). Первоначальный синкретизм содержания слова господа преодолевался двумя путями: деривацией – отведением значения «хозяин, покровитель, господин» с помощью тематического форманта *- (> ь) – для лиц муж. пола (господь), *-ja и *-yni – для лиц жен. пола (госпожа/госпожда/gospodza, господыни) и разведением значений – омонимией: господа I «жилье» и господа II собир. «господ». Собир. господа в древних славянских языках выполняло функцию формы множ. числа, поэтому от нее был образован сингулятив господинъ вследствие парадигматизации грамматических форм числа. По той же причине собир. господа в русском языке трансформировалось в грамматическую форму множ. числа.

От слова господа «хозяйствование, владение» образовано с помощью суффикса -арь слово господарь «правитель», откуда следуют сокращенные государь (далее – сударь), государыня, государство и производные от них.

Слово господь с распространением христианства у славян акцентировано в сакральном значении «Всевышний, Господь Бог, Спаситель». Исконно более общее значение: «покровитель путников, странников, хозяин крова», вообще «благодетель, благотворитель». В Евангелии (Зограф., Мар. и др.) наравне функционируют значения «хозяин дома», напр.: господь домоу, «господин» и «Господь Бог». Священное значение является новым и книжным по происхождению.

При слове Бог слово господь изменило формы косвенных падежей (по парадигме *--основы): род. п. господа, дат. п. господу и т. д.

От слова господь «повелитель» образовано прилагательное господьскъ, от которого, в свою очередь, происходит отвлеченное господьство (по образцу др.-рус. братьскъ – братьство (< *bratьsk-tvo).

Здесь же «гнездится» и старинное русское обрядовое спожинки (< оспожинки < госпожинки) «Успенский пост», Госпожин день «Успенье».

Этимология. Ономастика Aleksandar Donski, Marija Kukubajska (Stip) Slavic elements in the language of ancient Macedonians The mother tongue spoken by Alexander the Great the Macedon and his people, the ancient Macedonians, remains a relatively non-defined issue. This is being caused by the insufficient bank of written terms registered from this language. The second reason, related to the first, is the scientific assumption that this language had not existed in written form, but was only used as spoken. That is scientifically yet to be determined.

Research in this domain offers numerous and justifiable proofs about the language of the ancient Macedonian as being different from the Greek language.

Among those proofs is the Latin historian Quintus Curtius Rufus, one of the four ancient biographers of Alexander the Great the Macedon, who writes that the ancient Macedonians and the Greeks maintained their communication through translators.

Another proof are two biographers of Alexander the Great The Macedon, Plutarch and Arrian, who also mention the Macedonian language as a distinct one. In support of this fact there are other ancient sources as well.

It is a known fact that some ancient authors had the practice of recording words from ancient Macedonian origin. The most valid source so far, could be found with the grammarian Hesychius of Alexandria, 5 c. BC. He authored a lexicon with 51.000 words spoken by then existing ancient people. In the chapter «Words from the people» (Glossai Ethnikai), subtitled as «Macedonian», Hesychius writes about 130 words recorded from ancient Macedonian origin, with additional explanation of their meaning.

This Lexicon of Hesychius has not been yet translated in its entirety by any contemporary language of today. It categorized the foreign languages of his time through the Greek language norms, where certain Macedonian words could be identified even today as similar to the pronunciation and meaning with the existing words of the contemporary Macedonian language, and related to other Slavic languages as well. In our scientific research we will analyze some of these recorded words, after preceding it with an introduction of the language of the ancient Macedonians.

Н. И. Зубов, Д. С. Ищенко (Одесса) Антропонимия Слепченского помяника XVI–XVII ст.

Профессор С. Б. Бернштейн всегда проявлял огромный научный интерес к южнославянским языкам и различным аспектам их изучения. Именно он подчеркнул, в частности, большое значение для македонистики исследования А. М. Селищева о рукописном помянике XVI–XVII вв., хранящемся в фондах Одесской национальной научной библиотеки им. А. М. Горького под № 1/[старые шифры 14(40) и 117(91)], известном как Слепченский кодик, или 210 Этимология. Ономастика Слепченский помяник. В своей статье «Селищев-балкановед» С. Б. Бернштейн дал следующую оценку этой работе исследователя: «Монастырские кодикипомяники заключают в себе драгоценные факты народной речи. Селищев детально и всесторонне проанализировал три монастырских помяника (монастыря Матка в Северной Македонии, Слепченского монастыря близ Битоля и Трескавецкого монастыря близ Прилепа). Его внимание привлекли не только текст, не только топонимия, но и личные имена. Личные имена характеризируют этническую принадлежность их носителей и дают материал для диалектологии.

Кроме того, личные имена отражают различные культурные влияния. Всё это тщательно исследуется Селищевым» (Бернштейн 1947: 30).

В своё время интересующая нас рукопись (по-видимому, это только часть книги помяника) была привезена в Россию В. И. Григоровичем из Слепченского монастыря св. Иоанна Предтечи, находящегося вблизи г. Прилеп в Македонии. Сам В. И. Григорович охарактеризовал рукопись как наиболее ценную среди прочих 60 обнаруженных в монастыре манускриптов, причём оценка эта определилась прежде всего наличием в рукописи славянских имён (Григорович 1848: 188–189).

Надо сказать, что с точки зрения исследовательского интереса Слепченскому помянику повезло несколько больше, нежели другим рукописям примерно того же хронологического периода из рукописного собрания г. Одессы – в абсолютном большинстве они всё ещё остаются вне надлежащего описания. С другой стороны, Слепченский кодик с «названиями болгарских местностей», которые обнаруживаются в нём, упоминается Н. М. Петровским в его статье о путешествии В. И. Григоровича по славянским землям (Петровский 1915: 97). Элементы кодикологической характеристики памятника находим в публикации Ф. Е. Петруня о рукописном собрании В. И. Григоровича (Петрунь 1927: 149).

Но особенно большая роль в исследовании Слепченского кодика принадлежит, как уже отмечено выше, А. М. Селищеву.

В данном случае нет необходимости излагать в деталях сделанное этим исследователем (Селищев 1979), обратим лишь внимание на то, что записанные на 360 листах сотни мужских и женских имён, носителями которых были люди из ближних и дальних по отношению к монастырю городов и селений, представляют собой настоящую антропонимическую сокровищницу того времени.

Например, имеется редкая возможность взглянуть на статистику в области мужского и женского именника, увидеть его народную вариативность, в определённой мере составить представление о некоторых микрорегиональных антропонимических предпочтениях и т. п. Уже на стадии самого предварительного рассмотрения (198 мужских антропонимов на 27 из первоначальных листов рукописи) видно, что наиболее частотными являются имена Іоанн, Пейо, Никола, Петко, Дмитр, Стоян, Влъче и несколько других. Причём можно предвидеть, что совокупность форм от антропонима Пейо в итоге будет превосходящей.

Этимология. Ономастика Что касается перечня женских имён, то в нашем кодике в той его части, которая, судя по предварительной разметке листов книги, предназначена для поминания женщин, встречается очень много мужских имён вперемешку с женскими. При этом разнобой в употреблении форм им. и род. пп. антропонимов (характерный для кодика в целом) создаёт во многих случаях ситуацию неопределённости. Так, если под киноварной заголовочной шапкой листа Помяни, Господи, душе рабъ своих видим строку записи рабу свою (эти формулы записаны заранее в левых столбцах листов) Ангелина, то надо понимать, что речь идёт о форме им. п. женского антропонима (как Елена, Магда и мн. др. в такой же формуле). Но тут же рядом обнаруживаются формулы рабу свою Петана, Славка, Никола и под. Кто в таком случае поручится, что форма Ангелина – это не форма род. п. от мужского имени Ангелинъ Ответ надо искать в мужской части помяника: при отсутствии там соответствующей мужской формы можно делать более вероятные выводы о гендерной маркировке антропонима. А есть, очевидно, случаи, принципиально неоднозначные: например, форма Стана в женской части может быть как отражением женского имени Стана, так и мужского Стан (Стано).

В целом же введение в научный оборот антропонимического материала Слепченского помяника послужит ценным вкладом в теорию общей и исторической антропонимии, а также даст важные ориентиры для изучения современного именника данного региона в его проекциях на современную топонимическую систему.

Бернштейн С. Б. Селищев-балкановед // Доклады и сообщения филологического факультета (Памяти А. М. Селищева). М.: МГУ, 1947. Вып. 4.

Григорович В. [И.] Очерк путешествия по Европейской Турции. Казань, 1848.

Петровский Н. М. Путешествие В. И. Григоровича по славянским землям // ЖМНП.

1915, ноябрь. Ч. LX.

Петрунь Ф. [Є.] Рукописна збірка В. І. Григоровича. Бібліографічні замітки // Праці Одеської центральної наукової бібліотеки. І. Одеса, 1927.

Селищев А. М. Слепченский кодик. 4. Язык // Чуждестрани учени за югозападните български говори. София, 1979. С. 137–159.

А. В. Иваненко (Киев) Боги войны у древних индоевропейцев Работая в области мифологии, к сожалению, не всегда можно найти однозначную трактовку многих ее фактов. Некоторые из них, как, например, названия богов плодородия и они же – названия богов войны, отражают определенный тип эволюций, характеризующих определенный этап развития общества и социальных отношений. Именно дуализм указанных отношений, переосмысление носителями культуры б о г а п и т а ю щ е г о как б о г а - в о и н а и стали предметом нашего внимания. Наиболее отчетливо указанная трансформация отражена в римской и кельтской мифологии.

212 Этимология. Ономастика Осмысление Марса прежде всего как бога питающего и лишь позднее – как бога воюющего получает подтверждение в греческой мифологии. Вспомним греческий миф о пастухе Марсии и Афродите. И именно все тот же Марс (но уже в мифологии римлян) примерил на себя доспехи греческого Ареса, мыслившегося древними греками как идеал храброго воина.

Быть может, такие или некие подобные представления и отражены в эпитете галльского Марса! Именно как эпитет галльского Марса ‘питающий’ на основе надписи – ALATTO CELI BATIGNI – рассматривался В. П. Калыгиным кельтский теоним Alator. При этом автор говорил о неясности связи ирл. allaid ‘дикий’ с огамическим именем Alat(t)os, допуская, следом за А. А. Королёвым и Э. Росс, возможность этимологии слова из и.е. *l- ‘наделять жизненной силой’ или из *al- ‘растить, вскармливать’ в зависимости от количества гласного корня (Калыгин: 19). Считаем, что такое противоречие в понимании одного и того же мифологического персонажа вполне объяснимо и закономерно.

Чтобы понять подобное «смешение жанров», следует обратить внимание на исторический период, в который фиксируется кельтский теоним. Это уже не период миграции кельтов, но период покорения Римом Галлии и вытеснения кельтов с европейского континента. Однако именно в период кельтских миграций и позднее, во времена галльско-римского противостояния и происходило, очевидно, переосмысление бога плодородия и достатка как бога войны, так как общественный достаток стал связываться в том числе и с расширением территории, с приобретением материальных благ (часто вынужденно) силой.

Кельтский теоним Alator следует, очевидно, рассматривать в контексте ряда кельтских апеллятивных соответствий, пор. гэльск. (шотл.) allaidh, др.-ирл.

allaid ‘лютый, дикий’, связывавшихся А. Мак-Бейном с валлийск. allaidd с похожими значениями и выводимого им из валлийск. all ‘другой’ и др. (MacBain:

14). Рискнем предположить, что гэльск. allaidh можно определять как префиксальное образование, выводя al(l)- из abh- (ср. переход лат. ab в al перед latto), допустив членение слова как al- + ladh. В последнем случае заманчиво рассматривать основу ladh как производное от и.-е. *el-, *el- : *la-; *el-eu-(dh-) ‘гнать, приводить в движение; гнаться, идти’ (Pokorny І: 306–307).

Сюда же отнесем и хетт. elaniya ‘доводить (до крайности), нападать, надоедать’, соотносимое с *elatar и этимологически связанное с изолированным (по мнению Пухвеля) гр. ™ ‘двигаться’, ™ ‘беспокоить, преследовать, надоедать’. Само же *elatar мыслится как результат сложения основ *el(a)- (примерно с тем же набором значений, что и у приведенных греческих фактов) и dai ‘место, ряд’ (Puhvel 2: 268–269), вполне, на наш взгляд, соотносимое с и.-е. *el-, * el- etc.

Все вышесказанное вынуждает нас вернуться к поданной в начале материала латинской цитате, для пересмотра перевода которой имеются все основания.

Первое из приведенных слов – ALATTO – вполне логично перевести как при-носящий, при-водящий: ср. лат. allato, affero ‘приносить, доставлять’ и под.

Этимология. Ономастика (Дворецкий: 46). Кроме того, лат. ALATTO фонетически вполне соотносится с кельтским материалом. Согласно фонетике современного гэльского языка, в переходе [d] › [t] нет ничего необычного, ср. разницу между написанием и произношением, отраженную в совр. гэльск. Gallda [gowlta] ‘южная (менее гористая) часть Шотландии’ (Owen: 60).

Второе слово – CELI – можно рассматривать как результат ошибочной или неточной передачи этнонима Celtae ‘кельты, обширная племенная группа, жившая преим. в Галлии, в сев. Италии, на Британских островах, в Испании и Галатии, а позднее тж. в южной Германии, в нынешней Швейцарии и в среднем течении Дуная’; ‘галлы’ (Дворецкий: 169).

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 81 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.